Находки и перемирие (Любовь к себе, пазл)

На улице уже было темно. Настольная лампа освещала тёмную комнату, немного жужжа. Душнов сидел около окна, склонившись на коленях к большой картонной коробке. Он давно хотел её разобрать, но никак не было времени и желания. Сейчас же, обижено в ней копаясь Олежа понимает, что надо было хотя бы на месяц раньше посмотреть что в ней. Старые книги ничуть не испортились, маленький мешочек для украшений, который он вязал для мамы, тоже остался цел. Стопка абсолютно чистой, на удивление Душнова, бумаги лежала горизонтально к стенке. А ведь совсем недавно ему нужна была бумага для работы и из-за неё он ехал в магазин, несмотря на плохую погоду. В коридоре слышались шаги, которые становились громче и громче, приближаясь к спальне. Олежа не смотрел в сторону двери, знал что там стоит Антон, молча смотря ему в затылок. Душнову в руки попались старые очки, которые он носил на первом курсе, он рассматривал их, прикасаясь с треснувшему стеклу, водил по нему пальцем, слыша как сзади шуршит матрас кровати, слышит голос Звёздочкина. — Решил всё-таки разобрать? — Антон смотрел на Олежу, будто хотел прожечь его взглядом, чтобы тот наконец-то посмотрел на него, просто посмотрел. Простого взгляда хватило бы ему, чтобы понять что чувствует сейчас Душнов. Похоже, лёд треснул. —Давно пора было, — Олежа медленно пожимает плечами. Футболка Звёздочкина, которая была ему велика, сползает с белоснежной кожи плеч. Он быстро возвращает её назад, подтянув рукой вверх. Он слышит как опять шуршит матрас, он видит тень от лампы, которая теперь возвышается над ним и закрывает свет. Антон садится сзади него на колени и прижимает к себе, положив руки на талию. Олежа смотрит на него, смотрит на его красный кончик носа, которым он втыкался ему в шею и как он по-болезненному шмыгал и покашливал. — Я дурак? — Антон с закрытыми глазами прижимался к Душнову, перетаскивая одну руку с талии на волосы. Он водил ладонью по тёмным волосам как расчёской и при этом настолько аккуратно, будто боялся спугнуть Душнова. Олежа приложил тыльную сторону ладони к голове Звёздочкина, вздохнул и повернулся обратно к очкам, которые до сих пор держал в руках. — Да, ты дурак. Иди мерь температуру. — Угу, сейчас, — Антон открыл глаза и немного привстал, не отпуская Олежу, — Ого, давно я не видел этих очков, — он положил голову на плечо Душнову, всматриваясь, точно ли это те очки, о которых он подумал. Звёздочкин хотел уже взять их, но остановил руку в воздухе, немного помолчал и вздохнул, — надо за пластырем сходить. Олежа не сразу понял о чём он, посмотрел на очки, а потом заметил, как с пальца капает алая кровь. Он даже не заметил, как случайно порезался. Душнов не боялся крови, ему просто было неприятно смотреть на неё. Он отвернулся и зажмурился. — Олеж? — Душнов открыл глаза и увидел, что Звёздочник обеспокоенно смотрит на него, вглядываясь в его глаза. — Меня сейчас стошнит, — он закрыл порезанный палец сверху ладонью другой руки, — принеси пластырь и перекись, пожалуйста. Антон кивнул, встал с пола и быстрыми шагами пошёл на кухню, пока Олежа сидел на полу и старался смотреть куда угодно, только не на порезанный палец. Душнов слышал как Звёздочкин гремел посудой, в попытках достать аптечку и от этого почему-то улыбнулся. Наверное ему просто нравилось то, что Антон так о нём заботится. Ему нравилось внимание Звёздочкина, нравилось что он всегда его выслушивает и что всегда готов извиниться первым. Но не Душнов. Ему не нравилась в себе эта черта характера, он хотел её побороть, хотел сказать первым простое "прости", но каждый раз, когда хотел, не получалось. Но сейчас есть шанс, ведь Звёздочкин ещё не извинился первым. Антон зашёл через пару