Свидетельство о браке

Дом многоэтажный моргает последний раз своими противно-жёлтыми лучиками лампы из окошка и наконец засыпает, свет больше не проливая в грязную лужу перед домом. Звезды прячутся за тучами, укрываясь их махровыми накидками, а Луна счастливо ступает в свои законные владения, наблюдая за уснувшими окошками. Тусклое освещение мешает разглядывать себя в зеркале и Саша - по привычке бесшумно - накидывает на любимый свободный бадлон бежевый кардиган, оказавшийся минимум на размер больше. Выглядывает за стекло на застывшую во сне улицу; ветер утих, оставив в покое хрупкие листья, мертвая тишина застыла в стеблях трупным окоченением, каждый шорох гремит грозой на фоне безмятежного молчания. Кусты шевелятся неестественно, и в миг оттуда выныривает золотистая макушка, внимательно рассматривая окна. Саша створки профессионально беззвучно открывает, и насколько возможно привлекает внимание размахиванием рук в разные стороны. Миша подбегает к нему, и шаги растворяются во внезапном стрекотании совсем рядом. - Тише, ты своими кроссовками слишком громко шумишь. - наклоняясь настолько, насколько возможно вниз, экспрессивно шепчет Саша - Всю улицу разбудишь, не говоря уже о маме.

После переезда в относительно маленькую - по сравнению с двухэтажным домом семьи Романовых - квартиру и развода родителей, Саше пришлось привыкать к новой жизни. Алиментов едва хватало на жизнь, а двухкомнатная квартира выходила достаточно дорого в их положении, поэтому продукты покупал Саша на свои сбережения. Мать в срочном порядке учила его домашним делам, а сама в перерывах искала работу.

С грацией кошки и акробатикой картошки Александр всё же оказывается сидящим на окне. Крепко держится пальцами за раму, с недоверием смотрит себе под ноги, не решаясь спрыгнуть со второго этажа и под взглядом вопросительным тушуется. - Саш, ты чего? - искренне не понимает и голову склоняет по-собачьи, видимо решив рассмотреть ситуацию под другим углом. - Эм... А может не стоит? Как я буду прыгать отсюда? - Аааа - улыбается победоносно и хитро, как улыбаются приколисты, нашедшие новую тему для подколов. - Так ты прыгать боишься. - Конечно боюсь! Второй этаж, как ты себе это представляешь? - Прыгай ко мне в объятия. - руки раскидывает и правда уже готов ловить в свои сети хоть с пятого этажа, лишь бы только Романов вышел наконец с ним погулять под луной. - Ага, чтоб ты тут переломился пополам. Миш, я не хрустальный, ты меня не сможешь выдержать. - уходит в свои мысли и уже рефлекторно начинает бубнить себе под нос - Надо придумать что-то по типу лестницы... А Миша времени зря не теряет, хватает его за ноги, тянет на себя и под сдержанный «ах» ловит бёдра в кольцо своих рук, утыкаясь носом в солнечное сплетение, скрытое одеждой. Саша жмурится, вцепляется пальцами до побеления в плечи и вздыхает нервно. Но когда понимает, что никто не умер и даже не травмировался, слегка глазки приоткрывает, перед собой увидев деревья, а под довольного Московского, явно уставшего уже держать хоть и стройного, но человека. - Миша, господи, опусти меня на землю! - тараторит шёпотом, испуганно посматривая за свои плечи на асфальт. - Ладно-ладно, не кипишуй - присаживается слегка и опускает Сашу на землю, чувствуя, как хватка тонких пальцев стремительно ослабевает - А ты боялся. - А если бы я не сдержался и закричал? - брови хмурит и глазами холодными впивается, руки на груди сложив в недовольном жесте - Миша, скажи мне, ты вообще головой своей думаешь? А Московский только хихикает, улыбается широко и Сашу на себя тянет, за запястье хватая. Уходит быстрым шагом, за собой увлекая. - Пойдём быстрее, вдруг соседи увидят. Не хочу быть в чёрном списке твоей мамы Саша легонько уголки губ приподнимает и тихонько шепчет: - Спасибо, Миш.

