Возлюбленный Враг

— Век бы не видел Ваше лицо!

— Только век? Это ведь так мало, Маркиз.

Не успев толком осмотреться куда его позвали, Август чувствует, как с него стянули повязку, а после ощущает широкую ленту у себя на лице. Чужие руки проворно фиксируют её на затылке так, чтобы ткань не давила на глаза, но перекрывала вампиру весь обзор. — Что-то новое, Маркиз, — Август уверен, что старший вампир довольно улыбается и смотрит сейчас прямо на него. — Давно хотел попробовать, Вы ведь не возражаете? — Де Сад за талию притягивает к себе младшего, кладя голову на плечо. — Забавно спрашивать после того, как уже закрыли мне глаза. — И всё же? — Безликий обходит и встаёт теперь перед Августом в ожидании ответа. — Хорошо, руководите. — Прекрасно… — шепчет старший вампир, приближаясь и тут же целуя мягкие губы, придерживая за подбородок. Август ожидал от Де Сада многого, потому был не удивлён, когда после поцелуя его довольно грубо толкнули в грудь. Разве что на секунду мелькнул страх и тут же исчез, стоило Августу спиной ощутить кровать, а не холодный пол. Всё-таки без зрения пространство действительно ощущается иначе, как минимум не таким безопасным. Надо привыкнуть. Вновь привыкнуть к полной темноте, как и много лет назад, но по иной причине. Новая причина интригует Рутвена. — Лежите смирно. Август непривычно послушно расслабляется, предоставляя любовнику полную свободу действий. Такое бывало редко в их взаимодействии, ведь Рутвен упрям и не терпит, когда его в чём-то ограничивают. Окружающим вампирам всегда казалось, что каждый их спор мог бы окончится дракой, были бы они младше и менее опытными. Хотя пару раз вампиры всё же подрались, а после, склонив голову, слушали от Королевы всё, что она думает о них.

«Неужели Вы не можете найти более приемлемый способ выяснения отношений?»

«И мы нашли, сталкиваясь с яростью в грубом поцелуе и стаскивая тесные одежды»

«Только вот один проиграл, полюбив»

