Шанс

— Есть курить? Садится на соседний стул, дерганная, смотрит пристально, все костяшки разбиты. — Последняя. Отвечает, прикуривает, кажется, немного показательно и хвастливо. По-детски. По-глупому, потому что смотрят всё также пристально, только теперь слегка прищурено. На только начатую сигарету с испачканным красной помадой фильтром. На губы, почти целующие подушечки пальцев. — Думаешь, умная такая? Героиня романтической истории? Романа? Фанфика? Что тебе с рук любая хуйня сойдёт? Не… — Извините, но я не собираюсь продолжать этот разговор. Встаёт, потому что накаляется атмосфера, и бармен недвусмысленно кидает взгляды на дверь позади. Берёт со стула сумочку, пальто, проверяя, на месте ли газовый баллончик. Радуется, что оплатила единственный коктейль заранее, и теперь может, кивнув работнику, спокойно уйти. В теории. Потому что девушка встаёт следом, кривит брезгливо губы и поводит плечами. — Что, правды много? Мозг не выдерживает? — Да. Когда-то давно она читала, что лучшая защита от приставаний пьяных людей — вежливое обращение и согласие по возможности. Не думала, что столкнётся, применила в реальности. Поняла, что всему в интернете нужно верить лишь наполовину. Девушка бьёт её сильно, до инерционного поворота головы в сторону. Разбивает губу до крови. Кровь темнее помады ровно на два тона. В голове — туман, рассеянность в движениях. На миг расслаивается все вокруг, и приходится опереться на барный стул, чтобы не потерять равновесие. — Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не устраивала здесь мордобоев? И сколько раз я ещё должен это повторять?! — Ебало завали. — Всё. Я устал. Или сейчас же уходишь сама — или тебя выводит охрана! — Пидорас крикливый. Даша щёлкает перед глазами девки, проверяет, не откинется ли в ближайшие минуты. Забирает сигарету, хотя внутри протестует буквально всё — девка пиздецки слабая, ведь Даша не применила и части всей силы, при этом выделывается и прилично одета, а значит, что-то шлюшье, кроме красной помады, точно присутствует. Но курить хочется сильнее.

***

У дверей бара после Даша не ждёт бармена, хоть и хочется въебать тому как следует; возможности пойти, нахуяриться вновь и кого-то отпиздить; ту слабую красногубую девку. Она просто стоит, докуривая заслуженную сигарету, думает, насколько бутылок хватит взятых с собой денег. Пять, если купить только алкашку, четыре, если ещё и сижки. Хуево. — Господи. Девка выходит, когда от сигареты остаётся окурок. Пришедшая в себя, прямая, с ровной спиной, нырнувшая рукой в карман бежевого пальто. Смотрит опасливо. — Успокойся. И убери руку от баллончика. — Хочешь извиниться? — На «ты»? Мозги на место встали? Не отвечает ей, хотя ответить стоит. Поджимает губы, завязывая пояс плотнее. Отмечает практически чистый фильтр почти конченной сигареты. Проходит мимо, слишком быстро для не задетого ситуацией человека, чтобы только оказаться на главной улице, где есть люди. Немного в смятении от тем и ассоциаций, пришедших в голову в подобной ситуации. Даша следует за ней на расстоянии, таком, чтобы не упустить из виду. Не потому что сталкерит, пошли сталкеры в пизду, просто по пути. Девка красивая и элегантная, почти как она сама… когда-то давно, когда была тупой и мелкой. На неё смотрят мужики, глядят завистливо бабы. Семенит на каблучках, как истинная леди, топ-топ-топ, походка ровная, словно девка по канату пиздует. Даша чувствует, как появляется желание отпиздить её как следует, чтобы не выёбывалась. Сворачивает на развилке, принимая решение не идти за «морковкой» и пройти к пивному дворами.

