Новый герой — Деку

___________

Жизнь не справедлива. Эту правду я узнал в 4 года. Первое правило, которое мальчик осознал в начале своей жизни. Я больше не могу.

Я так устал.

Кому я нужен? Зачем существую? Прекратите.

Я уже сдался.

_________________

Причуды.

Так назвали способности, которые даются ребёнку в четыре года. Они совершенно разные, и почти не повторяющиеся. Причуды могут быть яркими, выделяющимися, сильными, слабыми, красивыми, может, иногда пугающими, но они есть. По статистике, восемьдесят процентов населения обладают ими и из этого числа есть те, кто работают в самой опасной, но уважаемой профессии в мире. Герой. Обычное слово, но оно всегда внушало трепет в сердцах фанатов и людей, желающих спасения. Они обладают невероятной силой, каждый день рискуя жизнью, спасая людей с более слабой причудой. Герои яркие, уверенные, радостные, внушающие веру, надежду, вдохновение, и они наставляют остальных быть такими же. Абсолютно все уважают их и не оставляют возможности поговорить с ними. Но что же с остальными людьми, которые находятся в двадцати процентах?

Беспричудные.

В основном, это пожилые люди. В молодом поколении их почти не осталось. Такие как они просто живут обычной жизнью, но им ограничивают возможность совершенствования в жизни. Как раз таки эта история об одном из них. Мидория Изуку. Четырнадцать лет. Беспричудный. Ничем не выделяющийся парень с растрёпанными зелёными кудрями, немного пухлыми щеками, с худым телом и с яркими изумрудными глазами, под которыми виднелись синяки. Когда-то они сверкали надеждой, радостью, решимостью и безграничным желанием стать героем, как у других людей. Конечно, уже можно понять, что с ним произошло.

Эта история о том, как один беспричудный мальчик стал настоящим героем для людей, нуждающихся в спасении.

_______________

Школьное время. Изуку лежит в своей кровати. Будильник давно прозвенел, но он не вставал. Выходные уже прошли и придётся возвращаться в скудную школу. Голова с самого утра болела в предвкушении очередного бессмысленного дня. Он привстал и уже сидел на кровати, свисая ноги с неё. Мама должна была проснуться, поэтому Мидория слез и устало побрёл в коридор. Он встал около стены, смотря из-за угла на кухню, где Инко закончила готовить лёгкий завтрак. Женщина повернулась к сыну, как только услышала звуки шагов. — Доброе утро, Изуку! — сказала она с той же тёплой улыбкой на лице, которую он видел почти каждый день. — Доброе… — ответил он, почти сразу отводя взгляд от неё. Мама уже наложила в тарелку порцию риса с омлетом и поставила на стол. Мидория сел и начал пристально смотреть на еду, будто ожидая, что она сама исчезнет. Есть совсем не хотелось и не просто так. Всё равно не переварит сегодня. Но нельзя расстраивать маму, поэтому он взял палочки и стал медленно класть кусочки в рот. Мама начала убирать всё с плиты после себя. — Я постирала твою форму. В прошлый раз она была… Потрёпана. Форма на гладильной доске. Мидория ел завтрак, но не поднял глаза на маму после этих слов. — Да… Женщина продолжила убирать всё со стола. Кое-как закончив с завтраком, Мидория отправился в ванну, чтобы привести себя в порядок. Хотя, какой смысл? Он посмотрел на своё отражение. Изуку преподнёс руку к левой щеке, которая до сих пор болела после прошлой недели. Ещё болело. Причесавшись и почистив зубы, Мидория прошёл к гладильной доске за формой, которую мама зашила снова. Почему он даже её сохранить в целости не может? <Спать хочется.> Единственное, о чём он думал всё время. Вещи были собраны, и Изуку начал обувать свои красные ботинки и надевать куртку. Инко аккуратно подошла к нему сзади, будто боясь поранить или напугать ненароком своего сына. — Удачи в школе, Изуку! — сказала мама, ожидая ответа от сына. Изуку обернулся, смотря пустым взглядом на Инко. Ему было трудно, но он тоже одарил её не менее доброй улыбкой, после чего открыл дверь и вышел из квартиры ни проронив ни слова. Мама осталась стоять и смотреть в уже пустой коридор.

____________

Погода была пасмурной. В Японии участилось количество дождей, поэтому почти всю неделю они будут лить беспрерывно. Изуку не брал с собой зонта. Мидория просто накинул капюшон осенней куртки и побрёл по улицам к школе. Он ни о чём не думал. Просто дожидался момента, когда дойдёт до здания школы, ведь только там он уже начнёт трезво мыслить. Как сбежать от людей, которые тебя зажали? Как спасти свои принадлежности для учёбы? Как спасти кости от перелома? Как сохранить чистым своё лицо? Куда бежать? Об этом ему предстоит думать в школе, наслаждаясь спокойными мгновениями в одиночестве. Мальчик был беспричудным. Именно таких как он презирают и унижают, поливая грязью каждый день. Мало кто может подойти и сказать мальчику без каких-либо супер способностей добрые вещи, или то, что он чего-то добьётся. И по закону подлости именно ему посчастливилось учиться в такой школе, где все закрывали глаза на происходящие инциденты с ним. Даже не только с ним, но и с другими учениками, у которых были слабые причуды. Куда интересно вообще смотрит полиция и власти? Наверняка учителям было всё равно, что будет с беспричудным ребёнком, у которого в будущем не получится ничего выдающегося, и думали, что власти одного мнения с ними. Даже так Мидория понимал, что есть такие же люди как он, у которых жизнь сложилась ещё хуже, чем у него. Может кто-то без родителей, может кто-то на улице живёт, а кто-то вовсе терпит побои каждую секунду, которую Изуку проводит в кровати. От этих мыслей становится больно. Становилось больнее с каждым днём. Спустя это не долгое время, он уже стоял около школы, в которую заходит всё больше и больше подростков. С первого взгляда — ничем не приметная школа, как все убранная, чистая, ухоженная, но внутри чëрная гниль, накопившаяся спустя долгие годы с такими же отвратительными людьми в ней. Желание стать героем? Его растоптали, как грязь на земле. Ещё никто не знает, что эта цель осталась жива. Эта надежда и желание живёт в Изуку крохотной песчинкой, однако он понимал, что им знать не нужно. Знает ли мама об этом? Наверняка. Говорить об этом бессмысленно абсолютно, и она это точно знает. Изуку любит маму. Инко могла бы перевести сына в другую школу, но и далеко не факт, что в другом месте не будет тоже самое. Инко ничего не могла с этим сделать. Ей и так тяжело одной без надёжной опоры. Пара месяцев. Изуку уберётся отсюда и забудет об этом месте, как о страшном кошмаре. Сейчас осталась одна цель: Дожить до окончания школы, не сделав ничего с собой.

