Мне нормально

Выбирая в лёгкие как можно больше воздуха, он с наносит последние удары по Вестнику, но тот вновь решает сбежать. План его рушится, когда Дайн блокирует возможность уйти. Они наконец то смогли победить его. Уже радуясь и торжествуя над своей победой, с небольшой улыбкой на губах смотря на Дайнслейфа. Только его с грохотом и огромной скоростью, словно хотя снести с ног, прерывают его атаку, заставляя отпрыгнуть назад к Итэру. Берясь за меч, готовясь сражаться вновь, сердце пропускает удар, когда видит человека перед собой. Светлые волосы, до жути знакомое лицо и одеяния. Такие же золотые глаза. Глаза широко раскрываются, не веря, что видит перед собой. Дыхание окончательно сбивается, пока руки безвольно опускают оружие, не смея поднимать его снова. Итэру не верит. Спустя столько времени, он наконец то увидел её. Живую. Только, почему же она стоит рядом с Вестником, защищая его. — Её Высочество.. - хрипит Вестник, вставая на колени пред девушкой. Кровь встаёт, организм перестаёт работать на несколько мгновений, переваривая, то что услышал. Высочество? Нет. Быть такого не может. Она не может быть принцессой бездны. Глаза непроизвольно бегают, намокая от поступивших кристаллов слёз. Сердце болезненно сжимается. Паймон не была глупой, догадалась сама. Она удивлённо восклицает, широко раскрывая глаза, пока спустя долгое время Итэр слышит родной голос. — Итэр почему ты с этим человеком? - говорит она, направляя меч и проживающий взгляд на Дайна, что только хмурится. Он знал, что Люмин жива. Почему он не сказал? Зачем молчал? Пытаясь вырвать из своего рта хоть какие нибудь слова, он Итэр лишь давится комом, что плотно засел в глотке. Дышит он быстро, глотая холодный воздух ртом. Уши словно заложило, слушая все как под водой, не зная, как выбраться на сушу. — Люмин.. - первые слова, которые он шепчет, словно охрипшим голосом, не зная, что дальше и говорить. Услышав свое имя, девушка улыбается уголками губ, смотря с нежностью на встревоженного брата. Он снова теряет свой голос. Дайн, враг, Каэнри'ах. Это единственное, что Итэр смог запомнить, хотя его сейчас это не интересовало. Он хочет вернуться с Люмин домой и наконец начать жить как прежде. — Дом.. Это то где мы вместе.. Мы вернёмся в него, только не сейчас. Я закончила своё путешествие в этом мире. Я дождусь пока закончишь и ты, но знай, Итэр, Бездна будет тут до конца. Не вставай против неё - каждое слово наносило глубокое ранение по сердцу. Словно острый раскалённый нож наносил удары, размахиваясь, со всей силы рубя. Руки начинали подрагивать, пока прел глазами все было расплывчито от слёз. Пусть это все, будет не правдой. Сном. Он не хочет верить, что это правда. Сзади Вестник открывает портал, целенаправленно идя внутрь него. Ватные ноги сами двигаются к отдаляющиеся сестре, словно желая схватить её за руку, то-ли не дать ей войти или же наоборот пойти с ней. Дайн словно молния проскакивает за несколько мгновений до Итэра, пока сам он проскакивает сквозь растворяющиеся портал. По щекам уже текут горячие слёзы, не сдерживая их. Только он и Паймон остаются в подземелье, не зная, что случилось с Люмин и Дайном. Его спутница смотрит на него с горечью и сочувствием в глазах, впервые видя, как её друг плачет, издавал тихие, прерывистые всхлипы. Она тихо, что то шепчет, стараясь чуть успокоить Итэра, говоря слова поддержки, но он снова оказался под водой, не слыша толком её. Она тихонько тянет его за руку, понимая, что сам он и с места не сдвинется, ведёт его на выход. Уже стемнело, луна была яркой, освещая весь Тейват своими лучами. Паймон все так же ведёт его, не переставая с ним говорить, медленно доставая его из своего сознания, заставляя Итэра наконец слушать её и понимать, что она говорит. Паймон болтает про отдых и хороший сон, закончив свой говор, когда они пришли на скалу, на которой можно было разглядеть всю Гавань Ли Юэ как на ладони. Она вновь, что то шепчет про прекрасный вид, поворячиваясь к Итэру, видя все те-же покрасневшие глаза и влажную дорожку. Он медленно поворачивается к ней, словно успокоившись, смотря на неё с небольшой и благодарной улыбкой. — Я очень рад, что у меня есть такой друг как ты, Паймон - шепчя, словно боясь кого-то спугнуть, молвил он, наблюдая как глаза Паймон загораются радостью. Уже с поднявшимся настроением, она вновь тянет его с широкой улыбкой на губах в гостиницу, снова болтая о чем только вздумается. Слушая тихие посапывания под боком, Итэра уже битый час смотрит в потолок, видимо даже не собираясь спать. Он садится на край кровати, оборачиваясь на свою спутницу, смотря, как та уже видит третий сон, он тихо вздыхает. Тихо встав с кровати, он не заботясь об внешнем виде, он тихо прикрывает дверь в комнату, выходя из неё в пижаме, что им предоставили, направляется в сторону выходу. Незаметно просачиваясь сквозь охрану у дверей, Итэра идёт куда ведут его ноги. Он садится на тот склон, который они с Паймон проходили, поднимая свой взор на луну. На небе нет облаков, луну ни, что не прекрывает, открывая её для любопытных глаз, что с наслаждением смотрят на неё. Она и вправду великолепна. Звуки сверчков и шелеста травы успокаивают. Только не его. Эти звуки только глубже заталкивают ножи, пока голова из раза в раз прокручивает в голове фразу сестрицы. Слёзы ручьём текут из так покрасневших глаз, стекая по щекам и подбородку. Хочется забиться в истерике, словно ребёнок. Почему, единственное желание, что он так зотел исполнить рушится в одну ночь. За что его так ненавидят. Разве он так много просит? Хочется схватится за голову, вырывая собственные волосы, при этом крича во всё горло, что есть силы, проклиная все живое. Но единственное, что он может сделать, так это реветь, словно и вправду ребёнок, согнув и прижавшись головой к коленям, обнимая их. Встреча выжила из него все моральные силы, словно хотя убить его состояние, мстят не пойми за, что. Слишком больно и страшно. Сердце кровоточит, продолжая терять силы, наполняя его грудь страхом. Вдруг, он больше не увидеть её? Им придётся сразиться, как заклятие враги. Её убить на его глазах, рока он будет весь в крови, обнимая её уже остывшее тело, плача и извиняясь, что не смог спасти её. Будет видеть её последние эмоции перед смертью, но не сможет ничего с этим поделать. Он не хочет. Больно. Страшно.