***

— Кошмар. Первое, что слышит Даша, когда заходит в знакомую пивнушку. Упирается взглядом в ровную спину у прилавка, красную блузку и подпоясанную золотым поясом белую юбку-карандаш до середины голени. Свистит от удивления, заставляя девку обернуться, а Светку, достающую пиво из холодильника, лишь кинуть взгляд. — Какие люди. — Привет, Даш. Вы знакомы? Поцелуева хмыкает, вставая у закусок, складывает руки на затылке, смотрит насмешливо в испуганные кукольные глазёнки. — Я… о ней говорила. Говорит девка и заметно напрягается, стоит Даше приблизиться, чтобы рассмотреть выученный наизусть ассортимент. — О ней? Да, она может. Тебе чего, Даш? — Три короны. Максима одну. — Разгрузочный день? — Кошелёк ебанный в квартире забыла. С собой мелочь только. — Ну хоть на штрафы не спустила, как в тот раз. Светка ставит на прилавок бутылку лаймового, тянется за сигаретами, доставая Максим и клубничный Kiss. Даша удовлетворённо кивает: девка оправдывает ожидания даже там, где таких не ожидаешь встретить в принципе. Берёт Максим, открывает прямо там. Девка даже с зажигалкой управляется как блядская леди. Неспешно, утонченно, настолько бесяче, что начинают чесаться кулаки. Даша наклоняет голову, чтобы отвлечься, следит, как девка вздрагивает, кидает загнанный взгляд, но даёт прикурить. Затягиваются одновременно, почти синхронно. Какой-то зашедший в магаз синий еблан смотрит с ухмылкой на обеих. — Что, девочки, перекур после тяжёлого дня? Спрашивает вполне дружелюбно, но глазеет на красную блузу, расстегнутые пуговицы. — Спасибо. До свидания. Говорит девка Свете и вполне спокойно складывает пиво в сумочку. Даша фыркает от смеха. Всё правильно. Сумка настоящей леди должна быть такой, чтобы в неё помещалась бутылка. Пока девка идёт, держа сигарету в руке, мимо мужика, тот не сводит с неё маслянистого взгляда. Даша отсчитывает нужную сумму. — И шоколадку ещё какую-нибудь подкинь. Света качает головой, то ли неодобрительно, то ли разминая шею. Даше похую, потому что мужик подходит под звон дверного колокольчика, воняет перегаром, мочой и застиранными шмотками. — Поссорились? Спрашивает блядским великим гуру, не отрывая взгляда от двери. Даша брезгливо фыркает. Забирает бутылки и «Щедрую душу» с орехами и изюмом. Увидит — отдаст, нет — сама сожрёт на пару с сосисками.

***

— Эй. Даша свистит громче, чем нужно. Навстречу семенящей топтоптоп девке идут два гопника. Не понимает причин своего поступка: девка и её выебоны как раз располагают к тому, чтобы к ней пристали. Должно быть, просто хочется пиздиться. Или неприятно смотреть. Хотя, наверное, первый вариант больше подходит. Девка останавливается, оборачивается через плечо. Ждёт, пока Даша подойдёт к ней. При ближайшем рассмотрении гопники оказываются вполне себе знакомыми — Даша пизделась с ними на той неделе. У одного даже синяк на челюсти остался. Кивают, проходят мимо, кажется, ускоряя шаг. — Ты здесь… авторитет. — Ага… На вот. За бар. — Спасибо. Девка убирает шоколадку в сумку, держит сигарету в зубах. Фильтр опять испачкан помадой, и Даша вспоминает, что вкус у неё такой себе. — Хорошая сумка. Вместительная. Девка тихо смеётся, прикрывает рот рукой. — На то и был расчёт. Я — Полина. — Даха… Ты переехала сюда недавно? Я тебя здесь не видела. — Наверное, потому что я не провожу время в компании гопников?.. Извини. Да, скоро будет неделя, как я тут… обитаю. — Понятно. Что скажешь? — Бывает и хуже. — Соглашусь… Пиво, что ты купила, хуйня полнейшая. — Учту, спасибо. Полина улыбается. Даша к своему удивлению предлагает то, что не предложила бы никогда в жизни. Полина, видимо успевшая кое-где хряпнуть или нюхнуть, соглашается.

***

— Слишком личное, чтобы ты мне рассказала? Полина сидит на подоконнике, свесила ногу в розовом тапке, пьёт своё лаймовое пиво, и смотрит на вечерний город за окном. Даша скрестила ноги на мягком коврике, лакает уже вторую корону и чешет за ухом вполне обыкновенного невыёбистого кота. В майке и с тарелкой печенья рядом. Молчит, пока кошак мурчит, а Полина грызёт шоколадку. Охуевает, потому что всё по-домашнему. Не та мимишная розовая хуета, которую ожидала увидеть, вполне нормальная квартира нормального человека, разве что с мягкими коврами и мультяшными подушками. — С хуяли. Можем рассказать друг другу всё-всё, приче-есочки сделать маникю-юрчик. — Стоп. Я поняла, не нужно утрирований. Полина улыбается, выставляет ладони в примирительном жесте. Даша отмечает, что губа у неё немного разбита. Допивает пиво. Кот мурчит, трётся о ноги. Какой хозяин, такой и кот? Что эта подозрительно добра к той, что её отпиздила, что её кошак. — Ну тогда просто помолчим. Сделаем вид, что мы в эдите тиктока. Пиво зато быстрее допьём. Можем жвачку пожевать в процессе. Полина делает глоток, морщится. Действительно невкусное. Даже вприкуску с шоколадкой. — Не понимаю я эту хуйню с откровениями. — А ситуацию, при которой незнакомый человек зовёт тебя домой и ты идёшь, значит, понимаешь? — Человек, который я отпиздила. Не забывай. — Тогда это всё-ё меняет. Молчат, и Даша впервые за все время знакомства не комфортно и отвратительно. — Встречалась с одним долбаёбом…

