Бьёт - значит, любит

"Если". Как же Гермиона ненавидела это слово. Не меньше, чем слово "но". Или слово "нюанс". Ну почему? Почему все ставили ей какие-то условия? Она искренне не понимала. Неужели никто не может ее просто полюбить? Такую, какая она есть? Они учились на повторном седьмом курсе, и сейчас, после войны, окрыленные успехом, уставшие от страха и боли потерь студенты дали себе волю любить. Искренне, страстно, здесь и сейчас. Кто-то даже умудрился пожениться, сидя за одной партой. Испытав на собственной шкуре, что такое война и смерть, они больше не хотели ждать. Жить так, как будто завтра может и не быть — вариант ПТСР, считала Гермиона, но в глубине души тоже хотела отпустить себя, сбросить все запреты и жить как хочется. Но все же учеба была на первом месте. — Знаешь, Гермиона, ты... — Рон замялся. Она хорошо знала и этот взгляд, и эту интонацию. И даже то, что он хотел сказать. — Ты прекрасная девушка. И хороший друг. Да-да, именно это она мечтала услышать, как же. — Тогда, во время битвы, когда ты меня поцеловала, я был счастлив. Правда. И потом... "Господи, да говори уже быстрее, не обязательно отсекать голову тупым ножом". Помогать ему она не хотела, потому стояла молча, скрестив руки, наблюдая, как, кажется, уже ее бывший парень переминается с ноги на ногу. — Я бы любил тебя, ты этого заслуживаешь как никто, но есть один нюанс... понимаешь... Гермиона усмехнулась. Рон вспомнил в такой момент слово "нюанс"?! — Мне сложно с тобой, ты все время учишься, торчишь в библиотеке, когда можно было бы уединиться для более приятных дел. — Рон, я обещаю, я постараюсь уделять тебе больше времени, — это была последняя попытка все исправить. — Ты уже обещала. Но у тебя всегда что-то важное, к чему надо готовиться, а наши свидания могут и подождать. Вот только я больше ждать не могу. Я хочу нормальных, человеческих отношений, а не сидеть под дверью библиотеки как собака. — Ты мог бы составить мне компанию. У тебя же тоже есть домашние задания. — Да какой в них толк? Я все равно пойду работать к Джорджу. Стоп. Хватит. Иначе она сейчас приложит его чем-то крайне неприятным, пусть и законным. — Я слишком умна для тебя? — Гермиона, в отличие от Рона, предпочитала резать быстро. — Ты хочешь свободы? — Я же говорил, что ты умница, все понимаешь, — покраснел до ушей Рон, согласно кивая. — Что ж, я тебя не держу. Даже если я брошу книги и посвящу все свое время тебе, я все равно... — Будешь умнее меня. Да. Но мы же останемся друзьями, правда? — улыбнулся он. — Сомневаюсь. Нейтральных отношений вполне достаточно. — Спасибо тебе. Ты... — он не придумал подходящий эпитет, кивнул и поспешил к выходу, но вдруг обернулся и пошел назад. — А знаешь, врежь мне. Вот прям со всей силы ударь, чтоб легче стало. — Просто уйди, — сквозь зубы ответила Гермиона. У нее хватило выдержки дождаться, пока Рон покинет читальный зал, и не расплакаться. Гермиона стояла, вцепившись в подоконник, и ловила ртом воздух. Это был первый раз, когда ее бросил парень. В тот момент она узнала еще одну истину — отвлечься от боли здорово помогает перепалка с кем-то еще. К ее услугам оказался Драко Малфой. У Рона не хватило ума найти более уединенное место, потому он завел неприятный разговор прямо в читальном зале библиотеки. А она так растерялась, что тоже не подумала набросить заглушающие. И вот результат — Малфой все слышал. — Тебя не учили не подслушивать? — Гермиона напала первой. Тот сделал вид, что страшно заинтересован поиском книг на полке. — Малфой, я к тебе обращаюсь, — злость и обида бурлили в крови и требовали выхода. Тот вздохнул и повернулся. — Кажется, Уизли сильно преувеличил твои умственные способности, Грейнджер. Я со своей стороны сделал все, чтобы не ставить тебя в неловкую ситуацию, но ты не захотела этим воспользоваться. Так где же твой интеллект? — Это ты меня сейчас дурой назвал? — вспыхнула Гермиона, чувствуя себя именно ею. Могла же молча уйти! — Хм, может, ты догонишь Уизела и скажешь ему, что он ошибся? — Малфой медленно подходил к ней, всматриваясь в ее лицо. — Если сейчас ты заплачешь, я отведу тебя к мадам Помфри провериться на заклятия. — Да не собираюсь я плакать, вот еще, — фыркнула Гермиона. Она поискала глазами свою сумку, обнаружила ее на спинке стула и надела через плечо, давая понять, что разговор окончен и она уходит. — Кстати, Грейнджер, — Малфой преградил ей путь, — будь готова, что твой рыжий дружок теперь перетрахает все, что движется, главное, чтобы было женского пола и не сопротивлялось. Приятно возглавлять список его побед? "Урод! Да как он смеет?" Гермиона выхватила палочку и наставила на Малфоя. — Да я тебя... Он спокойно отвел ее палочку в сторону. — Лучше рукой, по-маггловски, как тогда, помнишь? — прошептал он. Тоска в его глазах заставила ее отшатнуться и опустить палочку. — Дурак! Гермиона резко развернулась и зашагала прочь. — Мы еще вернемся к этому разговору, — крикнул ей вслед Малфой, но она не обернулась.

