На те-же грабли

В Поэне нет определения времени, но постоянные жителе этого городка уже научились угадывать «Время суток». На дворе, примерно, вечер. Достаточно большая группа выпивала в Зал-травнике у убийц и уже порядком поднадоели своим шумом окружающим. - …. А он отвечает: Нет, не знаю. А что, надо что ли? - Все громко смеются и гоблин этим доволен. Они вскидываю свои кружки вверх, чокаясь под уже расплывающийся тост. Грумрак не помнит, как он познакомился с этой группой ребят, но ему определенно нравилось находиться среди них. - Вроде такой маленький, а такой интересный парень. – Одна из девушек потрепала его за худую щеку, весело смеясь. - На самом деле, в своем мире я уже должен быть стариком, если бы у меня не было бы искры. – Гоблин потер лицо в месте щипка, отмечая про себя, что опять неправильно заправил уши и с него упал капюшон. Парень, сидящий рядом, тоже обратил на это внимание. - Ой, а у тебя тут синяк большой. Это как еще надо было удариться? – Он усмехнулся, чтобы развеять обстановку. - А, да это я одно поручение не выполнил, вот и получил от своего босса. – Грумрак виновато потер место ушиба, но когда посмотрел на остальных, увидел в их только непонимание и страх. Он сразу же судорожно надел капюшон, на этот раз правильно заправляя уши в специальные отверстия. – Не обращайте внимания, я тогда, правда, был виноват. Девушки начали что-то обсуждать между собой, пока парни подбадривающе похлопывали его по спине. Если бы они только знали, что у него там тоже старые раны, которые с каждым ударом напоминали про себя. Все вновь начали поднимать свои кружки для тоста, говоря по одной строчке на своем родном языке. Грумрак сказал какую-то несуразицу на итальянском, понимая, что мало кто знает этот язык. Гоблин сидел спиной ко входу, поэтому не мог знать, что Витто зашел в травник. Глава огляделся, ища нужное ему существо. Найдя искомое в толпе каких-то отбросов – так считал сам Вито- он быстро направился к ним, метая искры из глаз. Мужчина словно появился за спиной ничего неподозревающего гоблина, который спокойно допивал свою кружку чая. - И какого Бога Времени ты тут прохлаждаешься. – Если бы Витто мог, он бы сейчас ударил кулаком по столу. Но его громкой ругани было достаточно, чтобы Грумрак, словно по команде, подскочил со своего места и встал по стойке смирно. Он был на столько шокирован появление босса, что даже не смог и вымолвит слова в свое оправдание. – А ну быстро марш в мой кабинет. Гоблин низко склонил голову, плетясь к выходу, пока вся его компания махала ему вслед. Но когда Витто смерил их очень презрительным взглядом, они перестали это делать. Даже новички знали, что с боссом местной мафии лучше не то что бы не разговаривать, а даже пересекаться не стоит. Витто вышел из Зала на площадь, где его уже ждал Грумрак. Он натянул капюшон ниже, так, чтобы не было видно глаз. Гоблин держал руки в карманах куртки, сжимая их в кулаки, чтобы унять дрожь. Витто подошел к нему ближе, смиряя взглядом, а потом оглядываясь по сторонам. Не заметив никого по близости, мужчина резко схватил младшего за капюшон и приподнял его так, чтобы он лишь чуть-чуть касался земли. Грумрак схватился за ткань, которая пережимала ему горло, отчаянно кряхтя. - Вот, посмотри. – Вито развернул руку так, чтобы гоблин видел, на что он указывает. Главная «достопримечательность» Мертвого города, трупы дасков, повешенные здесь лишь для красоты. Застоялые жильцы знают, что это манекены, но новички или люди из других гильдий каждый раз пугаются, думая, что они настоящий. – Ты так хочешь быть похожим на них? Грумрак так и не понял, про что именно его босс сказал, да и подумать ему долго не дали. Витто, не услышав ответа, сильнее потянул капюшон вверх, заставляя низкого уже задыхаться. Он отчаянно попытался схватиться за руку мучителя, но все перед глазами начало расплываться, поэтому ему пришлось прекратить эти жалкие попытки выбраться. На радость гоблина, или нет, из зала вышли люди, поэтому Витто пришлось отпустить младшего. Грумрак приземлился на ноги и не удержав равновесия, упал на землю, глотая воздух и откашливаясь. Проходящие мимо правые руки глав гильдий смерили их недовольным взглядом. Помощник Шрама даже хотел вмешаться, но вор остановил его, ударив по ноге своей тростью. Они прошли мимо, разговаривая сразу на нескольких языках и явно ругаясь между собой. Витто проводил их взглядом, а потом обернулся на гоблина опять. Тот уже отдышался, но все равно тяжело дышал, сплевывая слюну и держась за горло. - Свободен. Свали с моих глаз долой. – Бросил он, разворачиваясь на пятках в сторону своего кабинета. Грумрак так ему и ничего не ответил, продолжая смотреть вниз.

