Новый герой — Деку

_______________

Всю дорогу обратно Изуку никак не мог не думать о месте, о котором только что узнал. Бар казался самым обычным для такого места, как преступный не ухоженный район, но абсолютно все называют её серой зоной. Место, где собираются и злодеи, и обычные люди, чтобы просто отдохнуть. Как это вообще можно было организовать? Знал бы Мидория о серой зоне раньше, то возможно притопал бы сюда, чтобы понаблюдать за злодеями в близи. Наверняка тогда ему бы непоздоровилось, но с ним теперь Ацуо. Он поможет и расскажет о том, что знает. Мидории нужно научиться выживать одному. Без чьей-либо помощи, иначе как он может называть себя линчевателем, и о какой безопасности может вообще идти речь, когда он постоянно опекаем? Время пролетело незаметно, и они приближались к району, где находился их дом. Мидория уже прекрасно знал по какому маршруту они пойдут, поэтому без проблем обогнал Ацуо, и залез на крышу с одного прыжка по трубе. Парень посмотрел на него так, будто тот бросил ему вызов. Ацуо запрыгнул точно также как и Изуку, и побежал за ним. Мидория внезапно посмотрел назад, и увидев приближающегося друга, старался оторваться от него, но им обоим было прекрасно известно, что он медленнее. Странно, но внутри поселилось странное тёплое чувство. Когда противник уже начал догонять его, Изуку кое-что внезапно придумал. Он резко качнулся в сторону, и навернулся с другой стороны крыши, делая вид, что падает. Ацуо резко остановился и расширил глаза от шока подбежав туда, где предположительно упал Мидория. Он начал искать того глазами. Запаниковав, Ацуо крикнул так, чтобы его было слышно только снизу: — Эй, Мидория! Ты чёртов суицидник! Ты что сдохнуть захотел?! Внезапно послышался удар о землю, и уже за углом соседнего дома он увидел тёмно-зелёный капюшон парня и его лицо, на которой красовалась детская улыбка, которую не видел никогда раньше. Ацуо внезапно тоже улыбнулся оскалом, и преодолев расстояние пятиэтажного здания за считанные секунды приземлился на ноги, начиная преследовать Изуку. Тот естественно время не терял, и воспользовавшись отвлекающим манёвром, добежал до знакомого переулка и нырнул в уже привычную стену из иллюзии камня. Мидория пробежал по низу коридора и остановился на середине. Началась отдышка. Он облокотился о стену, смотря перед собой и слушая, как приближаются тихие шаги. Из стены вылез Ацуо, смотря теперь на того с раздражением и с какой-то странной долей веселья. — Чёртов суицидник. Я реально думал, что ты шлёпнулся с крыши. Как мне по твоему нужно было маме в глаза смотреть, если бы она узнала, что ты снова навредил себе? Безразлично пожав плечами, Изуку прошёл вниз по тёмному коридору, продолжая улыбаться. Что-то в этих прогулках было весёлое, давно забытое старое Изуку. Что-то, что он давным-давно упустил в прошлом и не думал вспоминать. Мидория, ранее не замечая на этих прогулках не упускал возможности насладиться пробежкой по городу, ведь голова не наполнялась старыми проблемами, думая только о беге, свисте в ушах и наставлениях друга. Сейчас конечно не время ребячиться, но пусть хоть ненадолго его мысли пролетают в местности ''бесполезности'', ведь это было… <Весело…> Ацуо подошёл к железной двери и достал ключи, начиная открывать дверь. Она поддалась сразу, и они вдвоём зашли, сопровождаясь тишиной в доме. — Похоже все спят. Нам тоже нужно отдохнуть. — сказал шёпотом Изуку, снимая с себя уже привычные для глаз красные ботинки. — Ого. Мама наконец решила поспать. Давно я не видел, когда она лежала на кровати. Пойду значит сейчас тоже посплю. Ацуо вышел из коридора первым, проходя в гостиную. Там было темно и он одним щелчком включил тусклый свет. Мидория прошёл за ним, и парень вытянул руку в его сторону. — Давай сюда снаряжение. Мидория сначала не понял, зачем оно ему нужно, но всё равно снял с себя прикреплённые новенькие инструменты и передал ждущему Ацуо. Тот осмотрел их, словно проверяя после сложив. — В общем. Ты получишь его только тогда, когда пойдем завтра на тренировку, и в разы, когда ты выйдешь на улицу. Изуку склонил голову в недоумении. — Почему? — Ты думаешь после того, как ты множество раз себя калечил я дам тебе и вредить себе? И не думай, что сможешь использовать новое оружие для этого. Мидория сразу опустил взгляд, смотря виновато в пол. Ацуо ещё прожигал того взглядом, после продолжая свой диалог: — Если ты собираешься стать линчевателем, хотя бы относительно, то ты должен в первую очередь заботиться о себе. Теперь Изуку смотрел ему в глаза, внимательно слушая. — Тебе не нужно становиться нереально сильным, как какой-то там Всемогущий, но тебе нужно обезопасить себя и знать, как уйти с поля боя живым и целым. В прямом смысле этого слова, Мидория. — Ацуо скрестил руки на груди, начиная немного покачивать оружие в руках. — Так что ты обязан научиться пользоваться всем оружием. Даже огнестрельным. Изуку напряг плечи, и когда он попытался возразить, парень сразу его остановил, тыкнув того пальцем в грудь. — Ты беспричудный. Как бы ты этого не хотел, но ты обязан это сделать. Рано или поздно, но ты окажешься в ситуации, когда не будет выхода, как к примеру использовать оружие смертельного назначения. В такие ситуации попадают практически все герои, и как раз таки из-за своего опыта и решимости, они выходят живыми из поля боя. Если ты действительно хочешь спасать людей, ты должен быть готов к любому исходу событий. Даже к смерти людей. Склонив голову, Мидория недовольно нахмурился. Именно из-за этого ему не нравилась вся эта затея. Оружие, злодеи, наркотики, маньяки, всё это ему не нравилось. Смерть людей? Будет ли он вообще когда-нибудь готов к этому? Он и так кое-как спас тех детей из зоны наибольшей преступностей, и именно там он увидел первый в своей жизни труп. Тело маленькой девочки. Сможет ли он кого-либо убить? Хотя в чем-то он был и прав. Не смотря на сомнения, Изуку кивнул, соглашаясь со словами Ацуо. Да, то что он говорит правильно. Сейчас у него нет выбора, как пытаться найти различные способы для того, чтобы стать сильнее. Это единственный выход для такого, как он. Ацуо вздохнул, когда увидел желаемый ответ. — Ладно, иди спать. Будь готов к завтрашнему дню. Я тебя уверяю, что ты отдыхать не будешь. — Да! Мидория ещё раз кивнул, и перед тем, как уйти в комнату к Эри, повернулся, легко улыбнувшись. — Спасибо Ацуо. Спокойной ночи. Парень ещё немного постоял на месте, после цыкая. — О себе позаботься, идиот.