Рутвен чувствует прикосновение к голове и тонкие пальцы в волосах. Де Сад аккуратно расправляет волосы по кровати, наслаждаясь видом струившихся меж пальцев огненных локонов. А после Август понимает, что Де Сад, наклонившись, целует его волосы, слегка придавив своим весом. — Что Вы… — Тшш, — Де Сад тут же ладонью зажимает рот Августа, не давая больше говорить. — Доверьтесь мне. Тонкие пальцы скользят по тяжёлой одежде, проворно расстёгивая миллиард застёжек и Рутвен и сам не понял, как остался разве что в штанах, судя по ощущениям. А потом происходит что-то вообще за рамками восприятия, когда Август чувствует поцелуи на своих пальцах, а саму ладонь бережно удерживает старший вампир. Стало жарко, особенно удивил жар в районе щёк, чего обычно с довольно хладнокровным вампиром не случалось со времён беззаботной юности. Когда они не знали друг друга и Август ещё не был знаком с таким явлением, как предательство, ярость и война. Едва ли Рутвен успевает сформулировать до конца мысль, как всё сбивается от одного поцелуя. Безликий теперь склоняется над плоским животом, оставив в покое руки, и, повинуясь порыву, осторожно целует, упираясь ладонями по бокам от бёдер Августа. Почувствовав, что это действие вызвало определённо желанную реакцию, Де Сад продолжает оставлять поцелуи на коже, поглаживая одной рукой низ живота вампира. Дышать ровно становилось всё труднее, особенно, когда Де Сад уткнулся лицом прямо в не снятые тёмные штаны Рутвена. А после горячие губы возвращаются к животу, пока с Августа стягивают последний элемент одежды. — Прекрасно… — Маркиз смотрит на обнажённого вампира перед собой и решает, что была ни была. — А…ах…хг...а! Де Сад примерно так себе и представлял реакцию любовника, когда будет не на что опереться. Когда останутся лишь одни ощущения, которые так легко не забыть. Поэтому Маркиз старается, уделяя больше внимания состоянию партнёра, чем обычно. Ладонью ненавязчиво прося Августа расставить ноги шире, Де Сад приближается к уже возбуждённому члену и отмечает, что младший вампир по-прежнему довольно расслаблен. Маркиз улыбнулся от мысли, что ещё год назад, когда он вернулся на пост, они не разговаривали друг с другом добрые три месяца. А сейчас Август низко стонет, стоит Де Саду обхватить губами напряжённый член и сжать крепкие бёдра. Заметив, что Рутвен сильно сжимает несчастную простынь, которая ещё недавно была полна надежд остаться невредимой, Де Сад останавливается. — У меня есть подходящее место для Вашей руки. Обеих рук, — Маркиз приближается к приоткрытым губам Августа, выдыхая в них последние слова, а после целуя. Рутвен не ожидал и даже немного удивился, когда тот самый Маркиз, которому слово не то скажи и можно попрощаться с жизнью, добровольно в первый раз позволил ему вести. И сейчас тоже самое, когда Де Сад берёт обе ладони Августа и кладёт себе на голову. Почувствовав, что младший слегка сжал его волосы, царапнув кожу головы острыми когтями ногтями, Маркиз улыбается и вновь спускается ниже. Хочется запомнить каждый звук, который вылетает у Рутвена в процессе, особенно тот набор, который старший вампир слышит, доведя любовника до края. А ещё забавно наблюдать, как моментально покраснели уши Августа, стоило ему услышать характерный звук, когда Де Сад проглотил сперму. — Я бы хотел сегодня зайти чуть-чуть дальше, позволите? — Де Сад шепчет теперь прямо в ухо, а после слегка сдвигает повязку с глаз Августа, чтобы быть уверенным в ответе. В золотом взгляде лёгкое удивление и Маркиз видит сомнение, уже собираясь отступить и превратить всё в шутку. Ведь они это давно обговорили и Де Сад знает, как щепетильно относится к некоторым правилам Рутвен. — Хорошо, — довольно уверено отвечает Август и Де Сад, убедившись, вновь закрывает ему глаза. Рутвен едва ли держит себя в руках, когда ягодиц касаются длинные пальцы, а после неожиданно язык. Которым Де Сад мог оказывается управляться в ещё более разных смыслах. Хотелось отчего-то закрыть ладонями лицо, хотя там и так была эта чёртова повязка. Август естественно знает процесс, но совершать эти действия и чувствовать их оказалось совсем не одним и тем же. Маркиз действовал уверено, но довольно деликатно, поэтому Рутвен решил не останавливать любовника, а прислушиваться к новым ощущениям. Когда пальцы старшего вампира слегка надавливают на простату, Рутвен несдержанно стонет, случайно прокусив губу из которой тут же пошла кровь, привлекая внимание. Де Сад тут же отрывается от своего занятия и вновь хочет сдвинуть повязку, но его перехватывают за руку, словно Август видит или просто догадывается о реакции старшего. — Всё в порядке, ma lune? — Да. Это было неожиданно. И не назыв… Маркиз прерывает вампира, не желая в очередной раз слышать это, с напором целуя и ощущая металлический вкус крови. Держаться стало сложнее, почувствовав превосходный вкус, поэтому Де Сад возвращается к своему занятию. Улыбка появляется на лице, когда Август вновь расслабляется и несдержанно стонет в ответ на движения пальцев внутри. Но как бы хорошо ни было, терпению обоих приходит конец и первым срывается Август, отстраняя вампира от себя. Не снимая повязки Рутвен рывком меняет их местами и прижимает Де Сада к кровати, только лишь предполагая, что тот лежит и улыбается, как довольный кот. Что-то есть в том, что Маркиза он не видел, а надо опираться лишь на ощущения и собственную память. Когда-то давно Безликий шипел младшему вампиру, что век бы не видел его лица и что будет рад забыть всего его целиком. Вот сейчас кажется самое время немного отыграться и доказать, что кто-то был если не неправ, то весьма вспыльчив и не до конца честен. — Держите, — Безликий протягивает любовнику две прочные ленты, устраиваясь поудобнее. Август приподнимает повязку, чтобы посмотреть, что опять пришло в голову этому непредсказуемому вампиру и немного зависает. — Зачем? — Советую попрочнее привязать меня к кровати, иначе окажетесь на моём месте.