***

Новость о разрушении Ведомнии разлеталась с огромной скоростью. В городе уже во всю шли пьяные гуляния. Наверно, сейчас не найдется ни одного мироходца, который не празднует этот знаменательный день. Витто сидел за своим столом, отпивая из кружки холодное пиво. Он как-то умудрился уговорить Матильду дать ему одуванчиковое пиво на вынос, но ему пришлось заплатить за это двойную цену. Но мужчина не жалел о потраченных скинтах, потому что мог выпивать спокойно один в дали от шумного гуляния на улице. Тишину разрезал его гортанный стон. Он перевел руку под стол, оглаживая рыжие кудри и сильнее надавливая на затылок, чтобы гоблин заглотил больше. Грумрак жмурит глаза, из которых льются слезы, но все равно пытается быть аккуратным, чтобы не задеть босса зубами и не отгрести за это потом. Витто тянет его за немного отросшие волосы назад, заставляя отстраниться и выпустить член из жаркого плена. Гоблин продолжает держать рот открытым, придерживая красную головку языком. По его губе тянется ниточка слюны, которую он не может проглотить, поэтому она медленно стекает, вниз, по шее и теряется в ткани капюшона. Витто отвлекается на секунду от этой прекрасной картины, но лишь для того, чтобы сделать из кружки очередной глоток пива. - Иди сюда. - Он возвращает взгляд обратно, дергая гоблина за шиворот и заставляя его встать. Грумрак понимает его с полу слова, поэтому с пола пересаживается на колени босса. Возбуждение старшего упирается ему в ширинку брюк. Гоблин громко сглатывает накопившеюся слюну, стягивая с себя штаны. Он подставляет головку к своему входу, сразу же на нее насаживаясь. Природная смазка и его слюна помогали процессу, но боль от растяжки полностью не убирает. Но Витто не любит заминок, поэтому Грумрак вынужден сесть на член полностью, громко скуля и глотая слезы. Гоблин складывает руки за спиной, чтобы не дай бог не дотронуться до босса и начинает двигаться, иногда тихо постанывая. Он делает толчки как только может, чтобы мужчина быстрее кончил и прекратил всю эту пытку. Витто лишь наблюдает за этой сценой, складывая одну руку на бедро гоблина, а другой продолжая держаться за кружку с пивом. Он смотрел, как его член ходит под худым животом младшего, как он пытается удержать равновесие и не упасть, и при этом удовлетворить своего босса. Витто сделал очередной глоток из кружки, отмечая про себя, что нужно налить еще. Грумрак громко застонал, насаживаясь на член полностью и чувствуя горячее семя внутри. Витто тоже громко рыкнул, перекладывая руки на подлокотники стула. Он тяжело дышал, наблюдая как из чужого тело постепенно вытекает его семя. Подняв взгляд вверх, он наткнулся на чужие губы, которые были слегка приоткрыты. Поддавшись порыву, мужчина дернулся вперед, впиваясь требовательным поцелуем в младшего и сразу проталкивая язык внутрь. Грумрак распахнул глаза от ужаса, дергаясь назад и вырываясь из чужого плена. Он быстро соскользнул с чужого члена и плевать ему на то, что по его ногам течет еще горячая сперма. Витто смотрит на него, но ничего не говорит. Грумрак же начинает чувствовать, как на глаза наворачиваются слезы. - Я все сделал. Я свободен? – гоблин кланяется и сразу же натягивает на себя штаны обратно. Мужчина пристально за ним наблюдает, пока он поправляет свою футболку и продолжает молчать. Он просто переводит глаза на дверь, без слов разрешая младшему уйти. Грумрак это считает ниточкой спасения. Быстро пройдя до двери, от юркает на улицу, бросая сухое прощания. – До свидания. Он идет быстро, но все равно хромает на одну ногу, которая болела после вчерашнего наказания и от долгого сидения под столом. Гоблин смотрит в землю, поэтому не обращает внимание на дорогу. Врезавшись в кого-то с громким матом, он поднял взгляд, уже готовясь отругать нахального контрабандиста. По цвету куртки он понял гильдию, но вот с ростом он промахнулся. Перед ним стояла одна из самых известных личностей контров: Туз или же главный помощник Шрама. - Прости что так налетел, я тебя не заметил. – Блондин