***

— И как до этого дошло? Полина улыбается, и на её щеках Даша видит отвратительно-умилительные ямочки. Прикасается носом к носу, трётся, закрывая глаза. Это — первый раз, когда откровение вызвало опустошение, а не ярость. Когда стало необходимым почувствовать тепло другого человека. Когда захотелось поцеловать девушку. Даша не знает, как правильно на это реагировать, поэтому реагирует как привыкла реагировать на интересующих её организм мужиков. А Полина принимает, ведёт, вылепляя из энергии, как из пластилина, нечто новое и давно забытое, прекрасное и отвратительное, понятное и волнительное. Трётся носом в ответ, смеётся горячим дыханием в губы. Гладит ноготками предплечья, пока кот требовательно лезет к ней на колени. — Прогони его нахуй, или я за себя не ручаюсь. — Отпусти меня, чтобы я могла это сделать. Полина сползает с подоконника, трётся напоследок самым кончиком носа. Даша хватает бутылку лаймового, допивает остатки. Бурда хлеще светлого разливного из самого засранного ларька. Ждёт, пока не раздадутся обиженные кошачьи вопли и Полина не вернётся к подоконнику, плавная, стройная, воздушная и сексуальная. — Так на чём мы остановились? Пока не спросит, вставшая спиной к пейзажу ночного города. — На том, что я тебя хочу. Полина наигранно смеётся, прижимается, и Даша шумно выдыхает, почувствовав солнечным сплетением затвердевшие соски через тонкую ткань пижамной футболки. Теряется, когда Полина целует первая, осторожно, обхватывая её нижнюю губу. Смотрит снизу-вверх, будто спрашивает разрешения. Даша отвечает напористо, с наслаждением слышит стон удовольствия. Теснит к окну и послушно отодвигается, позволяя забраться на подоконник. Целует, целует, целует. Грубо, жадно, губы со вкусом красной помады, ужасного лаймового пива и маслянистого шоколада. Обнимает за талию, забирается пальцами под футболку. Полина обхватывает за шею, зарывается пальцами в волосы. Её поцелуи — поцелуи девчонки, страстной, напористой и очень отзывчивой. И сама она сейчас больше похожа на блядскую девчонку со двора. Не ебаную леди, которую строила из себя… вечность до этого? Даше похуй. Даша разрывает поцелуй только тогда, когда начинает не хватать воздуха. Прижимается лбом, вздыхает жадно, как пловец перед очередным заплывом. Тянется снова, но Полина отстраняется, подставляет щёку. — Я… продаю эту квартиру. Звучит как самая тупорылая шутка, но до Даши доходит достаточно быстро — вместе с чужим стыдом и волной ледяной ярости, накрывшей с головой. Как Даша не убивает девку прямо там, ограничиваясь лишь разьебанной дверью — остаётся загадкой.

***

Полина удивляется, когда видит Дашу, чьей фамилии так и не узнала, но с которой чуть не переспала, в тв шоу. Вместо того, чтобы переключить канал, как и хотела изначально, прибавляет звук. В своей визитке поцелуева рассказывает всё тоже самое, что рассказала ей. Полина вздыхает, улыбается немного грустно. Она поступила, как настоящая сука, но давать Даше шанс, когда приехала только за тем, чтобы продать квартиру — ужасная глупость. А в том, что это был именно шанс, а не простой секс на одну ночь, Полина не сомневается. Всегда чувствуешь что-то особенное в такие моменты, «за-за-зу» или что-то на вроде, такое, что не спутать ни с чем. Слишком ясно, слишком понятно, будто судьба учительницей обводит нужную переменную красными чернилами. А человеку, как ученику, даётся выбор: поддаться, повернув всю свою жизнь, или уйти, избегая перемен. Полина почти не жалеет, что не воспользовалась шансом. Находит в соцсети тематическое сообщество, пишет под постом с Дашей короткое «лучшая», не украшенное десятками сердечек или поцелуйчиков. Усмехается, спрашивая себя, не время ли верить во вторые шансы и прочую чепуху.