_____________

Класс как всегда шумный. Все говорят о своём. Первая неделя сентября, и осталось несколько месяцев до окончания школы. Совсем никто не изменился за время каникул, которые давно закончились. Мидория сел за свою парту. Кто-то обратил на него внимание и начал перешёптываться, а кому-то было всё равно. Он сидел, смотря в стол, который был не совсем нормальным. Точнее, исписан не самыми добрыми словами. В класс заходило все больше и больше людей. — Эй! Привет, Мидория! Послышался противный голос сзади, и Изуку прилетел не сильный, но неприятный толчок в голову. Два одноклассника прошли мимо него, после чего, несколько людей хихикнули. Все пришли, в том числе и его старый «друг» — Бакуго. К сожалению, он был в числе людей, которые издевались над ним, хотя побоев оставлял немного меньше, чем другие. Почему он стал таким? И на этот вопрос, точного ответа Изуку не знал. Может, из-за того, что нет причуды. Может, наскучил ему, или вовсе стал так относится к нему из-за сверстников. Но одно он знает точно. Они теперь никто друг для друга. Уроки проходили одновременно мучительно быстро и медленно. Это не объяснить словами. С одной стороны, хотелось затянуть урок, чтобы не идти на перемену к дьяволам, у которых чесались кулаки, но с другой стороны, хотелось сбежать отсюда как можно быстрее. Это иногда помогало, поэтому Мидория старался выходить из класса первым и идти на верхний этаж, чтобы одноклассники не успели прижать его к стене. Наконец настало время большой перемены, и Изуку выбежал из класса быстрее всех, отправившись на верхние этажи. Там было меньше людей, и более спокойнее. Мидория сел на небольшую лавочку. С собой он всегда брал сумку, ведь в ней было много вещей, которые он не хотел, чтобы были испорчены одноклассниками. Сейчас он мечтал оказаться в кровати и спокойно спать без надобности защищаться от кого-то. Можно ли считать побои в школе своеобразной тренировкой? Изуку по-крайней мере надеялся на это. За время, проведённое в этом ужасном месте, он научился бесшумно уходить, поэтому даже мама удивлялась, как сын приходил домой так тихо. Уровень по скорости тоже имеется, так как ни раз он пытался убегать от глаз одноклассников по окончании уроков. И сегодня наверняка продолжится эта беготня. Осталось две минуты до звонка. Мидория на автомате начал спускаться по лестнице, но толчок в спину заставил его споткнуться и удариться об стену всем телом. Он кое-как успел опереться на перила. — Уйди с дороги, идиота кусок. Сказал один из одноклассников, и двое парней прошли дальше. <Это было больно…> Изуку приподнялся, поморщившись. Да, удар был, конечно, не слабым, с учётом того, что он буквально слетел с лестницы. Хорошо, что не сломал ничего, а то уроки пропускать не хотелось. И так каждый божий день, кроме выходных. Эта боль уже прижилась в его организме, поэтому слёзы не вызывались такими простыми ударами. Ему повезло, ведь он дошёл до кабинета без происшествий.

_____________

Последний урок. Преподаватель закончил объяснять тему, в которую Изуку почти не вслушивался. Он просто смотрел в одну точку. Из своих мыслей его вынудили выйти следующие слова учителя: — Итак, ребята. Хотел вам напомнить, что скоро вам нужно подавать документы в старшую школу. Но… Думаю, все хотят стать героями, я прав? Весь класс сразу же повеселел и начал тянуть руки. Изуку же смотрел на преподавателя с пустым выражением лица. Он и сам не знал куда поступать. Вся жизнь была зациклена только на геройской школе, которая являлась номером один в рейтинге для обучения героев. Но сейчас есть ли смысл? Теперь он сомневался в себе, в своих силах и в своих желаниях. — Заткнулись, идиоты. — сказал громкий монотонный голос Бакуго, из-за чего все замолчали за секунду. — Единственный, в этом треклятом месте, кто может поступить в геройскую школу — это я. Поэтому даже не пытайтесь, куски дерьма! Все сразу стали отчитывать Катсуки, но тому было абсолютно поебплевать на то, что ему говорят. Изуку лёг на парту, прячась под своими же руками. Ему настолько хотелось уйти отсюда, что если бы здесь было открыто окно, то он бы вышел через него в эту же секунду. — По-моему, Мидория тоже собирался в UA, разве нет? Все обратили на него внимание, а Изуку, вздрогнув, посмотрел на учителя, которому, кажется, было всё равно на происходящее в классе. <Зачем…? > Подумал он про себя, прежде чем все засмеялись над ним. — Вы серьёзно, учитель? Да он даже в обычную старшую не попадёт! — Ха-ха, Боже. — Насмешил нас! — Я съем свои волосы, если он туда пойдёт! Покосившись в сторону, Изуку успел лишь заметить Бакуго, грозно смотревшего в его сторону.

