Мне недостаточно платят для этого дерьма

Иногда... Только иногда Чуя думал о том, что его жизнь - вполне приемлемое бытие человека на этой грешной земле. У него была большая (даже чересчур для одного) квартира, обставленная по его личному вкусу (включая совсем не мини мини-бар), стабильная работа с гибким графиком (пахать можно вот отсюда и до второго пришествия начальства из отпуска), высокая зарплата (деньги не пахнут, особенно когда приходят смс-кой о зачислении на банковский счёт), позволяющая без сожалений оплачивать дорогостоящее топливо для ещё более дорогостоящего Land Cruiser - бронированного с пуленепробиваемые стёклами. Организация предоставляла проверенного водителя, опытного секретаря (сотрудники из отдела Рюноске под началом Накахары рыдали от облегчения) и полную свободу действий, включающую в себя полтора часа в курилке, бокал вина в час дня вместо обеда и возможность силового решения вопроса. Последнее даже приветствовалось. Но большая часть жизни Чуи всё-таки была блядским цирком с конями. Не больше, не меньше. Иногда конём был сам Чуя, иногда ему нужно было объездить (Дазай, гнида, да не в этом смысле!) зарвавшегося "жеребца", совсем редко - обидно редко - получалось так, что кони просто гарцевал мимо - как Рюноске, когда пытался поймать Тигра. К сожалению, чаще всего коня (или клоуна, которого пинают на коня или под коня, по обстоятельствам) делали именно из Чуи. И ладно, когда это было его непосредственное начальство: Накахара и сам придерживался принципа "я - начальник, ты - дурак" в работе с подчинёнными, а такой вид взаимодействия предполагал абсурдные требования и угрозы жизни и здоровью исполнителя... Что, в прочем, совсем не мешало Накахаре крыть своё начальство витиеватыми конструкциями с низким уровнем культурного содержание и высоким уровнем зацензуренности. Но когда клоунаду на выезде он устраивал, подтирая за Агентством... Чего только стоил Рампо: по неподтверждённым слухам, гуляющим в Мафии, его феноменальное знание всего обо всех даже не способность! А шеф полиции Йокогамы рыдает в кабинете Мори, умоляя сделать с этим психом хоть что-нибудь, потому что Фукудзава к мольбам полиции неприлично глух, а парень просёк фишку и теперь бесплатно катается на машинах с мигалками до работы и просто по необходимости - ему достаточно просто подойти к полицейским; в редких случаях - поговорить с ними полторы-две минуты, и вуаля! Бедные согласны на что угодно, лишь бы от него избавиться. Ацуши - милый, между прочим, мальчик, в Мафии бы такого сожрали живьём, но выпить с ним чашечку кофе за одним столиком в кафе очень даже приятно - Чуя почти сочувствовал: вокруг Тигра кружили такие акулы, как Дазай и Акутагава, что, конечно, периодически выливалось в конфликты. Про Акутагава и вовсе была отдельная песня: Чуя только недавно пресёк все попытки этого чахоточного консультироваться у Дазая по любовным вопросам. Пресечь попытки следовать уже полученным советам пока получается только по факту свершившегося, поэтому по улицам Йокогамы ещё периодически катается инь-янский клубок дворовых бойцовских на стадии полуромантических ухаживаний. Йосано и Куникида... Это персонажи, появление которых способно вызвать у Чуи слёзы. То ли жалости, то ли брезгливости, он сам, если честно, ещё не понял. И Дазай. ... Ёбаный Дазай. (На самом деле - уже почти полгода не ёбаный, потому что то рабочий график не совпадает, то командировка, то в Йокогаме опять апокалипсис библейского масштаба, которому нужно то ли помочь, то ли помешать - дела-дела, в общем) К чему это он всё? Ах да! Так вот. Ёбаный Дазай и его хитровыебанные планы, три четверти из которых он придумывает на ходу. Чуя искренне не понимает, почему этого укурка все считают каким-то гением тактики и стратегии. Единственная его стратегия - наговорить чуши вроде "ждите до первого взрыва, решение придёт к вам на пятый день из Токио" и поспешно свалить в закат, чтобы полтора часа дома истерически орать в подушку (когда Тигр сбежал от Агентства и попал на корабль Мафии прямо в ручки Аку-Аку, Дазай подушку швырял в стену и орал благим матом три часа подряд, пока не охрип). После этого Осаму, конечно, придумает план и пнёт кого-нибудь на его реализацию, но три часа мата Чуе-то кто компенсирует? Собственно, вопрос компенсации всегда стоит остро, потому что ему платят за бумажную волокиту, а работать приходится в ёбаном цирке с конями. Сегодня в Йокогаме вместо коней вампиры. И, уже по традиции, работники Детективного Агенства. А с ними заодно и Накахара. Чуя, правда, в душе не понял, почему их вдруг записали в террористы национального масштаба - даже Портовая Мафия считается организацией всего-то регионального размаха! Напрягало только отсутствие матерящегося Дазая на подушке - у Чуи сигнализация и камеры по всей квартире, этот кусок идиота не мог зайти незаметно, как в прошлый раз, когда Чуя чуть не поседел от тихого стона в тёмной и, по идее, безлюдной гостиной. Чуя как раз доставил в казематы Мафии одного из сотрудников с вампиризмом, немыслимым образом огибая доки (что очень тяжело, потому что он работает в Портовой Мафии, вообще-то) - доподлинно не известно, но тревожный шепоток что там обретается ахуевший овампирившийся