________________

****

Где я? Темно. Ничего не видно, но тело пробирает дрожь, то ли от холода, то ли от страха. Он не понимал, что именно. Мидория не чувствовал рук. Они были заведены за спину. Попытавшись встать или пошевелиться, руки не поддались освобождению. Почему? Внезапно звук донёсся из самых дальних углов тьмы, в которой находился Изуку. Смех, крики, невнятные слова, всё в перемешку. Голова заболела, и Мидория со страхом в глазах начал смотреть на приближающиеся руки со всех сторон. Они появились повсюду. Их много. Слишком много. Настолько, что Изуку не мог никуда смотреть кроме бледных рук. Раньше он видел столько похожих снов, но это не те руки, которые он чувствовал на себе два месяца назад, и не те, которые насмехались над ним пару недель назад. Чувство тревоги и животного страха поразило Мидорию настолько, что ноги вовсе не пытались поднять его, и сделать хоть что-то. Они просто дрожали. Его собственные руки ледянели, а голова начала сильнее болеть от звуков, доносящихся до ушей. Внезапно он почувствовал на своих волосах хватку. Крепкую. Его потянули наверх, из-за чего голова стала болеть сильнее. Бледные руки начали буквально бить его по всем местам, хотя не оставить ни единого живого места на нём. Боль была настолько чёткой и ясной, что Изуку хотелось кричать в голос, попросить остановить этот кошмар. В глазах начало мутнеть. Воспоминания накинулись на его голову, терзая самые глубинные и болезненные места в сознании. Те самые одноклассники, жаждущие его страданий и унизительных действий, которые не прекращались до тех пор, пока тот не сбежал от этого. Сердце болезненно заныло от боли и страха, которое он пережил, будучи обычным человеком, но ведь даже не факт, что это не повториться. Если он ошибётся, то вернётся домой. Мать будет ненавидеть его до конца жизни. Возможно, его даже посадят в тюрьму для несовершеннолетних, или вообще в псих-больницу. Что с ними станет? А если они разочаруются в нëм? Ацуо будет смотреть на него также, как Кацуки? Будет ли Эри ненавидеть его? Он не хочет этого. Больше всего на свете он боится этого. Снова насмешки, снова обидные слова. Снова, снова и снова. Хватит. <Хватит! >