учтиво поклонился, одновременно с этим поднимая с земли упавший конверт. Грумрак отшатнулся назад, не ожидая услышать извинения от такого человека. Пока гоблин ничего не понимал, Туз выпрямился обратно, крутя головой в разные стороны. – Не подскажите, где сейчас можно найти Витто? - Прямо и налево. – Грумрак показал себе за спину. Туз еще раз немного поклонился и пошёл в указанном направлении. Гоблин не удосужился проводить его взглядом, чувствуя, что ему срочно нужно в душ. Если бы он только знал, что за письмо нес тот парень. Следующее утро, как и все предыдущее он встал не с той ноги. Скверное состояние, которое преследовало его уже не первый день, не отставало от него и сегодня. Так и еще на выходе из своего дома гоблина практически сбили с ног двое парней в черном. Он сразу же узнал в них Феникса, как помощника главы его гильдии и парня из воров, имени которого он не помнил. Красноволосый приветственно взмахнул рукой, когда второй протянул ему конверт. - Господин Грумрак, ждем вас в суде, через час. Приходите на указанно место, там вас будут ждать. – У вора в респираторе был грубый голос, что гоблин от непривычки поежился. Они всучили ему в руки конверт и попрощавшись, развернулись в сторону выхода из их района. Грумрак проводил их взглядом, полным отчаянья. Ну все, через час его с Витто казнят. Он в этом уверен. А если и нет, то Витто сам лично придушит его голыми руками. Громко выдохнув, он направился к месту этого самого Суда. Там его встретил смеющийся в кулак Туз и один из гарантов. Учитывая его одеяния, он был из них старшим. Увидев гоблина из далека, выше поставленные ему поклонились, приветствуя. Они быстро намотали на глаза гоблина толстую тряпку, приговаривая что-то про то, что никому нельзя знать это место. Так, они все вместе прошли в здание. Когда они тихо шли по коридору, гоблин прикрыл глаза и даже не заметил, как его повело в сторону. Ему помог Туз, придерживая под локоть и не позволяя упасть. Он сразу спросил, в норме ли он, но Грумрак от него лишь отмахнулся, сказав, что все в порядке. Зайдя в просторный зал, его сразу завели в клетку, в углу комнаты. Как жестоко, по отношению к обвиняемым, но он решил промолчать на счет этого. В клетке уже сидел злой Витто, который сверлил его взглядом. Перекрестившись в голове, Грумрак сел в противоположном углу от босса, полубоком к тронам глав, чтобы видеть происходящее. Из-за того, что все стояли в рассыпную по небольшим группа, можно предположить, что они еще кого-то ждут и суд начнётся еще не скоро. Получая за любую провинность и лишний звук, он научился плакать беззвучно. Поэтому сейчас по его щекам стекали крупицы слез, а выдавали его только дрожавшие плечи и судорожно сжимающееся кулаки. Витто это явно видел, но молчал и даже не пытался что-то сделать. Практически все время ожидания и весь суд прошел для него как в бреду. Он слышал лишь редкие фразы и даже не пытался понимать их смысл. Голова начала болеть, а глаза постепенно слипаться. Он перевел руки на виски, пытаясь утихомирить боль. Но это мало чем помогало. Он точно слышал, как вынесли приговор и точно запомнил сумму долго в 400 слитков золота, но когда обратились к ним, нить сознания оборвалась. Он только почувствовал, как сползает в сторону и негромкий вскрик девушки-гаранта. - Может, сразу дать нюхнуть с баночки? - Очнулся он от неприятного запаха, который находился у него прямо перед носом. Люди рядом явно ругались, что можно было понять по их грубому тону. - Кто из нас химик?! – Парень убийца, который сидел прямо перед ним с какой-то тряпкой, отмахнулся назад. – Знаешь же, что концентрированный нашатырь нельзя давать дышать! Да и посмотри, он уже пришел в себя. Грумрак поднял глаза. Его окружали практически все правые руки гильдий, а сами главы уже куда-то ушли. Видимо, бросили разбираться со всем младших. Феникс отстранился назад, давая ему больше места для движения. Туз, стоящий за убийцей протянул гоблину руку, помогая встать, а чтобы тот не упал, придерживал