Иной выбор

— Как думаешь, кого можно взять, похожего на Последнего, для твоего шоу? — спрашивает старший у своего малинового брата, медленно паря над полом. Спокойный, и даже чуть расслабленный, с умиротворённой улыбкой поглядывает в блокнот (хотя, нихуя не видит) — Я даже не знаю... — Й взгля6ул на часы. В отличие от остальных, у кого были дела, эти двое букв сидели, и придумывали род деятельности. Едиственное, что они не могут найти – симболара, который будет помогать двум придуркам пугать бедных обджектов. — Кто у нас остаётся? — Ну... Вообще, из не “самозанятых” только Седьмой, — он кинул взгляд блеклых глаз на названного. Сами не самозанятые, следовательно, всегда находились либо у себя дома, либо на работе, но есть такие трудящиеся пчёлки, которые постоянно находились в офисе. Ёшка, кстати, не исключение. — Да неет.. Он то что сможет сделать? Убить всех своей милотой? — Может, хотя бы спросишь, для приличия? Й закатил глаза. Он отодвинулся со стулом назад, а затем, чуть ли не роняя стул, встаёт с предмета мебели и направляется к Ёхе. Он, конечно, даже не знает, что без объявления о войне к нему направляется какой-то амбал. Он, естественно, был занят более важным делом: пытается отвоевать у злоебучего принтера свой истинно законный кусок бумаги, изготовленной из ебанного дерева – всё, что мог бы Ёшка сказать, чтобы описать саму ситуацию. — Привет? — спрашивает Кратик, от чего Ёшка исчезает, даже не забрав отвоёвыванного куска бумаги. — ... Ижек, твою мать! — он поворачивается к брату, который самодовольно что-то хихикал — Нашу мать, умник. — Ты.. Ты такой тупой, — выбрасывает двенадцатый, уже взглядом выискивая нужного симболара. Тот выходил из огромного зала с рабочими, хоть их и было лишь пару штук.. Пройдя чуть дальше, Краткий осмотрел очень узкий коридор: снова Седьмой убегает от Двенадцатого.. Если честно, это начинало бесить, так как Краткий не собирался играть в кошки-мышки. Благо, в какой-то из моментов, Ёшка просто оступился, и его схватили за плечо. Страх.. Сразу же почувствовался животный страх, который так и просился, что его поедали. Краткий ел чужой страх – это для него пища, но ему даже бвло жалко Седьмого. — Почему ты убегаешь? — поинтересовался Й, смотря на Ёшку. Он смотрел на старшего с огромными зряками — Знаю, мы довольно давно не пересекались, но бляяять.. Может, не будешь хотя бы от меня убегать? — Я... Я не знаю, что ты хочешь.. — прозвучал очень тихий, не громкий голосок. Когда-то Й мог бы сказать, что этот голос принадлежит девушке, но зная Ё – далеко от реальности — Ты боишься, что я могу тебя попросить о чём-то страшном? Ну неетт.. Я просто хочу узнать, что ты умеешь? Мне для шоу надо, я ищу работников, и... — Манипулировать снами и рассудком? Этот ответ тебя удовлетворит? — Вау.. Вполне себе. Ё, может, подружимся снова? — Э.. Нет, я не могу. Прости, мне надо идти.. — выдохнул Ёшка, разворачиваясь подальше от Краткого, но тот схватил младшего за талию, от чего Ё оторопел — Э-эй!!!.. — Ну Ёшка.. Ты моя последняя надежда! Из-за чего ты не можешь? Тебе помочь с чем-то? — заботливо проговоривал своим гипнотирующим голосом Одиннадцатый. — Краткий, хватит! Я хочу побыть один! Я не хочу снова с кем-то общаться, уйди уже!!! — Ёшка не выдержал и создал в своей ручке маленькую звёздочку, которую запульнул в глаз старшему. Пока Краткий был занят этим, Ёшка успел удрать. Больно не было, нет.. Но со звездой достался и глаз, оторванный от нерва. Совсем немного – и в руках исяезла звезда, а глаз снова вернулся на своё место. Это было.. Довольно интересное ощущение – получить от такого милого человека противоречащие ему же действия. Краткий, кажется, готов сделать все, чтобы привлечь Ёшку, потому что младший ну уж очень сильно понравился старшему.