Новый герой — Деку

______________

Бакуго стоит около входа школы, смотря практически в никуда. Прошло больше месяца с тех пор, как Мидория не появлялся в этом месте. Из учителей в итоге никто и не сказал, что с ним случилось, поэтому все одноклассники и некоторые из других классов до сих пор сплетничают о том, что взрослые скрывают, что Мидория вероятно совершил самоубийство. И только он единственный знает, что он пропал. Хотя, наверное, уже мёртв. Его толкнули в плечо. — Эй, Бакуго! Ты чё тут встал? Пошли уже! — сказал один из его «дружков». Его взгляд впился недобрым блеском в одноклассника, показывая раздражение. — Отвали. — Бакуго просто огрызнулся на него, сразу идя впереди, оставив позади шокированного парня. Урок начался. Посматривая иногда назад, Бакуго ожидал увидеть того тихого мальчика, который бормотал всякую хрень каждый раз у себя под носом, но его там не было. Эта пустующая парта будто напоминала ему о том, что из-за него там никого нет. Почти никто и не обращал внимания на то, что из класса пропал ученик, а лишь иногда между разговорами поливали того грязью. Иногда вспоминались дни, когда он видел лицо Мидории, которое пробуждало в нём волну неестественной беспомощности, злости и боли. Например, когда он выходил из школы, направляясь домой через задний двор, решая выйти там, куда ведут его «дружки». Внезапно взор падает на место около стены школы. Там стоят два одноклассника, которые беспощадно избивают слабого и никчёмного Деку. Естественно, двое сзади него лишь зыркнули туда и стали уводить Кацуки оттуда, как можно быстрее, вот только Бакуго решил всё-таки посмотреть тому, кого избивают в лицо. Мидория заметил его ещё с момента, как он вышел на задний двор. Их взгляды пересеклись. Они смотрели всего несколько секунд, но этого хватило, чтобы Бакуго почувствовал странное ощущение колкости внутри груди. В голове промелькали мысли, которые он никогда не слушал. Злость и унижение было выше этого. «Помоги ему. Ты так и будешь стоять и смотреть?» Он мог это сделать, так почему он сейчас уходит? Почему он развернулся, проигнорировав то, что происходит у него на глазах? Разве так ведут себя герои? Разве это правильно? Ручка в руках хрустнула и чуть ли не сломалась. Бакуго смотрит в пустоту, наконец кое-как вернувшись в эту реальность. Прозвенел звонок, а это значит, что сейчас статисты начнут идти к нему, разглагольствуя и показывая свое бахвальство. В том числе и о суициднике, которого в классе не было. Так происходило каждый день. Мать стала реже с ним разговаривать. Она не могла ещё поверить в то, что происходило все эти годы. Отец вёл себя нормально, но по его виду можно было понять, что тот явно не радостен, как обычно. Мицуки продолжала навещать мать Мидории чуть ли не каждый день, если находила время. Отец был на работе, поэтому у Бакуго было много времени думать обо всём, что происходит с ним в одиночестве. Одно и тоже. Каждый день. Сон. Школа. Одиночество. Уроки. Сон. В школе продолжались разговоры о последних новостях и героях. Он не слушал их, начиная раздумывать, что Мидория мог говорить о них. Наверняка бы начал бубнить себе под нос, что-то расписывая в тетради. — …Ага, прямо как наш суицидник! Бакуго очнулся именно тогда, когда произнесли эти слова. — Интересно, а каким образом он решил это сделать? Девочка приложила палец к подбородку. — Хм… Может, прыгнул с крыши? — Ну знаешь, если бы он так сделал, то он светился бы уже в новостях по всем каналам. — Возможно, ты прав. Послышался хруст. Карандаш разлетелся на две половины прямо в руке Бакуго. Все обернулись в сторону Кацуки, который держал в руке половину карандаша. Он грубо оттолкнулся от парты, демонстративно встал из-за стола и стремительно направился к выходу. — Эй, Бакуго? Ты куда? Он не обернулся, просто выплюнув: — Не ваше дело. Дверь с грохотом захлопнулась, и все лишь проводили его недоумённым взглядом, оставив висеть в воздухе вопрос, который не был озвучен. Благополучно добравшись до туалета, он с не менее сильным ударом захлопнул дверь, подходя к раковине. Умыв лицо, у Бакуго началась одышка. Рука запотела, и грозилась выпустить взрывы с секунды на секунду. <Блять… Почему