Тот самый Прочиталь

      Прочиталь Великий открыл глаза, пробудившись от неопределëнного по времени сна.       Изучая взглядом обстановку, он обнаружил, что почему-то лежит посреди наполовину освещëнной гостиной на сваленных в кучу пëстрых подушках, напоминавших ему мягкие-мягкие перины из гусеутиного пуха в шëлковых наволочках.       «Интересно, что вчера вечером произошло и почему я этого не помню?» — задался вопросом Прочиталь, потирая глаза, и стал припоминать, что вообще происходило или могло происходить в его доме на последней неделе.       Кажется, вчера они устроили какую-то пирушку… По какому поводу? А, действительно, без повода.       Свет пробивался через наполовину задëрнутые фиалково-гиацинтовые шторы и уже давно разбудил Прочитать, младшую сестру Прочиталя. Встав перед большим зеркалом в золочёной раме, она ловко управлялась с длинными чëрными волосами, напевая мотив какой-то незамысловатой фортепьянной мелодии, исполненной на вчерашнем домашнем концерте, и чуть пританцовывая. Движения еë были лëгкими, порхающими, подобными взмаху крыльев большой заморской бабочки, похожей на летающий живой цветок. Полы еë изумрудного платья с чёрным корсетом, облегавшим пышную фигуру, то и дело приподнимались от еле заметных под ним подскоков и переступаний с ноги на ногу.       Со второго этажа послышался собачий лай — вероятно, Посмотрель, большой двуногий рыжий пёс, пытался разбудить Туплю, младшего брата Прочиталя и Прочитать двенадцати лет, но, судя по тому, что Посмотрель не успокаивался, тот никак не хотел просыпаться.       «Сномушка всё ещё его не разбудил?» — подумал Прочиталь и перевёл взгляд на кресло в углу.       В нём, положив согнутые под определëнным одинаковым углом руки в белых перчатках на подлокотники и смотря в никуда абсолютно пустым взглядом, не отражающим никаких эмоций и тревог, сидела высокая худощавая фигура — Сном. На его коленях Прочиталь разглядел свернувшуюся калачиком Фтаралафь, купленного задорого кошкохомячка, и решил, что из-за неё, скорее всего, Сном спал в кресле. Если вообще спал…       «Бедный Сномушка, он уже привык…» — сочувственно подумал Прочиталь.       Он поднялся с подушек, прошëл несколько шагов по дорогому тёплому ковру с узорами драгоценной нити, чуть не наступил на непонятную вещь, брошенную вчера Туплю на пол, и поплëлся в ванную комнату.       Прохладная вода, попав на лицо и полившись по рукам хрустальными каплями, немного его взбодрила, будто сняв пелену сна, но привычную ясность мысли возвращать не спешила. После праздника с домашним концертом и последующим ужином Прочиталь чувствовал себя невероятно разбито, словно его только что ударили об стену со всей силы и потом еще каретой придавили, а голова ходила кругом. Перед глазами все вещи, кажется, отправились не то водить хоровод вокруг Прочиталя, хоть он и не новогодняя елка с тысячей ярких свечей, не то в дальнее и опасное кругосветное плавание за семь морей, за далёким счастьем. Кое-как он дополз до кухни, съел несколько кусков уже как льдинка холодного и совершенно невкусного вчерашнего пирога с грибами, прикрытого смятым обрывком уже не бело-золотой, а серовато-грязно-желтой скатерти, и наконец пришëл в себя.       Всë вокруг казалось до ужаса мутным, точно в глаза плеснули водой из канавы. Было не особо понятно, как и при каких обстоятельствах, но вчера Прочиталь лëг явно не в самом хорошем состоянии и явно не совсем соображая. Вероятно, его уложил Сном с помощью способности. Надо и спросить у него в таком случае — решил он и пошёл в обратно в гостиную.       