***
Кристина пришла домой совершенно подавленная, к счастью дома никого не было. Хоть что-то хорошее. Больше всего девушку тревожило то, что Индиго заметила её, скажем так, "сталкерство" на уроках. Она до последнего надеялась, что ее не уличат в этом. Но надежды не всегда сбываются. Чтобы не думать об Андрющенко, Кристина решила заняться уроками, "неправильные" чувства никак не помогут ей сдать экзамены. Решая пробники, которые выдали учителя, она снова начала думать об Индиго, об их прошлом.***
3 года назад. 1 сентября. Кристина встала с постели и под мамино бурчание, о том, что она опаздывает, потопала в ванну. Приведя себя в порядок она спешкой выбежала из подъезда, по пути столкнувшись с новой соседкой. Уже сидя в классе и слушая нудный инструктаж от учителя насчёт учебного процесса, в класс зашла классная руководительница, Мария Владимировна. Сзади неё в класс, бесшумно, словно призрак, вошла невысокая девчонка, с короткими и чёрными как смоль волосами. Захарова напряглась. Фрик в классе ей не нужен. - доброе утро, ребята! Хочу вам представить вашу новую одноклассницу, Елизавету Андрющенко. Представься. - нежным голосом сказала Мария Владимировна. -привет. - только и промолвила зеленоглазая. - Вот и отлично, - вела дальше учительница. - садись к Захаровой. - и указала на последнюю парту среднего ряда. Вот теперь напряглась и Лиза. Она уже поймала на себе недоброжелательный взгляд блондинки и садиться рядом с ней не очень то и хотелось. Но выбора нет, все остальные места заняты. Поэтому она просто села куда сказали. - привет. - шёпотом сказала короткостриженная. Но Кристина проигнорировала попытки младшей завязать диалог. Не вписывается она в круг её общения. Возвращаясь домой Лиза витала в своих мыслях и даже не заметила приближающююся сзади группу подростков. Послышался свист. -Эй, ты, как тебя там, Андрющенко, - ехидно промолвила блондинка, которая стояла в центре. Сразу видно, она - лидер. Девушка обернулась, заметив Захарову что-то внутри напряглось, как бы предостерегая о последующих событиях. Она остановилась, ожидая пока компания подойдёт ближе. И вот Кристина стоит почти вплотную, смотрит прямо в глаза, её голубые очи залезали глубоко в душу, выискавая хоть какой-то намёк на страх. Кристина любила чувствовать чужой страх. Страх даёт власть, хоть и мнимую. - ты скажи честно, нахуя подстриглась как пацан? Лесбуха что-ли? - уверенно сказала блондинка. - причём здесь это? - о, так значит ты не отрицаешь. Слушай меня сюда, таких как ты тут не любят, поэтому сматывайся отсюда, да побыстрее. - угрожающе промолвила Захарова. - мне все равно, кого вы любите, а кого нет, я вас не трогала, вот и вы идите куда шли. - хоть может это и прозвучало грубо, но нет, Лиза не злилась, лишь пыталась защитить себя. - че ты вякнула? - Кристина занесла руку и ударила младшую по лицу, а когда та упала, начала бить ногами. Но Андрющенко не показывала страх, лишь надменно улыбалась блондинке в лицо. Захарова не получила то, что хотела. Она не заметила в зеленых глазах страх. От этого девушка стала ещё злее, нанося удары с большей силой. Сзади подошла девушка, с белыми волосами средней длинны, начиная оттаскивать подругу в сторону. - Кир, отъебись! - срываясь на крик промолвила Захарова. - ей достаточно, или ты хочешь проблем? - спокойным, почти ледяным голосом твердила девушка. С тех пор и начался ад, ад для Лизы, Кристину же все устраивало. После того как однажды её выходки заметили, она лупила Андрющенко лишь в одном едином месте. На пустыре. Когда зеленоглазой исполнилось 16, чтобы хоть как-то вытерпеть всеобщее непринятие, будь то уход матери из её жизни, или побои Кристины и её друзей, она начала бить себе татуировки, сначала одну, потом вторую, третью и так далее. И естественно это новое "увлечение" не пришлось по душе Захаровой, за что Лиза и получала при любом удобном случае, заработав при этом и кличку "Индиго" в соответствии с татуировкой на шее. Единственным её спасением в этом жестоком мире была Виолетта, жизнерадостная, весёлая и дружелюбная девушка. Её первая и лучшая подруга. Ви всегда поддержит, всегда успокоит и примет несмотря ни на что. Именно она залечивала Лизыны раны, именно она останавливала и спасала её от лезвия, только она была рядом всегда, что бы не произошло. Выйдя в подъезд в очередной раз, может в марте или раньше, воспоминания окончательно запутались. Наа пролёте ступеней она втретила пьяную Кристину, по пьяни она никогда не трогала Лизу, лишь крепко обнимала, плача в плечо. И тогда, когда их тела соприкоснулись внутри Индиго поселилось это неведомое чувство, что теплом разливалось в груди. Любовь.