они продолжают вспоминать его?! Он как заноза в заднице, которую никак не вытащишь! Какая им, нахер, разница, каким образом он сдох?! Они совсем с ума посходили?! > А почему ты волнуешься об этом? Кацуки посмотрел в зеркало. На данный момент хотелось увидеть нормальное лицо с обыденным оскалом, который отпугивал всех людей от себя, и наконец успокоить свои нервы, которые были на взводе. Но что он видит сейчас? Перед ним испуганное выражение, которое не понимает, почему всё это происходит. Будто на него свалили весь груз планеты и проблемы, который он обязан решить, иначе умрёт раньше, чем станет героем и докажет, насколько он силëн. День закончился. Бакуго выходит из школы с полуопущенной головой. Сзади послышались быстрые шаги, и его снова толкнули в плечо. В голове сразу всплыли радостные отвратительные лица его прилипал. — Эй, Бакуго! Пойдёшь сейчас с нами в кафе? Мы как раз собира… — Отвали, блять. Не смей больше трогать меня. — Кацуки посмотрел на него полубоком, но этого хватило, чтобы двое «друзей» отшагнули от него ошарашенно. Бакуго лишь оскалил зубы от злости и пошёл дальше. В последнее время его начало всё раздражать. Одноклассники тоже заметили, что с ним что-то не так, но ему было плевать на это. Пусть думают что хотят, его это не касается. Теперь Бакуго чувствовал, что на данный момент это у него тараканы в голове, а не только у Мидории. Всё, что происходит сейчас — будто и есть та самая головоломка, которая решит его судьбу в будущем, но он никак не может найти потерянный фрагмент этого пазла. Даже сейчас, когда прошёл целый месяц, он не осознавал этого. Для него будто только неделя ушла, но на самом деле время летит быстрее. Бакуго перестал ходить на пробежки, да и в принципе уже забыл, когда в последний раз использовал причуду. Помнит ли он вообще, как ей пользоваться? Он не слышал ничего вокруг и уже почти скрылся из виду той самой школы, как вдруг сзади послышался чей-то бег. — Бакуго! Это был девчачий голос, но Бакуго не знал чей именно. Наверное, какой-то одноклассницы или девки, которая хотела привлечь его внимание, однако произнесённое только что было не спокойным, а скорее злым, Он развернулся, не предвещая ничего, но резко отшагнул назад от резкого выпада. Пощёчина. Ошарашенно посмотрев на одноклассницу, он положил руку на левую щёку. Девочка с коричневыми волосами, собранными в два хвостика, смотрела на него с отвращением и злостью, как смотрела на него месяц назад мать, после того, как узнала о причине, почему Мидория был в увечьях. — Ты… Ты думаешь ведь о нём, да? Она начала нервно дышать, но не собиралась уходить, смотря на самого́ Бакуго без страха в глазах. Он сначала не понимал, что происходит, но первые мысли, которые мелькнули, были об Изуку. — Эй, ты что несёшь…! — Заткнись! — она крикнула на него так, что это было слышно далеко от них. Прохожие нервно покосились на них и стали быстро отходить, не желая влезать в разборки. Кацуки начинал злиться. — Ты думаешь, что имеешь право вести сейчас себя так, будто виноват?! — непосредственно начала она говорить. — Сейчас ощущение, что ты чувствуешь какой-то дискомфорт, да? Тогда почему раньше ты не мог почувствовать? Бакуго хотел крикнуть на неё, чтобы девка отстала, но его резко что-то остановило. — Каким, к чёрту, ты хочешь быть героем, если даже одному человеку помочь не можешь?! Парень замер, больше не предпринимая попытки заткнуть одноклассницу. — Никто не пытался помочь ему, даже я! Я, та ещё трусиха, но ты… Ты — человек, который сильнее всех в школе, не мог ему помочь! Все годы вы унижали его и до сих пор продолжаете поливать грязью! Никто не заступался за него, потому что… Потому что боялись той же участи от вас! Прошлый и этот год был просто невыносим… Он терпел это… Он столько терпел, а в итоге…! Ты настоящий идиот, Кацуки Бакуго! Ты отвратителен! — она выплюнула эти слова с такой язвой и скепсисом, что ничего из этого не показалось Бакуго оскорбительным. Наоборот. Из её глаз хлынули ручьём слëзы и та резко побежала вперёд, толкнув плечом Бакуго в сторону. Он остался стоять там, чтобы попытаться понять слова девки. Щека не болела так, как голова и грудь на данный момент.