****

_________________

Изуку распахнул слезящиеся глаза. Слёзы текли по щекам безпрерывно, а в ушах стоял звон, словно что-то громкое оглушило его. Кто-то пытался растолкать его, но он не мог вслушаться в то, что ему говорили рядом. Он просто вжался в матрас, впиваясь пальцами до белых костяшек в простынь. — Изу…! На него навалились всем телом и обняли. Он не знал, но почему-то именно это заставило его очнуться полностью. Словно его обрызгали ведром воды, заставив наконец проснуться. Сквозь шум в ушах и боль в голове Изуку обнял испуганную Эри двумя руками, которую не заметил с самого начала. Она схватила его крепко, пытаясь хоть как-то успокоить своими не большими силами. Тревога отпустила его, и воздуха в лëгких стало достаточно больше, чем до этого. Мидория глубоко с дрожью вздохнул, начиная ставить свои мысли в порядок. Он услышал всхлипы. Мидория посмотрел на девочку, которая не меньше него была напугана, вжимаясь в его футболку, пряча лицо в его груди. Изуку только сейчас подумал, что Эри тоже могло присниться… — Эри. Тебе тоже приснился кошмар? — спросил Мидория, на что девочка с дрожью кивнула головой, продолжая его обнимать и вжиматься так, словно Изуку мог защитить от всего на свете. Ещё посидев в тишине, девочка поднялась, смотря заплаканными красными глазами на Изуку, из-за чего у него кольнуло сердце. Ему причиняло боль, когда кто-то плакал, тем более если это было из-за него и кто-то из близких. — Меня забрали о-от тебя и… И я не м-могла ничего сдел-лать. Там б-были иго-олки и ножи… Они снова делали больно… Я проснулась, а т-ты плачешь… Мидория мягко погладил Эри по голове. — Прости Эри. Мне тоже приснился кошмар. Но смотри, я в порядке! Изуку посмотрел на девочку уже высохшими глазами, пытаясь показать, что он уже успокоился. Эри ещё раз взглянула тому в глаза, после снова не стесняясь обнимая. Они продолжили сидеть на кровати, обнимая друг друга, успокаиваясь. Со временем Мидория почувствовал, как ребёнок на руках расслабился и перестал плакать, поэтому вздохнул с облегчением. Двое детей сидели в тишине, наслаждаясь спокойствием. — Ты сегодня уходил… — донеслись тихие слова Эри в тишине комнаты. Изуку приподнялся и начал махать руками в знак того, что ему жаль. — Я…! Прости! Я правда не хотел оставлять тебя, но это было очень срочно! Мне жаль, но я получил специальное оружие, чтобы сражаться! Теперь, я больше не буду так травмироваться как раньше, стану сильнее, и буду помогать больше людям! Девочка посмотрела ему в глаза, убеждаясь в правдивости его слов. — Правда…? Тот кивнул. — Правда. — Мидория сжал кулак, уверенно смотря на ребёнка. — Я буду стараться изо всех сил, чтобы защищать вас! Я стану таким, чтобы вы смогли гордиться мной, а потом… Потом мы начнём нормальную жизнь, и будем веселиться и не беспокоиться о том, что нам могут навредить. Никто из нас не будет ни в чём нуждаться. Я обещаю! Эри с долей недоумения посмотрела на Изуку, но потом снова обняла его, уже окончательно сваливая на кровать. Мальчик удивлённо посмотрел на девочку, которая сказала то, что он никак не ожидал услышать: — Я уже горжусь тобой… Мидория итак был на грани того, чтобы заплакать, но слова Эри настолько тронули его, что уже не было смысла сдерживаться. Становилось спокойно, когда она ничего не боялась, или была в чём-то заинтересована. Было приятно, что она считала такого, как он «героем». Почему с виду настолько простые слова сейчас делали его жизнь лучше? Делали его счастливым? Это ему было не важно, главное, что сейчас с ними всё хорошо. Он отдаст что угодно, чтобы Эри, Чиё и Ацуо были счастливы. Смысл вспоминать о кошмаре, когда рядом есть такие люди? Девочка совсем тихо сказала, продолжая обнимать Изуку: — Ты ведь… Никогда не бросишь нас… Мидория улыбнулся, успокаивающе поглаживая её по голове, почти шепча: — Да. Я всегда буду здесь, с вами.