«Никогда»

— Специальные, — уточняет Де Сад, видя ироничный взгляд вампира на кажущиеся непрочными ленты. Рутвен фиксирует руки любовника в удобном положении, проверяя, чтобы не сдавливало сильно запястья и натыкается на довольную улыбку Маркиза. Ленты довольно длинные, что позволяют двигать руками, но не встать. Решив, что сейчас начало своей небольшой мести, Август, под удивлённый взгляд Де Сада, возвращает повязку на свои глаза и ощутимо бьёт по рукам вампира. Ожидаемо. — Зачем? — Разве не Вы первым предложили подобное? — Хочу видеть Ваше лицо, снимите. — Действительно хотите? Август ответил с такой интонацией, что Де Сад сразу понял, что он издевается специально, а спустя несколько секунд вспомнились свои же слова, сказанные Рутвену давным давно на эмоциях. — Я был зол… ах-а! — Де Сад тут же цепляется за длинные волосы, когда ощутил первое прикосновение к уже давно возбуждённому члену, чем заставляет вампира остановиться.

«Прочные? Ну да»

— Чёрт… — Маркиз убирает руки, заводя их обратно себе за голову, чтобы ничего не испортить. — Держите их там, — холодный голос долетает до мужчины, заставляя контролировать себя.

«Есть несколько нельзя между ними»

Придерживая член старшего, Август наклоняется ближе и проводит языком вдоль ствола, чувствуя дрожь вампира. Де Сад задыхается уже спустя минуты три, а когда казалось, что дальше некуда, Август отстраняется, демонстративно облизываясь и открывая вид на острые клыки. Смотрит сквозь повязку прямо на старшего вампира, словно сделал это специально и сделает ещё, окончательно лишая ума и так не самого адекватного Маркиза. Только второй раз и не потребовался, ведь одно единственное действие легко заставляет старшего резко подорваться и, сжав плечи любовника, повалить на себя. Начать страстно покрывать длинную шею поцелуями, не позволяя отстраниться, и перебирать пальцами длинные волосы. А после, добравшись к острому уху, слегка прикусить, слыша в ответ на это рваный выдох. Ладонь Августа находит на ощупь шею вампира и ногти когти слегка оцарапывают место за ухом, спускаясь ниже по шее. Границы обозначены как всегда довольно ненавязчиво, ведь до этого Рутвен не особо жаловал прикосновения к своему лицу и ушам.

«Понял я, понял»

Де Сад отстраняется, позволяя Августу вновь сесть ровно, а сам убирает руки в стороны. Возбуждённый до предела член требует к себе внимания, но младший вампир больше не прикасается, начав исследовать тело вампира под собой. Ощущение самих кончиков острых ногтей когтей вызывает лёгкую дрожь и на коже появляются мурашки. Де Сад не понимал, чего хочет сейчас больше: горячих поцелуев, нежных прикосновений или сильных ладоней на бёдрах. Одно он для себя полностью подтвердил за эти минуты, ведь простое желание расслабиться и ненадолго уйти от реальности с помощью секса видоизменилось. И то, что пришло на смену, явно не примет Рутвен. Даже просто, как ни к чему не обязывающую информацию. Де Сад не понимает, почему именно он так попал, имея столько лет за плечами и несколько ситуаций, когда едва остановил себя от убийства младшего вампира. Буквально чувствуя, как такого типа касания возбуждают любовника ещё сильнее и тело становится более чувствительным, Август специально садится аккурат на пах вампира. Но не так, как безусловно хотелось Де Саду. Отчаянно в последнее время хотелось. И понимание, что никогда не позволят, лишь усиливает желание, порождая не всегда приличные мысли в казалось бы адекватной голове.

«Временами»

— Август! — Маркиз стонет его имя, чувствуя, что позорно кончит только от подобной стимуляции. — Ого, не прошло и века. Рутвен доволен, услышав своё имя, поэтому опускает ладони полностью на разгорячённую кожу и прижимается губами везде, где только недавно были руки. Член старшего по-прежнему касается обнажённых ягодиц Августа и Де Сад, не в силах больше терпеть, срывает повязку с его глаз.