__________________

Дверь захлопнулась, но никому не было до этого дела. Кацуки кинул сумку на стол, а сам сел на кровать, не в силах снять с себя эту удушающую форму. То, что сказала та девчонка никак не выходило из головы, и он буквально помнил каждое слово, которое та говорила. — Почему? Почему я не могу этого понять? — он сжал руками свои волосы. Его голова просто кипела от наплыва информации и пытавшегося проникнуть осознания. Мидория для него всегда был камешком перед глазами, о который он всегда натыкался, куда бы не пошёл. Ему казалось, что тот смотрел на него, как на какого-то слабака, всегда разглагольствуя о том, что станет героем вместе с ним, но они оказались для него пустыми словами. Взор внезапно упал на стол. Пустой стол, где было практически ничего кроме учебников и карточки со Всемогущим. «Каччан, ты такой крутой!» «Когда мы вырастем, то обязательно станем лучшими героями!» «Ты обязательно станешь сильнейшим, а я буду помогать тебе!» «Я никогда не выброшу эту карточку!» «Мы ведь всегда будем друзьями?» Время словно замерло. В голову, как ветер в уши влетело мгновенное осознание, также, как и подкатывающая к горлу тошнота. Бакуго резко встал с кровати, влетая в ванную комнату, как ошпаренный. Дверь открылась с хлопком, и Кацуки упал боком к унитазу, хватаясь за бочок одной дрожащей рукой. Желудок вывернул всё наизнанку. Его вырвало. Стало ужасно тошнить от воспоминаний. От всего произошедшего за всё время. Когда содержимое желудка вышло из него, он начал нервно дышать, теперь не пытаясь остановить воспоминания. Последние хорошие воспоминания связанные с Мидорией Изуку. Бакуго ударил рукой о крышку унитаза. — Чёрт…!

________________

Утро. Бакуго проснулся, не ощущая ни капли бодрости в своём теле. Хотелось снова уснуть и не начинать этот мучительный день, но есть школа, которая то и дело ждёт его возвращения, и будильник, который напомнил об этом. Кое-как собравшись и запихнув примерные на день уроки, он вышел из комнаты, уже готовясь уходить, и плевать ему было на то, что до выхода ещё целых десять минут. Уроки он не сделал, не умылся, поэтому выглядел очень уставшим. Но на это было всё равно. Голова была неестественно тяжëлой. Спустившись с лестницы, он окинул взглядом кухню. Мама сидит в телефоне, что-то агрессивно печатая, а отец пьёт кофе, смотря последние новости, которые показывают в телевизоре. Даже нет смысла разговаривать с матерью сейчас. Всё равно ей плевать на то, что он скажет. Сейчас тем более. С того момента, как он вышел из дома, его голова снова начала прогрессивно наполняться надеждами и мыслями. А если Изуку придёт в школу и скажет, что это была неудачная шутка? Тогда он точно прикончит его. Или наконец-то эти тупые одноклассники перестанут разговаривать об этом? Но это были только его мысли. <Когда я в последний раз с ним разговаривал? > «Такому отбросу место не здесь, а где-то… На кладбище.» В горле образовался ком, и новый рвотный позыв внезапно появился в организме. Немного постояв на месте, он всё же отдышался и направился снова вперёд, подавив это ощущение. Почему ему сейчас не плевать на эту ситуацию? Что он теперь сделает? Деку больше нет. Это же то, чего он хотел? Разве нет? Ничего не изменить сейчас. Не повернуть время назад. Он у ворот школы, а во всём участке вокруг практически никого. Ноги ощущались совсем ватными и неконтролируемыми, но они всё равно повели его внутрь, будто заманивая в капкан. Войдя в двери, Бакуго решил одним взглядом окинуть шкафчик Мидории. Исписанный. Почти сломанный. Он поморщился, думая о том, что бы он почувствовал на его месте, когда увидел у себя это. — Не надо! Отдай! Бакуго резко посмотрел вперёд. Мальчик низкого роста с коричневыми волосами пытался забрать сумку у старшеклассника, который стоял рядом со своим другом. Он тоже был известен среди старших и учителей как «проблемный подросток», и поэтому никто не мог заставить его вести себя нормально. Он пытался заговорить с Бакуго, но его послали на огромные три буквы. — Ого, сопляк пытается что-то сделать, снимай скорее! — Прикол, давай это в беседу потом скинем. Тряси его сумку. Как только этот парень начал поднимать чёрную сумку, он начал лыбиться. Чёрт возьми, лыбиться отвратительной улыбкой, от которой не менее хотелось блевать. Почему ты сейчас так себя ведëшь, Бакуго? Парня, который хотел выбросить сумку резко схватила чья-то жёсткая рука. Он обернулся и взглянул на человека, который его остановил. Бакуго стоял, зло озираясь на старшеклассника, одновременно ошарашенно смотря на свою руку, которая неконтролируемо схватила запястье статиста, и сжимал её. Слова вышли так, будто его начинало вырывать прямо на этого ублюдка. — Съеби с дороги, отброс.