его за плечи. - Ну все, живой? – Старшие толпятся рядом полукругом, что не очень-то помогает прохождению в себя. – Хотя, что я спрашиваю? Я бы после такого приговора месяц бы в себя приходил. - Ч-что? Какой приговор? – Ему тошно от самого себя. Заикание преследовало его всегда, а в такие моменты делало только хуже. На него смотреть несколько обеспокоенных глаз, а после они начинают переглядываться, что-то шепча сразу на нескольких языках. - Ты что, не слышал тогда ничего? – Гоблин отрицательно машет головой из стороны в сторону. От такой гнетущей атмосферы ему становилось только хуже, а старшие еще к тому же нагнетали атмосферы. Старший гарант встает перед ним на одно колено, чтобы находится с ним на одном уровне. Теперь он смотрел на младшего снизу вверх и в его глазах читалась только печаль. – Прости, но Витто обязан будет выплатить долг в размере 400 слитков и на всегда будет, так сказать, заперт в Поэне. А вот тебя, к сожалению, изгнали. Прости, это было не нам решать, но теперь тебя отправят в любой мир, который ты выберешь и тебе больше никогда нельзя будет здесь появляться. На глаза гоблина наворачиваются слезы. Он закрывает голову руками, громко всхлипывая. Но его истерика длиться недолго. Стоило всем начать суетиться, как из-за недосыпа силы его покинули и он вновь рухнул на каменный пол суда.

***

Приговор был осуществлен уже на следующий день. Грумрак стоял перед порталом, сжимая в руках лямку своей сумки. Вещей у него было не очень-то и много и то они в основном были даже не его. Где-то позади стояли главы гильдий, а рядом с ними стояли их правые руки, которые держали ярко горящие пламенем красные китайские фонарики. В глазах многих читалась горькая скорбь и только Витто было глубоко наплевать на всю эту процессию. Он демонстративно закатил глаза и Тузу вновь прилетело по ногам тростью за то, что тот опять хотел свернуть шею убийце у всех на глазах. Старший и Младший гарант стояли по обе стороны от рамок портала, почтительно кланяясь. - Можно, п-пожалуйста, сделать кое-что еще? – Гоблин сжимает рукой лямку сумки, второй шурша в кармане и надеясь услышать отрицательный ответ. Но ему синхронно кивают, прося, чтобы это не было очень долго, ведь глав нельзя заставлять ждать. Убийца разворачивается на все сто восемьдесят градусов, быстро спрыгивая со ступенек. Он останавливается перед Витто практически вплотную, быстро кланяясь. – П-протяните, пожалуйста руку. Старший убийца вопросительно выгнул бровь, но руку вытянул. Грумрак что-то быстро вложил ему в ладонь, сжимая его пальцы так, чтобы ничего не было видно заранее. И стоило зависнуть практически всем, как он, со скоростью молнии, метнулся к порталу, ныряя в него, даже не попрощавшись. Гаранты закрывают за ним вход в другой мир, спускаясь вниз по лестнице, где уже столпились младшие, чтобы узнать, что такое оставил гоблин в этом мире на память. Главы гильдий только отмахнулись от них, уходя каждый в свою сторону. Витто разжал негнущиеся пальцы и в его ладони блеснула маленькая бутылочка с плавающим клыком внутри. Часть рядом пробило на смешок, а другая только охнула, закрывая руками разинутые рты. - И что тут смешного? – Грозно гаркнул на всех Витто. Да, он третий по главенству в своей гильдии, но с теми, кто сейчас стоял рядом, он не мог сравниться. - Вы разве не знаете? - Что я должен знать?! - О том, когда гоблины дарят свои молочные клыки. – Вмешался в разговор Дым, помощник Змея. Он один из всех присутствующих сохранял холоднокровие, хотя внутри него сейчас бушевал вихорь эмоций. Ему ответили отрицательно и уперевшись на свою трость, вор начал вещать. – Гоблины- однолюбы, то есть они выбирают себе пару на всю жизнь и то, что они подарили кому-то свой молочный клык означает то, что он выбрал именно его и готов прожить с ним всю оставшеюся жизнь. Под конец рассказа даже у него сел голос. Все, словно в трауре склонили голову. В Поэне, за несколько веков, впервые пошел дождь. Но первые капли, которые коснулись земли, не были им.