_____________

Все стали уходить по домам. Мидория шёл к выходу из школы, до сих пор витая в своих мыслях, пока его не выдернули грубым толчком в спину. Но он удержался на ногах. Изуку не долго нужно было думать, кто бы это мог быть. Бакуго подошёл сбоку и сверху вниз посмотрел на него. — Слушай, не позорься, а? Ты же знаешь, что это невозможно. — сказал он со злобным оскалом на лице. — Убожество вроде тебя, должно находиться подальше отсюда, где-то… На кладбище. Изуку вздрогнул. Настоящий удар под дых. Бакуго часто так делал, оставляя смысл в своих словах, от которых хотелось плакать. Это было даже не оскорбление, а полное унижение. Ещё и перед всеми. Бакуго прошёл мимо него, но не успел Изуку встать, как в живот ему пришёлся удар от его "дружка" — Эй, ты слышал, что тебе сказали? Не путайся под ногами. Парни прошли мимо и начали уходить. Мидория ещё несколько секунд был в скрюченной позе, чтобы резкая боль сменилась на обычную, и всё-таки встав, побрёл к выходу. Изуку по пути аккуратно надел на себя куртку, и прошёл в сторону выхода. Он был благодарен сегодняшнему дню за более слабую боль, чем обычно. <Как же тяжело…> Рюкзак казался неестественно тяжёлым, да и в принципе всё тело, поэтому Изуку очень долго добирался, из-за чего руки и щёки покраснели от холода. Зайдя в квартиру, его встретила неестественная тишина. Видимо мама ещё не вернулась. Забросив рюкзак в комнату и сняв с себя форму, Мидория ушёл в ванную, чтобы принять душ. Тёплые капли стекали по телу с кучей шрамов на руках, ногах и груди. Душ — это единственное, на что ему хватило сил за сегодня, прежде чем лечь в кровать. К большому огорчению, сон не шёл к нему, из-за чего Изуку уже хотел пойти и выпить снотворное. И так было почти каждый день. Дом. Школа. Побои. Дом. Сон. Школа… Все дни были идентичны, кроме выходных и праздников, так как мама накрывала праздничный стол, и они отмечали, не думая о плохих вещах. — А точно… Тетрадь, — вспомнил Изуку, проговорив эти слова в полной тишине. Неохотно встав с кровати, он схватил рюкзак, достав от туда тетрадь с номером тринадцать и положил её на стол. Она сегодня даже не понадобилась. В последний раз он заполнял её неделю назад после битвы новой героини — Леди Горы. Почему он стал так мало писать? А что ему писать? То, что он уже знал? Он проанализировал почти всех кого мог, и чаще всего стал анализировать злодеев, которых находил в интернете. Только недавно появилась героиня, но и о ней было нечего писать. Все остальные уже были изучены от пят до головы, поэтому ему не интересно этим заниматься. Изуку провёл перед тетрадью около часа, ища в интернете информацию про нападение злодеев или редкие видео про подпольных героев, которые сражались ночью. Написал он только две страницы с анализом двух злодеев от силы. Другой информации он не смог найти за сегодня, поэтому приступил к домашнему заданию. Теперь он точно и окончательно устал. Встав со стула, он упал на кровать и наконец провалился в сон. Он смог расслабиться.

____________

****

Темнота. Изуку снова был под водой. Дышать невозможно, а глаза никак закрываются. <Какой раз мне сниться один и тот же сон?> Это продолжалось последние три месяца почти каждый день. Он не понимал, что происходит с ним и пытался найти хоть что-то в интернете об этом странном сне, видении, но там показывали лишь теории, а не точную информацию. Но одно он знал наверняка. Что-то не так. За живот стала обхватывать пара рук, будто обнимая его. По ощущениям, они были совсем маленькие, крошечные, детские, но крепко держащие его тело. Вторые были грубоваты, и они обе тяжело опустились на его плечи, сжав их. Третья пара охватила его щеки. Они же были ухоженные, женские, будто его гладила мама. Всё было как обычно. Руки просто обхватывали его и не отпускали. В отличии от других рук, которые были в его поле зрения, те, которые трогают его, казались ему странно знакомыми, будто он когда-то чувствовал их, или это странное ощущение было дано ему именно в этом странном пространстве. Он не знает, утешение ли это, жалость или руки вовсе хотят задушить его, но Изуку лишь оставалось быть неподвижным и смотреть на эти руки, которые тянутся со всех сторон.