_________________

Мидория проснулся. Глаза начали немного фокусироваться на окружении, а голова болеть. Он находился в комнате женщины. <Меня не поймали…> Изуку хотел было поднять голову, но на грудь быстро надавила чья-то рука. Он посмотрел на Чиё, которая сидела рядом с ним, нависая сверху. — Лежи, не смей вставать. У тебя сотрясение. Глаза округлились, и он послушно опустился на подушку, уже не пытаясь встать. Мидория внезапно вспомнил последнее, что произошло с ним. Падение с третьего этажа, и Сотриголова, который пытался увести его в полицейский участок. Изуку тревожное повернулся к женщине, невольно показывая страх в глазах. — А… Ацуо? Эри здесь? Всё в порядке? Она кивнула с тяжелым вздохом. — Успокойся, все на месте. Ацуо спас тебя, когда ты был в таком состоянии. Эри волновалась больше всех. Сейчас они в гостиной, ждут, когда я выйду и скажу о твоëм состоянии. — Чиё мягко положила руку на его лоб. — Лучше поспи ещё. Я уже напоила тебя лекарством. Я побуду рядом с Эри. Изуку ещё смотрел на женщину, начиная чувствовать вину и стыд за произошедшее, а также думая над её предложением. Переносицу стало щипать, и он посмотрел на Чиё с виной. — Да… Мне жаль. Я не смог… Сбежать… Я… Я такой бесполезный… Простите. Мне так жаль… Она покачала головой, садясь на кровать ближе к нему. — Хватит, сейчас мы не будем об этом говорить. Главное, что ты с нами и жив. Поговорим об этом позже. Ладно? Мидория ещё несколько секунд смотрел на неё, после чего послушно прикрыл глаза, как по приказу снова начиная проваливаться в сон. Голос женщины всегда успокаивал, хотя сейчас она была строга и, похоже, очень сердита. <Потом… Нужно извиниться перед ней, Эри… И Ацуо.>

________________

Смотрите! Он спас уже больше сотни человек!

Громко произносится из динамиков компьютера. Вокруг темно. Удобное кресло. Все стены обвешаны постерами, а полки обставлены фигурками. В руках игрушка самого наилучшего героя в Японии. Героя номер один. Всемогущего.

Он смеётся!

На заднем фоне слышится звонкий, уверенный смех того, кто подарил цель и мечту маленькому мальчику с зелёными вихрами волос и яркими зелëными глазами. На экране герой встаёт на вдребезги разбитую машину с гулким стуком, поднимаясь и смотря вперёд, держа на своих плечах множество раненых людей, которые должны были быть обречены на гибель.

Всё хорошо! Почему?

Его улыбка становится шире, а все вокруг обомлели от его вида, а после произносится то, что всегда слышится до сих пор в мире, и вызывая волну мурашек и восхищения у людей, верящих в него.

Потому что я здесь!

