Старый глупый...Торд?

Тёмный подвал. Томас, который стоял перед клеткой, где кряхтел человек, извиваясь, как червяк, на голом полу из-за инъекции в руку. А в руках у ёжа использованный шприц с тёмно-синей жижей. Подоподный немного тянул свою дрожащую ладонь к Томасу и смотрел на него окровавленными глазами. А он стоял над ним за прутьями и холодно анализировал. Прошло меньше минуты, когда он затих, как и все прошлые подоподные. Таких лабораторных крыс он брал из тюрем и за людей их не считал. Хотя... Томас однажды попал в тюрьму и встретил там Боба и Питера, но это уже другая история, которую знает только он и эти двоя. Пришлось очень постараться, чтобы эта история пропала из истории. Так вот, лидер смог только раз создать своё лучшее оружие, но теперь это же оружие он бережёт как зеницу ока. Почему? Да потому что любит. Любит? Это «чудовище» умеет любить? Так он сам думал за всё это время пребывания Торда в его диапазоне. Сначала это была эмоциональная привязанность или даже психологическая, а после начал привыкать к своему врагу, и всё так закрутилось, что... Взять кровь Торда и сделать махинации с ней, чтобы сделать второго такого же? Пытался, вон лежит на полу дохлый уже хрен его знает какой по счёту. А та самая инъекция, которую вколол Торду, была случайная, ведь он хотел убить его, а не сделать сильнее. Прощетался... Но где? Его мысли прервали весело зашедшие в подвал Боб и Питер. Они были одеты торжественно, пока сам виновник торжества стоял в лабораторном халате, потрёпанном жизнью, где-то даже виднелась затёртая чужая кровь. Его друзья этого не оценили и тыкнули, что: — Еж у тебя как бы через полчаса свадьба на яхте, а ты тут со жмуриком стоишь. — Недовольно пробурчал Питер. — Да и где твой костюм?! — добавил Боб. Ах да... свадьба. Томас перевёл то, что осталось от зрения, на висящий на стене календарь, где был помечен красным фломастером сегодняшний день. От Торда он точно получит, хотя у него есть оправдание в виде того, что с того момента, как Вори призналась об наркоте, которую пичкала Томаса под видом успокоительного, то у нашего торчка начались отходники и ломки. А возмещал он всю свою злость на заключённых, оправдываясь экспериментами. Да и бывали провалы в памяти, как побочки. Дрож в руке он прятал в кармане одежды или брюк и во время злости прятался подальше от Торда. Пришла осознанность и... вина перед рогатым, который не отходил от своего возлюбленного. Но сейчас, спустя вроде полгода, ломки прекратились, ведь заменил курением сигар. У Томаса даже были дежавю о том, что когда-то он уже курил. Томас вздохнул и снял лабораторный халат и повесил на клетку. Вышел из подвала в сопровождении друзей, которые уже открывали портал в каюту Томаса на яхте. Зайдя в каюту, он сразу стал переодеваться в свой капитанский мундир, слушал разговоры Боба и Петера. А в соседней каюте находились Торд, Эдд и Метт. Рогатый спокойно стоял, смотря на себя в зеркало, пока эти двоя бегали вокруг него, поправляя его белоснежный костюм. А в руках держал букетик алых роз вперемешку с синими. Вообще был разговор о фиолетовых цветах, но Торд подумал, что так будет красивее и романтичнее. Торд очень был счастлив и был в ожидании увидеть Томаса как своего мужа. Хотя в начале они оба друг друга ненавидели. Рогатый старался не вспоминать о прошлом, даже просил ежа стереть ему память или видоизменить её, но получал всегда отрицательный ответ. Наверху на палубе командовала Вори, при этом приветствуя и рассаживая гостей по своим местам. В основном гости были из высшего общества, даже были Томасы и Торды из других вселенных. Ведь не каждый день можно было увидеть, как два злейших врага выходят замуж по любви. И где-то затерялись известные блогеры, которые вели трансляции «какие мы крутые, мы на свадьбе лидера всего мира, а вы нет». Заиграла живая музыка, и вышел Томас в сопровождении Боба и Питера, а гости захлопали и стали приветствовать ему, как и он их. Лидер встал у алтаря, поправляя мундир, и смотрел