****

___________

Утро. Сегодня, на удивление, он выспался. Изуку нехотя привстал с кровати, взяв телефон в руки. «11:45» — Ох… <Как же так? У меня же всегда стоит будильник на семь часов! Что случилось? Может мама отключила? Но зачем? > Мидория вышел из комнаты, направляясь на кухню. Телевизор был включён и по нему шли обычные новости о происшествиях со злодеями. Мама сидела за ноутбуком и что-то печатала. Она сразу обратила внимание на приближающиеся шаги сына и посмотрела прямо ему в глаза. Когда Мидория посмотрел на маму он немного опешил. Её глаза были немного покрасневшие, что могли свидетельствовать только об одном. — Изуку, доброе утро…! — постаралась сказать она более бодрым голосом, но вышло не слишком правдоподобно. — Доброе… — ответил он, отводя взгляд на часы, — Мам, ты выключила будильник? Глаза мамы напряглись, и она отвела взгляд. — Да… — ответила она немного с ноткой виновности мать, на что Мидория впал в ступор. — Но… Зачем? Мне же нужно идти в школу, мам. Инко замолчала, покосив глаза в сторону. Она медленно встала из-за стола и подошла к Изуку, оставляя перед ними дистанцию. — Изуку… Тебе больше не нужно туда ходить. Мальчик удивлённо посмотрел на неё, не веря своим ушам. Верно ли он её услышал? — Что? Почему? — Я… Изуку смотрел, как мать начала сильнее нервничать, что его не на шутку напрягло. Она начала немного подрагивать, словно готовясь вновь заплакать. Внезапно женщина вздохнула сильнее. — Я больше не могу, Изуку! Резкой смена спокойного голоса на отчаяние выбило мальчика из колеи. Мать быстро подошла к сыну, нежно взяв в руки его ладони, а в её глазах отобразилось отчаяние в перемешку с жалостью и грустью. — Я больше не могу видеть тебя таким! Ты постоянно приходишь домой в ужасном виде! Эти… Эти люди в школе просто ужасны! И я не могу с этим ничего сделать! Я тебя совсем не узнаю! Ты перестал разговаривать со мной, говорить что-то о героях, перестал улыбаться! Мне кажется… Ты перестаёшь быть… Мидория виновато опустил глаза, чтобы не смотреть на уже измученную маму. Он опять доставлял ей проблемы. — Мама, со мной всё в поряд… — НЕТ! Не в порядке! — отрезала женщина, и Мидория опустил голову, закрывшись своими длинными волосами, чтобы полностью скрыть лицо от мамы. — Прости… — Нет! — вскрикнула Инко, которая тут же убавила свой страх, — Не извиняйся... Ты совершенно не виноват в этом. Она глубоко вздохнула, будто настроившись на серьёзный разговор, хотя происходящее скорее всего и вело прямо к нему. — Изуку… Мама ещё держала его руки в своих и немного сжала их от напряжения. — Ты больше не вернёшься туда. Мидория вздрогнул от этого заявления. Надежда в глазах дала о себе знать, и он посмотрел на маму удивлëнно, почти радостно. — Тогда… В какую школу мне ходить? — спросил Изуку, и сжал в ответ её руки, на что мать поникла. — Я хочу, чтобы ты… — Инко ещё раз вздохнула и выдохнула. Изуку смотрел на неё пытаясь понять, что именно она хочет сказать и всё же веря, что это то, о чем он так искренне желал и думал. Однако следующие слова повергли его в шок. — Уехал к отцу. Теперь он расширил свои не понимающие глаза, смотря на маму так, словно совсем не мог понять, она ли была перед ней, или нет. Это не то, что он на данный момент ожидал услышать. Совсем не то. — Что…? В каком смысле? — спросил Мидория, погрузившись в вакуум, в котором звуки стали заглушенными, еле слышимыми. Слёзы начали литься по щекам женщины, как водопад, из-за чего Изуку начал сильнее нервничать, до сих пор не понимая, правда это или ложь. — Я хочу, чтобы ты уехал… Повторила как настоящий приговор его мать. Изуку не осознавал. <К отцу? К какому чёрту отцу... За границу? > Он отобрал свои руки у Инко резко, испуганно смотря на неё, и отшагивая назад на один шаг. — Мама! О чём ты? Почему?! Что ты такое говоришь?! Мать посмотрела на сына со всей серьёзностью и отчаяньем, от чего мальчик вздрогнул и в мгновение потерял всё своё возмущение. — Потому что, Изуку! Мы созванивались иногда, и недавно я всё же обмолвилась о твоём положении в школе! Он рассказал мне, что в Америке намного лучше, и предложил мне, чтобы ты уехал жить к нему! — она стиснула зубы, но потом продолжила, смотря тому в глаза с намерением услышать от него положительный ответ, — Там никогда не критикуют людей, там столько интересного, там хорошее общество! Ты наконец станешь жить счастливо! Хисаши обеспечит тебя всем этим, и ты сможешь перестать бояться того, чтобы тебя кто-то осудил! Мидория ожидал чего угодно, но никак не этого. <Уехать… Зачем…? К человеку, который бросил нас и только из-за того, чтобы меня бить перестали? Именно это я должен сделать? Я не могу… Что за бред?! > В его глазах вспыхнула злость, отрицание и категорическое возмущение, которое он не мог сдержать. — Мама, нет! Я не поеду к нему! С чего ты взяла, что там будет лучше, тем более чем с ним?! Ты говоришь это после того, как он...? — Изуку… Твой отец уже купил билеты… Ты должен уехать, ты сможешь жить счастливо! На последних словах Мидории стало тошно. Ему не удавалось представить то, что он живёт счастливо где-то без неё. — Мама… — слова начали выходить всё с большой нервозностью и дрожанием, — С чего ты взяла... Что я буду счастлив там? Ты хочешь отправить меня к тому, кто давно нас оставил здесь? Делай всё, что угодно, но я не поеду к нему! Я не могу оставить этот город, в котором я живу всю жизнь! Я не могу оставить тебя!— внезапно Мидория нахмурился от внезапного осознания, — Неужели ты так хочешь, чтобы я уехал…? Женщина начала испуганно махать руками, а слёзы стали быстрее стекать по её щекам. — Нет! Я не хочу этого! Слёзы теперь были и у Изуку на уголках глаз. Ему не требовалось много времени, чтобы понять, что происходит, и что его ждёт в ближайшем будущем. — Я хочу прекратить твои мучения здесь… — продолжала мать, пытаясь убедить сына на это, — Неужели, ты сам не видишь, что здесь происходит? Всё, что сейчас происходит с тобой — это ненормально! — Я не могу уехать! — на отрез отказался Изуку, не капельки не усомнившись в своём решении. Он был зол. Действительно зол. Было больно и грустно. Всё в перемешку. Мать в конце концов успокоилась, убавила пыл, свои эмоции взяла под контроль. Она вновь подошла к сыну, который стоял на месте, как вкопанный. — Изуку… Прости… Давай поговорим сей… Мидория не стал слушать. Он резко развернулся и побежал в сторону к входной двери, оставляя за собой мать. — Изуку! — вскрикнула женщина, но мальчик не остановился. Быстро надев обувь, он взял куртку, вышел из квартиры и побежал. Бежал туда, где он может успокоиться.