Изуку сидит и пересматривает в тысячный раз это видео, совершенно не делая вид, что ему надоело слушать, наоборот. Он готов слышать это бесконечно, чтобы напоминать себе о недостижимой цели. Теперь недостижимой, но такой желанной. — Мама… Он уже знает, что мама в комнате. Ему нужна поддержка. Его мечта, и так далёкая от него, стала уходить настолько вперёд, что теперь её невозможно увидеть невооружённым глазом. Почему так больно? Почему ему так грустно? Почему именно он обделён тем, чем владеют почти все люди в мире? — Он спасает людей с улыбкой на лице, и не важно, в какую беду попал… Руки дрожат, но одна всё-таки смогла указать на героя. Он повернулся к грустной матери, стоявшей около двери, и обомлевшей от его слов. — А я? Смогу ли я стать таким же? Инко буквально окаменела. Ноги стали подкашиваться, а руки дрожать. По еë лицу уже всё было видно. Всё было понятно. Она кое-как на ватных ногах подбежала к сыну, обвивая того руками так, будто от этого зависила его и еë жизнь. — Прости меня! Прости меня, Изуку! Мне так жаль! Слёзы потекли по щекам матери, как и у маленького мальчика, которому стало ещё больнее от сказанных ею слов. Мать сидит и рыдает от того, что ничего не может сделать с этим. Она любит его, он знает, но всё же своим существом портит ей жизнь.

Нет, мама. Это не то, что я хотел от тебя услышать.

_______________

Изуку медленно проснулся. Перед глазами мельтешат чёрные точки, но всё-таки взгляд фокусируется. На стуле рядом сидит чья-то фигура, и, наконец окончательно проснувшись, он видит Ацуо, который что-то тщательно и агрессивно трёт с напряжённым лицом. Первое, что Мидория почувствовал — это стыд. Стыд за то, что доставил столько проблем, и подверг опасности себя и его. — Ацуо…? Ты в порядке? — первое, что слетело с его губ. Ацуо в ответ посмотрел на него скептически, даже не удивлëнный тем, что тот внезапно проснулся, а потом перевёл взгляд на вещь в руках. — О себе беспокойся. Тебе нефигово досталось от того героя. Левую ногу Мидория совсем не чувствовал, из-за чего казалось, будто её там вовсе нет, но, тронув её рукой, убедился, что она на месте. Голова немного побаливала, но трезво мыслить позволяла. — Сколько времени прошло? — Больше суток. Тебе ещё день отлежать, и нога срастётся. Ты бы знал, как мама намучалась с ней. Изуку немного нахмурился. — А… Всё было настолько плохо…? — У тебя перелом со смещением. Тишина. Мидория несколько долгих секунд смотрел на парня дезориентировано, пока не осознал, что тот сказал. Его глаза сразу расширились, а зрачок сузился от шока, когда слова дошли до его разума. Он подскочил с кровати в сидячее положение. — Неужели она мне сделала…?! — Тихо! — вскрикнул Ацуо почти шёпотом, тут же подскакивая со стула и прижимая указательный палец ко рту. Он указал на место рядом с ним. Изуку в сидячем положении посмотрел вниз и увидел Эри, которая всё время спала у него под боком. Так вот почему было жарко. — О… Ацуо напряг лицо, снова облокачиваясь на спинку стула раздражённый. — Да, она сделала операцию. Так что радуйся, что нога срастётся без дефектов. А теперь молча ложись и отдыхай пока можешь. Мидория кивнул, медленно укрывая девочку одеялом, после ложась рядом с ней обратно. Эри немного поворочалась из-за громких звуков, но снова успокоилась, прижимаясь к теплому телу рядом. . Мидория улыбнулся и перевёл взгляд на то, что Ацуо держит в руках. Это был тот нож, которым он разрезал оружие захвата героя. Изуку совсем и не чувствовал этого, а только адреналин и оставшийся испуг от побега. О чём он думал, когда напал на самого Сотриголову? Сбежать от него — всё равно, что из такого, как он герой. Однако вместе с этим он чувствовал облегчение. Не осознавая почему именно. Ацуо перевёл на него взгляд, от чего тот вздрогнул, увидев серьёзность в его глазах. Парень тяжело выдохнул. — Нам нужно поговорить, когда Эри не будет рядом. Это на счёт всей этой херни, что с тобой происходит. Изуку медленно, будто невольно кивнул. <Да… Я знал, что так будет.> Рядом с ним снова зашевелилась Эри. Она медленно открыла глаза и сонно посмотрела на Мидорию, который глядел на неë. Через несколько секунд она расширила глаза, полностью проснувшись и тут же обвила его шею руками. — Ты в порядке…! Изуку удивился, но с облегчëнной улыбкой положил руку на её спину, поглаживая. — Да. Прости меня… Эри…