Акутагава... Тревожно, в общем. И никто не компенсирует. А у Чуи, между прочим, перчатки порвались, свежий лак облез и ноготь треснул. Это он ещё молчит, как какая-то чокнутая сорвала с него чокер и едва не перекусила сонную артерию - и это даже не вампирша! Короче, день не задался с прошлой недели. Так что, когда его нашёл у казематов всклокоченный секретарь, почти в истерике требуя его сиятельную персону на ковёр к начальству, у Чуи не то чтобы мурашки по загривку побежали - они собрали свои небогатые пожитки и спешно ретировались, не прощаясь. Чуя бы хотел так же, но ему платили за то, что он терпит причуды начальства. И не своего тоже. С начальством вообще интересно получалось. Если дело касалось Дазая, Чуя каким-то магическим, нахуй, образом, подчинялся Мори, работал двойным агентом на Анго и плясал под дудку Фукудзавы. Одновременно. С одобрения всех четверых, не считая Чуи, естественно. Чудеса. Перед огроменными и какими-то даже чересчур пафосными, вечно скрипящими петлями дверьми в кабинет босса, Чуя чуть не дал на попятную, но вовремя взял себя в руки: надо было спохватиться на три этажа ниже, там и охраны меньше и доступ у Чуи больше, а здесь уже поздно метаться. - От судьбы не уйдешь, - как-то философски сказал ему Дазай из очередной мусорной бочки, в которой пытался совершить суицид. Тогда Накахара, конечно, был занят тем, что пинал бочку в стену, слушая почти приятное бряцание челюсти этого дебилоида при встрече железяки с бетоном, зато потом, успокоившись, постиг мудрость этих слов. Сначала, правда, проверил, кто их сказал - такая строчка была у Гёте в трагедии "Фауст", что делало её использование приемлемым. В кабинете было необычно светло, даже слишком - горели абсолютно все светильники и даже несколько свечей на столе, хотя пуленепробиваемые панорамные окна так и остались задёрнутыми тяжёлыми бордовым портьерами. Чуя мимоходом отметил, что неплохо бы здесь протереть пыль, которую не видно в мягком, полуинтимном полумраке, и простирнуть портьеры. При этом он максимально естественно сделал туповато-нейтральное лицо, мысленно выстраивая трёхметровый забор с колючей проволкой, через который будут прыгать воображаемые овечки, пытаясь сбежать с мясокомбината - его психолог рекомендовал именно этот способ (ну почти такой) контролировать вспышки агрессии. Когда Босс обернулся к нему, зловеще скрипя стулом громче, чем петли входной двери, воображаемый фундамент мясокомбината пошатнулся, но выстоял. Терпение Накахары дало трещину, но тоже выстояло. - Ты ведь знаешь, зачем ты здесь? - ласковым-ласковым тоном уточнил Мори, крутя в руках какую-то ручку. - Дазай, - коротко ответил Чуя, потому что была только одна причина, когда его срочно и немедленно выдёргивали абсолютно отовсюду: с миссии, из постели, из бара, из-под проститутки. Ладно, в последнем случае Дазай имел право злиться - Чуя ради этого всё и задумал. - Каково твоё мнение по данной проблеме? - ещё более вкрадчиво протянул начальник, глядя куда-то поверх его плеча. Чуя с трудом сдержал страдальческий вздох - эта театральщина в духе его мужа, а не его самого. - Скажите прямо: мы устраиваем ему побег? - Мы устраиваем ему побег. - Из специальной государственной тюрьмы при отделе контроля за эсперами? - Из специальной государственной тюрьмы при отделе контроля за эсперами. - Без поддержки Рампо или Фукудзавы? Мори как-то совсем сладко улыбнулся, сложив руки домиком под подбородком. - Ты пойдёшь туда один. И ещё вот, - на стол лёг небольшой, пухлый конверт, который проскользил по лакированной поверхности прямо в вовремя подставленную руку рыжего. Внутри лежала коробочка с красными линзами в растворе, накладные клыки, когти и клей. Одна из белых овечек только что пошла полосками и отрастила тигриные когти, а единственная чёрная снесла пинком ноги несущую стену мясокомбината. - Мне недостаточно платят для этого дерьма, - после непродолжительного молчания монотонно заявляет Чуя. - Двойной оклад в этом месяце. Чуя зависает на пару секунд. - Там будет Достоевский. - Двойной оклад в этом и следующем месяце и трёхнедельный отпуск за счёт Организации. В этот раз выдать себе мысленную оплеуху было сложнее. - Тройной оклад в этом месяце и неделя выходных. - Но трёхнедельный отпуск... - Опять отправите меня в секретную командировку, как в прошлый раз, когда Рампо не выпустили из Китая? - ... хорошо, тройной оклад и неделя отпускных. Чуя даже расстроился, что потребовал так мало: если Босс так быстро сдался, значит ситуация совсем аховая и можно было попытаться выцыганить и побольше плюшек. В конце концов, если бы с этим делом мог разобраться кто-то другой, Мори бы сейчас с ним не разговаривал. - Пострелять в Дазая можно? По столу в его сторону, тихо шурша, проскользила заряженная Беретта. - Нужно. Мори в очередной раз растянул губы в жуткой ухмылке. С той лишь разницей, что теперь Накахара удовлетворённо её отзеркалил, проверяя заряд и спусковой крючок на пистолете - рискованное мероприятие прямо перед главой Портовой Мафии - некоторые так и помереть могут, но Чуя мог себе позволить. Жизнь не то, чтобы налаживалась, но внезапно снова стала приемлемой. Но теперь ему нужно найти кого-то не напуганного, чтобы приклеить эти долбаные клыки.