минут, тихо подходя к Душнову, на этот раз он не сел сзади. Подойдя с переди Звёздочкин присел на корточки перед Олежей, обработал ранку и наклеил пластырь, вообщем всё как положено. — Ну вот и всё, — Антон улыбается яркой улыбкой и смотрит на Олежу, — не больно? — Нет, — он вздыхает и смотрит на Звёздочкина, глядя в его желтоватые глаза, — слушай я.. Погорячился чутка и… Прости, пожалуйста, я не хотел так ругаться с тобой. Антон удивлённо смотрит на него и Душнов замечает, будто его глаза начинают блестеть. Звёздочкин положил руки на его плечи и протянул к себе, ложа руки на его спину. — Ты же мой хороший… Ты тоже меня прости, это ведь я виноват, — Антон зарывается головой в кудрявые и отросшие волосы Олежи, вдыхая их черничный аромат от шампуня, — я клянусь что больше не буду ходить в плохую погоду без шапки. — Конечно не будешь, — Душнов обвивает его руками и ногами, как обезьянка, — ты ведь не хочешь болеть, так ведь? А если ещё раз без шапки выйдешь, то вообще пойдёшь жить в подъезде, раз такой "супер устойчивый к холодам", — пару секунд подождав, пока Антон прокашляется, Олежа продолжил, — хотя это не заметно. Вон нос какой красный, опять сейчас будешь болеть и опять мне на электричках домой ехать. Антон лишь хихикнул и потормошил волосы Душнову. — Ты со мной болеть будешь, считай я уже столько кашлял, что уже тебя заразил. И вообще, ты сам постоянно сидишь до поздней ночи за работой. Совсем себя не любишь… — Антон демонстративно вздохнул и шмыгнул, будто бы сейчас либо расплачется, либо начнёт чихать соплями, — нужно же отдыхать, а то вон какие синяки уже, — Звёздочкин взял лицо Олежи в ладони и аккуратно провёл большими пальцами под глазами, — кстати тональный крем вообще не помогает. Душнов не ответил, просто не знал что сказать. С одной стороны Антон был абсолютно прав, у него сильно сбился режим сна, но с другой Олежа понимал, что работа ждать не будет. Антон часто говорил, что нужно любить и беречь себя, много раз делал комплименты, чтобы подбодрить его, но постоянно всё шло к одной мёртвой точке. — Надо бы подстричься, — глухо сказал Душнов, скача с темы на тему, — выгляжу ужасно с этими длинными волосами. — Не надо, ты прекрасно выглядишь, — Антон ощупал кончики волос Олежи, — да и не такие уж они и длинные. Всё прекрасно, не волнуйся. Ты красивый и я тебя люблю, ты тоже полюби себя. Помнишь что я говорил тебе? Давай. Душнов вздыхает и начинает тихо говорить, будто боится что его услышит кто-то кроме Звёздочкина. -Я себя люблю, мне нужно о себе заботиться, я не плохой, — Олеже было будто стыдно говорить это, он буквально шептал себе под нос, но Антона устроило и это. Звёздочкин "угукнул" и поцеловал его в лоб, настолько нежно и настолько аккуратно, Душнов мог развалиться от этого. Олежа снова взглянул на коробку и вспомнил, что нашёл в ней, вылез из объятий Звёздочкина и с расстояния засунул руку в коробку. Нащупав плоскую коробочку он вытащил её и посмотрел на рисунок, который был на ней. Замок, возвышающийся на холме ярко блестел от солнца, а на заднем плане был пейзаж гор, между которыми летал белоснежный дракон. — Пазлы? — Антон посмотрел на картинку, внимательно её изучая. — Ага. Давай соберём? — Олежа положил коробку на пол и открыл её, изучая огромное количество кусочков. — Не знаю даже… Не очень люблю пазлы, — быстро отозвался Антон, всё ещё смотря уже на открытую коробочку, — особенно такие большие. — Я помогу, не волнуйся, — Душнов положил ладонь на плечо Звёздочкина, сверкая красивыми голубыми глазами, — это не сложно, просто нужно привыкнуть. Кстати пазлы очень хорошо развивают мышление. — Думаешь у меня проблемы с мышлением? — Антон хихикнул, переводя взгляд с коробки на Олежу. — Ну сейчас и посмотрим.