_______________

Весь оставшийся день он провёл в постели. Нога была в нормальном состоянии, так как Чиё профессионально сделала операцию. Он пытался подвигать ногой, но она была настолько онемевшей, что Изуку не чувствовал ни нажатия на неё, ни боли. Женщина ходила всё время из комнаты в комнату и поила его лекарством чаще обычного. Как раз таки в дозах для излечения тела, как Чиё и говорила, нужно пить много мало насыщенной крови, чтобы излечиться полностью, что он поставил для себя в заметку. Ацуо приходил и в основном порицал его, говорил, какой он беспомощный в одиночку и что всегда создаёт проблемы, а вот в остальных случаях рассказывал, что видел на патруле на улице, когда тот спал. Хотя Мидория и не обижается на то, что Ацуо говорит ему это. Всё сказанное — заслужено. Ему всегда говорили, чтобы он никогда не прыгал выше головы, иначе рано или поздно загребёт себя в могилу, и то, что он беспомощен — тоже правда. Эри уснула после пары часов непрерывных объятий с Изуку. Действительно, девочка настолько волновалась все эти дни, что практически не ела, а лежала рядом с ним. Мидории также стыдно за то, что заставил её волноваться. Мальчик сидит на диване в гостиной. На ногу он старался не наступать, так как боялся, что кость может снова треснуть. Была глубокая ночь, поэтому у него есть время до утра, чтобы поговорить с Чиё и Ацуо. Женщина сейчас находится в своей комнате прибираясь, а парень на кухне наливает себе кофе. Парень размешал в чашках содержимое и направился к Мидории. Он поставил одну на стол, пододвигая к нему. — Держи. Изуку кивнул, сразу взяв стакан в руки. Это был ароматный чай. Отпив глоток, он поставил её на место, кладя руки на колени. Сейчас будет серьёзный разговор. Этого нельзя было избежать. Ацуо вздохнул, когда отпил ещё один глоток бодрящего кофе, и поставил на стол. Скрестив руки на груди, он решил начать разговор первым. — Слушай… Я понимаю, что мы только начали твоё продвижение, но тебе не кажется, что за последние две недели ты слишком… Сильно пострадал? Изуку сглотнул, но кивнул. Сзади тихо открылась дверь, и из неё вышла Чиё, направляясь к ним. Она посмотрела на двоих, после чего села между ними на подушку рядом. Теперь была тишина. Напряжённая тишина, которую прервал именно Ацуо. — Итак… Что теперь делать? Чиё посмотрела на Изуку, а тот продолжил. — Мидория. Ты слишком часто себя калечишь и ты это прекрасно знаешь. Уже успел засветиться у героев. — сказал невозмутимо парень. Изуку ещё раз кивнул, сжимая зубы. — Я знаю… Я подверг вас опасности, и теперь они ищут нас… Из-за меня… Чиё подняла руку, чтобы тот не продолжал. — Дело вовсе не в этом, Мидория. Про нашу безопасность совсем не стоит волноваться. Сколько бы людей не было в этом районе, никто никогда не узнает об этом месте, если не увидит своими глазами. — сказала она, складывая руки перед собой. — Но… Ты очень сильно рискуешь собой. Эри очень страшно за тебя, Мидория. Он сжал плечи в себя, при упоминании о девочке. — Не проходит и дня, когда бы она не волновалась за тебя. Всегда, и абсолютно всегда, когда ты уходишь, она смотрит на часы и ждёт тебя, стараясь не уснуть. Ацуо нахмурился, вспоминая об