***

Новость о разрыве Гермионы и Рона облетела школу в считанные часы. Слишком заметными личностями они были, чтобы никто не заметил их расставания. — А я думала, вы поженитесь, — вздохнула Луна. — Очень жаль. — Что, нашла кого-то получше? — прошипела Лаванда. — Оно и к лучшему, теперь мой путь свободен. — А ты, Джинни, будь осторожна, присматривай за своим Гарри, а то Грейнджер нравится уводить чужих парней. И так далее и тому подобное... Гермиона выслушала немало, но самым обидным оказалось то, что Малфой был прав. Рон словно с цепи сорвался, меняя девчонок как перчатки. Гарри же, наоборот, на девчонок внимания не обращал, с Джинни и то встречался редко, все больше уходя в учебу и квиддич. Он не бросил мечту поступить в академию авроров и упорно готовился. — Гермиона, — Гарри окликнул подругу, едва завидев в коридоре. — Есть разговор. — Слушаю, — она остановилась у окна и положила сумку на подоконник. — Ты сегодня такая красивая, — он бросил свою сумку рядом и подошел к Гермионе почти вплотную. — Спасибо, конечно, но ты, похоже, адресом ошибся. — Да нет, я не шучу. Теперь, когда ты не девушка Рона, тебе можно говорить такие вещи. И вообще, — он схватил ее за талию и притянул к себе. — Нельзя проходить мимо таких как ты! — Если ты не прекратишь, я огрею тебя Ступефаем и отлевитирую к мадам Помфри! Его руки уже хозяйничали на спине, грозясь спуститься ниже. — Гар-ри, прекрати, — Гермиона дернулась, но тот ее не отпустил. — Зачем Ступефаем? Давай рукой! Вот сюда, — он разжал объятия и указал на место на щеке. — Ну! Девушки же не любят, когда их лапают. Гермиона тут же воспользовалась свободой и отскочила от озабоченного друга подальше. — Не знаю, что на тебя нашло, но ты либо пьян, либо под заклятием, либо... Не знаю. Но это не ты. Не подходи ко мне, пока не придешь в себя. — Да ладно, никто не узнает, ты чего? — Не узнает о чем? — Гермиона скрестила руки на груди. — О том, что ты приставал ко мне, или о том, что я тебя ударила, если бы я это сделала? — Обо всем, — Гарри шагнул к ней. — Ты сейчас такая... Такая... Я бы любил тебя, если бы не одно "но"... — Агуаменти! Может, это заставит тебя прийти в себя, — не стала выслушивать глупости Гермиона, схватила сумку и чуть ли не бегом удалилась. Завернув за поворот, она чуть не налетела на Малфоя. — Полегче, Грейнджер, на поворотах. Не стоит размахивать лишний раз руками. Он легонько придержал ее за плечи и отпустил. — Тебе тот же совет, Малфой, — буркнула она. — И вообще, держись от меня подальше. — С превеликим удовольствием, но с одним условием. — Да с чего ты решил, что ты можешь диктовать мне какие-либо условия? Я не боюсь тебя, — она вскинула голову. — Если захочу, врежу тебе, будешь знать. — Врежь, а то только обещаешь, а у самой духу не хватит. Лгунья! — О чем ты вообще, Малфой? — отшатнулась от него Гермиона. — Больно нужно о тебя руки марать. — Ну конечно, лучше обниматься с Поттером, это же намного приятнее. Младшую Уизли не боишься? Она ж дикая. — Ни с кем я не обнималась, — вспыхнула Гермиона. — Видел я, как вы не обнимались. И тебе, вероятно, это понравилось, раз не отвесила ему оплеуху. — Не твое дело. Мы просто друзья. — А можно я тоже буду твоим "другом", — он показал пальцами кавычки. — Мне тогда можно будет хватать тебя за задницу средь бела дня. А? Как тебе идея? — издевался Малфой. — Иди куда шел, — Гермиона уже вертела в руках палочку. — Туда я еще успею, — усмехнулся Малфой. — Давай дружить, Грейнджер, — сделав выпад, он сгреб ее в объятия точь-в-точь как Гарри пять минут назад. Взмах палочки, и Малфой скрючился, опадая на пол. — Я же уже говорил, давай без магии, по лицу, а ты? — просипел он. — А что я? Я ведьма! Я не собираюсь бить тебя рукой. — А чем собираешься? — Малфой с трудом сел, привалившись к стене. — Ничем. Просто оставь меня в покое, — сморщилась Гермиона и пошла дальше. — Это невозможно, — крикнул он ей вслед. — Ты слишком ко мне неравнодушна.