__________________

Сотриголова был в замешательстве. Что вообще сейчас происходит? Как будто на него повесили какое-то проклятие новых проблем, и он начал узнавать множество разных новостей с разных сторон. Мало того, что линчеватель-подросток пострадал и не появлялся уже на протяжении нескольких дней, не успев что-либо сделать, так ещё и злодеи начали вылезать из своих укрытий, совсем не стесняясь кого-то прижать к стене в каком-нибудь тёмном переулке. Честное слово, как будто с них поводки сняли. За сегодняшнюю ночь Айзава обезвредил как минимум десять попыток преступлений, совсем разных, от изнасилования до банальной кражи. Параллельно встретившись с коллегами, он узнал что и они не мало кого поймали за эту ночь как и он, и естественно рекорд побила Мерцающая, обезвредив двадцать преступлений, с плюсом ограбления банка. Поэтому все уже несколько раз помолились за полицейских, так как у них похоже скоро не останется места для импровизированных злодеев за эту ночь. Плюсом ко всему дню, Сотриголова писал отчёт на десять страниц, просидев в участке около двух часов. Какая там работа в UA? Он должен отоспаться. Хорошо, что он исключил весь класс детей, и у него не будет проблем с преподаванием в этом году. А вот что на счёт UA Айзава узнал, что к их коллективу учителей в следующем учебном году присоединиться Символ Мира. Самый настоящий Всемогущий, который и есть номер один в рейтинге героев. Эта новость конечно очень знатно шокировало Шоту, так как тот понимал, что в следующем году у них будут очень большие проблемы со стервятниками, которые будут караулить их с разных сторон академии. Сотриголова вздохнул, сложив все исписанные бумаги, и положил их на стол к Куродо, который уже сидел за компьютером. — Я закончил. Мне срочно нужно поспать и завтра меня не ищите. — пробормотал Айзава, массируя двумя пальцами висок. — Да, спасибо за работу! — Изаму хотел было попрощаться, но его что-то резко остановило. — А… Постойте, Сотриголова! Герой обернулся, внимательно смотря на полицейского. — Что ещё? — Время конечно не подходящее, но думаю вам стоит кое-что знать на счёт того, что произошло сегодня на окраине Мусутафу. Сотриголова изогнул бровь, теперь подходя ближе к столу Куродо с серьёзностью в глазах. — Я слушаю. Полицейский кивнул, сжимая руки в замок перед собой. — Сегодня почти в четыре часа ночи, произошло нападение на старое здание, которое находилось в преступном районе. На месте было найдено двадцать три человека в разных углах того здания и на улице. Айзава нахмурился. — Серьёзно? Кто именно был ранен? Что там успело произойти? — На счёт этого… Я и хотел поговорить с вами. Изаму нервозно посмотрел на героя, ожидая знака продолжать. — Куродо не нагнитай. Что там произошло? — Клинок вернулся. У Шоты за секунду округлились глаза. Он какое-то время шокировано смотрел на полицейского не веря своим ушам, и только после того как Куродо удручённо выдохнул, Айзава цыкнул, прикладывая руку к лицу. <Чёрт! > — Ты уверен в этом? — переспросил он, надеясь, что это глупая и не удачная шутка. — Да… Он сам написал. — к его сожалению ответил Изаму. Шота глубоко вздохнул, начиная злиться. — Какого… Чёрта? Когда он успел вернуться сюда? Когда? — Похоже, что буквально пару дней назад. — ответил Изаму, уже что-то нажимая на компьютере. — На месте мы нашли записку, которую он нам оставил, чтобы объяснить ситуацию. Посмотрите. Сотриголова подошёл ближе, заглядывая в экран. Там была бумажка, лежащая на столе с чётким изображением слов:

      Здравствуйте. Думаю вы удивлены почему я вернулся, но объясню в краце. За границей всех моих товарищей не стало. Миссия относительно провалена. Я перебил тех, кто сотворил с ними это, но узнал, что люди, которые действительно виновны в этом находятся здесь, в Японии. Поэтому мне придётся снова взяться за это дело. Мне конечно поебать плевать на мнение ваших властей, но я не успокоюсь, пока не достану тех тварей. Можете не пытаться выследить меня, я не собираюсь связываться с вами и тем более сотрудничать. Я сам справлюсь. С глубоким почтением Клинок.

Пробормотав снова «Чёрт», Айзава облокотился о стол, начиная массировать переносицу. <Это хреново, действительно хреново.> Зря он накаркал на своё проклятие новых проблем. Это действительно была самая неожиданная новость за последнюю неделю. Почему именно в этом году стали активничать линчеватели? И без них всё было нормально, но они всё равно вылезли из неоткуда. В отличии от начинающего Зелёного парня, Клинок — это заноза в заднице, генератор убийств, которая терпеть не может не справедливость. Когда Шота только начал работать профессиональным героем, этот мужчина был буквально первым в списке, кого нужно было поймать и доставить в тюрьму, но как и ожидалось… Сотриголове, будучи новичком не удалось это сделать. Причуда мужчины действительно очень сильна и эффективна в бою, и даже никакое стирание не помогло ему. Опыт в бою очень сильно отличается. Мужчина стал геройствовать без лицензии после войны за границей в Америке. Причуды настолько затмили разум заграничных злодеев, что они действительно хотели уничтожить половину Японии, что владеет причудами. Поэтому пришлось отправить людей на войну, пару лет назад. Всемогущий не участвовал в этом, так как до этого был серьёзно ранен из-за боя с Ядовитой Бензопилой. Тогда погибло не мало людей, но не мало спасено. После, он прилетел в Японию, и начал осваиваться здесь, чтобы помогать людям и узнать здешних злодеев и как они связаны между собой. Точнее кем связаны. По происшествиям в то время, линчеватель снова улетел в Америку, и походу уже оттуда исчез. Всё было скрыто ото всех глаз, даже для героя номер Один. Всемогущий нужен был здесь, в Японии, но никак не за границей. Мужчина был очень сильным противником. Если бы он пошёл в герои, то наверняка бы попал в десятку лучших, но не был бы сильнее Всемогущего или Старателя. Так или иначе, что им сейчас делать? Оставить всё как есть? Но тогда он будет рушить и убивать всех причастных злодеев подряд, не смотря на то, что нужно их отнести живыми в полицейский участок. — Сотриголова, вы считаете на этот раз мы сможем поймать его? Айзава хрипло и как-то обречëнно усмехнулся, что не понравилось полицейскому. — Ты думаешь у нас, обычных героев получится поймать этого монстра? Я сомневаюсь. Куродо нахмурился. — Неужели нам оставить всё как есть? Я конечно не застал его появления, но судя по делу, которое вели до моего прихода, это… — Выбора нет. — сказал Айзава, хмуря брови. — Сейчас нам остаётся ждать его дальнейших действий, и ожидать прихода того парня в зелёной толстовке. По возможности попробуем схватить сначала его, а потом разобраться с Клинком. Полицейский кивнул, возвращаясь к записям на компьютере. — А если этот парень уже встретился с этим человеком? Если тот, кто помог тому подростку-линчевателю был заодно с Клинком? — Тогда его бы уже убили. — ответил без колебаний Сотриголова. Изаму дёрнулся. — Вы уверены…? — Да. — герой облокотился о стол. — Клинок непредсказуем. Поверь, я знаю это не по наслышке. Если бы тот парень и он были заодно, то тогда я не смог догнать линчевателя в зелёной толстовке в первую же нашу встречу. Но даже если они встретятся, то боюсь тому парню придётся либо сражаться за свою жизнь, либо пытаться найти хоть какой-то общий язык с ним. Куродо ещё смотрел на героя с неверием, морщась думая о том человеке. Он не встречался с ним лично, но по слухам и его личному делу понятно, что на его руках много крови. Клинок не был копией Потрошителя, он просто был за справедливость. Но сколько ещё человек он убьёт за всё время? Насколько он силëн, раз уж Сотриголова так серьëзен? Полицейский продолжил раздумывать над этим, пока Сотриголова не прошёл к выходу. — Я пойду. Разберёмся с этим позже, но предупрежу. — он повернулся к Изаму. — Не пытайтесь его поймать без какого-либо плана, иначе он убьёт ещё больше людей. В том числе и героев.