____________

Он остановился. Ноги болели, а лёгкие, как будто обжигало огнём. Рядом было множество людей, шедшие по своим делам. Мидория был одет легко. Майка, штаны и красные ботинки, и единственное из тёплого — куртка. <Надо... Надо всё обдумать.> Отдышавшись, Изуку прошёл по улице, ища свободное место, где нет людей. Телефона с собой нет, да и, в принципе, ничего. Найдя свободную лавочку, он сел, опрокинув голову на спинку деревянной поверхности сзади. — Ох… — он глубоко вздохнул. Слёзы уже должны были выйти из глаз, но он держался, чтобы этого не случилось прямо на улице среди людей. <Не хочу… Не хочу туда. Не хочу к отцу. Почему мама так поступает? Неужели она забыла, что он...> Мидория уже был готов заплакать, но прилюдно это было тяжело. Изуку был против того, чтобы плакать при остальных. Это ещё больше усугубит проблему. <Мама… Хочет, чтобы я жил счастливо, но я и так счастлив! С чего она решила, что со мной что-то не так? Я же… Всё делал правильно… Ведь так? И я… Счастлив? > Голова тяжело перевалилась на правое плечо, а сам он немного сжался, стараясь стать ещё меньше, чем есть сейчас. Так тяжело думать. Особенно, когда скоро решится — останешься ты в старом аду или перейдёшь в новый? Он смотрел вперёд, наблюдая, как люди мелькают мимо него. Они все были разной формы и длины. Голоса тоже различались, если люди разговаривали по телефону или друг с другом. Естественно, никому не было дела до него. Никто не поможет, не поддержит, не поговорит. Мидория уже не понимал сколько времени прошло. Ему казалось, что проходящие мимо люди были одинаковые. Как запрограммированные роботы, которым дана команда убить его морально и физически. Будто он единственный, кто чувствует своё тело, он тот кто решает, что делать с собой. Он тот, кому суждено так жить. От этих мыслей болела голова и становилось всё запутаннее. Порой, когда становится всё плохо в жизни, ты начинаешь искать проблему, из-за которой происходят все несчастья. В случае с Изуку, он смог найти только одну причину. Это он во всём виноват. Он по-немногу сходит с ума. Мидория смотрел вперёд, а глаза расфокусировались от людей и теперь взгляд был устремлён куда-то в пустоту. Внезапно что-то бросилось в глаза. Мужчина в тёмном костюме и с маской птицы. Мидория выпрямился, найдя новую цель для изучения. Сон и вялость сняло как рукой. Это был кто-то не из обычных людей. Человек шёл неторопливо, совсем медленно, будто раздумывая над чем-то. Было ощущение, будто все, кто шёл рядом с ним специально обходили того стороной, боясь толкнуть. Мидория наблюдал за ним, и внутри поселилось чувство тревоги. Было также интересно почему он заметил именно его? Внезапно Мидория увидел, как что-то чёрное выпало из его кармана на землю, где люди уже начали столпотворяться и почти скрыли из виду потерянную вещь. Изуку подскочил с места и направился к тому, что выпало из кармана мужчины, пока никто не успел забрать её. Растолкав всех, кого можно, Изуку, схватив в руки потеряшку, побежал за удаляющейся фигурой, чтобы догнать и отдать потерянное. Из-за того, что он ещё не отдышался после побега, Мидория не мог бежать нормально. Казалось мужчина шёл невероятно быстро. — Извините…! — крикнул сначала он, как внезапно замолчал и не стал дальше говорить. Изуку остановился. Внутри появилось ощущение, которое говорило ему остановиться. Ноги немного задрожали, держа его на месте. Он продолжил стоять и размышлять, смотря в спину человеку, который выглядел слишком странно. <Попробовать догнать того подозрительного человека, либо же остаться на месте? Может я делаю ошибку? А если это злодей, и он кому-то навредит... > Однако думал Изуку до тех пор, пока мужчина не исчез. Затерялся в толпе, не оставив шанса себя найти. — Ну вот… — промолвил Мидория выдохнув и сжимая в руке потерявшуюся вещь, — Даже здесь я бесполезен… — прошептал про себя он и обратил внимание на то, что лежало в руке. <… Отслеживающее устройство? > На приборе было нарисовано пару кругов. Красная точка и белая. Мидория стал вглядываться в устройство. Он решил пройти назад, иногда случайно толкая людей и проходя приличное расстояние от своего места, Изуку точно понял. Белая точка — это место, где он находится, но красная была неизвестным ему объектом. Или что это? На экране она была на месте и не двигалась. <...Это был злодей? Зачем ему это? Стоит ли отдать её полиции? А может это какая-то шутка, или какая-то игрушка? Ха... Или…> Изуку сжал устройство в руке, кусая губы в раздумьях. — Что мне делать…?

__________________

Наконец он пошёл домой. Мидория точно не знал, сколько прошло времени, но ему хватило, чтобы немного успокоиться и промёрзнуть до костей. Мидория аккуратно открыл входную дверь и нырнул в свою комнату так, чтобы его было не слышно и закрыл свою дверь. Изуку даже не хотел снимать с себя вещи, и в последний раз взглянув на руку, он закинул устройство в свой жëлтый рюкзак, и лёг на кровать, скинув по пути с себя куртку. Глаза автоматически закрылись, и он без колебаний заснул. Совсем ни о чём не раздумывая. Потерянная таинственным человеком вещь теперь лежала у него в сумке, начиная мигать.