Гостиная выглядела как-то незнакомо. Она как будто стала шире — казалось, что стены отдалялись друг от друга и вскоре могли бы разъехаться по разные стороны планеты, — и темнее, а все, на первый взгляд, привычные предметы интерьера казались чужими.       «Неужели у нас действительно была та кислотно-жëлто-зелëная подушка в форме кота с фосфорным рисунком звёздочек?» — подумал Прочиталь, протирая глаза ещё раз и наклоняя голову вправо.       Чем лучше он всматривался в окружение, тем больше странностей цеплял его взгляд. Его насторожили опущенные Сномом шторы — а кто же ещё мог их так развесить, что даже неаккуратные складки и царапины от когтей Фтаралафи выглядели нормально, — перевёрнутый журнальный столик, на котором красовалась башня из тарелок со скомканной простынëй вместо, предполагаемо, крыши, и то, что Прочиталь сам был в каком-то лоскутном халате, покрытом пылью и шерстью, словно его только что использовали вместо подстилки для Посмотреля, поверх одежды.       Однако больше всего Прочиталя обеспокоили странные вибрации. Создавалось ощущение, что сотрясается и готов рассыпаться на маленькие части, попутно уничтожив всë живое и дышащее вокруг, сам воздух. Такое уже было однажды, когда одно существо…       «Окусь, успокойся!» — испуганно подумал Прочиталь, пытаясь выйти на связь с покровителем.       Окусь не ответил, ни после второго раза, ни после восьмого. Поняв, что уже поздно что-либо предпринимать, Прочиталь схватил газету, лежавшую на столе, странно отодвинутом к двери шкафа и мешающем его открыть, словно камень гробницу, и бросился за всем необходимым.       Проходившие мимо, в столовую, Прочитать и Туплю удивились тому, что обыкновенно серьëзный и не терпящий всякой нелепости и ерунды Прочиталь бегал по дому в грязном лоскутном халате, покрытом ошмëтками шерсти Посмотреля и крошками пирога, и с газетой, словно не евший неделю кот.       — Что это с ним? — спросил Туплю, зевая и теребя длинные, до плеч, волосы. — Его Фтаралафь покусала?       — Не знаю… — озадаченно ответила Прочитать.       Прочиталь не останавливался, собирая в старую-старую потрëпанную сумку самые важные вещи — документы и несколько книг, с которыми в любом случае не хотел расстаться, ведь они были его счастьем, одним из немногих лучей света в его сумрачной жизни.       — Все ко мне в комнату, быстро! — крикнул Прочиталь и стал всех подталкивать в нужном направлении.       Несмотря на то, что некоторые немало упирались, например, Посмотрель и Прочитать, Туплю воспринял это как повод вновь пропустить урок, ведь он никогда не хотел тратить свою жизнь на какие-то совершенно ненужные занятия вроде учëбы, Сном все еще не реагировал на происходящее, будто он сам на себя активировал свою способность и впал в сон с открытыми глазами. Фтаралафь лишь мяукнула, как сытый котенок, и стала грызть свои хомячьи семечки с тихим музыкальным хрустом.       — Прочиталь, я не понимаю, что ты творишь? — обернулась Прочитать, когда еë брат закрыл за ними двери. — Тебе плохо? Быть может, стоит это обсудить мирно?       — Я нас спасаю! — ответил он, положив руку на газету, и голос его звучал уверенно и решительно, ибо он был настроен сделать всë для спасения своей семьи.       Прогремела гроза, и крыша дома затрещала, словно по ней шагала в ногу огромная толпа солдат.       — Плохи дела… — покачав головой, с серьëзным выражением лица пробормотал Сном. В мыслях его до сих пор была абсолютная пустота, однако теперь он понимал: его лучший друг неожиданно и неизлечимо тронулся умом.       Газета начала испускать серебристое сияние, словно окутывавшее собравшихся и погружающее их в неизведанный искрящийся мир, воздух завертелся холодным потоком, бьющим морозцем по щекам и легким, и…