***

Да что они, все с ума посходили? Гермиона никак не могла успокоиться. Ну ладно Рон или Малфой, с ними все ясно, но Гарри-то какая муха укусила? Она вздохнула, села за стол и достала пергамент. Единственной отдушиной стали письма Виктору. Вот с кем ей было тепло и уютно, кто действительно ее понимал. Он первый написал ей после войны, а она ответила, а потом еще и еще. Сначала формальные, со временем письма вновь стали трогательными и искренними. Может, пригласить его на Рождественский бал? Было бы здорово вновь танцевать с ним. Гермиона кивнула своим мыслям и вывела первые строки на пергаменте. Она и сама не заметила, как рассказала ему все и даже, кажется, чуть больше...

***

Три недели до бала пролетели незаметно. Гермиона все больше и больше задерживалась в библиотеке, лишь бы не встретить Рона, Гарри или Малфоя. Они то и дело доставали ее, провоцируя их ударить. Что за садистские наклонности проявились у них, да еще и одновременно, она не знала, но дело тут было нечисто, Гермиона была уверена. Были у нее предположения, но искать истину она не хотела. Само все выяснится. — Завтра бал, Гермиона, — Парвати зашла в их комнату, — с кем ты пойдешь? Лаванда на своей кровати напряглась в ожидании ответа. — Это сюрприз, — улыбнулась Гермиона. — Ну хоть намекни. — Он не из нашей школы, — махнула рукой та. — Скоро все узнаете. Она буквально сбежала, чтобы не отвечать дальше. — А, Гермиона, вот ты где, — в холле ее встретил Гарри. — Привет, — насторожилась Гермиона. — Надеюсь, сегодня ты ко мне приставать не будешь? — Не буду, обещаю. Но все же был бы рад, если бы ты выполнила мою просьбу. — Какую? Он наклонился к ее уху и что-то прошептал. — Эй, что ты там нашептываешь Гермионе? — к ним подошел Рон. — Привет. Может, я тоже хочу послушать. Гермиона посмотрела сначала на Гарри, потом на Рона — и это ее друзья? — Что-то мне подсказывает, что нам для вечеринки не хватает Малфоя, — фыркнула, а затем рассмеялась она. — Вспоминаешь обо мне? — словно того и ждал, к ним подошел Малфой. — Я же говорил, что ты ко мне неравнодушна. — Я требую, — Гермиона достала палочку, — чтобы вы прекратили этот балаган. Что происходит? Я требую объяснений. — Да, ладно, Герми, не кипятись, будь лапушкой... — расплылся в улыбке Рон. — И сделай наконец выбор. — Какой еще выбор? — тут же взвилась Гермиона. — Кому из вас троих по морде съездить? Решили узнать, сможете ли разозлить меня настолько, чтобы я забыла обо всем и начала размахивать руками? Как вы меня достали! Парни хранили молчание, давая ей высказаться. — Вы что, решили: сколько Грейнджер уже можно притворяться лапушкой, как будто мы в каком-то дешевом сериале, давайте устроим спор. Еще и ставки наверняка принимали. — Гермиона, ты все не так поняла, — начал было Гарри, но затих на полуслове. Она и не ждала ответа, все казалось слишком очевидным. — А ты, Рон, бросил меня ради победы? Пожертвовал нашими отношениями? — Да тут такое дело... — покраснел он. — Решил совместить, так сказать. — А ты, Малфой, как вообще попал к ним в компанию? — Это все твой Уизел. Раскудахтался, что мне слабо тебя второй раз так разозлить, чтобы ты забыла, что ты ведьма, и врезала мне со всей силы. Ну, я и повелся. — А ты, Гарри? Рисковал своими отношениями с Джинни ради чего? — Ничем я не рисковал, — пробурчал Гарри. — Джинни все знала. — И поддерживала это? — Ну, не совсем, — Джинни спешила к ним. — Я лишь хотела наказать Рона за его отношение к тебе, Гарри согласился помочь, а как они заманили Малфоя, я не знаю. — Хотел оказаться к Грейнджер поближе. — На что спорили? — продолжила допрос Гермиона. — На желание, конечно. — Ну так что, Грейнджер, в твоих руках сейчас многое. Сделай выбор. — Его сделаю я! — послышалось из-за спины. Рон, как и все, обернулся и схлопотал звонкую пощечину. — Эй, это все они, не я, они сами ко мне пришли, — завопил Малфой. Он так разволновался, что вместо того, чтобы указать на Гарри, зарядил ему по лицу. — Да я тебе! — ответил ударом на удар Гарри. — Виктор! — Гермиона в два шага оказалась перед ним, закинула руки на шею и поцеловала в губы. Тот явно не ожидал такой встречи, но не растерялся, схватил ее в объятия и с жаром ответил. — Так кто же тогда победил? — Малфой не сводил глаз с целующейся с другим Гермионы. — Я, конечно, — улыбнулась Гермиона. — Раз вы трое проиграли, значит, победила я. И теперь каждый из вас должен мне по желанию. — А я? — улыбнулся Виктор. — А ты и есть мое желание, — улыбнулась Гермиона и чмокнула его в щеку.