_____________

Тойа Сецуно. Один из преданных людей, находящихся в Восьми Заветах Смерти. Этот человек бывает нервным, когда попадает в страшную ситуацию или пользуется своей причудой. Он одет в чёрное пальто, под которым была зелёная рубашка, блондинистые волосы, а главное маска, отражающая то, где он находится. Этот человек никогда не перечил приказам своего босса, который на данный является главным среди Восьми Заветов Смерти. Человек, который подарил им новое настоящее и показал насколько мир отвратителен и гнилой. Абсолютно все, находящиеся рядом с ним полноценно поддерживают его и всегда выполняют его волю и прихоть. У него есть непоколебимые принципы и цель, ради которой он готов идти по головам. За его личность все его уважают, и буквально поклоняются ему, что тому очень нравится. Сецуно не исключение. Конечно, он немного не понимает всего плана Восстановителя, как, к примеру, уничтожить все причуды в мире, и создать рай для людей без способностей, но ему ничего не остаётся, как выполнять поручения и бороться за его цель. Также, он не понимал ещё кое-чего. Девочка с серебристыми волосами и с маленьким рогом на правой стороне лба. Вот её мужчина берёг как зеницу ока и не смел абсолютно никому доверять. Она могла находиться только рядом с ним или в комнате, где специальные люди забирают её кровь, и где она спит. Насколько Восстановитель объяснил, девочка — главный козырь и ключ к его цели, именно она была самой главной для босса. Поэтому Восстановитель знатно так бесился, когда что-то шло не по его плану, или когда какие-то подчинённые пытались помочь ему с наблюдением за малышкой. Самой девочке было от силы лет пять или шесть, но это не останавливало босса забирать её кровь и изучать причуду. Лично Сецуно было плевать на то, что с ней происходит. Хоть её били и кричали на неё за непослушание, хоть когда она плакала в своей комнате глубокой ночью, ему всё равно. Пока Восстановитель не скажет, он не будет лезть не в своё дело, иначе отхватит по полной. Для босса она была настолько важна, что всем приближённым к нему раздали устройства отслеживания, чтобы на несчастный случай найти девочку, и привести обратно. Сейчас Сецуно идёт обратно на базу со встречи с одной крупной группировкой. Якудза сотрудничала с ними из-за поставки им оружия и наркотиков, поэтому ему нужно было пойти туда вместо Куроно, и проследить за товаром и оплатой. Спустя пару часов, но он закончил свои дела, расписал бумаги и немного посидел, чтобы поболтать с теми людьми. На улице была пасмурная погода, но ему было всё равно. Настолько он устал, что начал нервничать, когда совсем забыл о времени. Пройдя мимо гигантской толпы, где эти отвратительные люди нескончаемо проходили мимо и толкали его, Сецуно всё-таки дошёл до своего места. Огромный на вид дом, но, на самом деле, он был намного больше внутри. Точнее под землёй. Вздохнув и зайдя внутрь, он достал свой ключ, открыв проход вниз, и без проблем спустился. Нервозность пробирала его чуть ли не до костей, когда он посмотрел на часы. Мужчина задержался на целых два часа и боялся отхватить от босса. Он не любил некомпетентность. Десять минут прошли как в тумане, и наконец вздохнув, он вышел к главному центру, где находились трое из подчинённых и Куроно, за которого он прошёл весь этот путь. Подойдя ближе, он услышал недовольство в голосе мужчины. — Давайте быстрее, бестолочи. Восстановитель рассердится, если вы опоздаете с новым грузом. Трое кивнули разом, относя ящики с товаром наверх. Сецуно подошёл к нему, показав бумагу перед глазами. — Я всё сделал, где босс? Куроно лишь раз оглянулся вовсе незаинтересованный им и ушёл в другое направление. — Он в кабинете. Не задерживай меня. Тот скрылся из виду сразу после сказанных слов. Мужчина вздохнул раздражённо и быстрым шагом направился по стороне к кабинету Восстановителя. Ему нужна бумага для подтверждения, что товар готов быть принятым. Ноги стучали по полу, отдаваясь эхом по туннелю. Он успокоился, уже размышляя о своём, но внезапно проходя мимо других комнат, Сецуно услышал негромкий крик, отдавшийся по стенам эхом. — А-а! Короткий девчачий визг, который тут же был заглушён, но мужчина проигнорировал это. Это было совсем не его дело. Пройдя дальше, он уже был готов к отчитыванию от Восстановителя. Как никак, но он опоздал, поэтому уже начал снова нервничать, и руки дрожали, сжимая бумажку. Дверь оказалась перед ним незаметно, и он спустя пару секунд постучал. Услышав строгое «Войдите», он зашёл, выпрямившись перед мужчиной. — Босс, документы у меня. Они г-готовы к принятию. Восстановитель искоса посмотрел на него, указал на свой стол, после чего продолжил смотреть на вещь в своей руке. — Положи и проваливай. У меня много работы. Быстро как на молниеносной скорости, Сецуно положил бумажку, сразу кланяясь и выходя из кабинета. Негромко захлопнув дверь, он вздохнул с облегчением. Как же это нервозно. Теперь с приподнятым настроением, он направился к своей комнате. Мало того, что он смог отвертеться от отчитывания и злости босса, так и его дела закончились, значит, он наконец сможет отдохнуть и поспать, если, конечно, никто из его дружков не захочет дать ему работу. Засунув руку в карман, Сецуно хотел уточнить время и поставить будильник, чтобы завтра точно не опаздывать на новую работёнку для него. Не нащупав телефон в правом кармане, он полез рукой в другой. Достав своё устройство, мужчина взглянул на время. «23:20», значит ему вставать через шесть часов и сорок минут. Включив будильник, мужчина уже почти был у входа в свою комнату, но внезапно остановился. Глаза расширились. Он не мог поверить в то, что сейчас произошло. Засунув ещё раз руку в правый карман, он начал нервничать. Ничего. Пусто. Сецуно как одержимый ощупывал себя, пытаясь вразумить, что он не облажался и он просто закинул вещь в другой карман, но к сожалению он был полностью пуст. Карманы пусты. Ничего нет. Самой черт возьми главной вещи нет. — Где он, чёрт возьми?!