***

Морось маленьких капель застаёт врасплох. И если Миша лишь руку вытягивает, чтобы пару капель поймать на ладони, то Саша в панике ищет любую крышу, лишь бы защититься от холодного осеннего дождика. Непогода всё усиливается, переходя в настоящий ливень а вдали лужи отражают яркий свет, что неоном расползается по сырому асфальту. Блики хватаются за руки и отскакивают от поверхности в каплях дождика теряясь, и Саша цепляет ладошку чужую в свою. Стремится побыстрее туда, к свету, к спасительному блеску. Кеды хлюпают по лужам, расплескивая воду в разные стороны, и Саша сам не замечает, как улыбка расползается по лицу. Миша догоняет, но руку не отпускает, наоборот, крепче сжимает; не сдержается и всё же улыбается лучезарно: - Ну как? Красноречивым ответом становится смешок и ребяческий блеск в глазах. Заваливаются в магазин, даже не прочитав вывески, на ходу расцепляют руки и дышат тяжело в перемешку с тихим смехом. - Ты вообще когда-нибудь по лужам прыгал? Я смотрю тебе понравилось. - интересуется аккуратно, не желая напоминать о прошлом - Не знаю, Миш. - голос не дрогнул, лишь спокойствие и безмерное равнодушие, будто бы уже смирился и всех простил. - Всю свою сознательную жизнь я учился. Может и прыгал ещё совсем ребёнком. - вполголоса вещает, лёгким шагом прогуливаясь вдоль витрин. Не стоять же у порога, в самом деле - Но это в любом случае весело. Два тёплых взгляда пересекаются и Саша даже осмеливается слегка задеть его мизинец своей рукой в знак благодарности, утешения и безграничной любви. А Миша глаза отводит и случайно замечает знакомую обложку. - Это что, магазин комиксов? - удивлённо вопрошает, нежно поднимая и рассматривая книгу с силуэтом в чумной маске. - Видимо. - заключает Саша, достаточно внимательно осмотревшись. Блеск в глазах Миши непроизвольно заставляет вскинуть брови в удивлении. - Ты не говорил, что тебе нравятся комиксы. - А мне и не нравятся. - поспешно на место кладёт и показательно в другую сторону отворачивается, сделав самое крутое лицо из его арсенала - Комиксы слишком дорогие. Да и к тому же для маленьких детей. - Правда? - улыбается иронично и кивает театрально - Верим, верим. - Я тоже верю, что ты на той самостоятельной время в калькуляторе смотрел, Сашенька. - Это было полгода назад! - возмущённо вздыхает и хмурится, до сих пор стыдясь за тот случай на уроке алгебры. - Но всё же было. - ухмылка победная, разворот на пятках и непревзойденный Московский удаляется вглубь магазина - Пойду калькуляторы поищу, не теряй. Саша вздыхает тяжко, смотря вслед лучшему приколисту этого года, и качает головой неодобряюще своим мыслям. Взгляд падает на заинтересовавший Мишу комикс и руки сами тянутся к привлекательной обложке. Идея вспыхивает мгновенно и в сознание въедается, словно паразит, управляющий богомолом, лапками цепляется за нервные окончания и сопротивляться нет ни сил, ни желания. - Саш, там дождик уже закончился, пойдём. - выбираясь из лабиринта полок, обнаруживает Романова у выхода рядом с кассами. Уже на улице вопрос всё же вырывается наружу - А что ты купил? - Это тебе. - В смысле? - пакет из протянутых рук забирает с лёгким недоумением, заглядывает внутрь и глаза на Сашу поднимает, брови нахмурив - Ты шутишь? - Нет. - Он же дорогой! Саш, я так тебя люблю! - впечатывается в объятия рывком, одной рукой поглаживая спину и продолжает бубнить в стройное плечо. - Спасибо большое, Сашенька, я... Правда, спасибо, я тебя обожаю очень, ты знаешь? Ты... - Я же вижу, что тебе интересно. - улыбается тепло, обнимая в ответ. - И я тебя люблю, Миш. Наконец Московский отстраняется, в глаза гранитные заглядывая с особой нежностью. Случайно взглядом по клумбе проходится и хитрый план тут же возникает в золотистой головушке. Миша глаза просит закрыть ненадолго, к цветам несчастным подходит и срывает самый красивый, ещё не успевший отцвести к концу сентября. Возвращается, шелестит своим голосом тихо «открывай» и протягивает застывшему Саше. - Миша, ну он же живой! - Это мой подарок тебе. - декламирует с важностью столичных депутатов и горящий всеми цветами осени бархатц вкладывает Саше в ладошку. - Не такой дорогой, но не менее красивый. Тебе под стать. - Какой ты дурачок иногда. - хихикает, но цветок не выкидывает, за ухо себе заправляя. - Тебе идёт. Ты будто в клумбу упал. - Миша!