в сторону начала красной дорожки, ожидая Торда. А его друзья встали неподалёку от него. Заиграл свадебный марш, и вышел уже карамельный в сопровождении Эдда и Мэтта. Гости восторженно смотрели на его красивый вид, как и сам Том. Он мягко улыбнулся своему рогалику и взял его за руку, когда тот подошёл к алтарю. Началась церемония бракосочетания и положительные ответы на вопросы священника. Обмен кольцами. Счастливые крики «горько» и долгий поцелуй молодожёнов. Весь последующий праздник происходил на том же месте. Шикарный шведский стол, музыка и главный стол, где сидели Торд и Томас. Они не замечали праздник вокруг себя, а просто заботливо проводили время. Лидер с ухмылкой подкармливал рогатого отрезанным куском торта. А Эдди сидел в шоковом состоянии где-то на лавке, ведь он поймал букет Торда, а рядом с ним сидел Мэтт, который поедал канапешки. — Неужели это знак, что я должен выйти за... — рыжий поднял глаза на Эдда — себяяяя. Метт смотрел, как радуется его друг, обнимая букет, и привык к таким выкидам от него. Он положил свою руку, которую прежде протёр об штанину от канапешек, на руку каштанки, а тот в свою очередь стал смотреть на рыжего. — Эдд, мне кажется, что нам нужно начать встречаться. Сзади зажёгся красивый алый закат и запрыгали дельфины, пока Эдди заливался краской смущения, смотря на мужественное лицо Мэтта. Молчание — знак согласия, и они продолжили так сидеть, но уже держась за руки и смущаясь, хотя рыжий продолжил поедать канапешки. — Оу, посмотри на этих двоих, думаю, они встречаются, — обратился Торд к Томасу, обратив своё внимание с красивого заката на новую испечённую парочку. Томас также стал смотреть на них и усмехнулся. — Думаю, это временно, — рогатый стал с ним соглашаться. Время близилось к утру, и гости начали расходиться, хотя кто-то спал прямо на палубе. Молодожёны вошли из портала в новый дом. Их вещи уже были разложены по шкафам. Дом был одноэтажным и уютным, хотя лидер хотел целый пентхаус, но его пасси уговорила на что-то поменьше. Смотря на друга, они принялись целоваться и, идя в спальню, раздевать друг друга. Они всё ещё не устали. Плюхнувшись на кровать, Торд навис над Томасом с игривой улыбкой, а в свою очередь ёж положил свою холодную робо руку на щеку рогатого и затянул в поцелуй. (Вы точно хотите описание пастельной сцены, маленькие извращенцы? Только маме не говорите.) Торд нащупал своей задницей хуй Томаса, не отрываясь от поцелуя, и со стоном насадился на него, получая одобрительный вздох от ниже лежащего мужа. Рогатый обожал позу «наездницы», ведь здесь он доминирует над своим боссом. Верх вниз. Шлепки и стоны. Резкое взятие Томаса под свой контроль и переворачивание Торда уже под себя. Он положил ноги на свои плечи и продолжил делать толчки, при этом дроча рогатому. Уже нижний извивался с наслаждением и со стонами. Их тела бились друг об друга. Они единое целое уже навсегда, пока смерть их не разлучит. Но Томас об этом задумывался, о смерти, возможно, инъекция сделала Торда не только неуязвимым, но и бессмертным. И он боялся этого. Боялся, что его любовь останется один с империей, которую они вместе построили. Первый кончал Торд, пачкая ладонь Томаса. А после сам Томас закончил во внутрь рогалика. Плюхнувшись рядом со своим мужем, он обнял его одной рукой, вытирая сперму салфетками на тумбочке. Что же дальше станет с ними? Будет ли жалеть сам Торд, что связался с такой обузой? К счастью, их быт был спокойным. Они распределили обязанности и задумались о детях. Ого, Торд хочет от такого монстра ребёнка. Голоса в голове Томаса не замолкали, поговорить, какой он ужасный человек, но заглушали их или сигареты, или сам Торд. Его счастье в глазах лидера, вот он, самый лучший наркотик. Вори так же продолжала работать на Томаса и иногда приходила к ним вечером на ужин. Торд хорошо готовил. Эдд и Мэтт решили остаться друзьями и продолжили так же жить вместе. Захаживая в дом Тогда и Томаса, веселясь, как в старые добрые времена. Вот оно счастье. Конец?..