____________

Мидория долго не спал. Снова открыв глаза, вокруг было темно. На телефоне показывало время: «2:30» Мозг будто был погружён в тёмное место и видел только то, что происходит с телом, не реагируя ни на что. Единственное, что у него крутилось на уме в первые минуты: <Что делать...?> Он больше так не мог. Даже сейчас мама пытается отвернуться от него, Изуку это знает, хотя она это не показывает. Именно он причиняет ей боль своим присутствием, да и вообще своим существованием. Больно в груди от таких мыслей, но голова отказывается думать по другому. Он уже ни в чём не уверен. Так или иначе, никогда. Никогда не поедет к отцу. Есть несколько способов, но Мидория не хотел прибегнуть к таким событиям, по типу «Очередной беспричудный покончил жизнь самоубийством.» Он не пойдёт на это. По-крайней мере не у всех на виду. Никаких мыслей. Совершенно. Может просто… Сбежать? На время? <Серьёзно? Это всё, что я мог придумать?> <Да… Может, так будет к лучшему.> Изуку сел на кровать, смотря в пустоту расширенными глазами. <С чего вдруг такие мысли? > Теперь такие вопросы вертелись у Мидории на уме. Большое ничего не придумывалось. Смысла разговаривать дальше просто нет. Но убегать от проблем — это не по-геройски? Хотя, кого он обманывает. Мидория же не герой. Руки сжались в кулаки, и Изуку закусил губу до отрезвляющей боли. <Никто не будет вспоминать меня. Я никому не нужен. Ни другим, ни себе. > — … Хватит. Шепнув слово про себя, он встал с кровати резко, до темноты в глазах. Подойдя к шкафу и открыв его, он стал вытаскивать все свои принадлежности, которые он может взять с собой. Не нужные вещи полетели на пол, засоряя убранную комнату. Изуку взял только несколько тетрадей с законченным анализом, так как часть их были детскими, либо же некоторые знал наизусть. Из маленькой коробки он достал все свои сбережения, которыми он не пользовался несколько месяцев. Несколько письменных принадлежностей, бутылку воды, телефон и заряженный повербанк, чистые тетради и несколько тёплых вещей. Взор упал на неприметную полку около кровати, где стояла фотография. Единственная, счастливая фотография, которая была сделана ещё в раннем детстве. Две счастливых женщины и два ребёнка, которые когда-то вместе играли и мечтали о героях, и всегда были вместе. Рядом с этой фотографией в рамке лежала вещь, та самая единственная вещь, оставшаяся с того прекрасного времени. Карточка со Всемогущим. Мидория смотрел на неё с тоской и болью внутри себя. Всё поместилось в жёлтый рюкзак. Изуку вышел из комнаты как можно тише. Свет на кухне не горел, значит мама уже спит. Голова снова заболела от сомнений и мыслей. <Что… Что я делаю? Неужели мама останется одна? Она будет плакать… Но разве ей нужен такой как я? Может она сможет снова устроить личную жизнь. Без меня…> Он сжал лямку рюкзака, начиная думать совершенно о другом. Ещё не поздно остановиться, ещё не поздно оставить это и продолжать идти вперёд. Его ноги совершенно не слушались. — Так будет… Лучше. Ещё раз осмотрев квартиру, он натянув ботинки, вышел из дома, оставив после себя только комнату с постерами Всемогущего.

____________

Прохлада, чистый ночной воздух, тёмное небо, пространство и мало людей. Он шёл по разным улицам не следя куда идёт. Сейчас и в правду стало намного свободнее. Дул прохладный ветер и было чувство, будто голова стала остывать. Синяки на теле немного саднили, но Мидория не обращал на это внимание. <И что теперь…? Я ушёл из дома. Получается мне придётся выживать на улице. Ну да, мне не привыкать что-то делать для сохранения своей жизни. Интересно, мама будет заявлять о моей пропаже? Возможно… Хотя, думаю, что я наконец перестану маячить перед всеми, мозоля глаза.> Переносицу стало щипать. Слёзы начали литься по щекам быстро и бесшумно. Хотелось прокричаться, да так, чтобы горло болело и голос сорвало, но себе Изуку такого не позволял. Мидория сел на метро и поехал. Всхлипы и горячие слёзы на замёрзшей коже. Ему было больно. Больно, больно, больно, больно. Больно, больно, больно. Внезапно, он остановился, вытирая помутневшие глаза о ледяные руки. Вокруг был незнакомый, тёмный район. Он достал, и посмотрел на экран телефона. Прошло два часа. Почти пять утра. Скоро будет светать. Кости пробирал холод и дрожь пульсацией проходила по ногам и позвоночнику. Спать хочется очень сильно, поэтому Изуку нужно было найти место, где можно поспать или, хотя бы, отдохнуть. Отогреться он нигде не сможет. А если встретит человека, который попытается навредить ему? Тогда уж умрет не просто самоубийством, а из-за злодея. Через десять минут ходьбы по округе Изуку нашёл заброшенное пятиэтажное здание, которое стояло за небольшим забором. Вокруг были и другие дома, но они были жилыми, поэтому совсем для него не подходило. Он удивлён тому, что так быстро нашёл заброшенное здание, так как не знал, где в принципе находится. В такие тёмные места он никогда не заходил. Искать вход долго не пришлось. Сбоку было наполовину открытое окно. Он закинул одну ногу на подоконник и, оттолкнувшись, забрался без труда. Мидория стал осматриваться. Всё было абсолютно пустое. В доме когда-то проживали люди и осталось немного старой мебели. Дверей практически нет. Шаги эхом возвращались от стен к нему, никаких других звуков вокруг. Изуку один. Он очень хорошо прошёлся по этажам, не заходя на последних два. Возможно, по привычке, чтобы знать куда прятаться. Может, он ещё вернётся сюда. Мидория был рад тому, что никого не нашел, но внутри сознания всё же был сильный ужас и страх находиться в этом тёмном месте. Одному. На холоде. Он больше не мог найти другого места, как в углу какой-то заброшенной квартиры на втором этаже, и просто уселся там между шкафом и каркасом старой кровати. Возможно, что здесь совсем не безопасно находиться, нет тут и вправду опасно находиться, тем более беспричудному. Веки стали предательски закрываться, почувствовав спокойствие и тепло от куртки. Изуку уснул с чувством странной тревоги.

____________

***

Опять темнота. Опять он в ледяной воде. Опять не чувствует тело. Он просто смотрит. Глаза бегали по доступной окрестности, ища хоть кого-то, хоть чьё-то движение. <Опять... Пожалуйста, дайте мне отдохнуть...> В его голове начали появляться не самые хорошие мысли. Когда ему говорили это на прямую он отказывался, не принимал этого, ведь Изуку не мог просто сдаться. Он обещал себе, но… в самые тяжёлые дни это, наверное, было лучшим выходом. Так он думал, пока глубокие частицы сознания и души кричали о… Внимании. Спасении. Желании стать героем. Всё таки умереть он хотел не всегда. Мидория оптимист. Это уже известно не понаслышке, но с каждым годом этот оптимизм угасает, как будто поливают его водой, чтобы огонь навсегда потух. И снова тянущиеся руки. Изуку уже не сопротивляется, так как они не сделают им ничего. Опять три пары рук схватили его. Те же детские, женские и грубые руки, а остальные просто находились рядом не приближаясь. Всё одно и тоже. И в правду. В этом холодном пространстве, руки согревали его. Хотелось ответить на эти прикосновения и обнять кого-то, но тело было парализовано. <Может не так всё плохо? Может всё наладится…>