«Огонь укрывается золотом»

В ответ ни капли возмущения, а только лишь горячие губы, настойчиво сминающие чужие. И ногти когти царапают нежную кожу за ушами Де Сада, вновь вызывая табун мурашек по бледному телу. Где-то определённо остались царапины, но никого это не волнует. Перевернув Августа на спину, Маркиз, с неприкрытым желанием смотрит прямо на младшего вампира, целуя колено согнутой ноги. Поглаживая пальцами голень и наблюдая за выражением лица любовника, Де Сад наслаждается эмоциями, которые возникают из их близости. Сильные руки опускаются на талию Маркиза и Де Сад ощущает возбуждение Августа, который вопреки всему прекрасно держится. Ещё один пункт в копилку никому не нужных чувств. То, что как бы ни был возбуждён, Рутвен всегда ждал одобрения со стороны Де Сада и прислушивался к просьбам. А то, что он буквально не хочет видеть Маркиза в своём кабинете в повседневной жизни, никак не влияет на их отношения в постели. Де Сад на это улыбается и просто меняет маску.

«Как же долго этот метод будет работать?»

— Я подготовился, — отвечает Де Сад на вопросительный взгляд, а после выдыхает, когда его слова решили тут же проверить. Длинные пальцы скользят внутрь, проверяя правдивость услышанного, а после начинают растягивать и дальше. Ведь Августу нужна просьба. Нужны определённые слова от старшего вампира и не важно сколько уйдёт на это времени и смазки. Только вот сегодня выдержка подводит Маркиза, который открыто говорит, чего хочет от младшего вампира. Ведь хотелось в последнее время многого. Придерживая член одной рукой, второй упираясь о грудь Рутвена, Де Сад довольно резко насаживается и прикусывает губу от укола боли. — Что ж Вы творите? Стоп. — Август с долей злости смотрит на безрассудного вампира, который словно специально сделал себе больно. — Привыкайте и дёрнитесь ещё раз, будете разбираться со своим телом сами. Де Сад хотел было высказаться, но одного взгляда на любовника хватило, чтобы осознать, что его слова не пустой звук. И Август действительно уйдёт, оставив Маркиза наедине с весьма деликатной проблемой. Дав себе и любовнику время привыкнуть, Август заваливает старшего на бок и приподнимает его ногу, вновь входя и начиная медленно двигаться. Если посчитать, сколько раз они вот так проводят вместе время, не хватит всех пальцев у нескольких десятков людей. Поэтому, когда Де Сад запрокидывает голову и сжимает простынь до побелевших костяшек, Август ускоряется, зная уже, как любит старший. И когда конец уже близок, Рутвен кусает загривок, вбиваясь каждый раз сильно и точно, но слегка убавив темп. Ощущения сводят Де Сада с ума и заставляют стараться прижаться к младшему вампиру ещё ближе, забывая на это время обо всём, что за дверями этой комнаты. Сотрясаясь всем телом, Маркиз кончает с гортанным стоном, стоило Августу шепнуть пару прилично-неприличных слов прямо в ухо, не останавливаясь. За дверями никогда не будет ни слова лишнего в сторону Маркиза, ни единой положительной эмоции на красивом лице. Лишь одна на двоих маска, которая въелась в лицо младшего и начала потихоньку трескать со стороны старшего вампира. — Ненавижу… — придя в себя громко произносит Де Сад, действительно ненавидя. — Знаю, — низкий голос раздаётся у самого уха и больше ничего, ведь Август действительно знает. Де Сад переворачивается, оказываясь лицом к лицу с любовником и кладёт вновь руку на талию, придвигаясь ближе. Большего Рутвену и не надо, чтобы вновь страстно поцеловать, а после впиться в бледную шею своего врага, прокусывая тонкую кожу.

Врага.

Который в ответ кусает его за запястье, бережно придерживая руку того, кого ненавидит.

Ненавидит.

И всё бы пошло по второму кругу, вот только Безликий вновь проявляет свою натуру, увлекшись и не остановившись вовремя. Лишь, когда Август закрывает глаза и перестаёт реагировать на прикосновения старшего, Де Сад отрывается от своего занятия и отпускает бледную руку. Возвращаясь в реальность. — Август!? Убедившись, что всё нормально, Де Сад поправляет подушку и убирает несколько огненных прядей, упавших на лицо спящего. Не став тратить время на одевание, Маркиз поправляет одеяло и прижимает младшего вампира к себе, думая, как извиниться за свою несдержанность утром. Но они же враги. Надо ли?

Враги не извиняются друг перед другом.

Поэтому первое, что делает Де Сад, когда Рутвен открывает утром глаза, это шепчет в ненавистные губы извинения.