___________________

Ацуо стоит перед упавшим Мидорией, который уже девятый раз свалился со стены. Управление крюком оказалось не простым. Дело не в том, что им трудно пользоваться, но из-за того, что Изуку постоянно расслаблял руку как только начинал подниматься он ослаблял хватку, естественно датчик срабатывал, и Мидория благополучно падал вниз. Похоже отбил себе все ноги и спину. — Как же с тобой тяжело то… Даже я разобрался быстрее тебя! Изуку приподнялся, ещё смотря в землю. Он не понимал, почему не выходит всё нормально. Как будто весь день был против него. Он запомнил теорию, но на практике это жуть как сложно. Мидория посмотрел на раздражённого Ацуо, стоявшего с засунутыми руками в карманы перед собой. Сейчас он действительно напоминал кое-кого, но Изуку не будет показывать пальцем на кого именно. Парень смотрел на него сверху вниз, снова начиная нравоучения. — Что тут непонятного?! Когда ты зацепился напрягай руку и не отпускай! Хватит бояться приближения стены! Это всё равно, что расслабиться на поле боя! Такими темпами ты сам свалишься со здания травмировавшись! — Прости… Ацуо раздражённо цыкнул. — За что ты извиняешься? Думаешь твои извинения помогут тебе стать сильнее?! Изуку взглянул на его лицо, которое было как и всегда сурово. — А если кто-то умрёт на твоих глазах, тоже будешь также извиняться?! Мидория резко завертел головой, теперь выпрямившись. Тело снова начало болеть от интенсивных нагрузок. Первым чем они занимались, так это бои на ножах, в результате которого Изуку достаточно получил царапин, но это было ничего по сравнению с арматурой и крюком. Ножи были легки в использовании, и для Мидории было главным не забывать как его держать, чтобы сражаться или случайно не выронить его из рук. Для него это было не сложным, по-крайней мере он так думал. Теперь у него на руке крюк, которым он должен был хоть как-то овладеть. Арматуру они отложили, так как Мидория зарядил себе по голове уже раз семь. Изуку повернулся, посмотрев наверх на одну из стен. Сжав кулак, он выпрямил руку, точно нацелившись на край и наконечник резко зацепился. Вздохнув, Мидория нажал на кнопку, и его потянуло наверх. На этот раз он решил подниматься не медленно, теперь он стремительно летел к краю крыши, не смотря вниз. Руку он продолжал сжимать, из-за чего та начинала болеть от долгой нагрузки, но Изуку не разжимал кулак. <До конца остался метр и… Есть! > Он быстро схватился за край, повиснув. Механизм сработал и крюк втянулся обратно. Кое-как залевши на стену, он поднялся, смотря на теперь удовлетворённого Ацуо, который скрестил руки внизу. — Ну наконец-то! Теперь попробуй слезть! — громко сказал он. Мидория долго не раздумывал. Снова выпуская механизм, крюк зацепился за край другого, уже старого здания, и он качнувшись упал вниз с крыши. Его начало тянуть на большой скорости в сторону стены, и Изуку только сейчас понял, что не сможет остановиться. <Чёрт! Если я сейчас не остановлюсь то снова упаду! Нельзя, нельзя, нельзя! > Времени думать совсем не было. Мидория так и не разжал кулак, и поэтому быстро перевернулся в сторону, прямо перед ударом. Ноги ударились о стену, и Изуку повис около двух метров над землёй. Оглядевшись он обрадовался, и улыбнулся. <Так, теперь нужно сле…> Из-за спокойствия, нахлынувшего на него, Изуку случайно расслабил руку. Механизм снова сработал, и крюк втянулся обратно. Мидория начал падать. Бам! Пролетев все два метра, он упал на спину. — Гха…! — из горла вырвался глухой вскрик, и Изуку почувствовал боль в голове, зажмурив глаза. Она начала звенеть, но боль была не такой сильной, так что это успокоило его. Аккуратно открыв глаза, он начал смотреть на вечернее небо, усыпанное звëздами. Ацуо подошёл к страдальцу, лежащему на земле, и посмотрел на того качая головой со скептическим выражением лица. — Мда… Могло быть и хуже. Мидория ещё пару секунд смотрел на него, но всё же сдался и прикрыл глаза. У них будет слишком много работы.