этом. Несмотря на то, что Эри ещё ребёнок, она слишком много пережила для своего возраста. Видеть её неулыбающейся и неспокойной просто пытка для всех, кто находится в этой комнате. Все они это понимают и осознают, как Изуку важен для её жизни. — Я понимаю, к чему вы клоните… — сказал Мидория, смотря в пол. — Но… Я не могу оставить это. Восемь Заветов Смерти. Я не могу оставить это просто так. Ацуо выпрямился, а Чиё продолжала невозмутимо слушать его. Мидория сжал руки в замок. — Из-за них Эри не может жить спокойно. Она не может жить с мыслями о том, что завтра она может встретиться с Восстановителем и снова вернуться в тот кошмар. Ацуо понимающе кивнул. Когда тот выдохнул после нескольких слов, пытаясь успокоиться, Изуку продолжил: — Они… Они столько сделали плохого и обязательно продолжат это, если их не остановить. Я понимаю, что очень слаб и беспомощен против них, но если я… Если мы… — он сглотнул. Говорить стало очень тяжело. Столько в его жизни поменялось за прошедшие два месяца, что теперь он не совсем осознавал, что делать ему дальше. Столько незаконченных дел, которые нужно решить и исправить. Сейчас у него есть люди, которых надо защитить ценой своей жизни. И даже если ради этого он пожертвует собой и своими мечтами, он сделает это. — Если я стану каким-то образом сильнее… Если бы только я стал способным для того, чтобы защитить вас… Я бы пошёл на всё. Ацуо нахмурился, всё ещё сидя в напряжении. Он не меньше Мидории понимал, что с Якудзой надо что-то делать. Ацуо всегда считал их тварями и безсердечными ублюдками, даже когда был только с Чиё. Единственное, что он знал о них — это то, что полиция не может найти компромат на Восстановителя, чтобы окончательно посадить того в тюрьму. Эри тоже не безразлична ему, и это после того, как он прожил с этими двумя всего два месяца. Они все стали ближе друг к другу, и они готовы стараться. — Ты продолжишь заниматься этим? — внезапно спросил Ацуо. Изуку задержал дыхание, начиная раздумывать об этом. Ответ пришёл незамедлительно, как будто заранее всё обдумал: — Я найду способ избавить нас от них. Сделать так, чтобы мы стали жить спокойно, и не думать об опасности на улице. Он посмотрел на них с надеждой в глазах. — Я хочу, чтобы вы были счастливы. Чиё посмотрела на него со всей своей возможной беспомощностью и прикрыла глаза, отворачиваясь. Ацуо посмотрел на него со всей серьёзностью. — Тогда пойдём вместе. Мидория удивлённо посмотрел на него, начиная размахивать руками. — Нет! Ты же…! — Если ты хочешь продолжать свою работу, то позвольте мне уж проследить за вами. Естественно, я не буду так часто около тебя находиться, но поверь, чтобы избежать травм, это необходимо. — он нахмурился. — Иначе я тебя не отпущу, идиот. Мидория кивнул, теперь смотря на женщину в ожидании её вердикта. Та сидела молча, напряжённо смотря на Изуку и переводя взгляд на Ацуо. Женщина скрестила руки на груди. — Если Ацуо будет с тобой — значит, что всё должно быть в порядке. Я надеюсь на ваше благоразумие, мальчики. — она посмотрела Изуку в глаза. — Не забывай о том, что Эри всегда ждёт тебя, а не твоих достижений. Мидория закивал головой. — Я никогда не подведу её. Никогда.