_____________

Его выдернули изо сна два звука. Он открыл глаза и стал доставать телефон из сумки, чтобы выключить будильник. Мидория забыл выключить его. Сейчас бы он собирался в школу, потом принимая унижения от одноклассников и больные удары по телу, но сейчас, вроде, день хорошо начался, хоть и с холодом, и оледеневшими руками. На улице было практически полностью сыро, ведь за ночь немного высох асфальт. Ещё посидев с полуоткрытыми глазами, Изуку только сейчас понял, что он слышал два звука. Один от будильника, а второй? Снова звук и вибрация. Он стал искать источник в рюкзаке. Радар стал вибрировать, и засветилась красная точка, которая двигалась. <Стой, эта… Эта точка недалеко! > Мидория теперь точно проснулся. Не обращая внимания на своё ледяное тело, его глаза внимательно осмотрели экран радара. — Сейчас. Нужно узнать, кто это! — сказал Изуку про себя и побежал по указанию на радаре. Он немного понял как двигаться, и уже с уверенностью направлялся к цели. <Почему он завибрировал? Раньше он не издавал звуки! Так что же это или кто? > По радару он пытался ориентироваться на местности, чуть ли не врезаясь в стены заброшенного здания. Изуку вышел из заброшки и стал бежать по направлению к красной точке. Переводя глаза перед собой и на устройство, он бежал зигзагами, чтобы не врезаться ни во что. Внутри было странное чувство любопытства и тревоги, но похоже, что сейчас это не важно. Нужно сначала всё разузнать, а потом решать, что делать. Было раннее утро, а людей было мало. Теперь Изуку забежал в переулки, иногда заглядывая в следующие. Воздух неприятно жгло горло и хотелось пить, ноги не чувствовали ничего кроме холода, но это неважно. Осталось где-то пару десятков метров. Точка двигалась в его сторону. Когда до отметки осталось пару заворотов, Мидория понял, что рядом находится главная улица и начал искать глазами какое-то укрытие в узком пространстве. Он быстро нырнул за ограждение из мусорного бака, где его не должно быть видно. Изуку затаился и наблюдал за тем, кто мог прийти сюда. Заглянув в устройство, точка до сих пор направлялась точь в точь к нему. Если это не шутка, то он мог наткнуться на злодея, а раз так, то ему нужно будет рассказать всё полиции. Но удастся ли ему уйти, если это действительно злодей? Послышались тихие шаги. Точнее шаги, которые старались бежать. Мидория стал вглядываться в тёмный переулок. Из угла выбежал… Нет… Выбежала девочка. Она направлялась в сторону, где находился Мидория. У неё были серебристые длинные волосы, красные глаза, бледное лицо и маленький рог на голове справа. Она была одета, как будто в больничную одежду, а руки, ноги и горло забинтованы... <Она без обуви?!> У Мидории от шока расширились глаза. <Что она тут делает? Это… Она была на радаре? На улице холодно! Почему она практически без одежды? Что с ней случилось? > Мидория одно понял точно. Она напугана. Просто до ужаса. Её лицо показывало то, что она в отчаянии, и желала спасения. Девочка пробежала мимо него, чуть хромая, а на глазах виднелись капли слёз, из-за которых Мидория не смог держаться на месте долго. Тело двигалось само. Выбежав из ограждения, Изуку направился к ней. Девочка даже не поняла, что за ней кто-то бежит, и испуганно пискнула, когда её подхватили на руки и быстро понесли прямо вперёд. Только сейчас он услышал сзади тяжёлые шаги. Теперь он побежал ещё быстрее. Он не знал улицы, но бежал в направлении к примерному местоположению заброшенного здания. <Если это… Мужчина, который хотел с ней что-то сделать, или её родители… Мне нельзя так просто ожидать их. Надо сначала спрятаться, а потом узнать у девочки, что произошло. Почему никто не обратил внимания на неё?! > Теперь сзади послышались еле уловимые тяжёлые шаги, но мозг продолжал думать на пределе возможностей. Лицо, которое он увидел у этой девочки настолько испугало и насторожило его, что нельзя надеяться на удачу. Наконец Изуку нашёл дорогу до заброшки, на которой он был. Мидория специально бежал зигзагами, чтобы преследователь, не мог так просто догнать его. Теперь никого сзади не было слышно, что было очень странно. Девочка в руках Мидории не издавала ни звука, но она очень сильно дрожала. Ребёнок почти ничего не весил, будто в руках что-то стеклянное, будто одно неправильное движение и стекло разобьётся. Впрыгнув в распахнутое окно, Изуку кое-как приземлился на деревянные ноги и продолжил бежать теперь наверх. На второй этаж. Завернув за стену, Мидория забился в угол за шкафом в комнате среднего размера и прижал девочку к себе. Он задержал дыхание, чтобы прислушаться к звукам шагов или вздохов, но через пару секунд он ничего не услышал. — Ха-ах! — Мидория резко вздохнул и стал быстро дышать. Лёгкие стали потихоньку восстанавливаться и сейчас он заметил, что ребёнок в его руках почти не двигался. Он аккуратно положил руку на её маленькое плечо, после чего она сильно вздрогнула и чуть не вскрикнула. — Ты… В порядке? — спросил Изуку, но ответа не последовало. Ребёнок не смотрел на Мидорию, положив руки на свои колени. Она стала очень торопливо дышать. Изуку стал осознавать как всё плохо. Если бы это была небольшая проблема или обычная ссора с родителями, ребёнок всё равно не мог так себя вести. Она держалась, чтобы не заплакать, будто боялась чего-то. Сердце болезненно заныло. Мидория крепко обхватил девочку руками прижав к груди и обернул своей курткой, после чего девочка ещё раз вздрогнула от резко распространившегося тепла. — Всё хорошо. Всё в порядке. — сказал он, пытаясь хоть как-то утешить ребёнка. Девочка молчала и практически перестала дышать. Мидория понимал, что ребёнок напуган и не имеет права доверять совершенно незнакомому человеку, но внезапно она в ответ прижалась к его груди, зарываясь глубже в куртку. Изуку почувствовал, как мокрые капли стали впитываться в футболку. Он вздохнул, когда понял, что девочка доверилась и отдалась спасению. Теперь всë хорошо. — Теперь всё хорошо. Я здесь.

___________