_____________________

Воспоминания. Всё, что осталось об этом месте когда-то. Когда он в последний раз приходил сюда? Лет шесть назад? Семь? Может и больше, однако это место вызывало в нём странное чувство боли и ностальгии. Зачем он вообще пришёл сюда? Что это ему даст? Бакуго не был уверен в том, чтобы приходить в дом к тёте Инко, но его настолько мучают мысли, что грудь начинает всё чаще вздыматься и болеть от всего происходящего. Идея пришла совершенно спонтанно. Он лежал на кровати, совсем не хотя ничего делать. Школа теперь казалась адом на земле, а одноклассники, которые и так казались кучей мусора, стали гнилью, находящейся вокруг и постоянно воняя. Вспоминая своё детство, он всегда видел свою маму с матерью Мидории и видел, как они мило беседовали друг с другом на лавочке, когда дети гуляли на площадке, что было очень странно. Как его мама, которая буквально взрывалась от каждого не понятого слова в её сторону, могла всё время так спокойно и по-доброму общаться с этой женщиной, которая буквально была похожа на Деку во всëм? До сих пор Мицуки ходит к женщине, пытаясь поддержать её и успокоить, также следя, чтобы та ничего не сделала глупого. Она и сама стала нервозной и раздражённой. Было понятно почему. Инко дорога ей, точно также, как и ей Изуку. А почему он пришёл сюда? Рука потянулась к дверному звонку и автоматически нажала. Бакуго встал перед дверью, стараясь прислушаться хоть к каким-то звукам за нею. Казалось время тянулось невыносимо долго, но всё же до него дошли тихие шаги. Рука сжала пакет, в котором находилась еда и что-то из маминых вещей, которые Мицуки хотела передать сегодня Инко. Однако он забрал его и пошëл сам к ней, не предупредив никого об этом. Он вздрогнул, когда дверь со скрипом открылась. Из неё выглянула женщина с зелёными распущенными волосами, и довольно заметными мешками под глазами. Она была укутана в махровое одеяло. Женщина знатно похудела и теперь вместо привычных щёк были скулы, что придавали ей полноценный больной и уставший вид. Инко удивлённо посмотрела на человека, который оказался перед ней. Она явно не ожидала его прихода. Кацуки же начал думать. Что сейчас сказать женщине, которая невыносимо сильно страдает из-за пропавшего сына и исчез практически по его вине? Он томно вздохнул, и хотел уже что-то сказать, но рот предательски захлопнулся, не давая выдавить и писка. Казалось, что если Бакуго заговорит, то всё испортит, и тётя Инко набросится на него с истерикой и кулаками, пытаясь вытрясти из него всю правду. Хотя такое было самым нормальным на данный момент в её поведении. Однако прошло пару секунд, но ничего не случилось. Женщина продолжала смотреть на младшего Бакуго, не пытаясь кричать или что-то вообще сказать, от чего Кацуки стало ещё страшнее. Ей богу, лучше бы она накричала на него, но он терпеть не мог, когда кто-то так молчал. Будто его прожигают взглядом, смотря сверху вниз, но он подавил это чувство. Сейчас не время заниматься всякой хренью в своей больной голове. Внезапно Инко спокойно вздохнула, и отойдя от двери, открыла проход для Бакуго. — Заходи.

___________________