________________

— О боже! Мируку! Мать ребёнка кричит своем мальчику, который находится по середине дороги, но тот не слышит и бежит вперёд, не смотря никуда. Рядом на огромной скорости летит машина, грозящая раздавить мальчика в следующую секунду. Мать от страха сама бежит на дорогу в надежде каким-то чудом предотвратить катастрофу, которая сейчас произойдёт с её сыном. Мальчик же оглядывается, но сделать ничего не успевает и просто зажмуривает глаза. Ещё секунда, и вдруг он чувствует, что резко поднимается в воздух. Машина под ним со скрежетом тормозит, а в его личико подул прохладный ветер. Мальчик всё-таки открыл глаза, а, оглянувшись он понял, что был в паре метрах над землëй, а под собой заметил красные перья, парящие и держа его. Плавно опускаясь на землю, мама подбегает к нему со слезами на глазах. — Господи, Мируку! Куда ты убежал без спросу?! — она обняла его и через несколько секунд посмотрела в сторону спасителя.— Спасибо вам, Ястреб! Человек в жёлтом костюме и курткой опускается плавно вниз. На глазах сидят большие очки, из которых виднеется пара янтарных глаз. Волосы светлые, зачёсаны назад, и ко всему его образу добавляются огромные красные крылья, которые чуть ли не больше его самого. Он кланяется, добро и тактично улыбаясь. — Не за что, мем! Впредь будьте внимательнее с ребёнком! Женщина проводила его благодарным добрым взглядом, переводя его на ещё испуганного ребёнка. Человек с крыльями уходит прочь, идя по своим делам. Это герой — Ястреб. Герой номер тридцать два, который недавно начал свою карьеру, но уже попал в список лучших. Его работа в основном заключается на спасении людей, но к некоторым моментам дополняется работа от властей. По дороге он всегда встречает людей, которым нужна помощь, и, конечно, никогда не отказывается в том, чтобы помочь кому-то. Он слишком быстрый человек. Герой, который опережает абсолютно всех по скорости, кроме Всемогущего и Старателя. Его поставило на эту должность само правительство, как только узнало о его способностях. Слишком много дел ожидает выполнения, и Ястреб направляется именно туда, где они ждут его. Крылья расправились, и он взлетел в воздух, сразу направляясь на огромной скорости вперёд. Те, кто заметил его, махают рукой, кричат приятные слова или просто восхищаются его скоростью. По возможности он машет им, но ничего не кричит в ответ. Ястреб слишком стремительно набирает популярность, что ему не очень нравится. Больше внимания — меньше времени на свои дела. Ему не нравится, когда у него нет свободного времени, чтобы просто отдохнуть или порезвиться, но и для того, чтобы он и мать жила в достатке, нужно играть эту роль героя. Дома мелькают перед глазами, и вот Ястреб уже вылетел на большую площадку перед многоэтажным домом. Он приземляется и спокойно идёт ко входу. По пути уже встречаются важные люди, секретари или другие, кто ему известен. Девушка на ресепшене помахала рукой, а он в ответ. Зайдя в лифт, и, уже заранее проведя картой по датчику, Ястреб направился на самый верхний этаж, там, где находятся кое-кто из японского правительства. — У-ах! — он потянулся вверх, открывая дверь пером. Женщина оглянулась на него, безразлично смотря. Тот не придал этому значения. — Добрый день, Ястреб. Я думала, ты не соизволишь прийти сюда. — Ох, не будьте такой строгой! У меня всего лишь сегодня хорошее настроение, вот и решил заскочить. Ястреб встал перед ней, кланяясь. — Докладываю. Никаких серьёзный происшествий, ни нападений группировок, ни организованного злодеями плана не произошло. Женщина смотрела на него ещё несколько секунд, после чего удручённо выдохнула, отворачиваясь, не имея интереса слушать, что всё как обычно. — Хватит этих формальностей. Ты ведь не для этого здесь. Герой просто улыбнулся на это, выравниваясь. — Ну, я не то чтобы по делу сюда прилетел, но всё же хотел уточнить кое-что! Она посмотрела на него, слушая. — Что там на счёт Восьми Заветов Смерти? Что-то в последнее время от них ни слуху, ни духу! Ястреб демонстративно подставил ладонь ко лбу, имитируя дальнюю слежку. — Я не знаю. Никто из героев или из полиции не видел, чтобы кто-то из них расхаживал по улице за последний месяц. — Думаете, готовят нападение? Та покачала головой. — Не представляю, но ты понимаешь, что рано или поздно это случиться, если от них не избавиться. Ястреб кивнул головой. Якудза была ещё той занозой в заднице. Глава, которого они знали, внезапно исчез, и на его место перешёл человек, который назвался Восстановителем. Ястребу даже показалось, что он имитирует себя по типу «Борец за Восстановление мира», но шутка переросла во что-то непонятное. Люди, находящиеся в этой организации, стали резко появляться в местах, где происходят убийства, кражи и торговля наркотиками. Полиция пыталась докопаться до истины, но, к сожалению, Восстановителя отпускали с практически чистым делом. Он нахмурился. — И что вы предлагаете? Сейчас, по крайней мере, все живут спокойно. Как мы их найдём или выведем на чистую воду? Ждать, пока они сами нападут на ни в чём не повинных людей? Женщина недоумённо посмотрела на него. — А разве ты не помнишь Фукуда? Ястреб наконец вспомнил. Он, конечно, не знаком с ней лично, но видел её, когда как раз таки проходил мимо кабинета в этом многоэтажном офисе. И он узнал о ней через эту женщину. — А… Вы про ту девушку со светло-мятными волосами? Да, помню, но зачем вам она? — Мы давно с ней не связывались, но последний раз, когда она присылала своё лекарство, был около месяца назад. Я, конечно, не думаю, что её поймали, но лучше тебе проведать её. Парень скрестил руки на груди, раздумывая над этим. Женщина не обратила внимание на его не серьёзность. — Ястреб, просто зайди к ней за информацией, больше ничего не нужно. Возможно, она знает, в чём причина такого затишья у этих злодеев, и выведет нас на их след. — Хорошо! Тот остановил её поток мыслей, махая руками. — Я смогу это сделать только завтра вечером. У меня ещё патруль с утра, так что раньше не смогу. Женщина кивнула. — Рассчитываем на тебя.

________________