***

- Ой, Миша, посмотри, набережная. Пойдём? - Что мы там не видели? Тем более ночью уже всё закрыто. Жемчуг звёзд давно уже рассыпан на иссиня-черный шёлк, поблескивает тускло и пошатывается от движений осторожных струящейся ткани. Драгоценности не пришитые на платье богини Лунной скатываются вниз и в атмосфере Земли сгорают, за собой оставляя алые хвосты. Они порезанными своими пальцами хватаются за родной тёмный горизонт, брыкаются и слезами обливаются, всё пытаясь предотвратить неизбежное, но в итоге срываются, пачкая платье кровавыми разводами, что сойдут также быстро, как появятся новые. - Ну пожалуйста, Миш. Там красиво. - Как скажешь. - быстро сдаётся, вспомнив, что здесь именно он Змей-искуситель, уговоривший Сашу на побег из дома. Вот и исполняй теперь желания. Ветер промозглый касается своими ледяными когтями каждой косточки, скрипит зубами и ветвями деревьев, заставляя холодку пробежаться по позвоночнику. Миша руки на груди складывает, стараясь удержать тепло, но ветру нипочём такие преграды. - Миш, ты замёрз что-ли? - Да нет. - голос предательски дрогнул и пути назад уже нет - Ветер просто обдувает... Неприятно, мягко говоря. - Я слышу, как тебе не холодно. В одной футболке гулять ночью, ты бы ещё в майке и шортах пошёл. Не май месяц же. - Ой, Саш, не включай бабку. Понял, я долбоеб, пойдём только быстрее твою красоту смотреть. - вместо ответа на плечи ложится тёплый вязаный кардиган, и теперь время недоумевать Мише. - А тебе не холодно будет? - Нет, я же в бадлоне. Рукава хотя бы есть. - руки Московского так и тянутся стянуть с себя не-его одежду, но их останавливает мягкий голос - Оставь, пожалуйста. Хотя бы ради меня. - глазки жалобные строит, хлопая ресницами до приторной кукольности - Ладно - тянет первую гласную раздражённо, но в кофту всё же кутается, действительно почувствовав тепло. - Спасибо, Миш. Лунная дорожка на водной глади так и манит Сашин взгляд, и они даже останавливаются у забора, чтобы его внутренний денди вдоволь насладился изяществом ночи. - Саш, смотри! - за руку дёргает, обращая внимание на себя, и указывает в сторону тусклого красноватого света - Пойдём посмотрим? - Пойдём. Аппарат «Поженимся?» отсвечивает большим сердечком с камерой и экраном для просмотра фотографий. - Смотри, даже свидельство нам выдаст! - улыбается Миша - Как будто для нас сделали. Позволите ли Вы, Александр, взять себя в законные мужья или мне стоило пред этим большим шагом попросить Вашу руку и сердце у Вашей матушки? - Так уж и быть, Михаил, я согласен. Мелочь из карманов, собранная на пару под «Вот видишь, как настоящие молодожёны, на свадьбу вместе накопили» и смешок от Саши, летит в аппарат. Миша гордо - насколько это вообще возможно сейчас - нажимает «хотим пожениться». В поле «невеста» вписывается «Саша» после победы Московского в камень-ножницы-бумага, и на экране загорается «совместимость 100%». Романов оглядывается по сторонам тревожно, но его прерывает Миша, поставивший таймер на камеру. Ладони обхватывают нежные щёчки, в зрачках чуть ли не сердечки рисуются и в последний момент губы всё же соприкасаются, заставляя Сашу ужасно краснеть. Миша заберёт себе это шуточное свидетельство о браке и будет бережно хранить под чехлом - ведь Саше его спрятать некуда - но они оба точно знают, что вернутся на эту набережную ещё не раз.