Сестра

      Мальчик прильнул ко мне, охватив руками и уткнув лицо в ложбинку между шеей и плечом. От неожиданного движения я чуть не упала, но смогла удержать равновесие и аккуратно похлопала Нормана по спине. — Я рада, что хотя бы ты мне доверяешь. — Я осознал, что у тебя не было выбора. На твоём месте я бы поступил так же.       Он отпустил меня и вытер рукавом рубашки мокрые щëки. На белой ткани остались тёмные пятна, а он глубоко вздохнул и поднял голову, закрыв глаза. Спустя пару секунд он снова повернулся ко мне. — Спасибо, мне нужно было успокоиться. У меня нет ни малейшего намёка на план. — Может, тебе стоит поговорить с друзьями? — я склонила голову на бок, понижая голос. — У Рея наверняка есть пара идей. — Возможно… — Но я надеюсь, что ни в одной из его идей я не выхожу крайней. Очень уж он на меня злится.       Я поднялась на ноги и поправила юбку. Норман встал следом и слабо улыбнулся. Мы молча разошлись в разные стороны, кивнув друг другу. Когда мальчик скрылся за поворотом, я медленно пошла в сторону столовой. В голове было совершено пусто: я не могла ни о чём думать, не получалось сконцентрироваться. Вскоре я обнаружила себя по середине пустого зала. На столах не лежало ни единой тарелки, и здесь не было никого из детей. Тяжело вздохнув, я потёрла глаза руками. День уже не задался, хочется лечь в кровать, заснуть, и проснуться где-нибудь не здесь. — Эллен, всё хорошо?       Я обернулась на голос мамы. Женщина стояла перед закрытой дверью, сложив руки перед собой, и мило улыбалась. Я кивнула в ответ. Её лицо стало чуть менее расслабленным, когда она сдвинулась с места и пошла ко мне. — Я понимаю, сегодня выдался не лучший день. Но мы не одни — вдвоём мы справимся. — Она положила руку мне на плечо. — Нужно продержаться до следующего вечера, а дальше будет проще. — Нормана действительно отсылают? — Да, но… — Мама! — Дверь открылась, и внутрь забежала Шелли. — Фил упал, и у него из носа идёт кровь!       Брови мамы поднялись, но тут же лицо приняло привычное умиротворённое выражение. Она бросила на меня короткий взгляд. — Мы поговорим позже. Но пока я попрошу тебя присмотреть за Норманом. Будет плохо, если что-то пойдёт не по плану. — Конечно.       Женщина последовала за малышкой и вскоре скрылась за дверью. Я осталась стоять посреди столовой, нахмурившись и уперев взгляд в пол. Нормана отправляют… но?

***

      Дети плакали. Между всхлипами можно было разобрать слово поздравлений. Мы с Изабеллой стояли плечом к плечу возле кучки детей, которые обнимали Нормана. Он тоже улыбался и обнимал их в ответ, но я видела, с каким трудом ему это удаётся. Я повернула голову и заметила напряжённые взгляды старших детей, но они были обращены не на меня, а на маму. Женщина повернулась к ним и хитро улыбнулась, когда Рэй чуть не оскалился. — А теперь, дети, пора ужинать.       Следующее утро ничем не отличалось от остальных. Дети позавтракали, прошли тесты, веселились на прогулке. Всё как обычно — мама, малыши, сестра. А затем… Норман исчез.       Я сделала вид, будто ничего не заметила, пока возилась с одним из пупсов. Всё было хорошо, но Изабелла поняла, что одного из детей не хватает. Женщина медленно достала часы из кармана и откинула крышку. В этот момент Рэй усмехнулся, но буквально через секунду его лицо побледнело. Я снова перевела взгляд на маму — она улыбалась.       Подняв голову, я пробежалась глазами по территории и увидела детскую фигуру вдалеке. Он медленно шёл со стороны леса к нам. Судя по лицам старших, у них был план, который не сработал.       Маленькие ребята снова окружили Нормана и всё вернулось на круги своя. Изабелла потрепала его по голове и повела в дом. Я оглянулась на Эмму и остальных перед уходом — в их лицах ничего не читалось, мёртвая пустота.       Во время прощания я стояла возле стены рядом с Доном и Гильдой. Руки девочки, сцепленные за спиной, сильно дрожали. Я подошла ближе и приобняла её за плечи — Гильда едва вздрогнула, но ничего не сказала. Картина выглядела весьма милой, но если знать, что ждёт Нормана за дверью, становилось по-настоящему страшно.       Эмма и Норман перекинулись парой фраз, но в какой-то момент девочка резко дёрнулась и бросила свои костыли в стороны. Она упала на мальчика до того, как я или мама успели среагировать. Я только сделала шаг вперёд как увидела, что Норман перехватил её руки и перекинул Эмму на пол. С глухим стуком она ударилась об деревянный пол. — Что ты творишь?! — Я не позволю тебе уйти! Пожалуйста, Норман… — Эмма, успокойся, я прошу тебя, — его голос превратился в напряжённый шёпот, но девочка и не собиралась усмирять свой пыл. — Нет, это твоя единственная просьба, которую я не собираюсь выполнять! Тем более, ты сам этого не хочешь!       Его глаза округлились, рукой Норман потянулся к лицу Эммы, но в тот же момент Изабелла подошла к ним со спины и опустила шляпу на голову мальчика. — Нам пора. — Да, — он поднялся на ноги и кивнул. — Стойте…       Мама села на корточки перед рыжей девочкой и приблизила своё лицо к её уху. Я не слышала того, что она говорила, но лицо Эммы исказилось в ужасе и она отстранилась от женщины. Та, в свою очередь, поднялась, положила руку на спину Нормана. Он попросил у неё пару минут, чтобы попрощаться.       Он дал девочке несколько обыденных наставлений, на каждое из которых она отвечала сдержанным «угу». В конце Норман обнял её и повернулся в нашу сторону. — Дон, Гильда, оставляю Эмму и Рэя на вас. — Дети кивнули в ответ. — И на тебя, Эллен. Ты станешь прекрасной мамой.       По спине пробежал холодок. Взгляд Нормана плавно перешёл от меня на дверь, и он вздохнул.       Мамой… Я могу стать «мамой» для этих детей, когда мы вместе выберемся отсюда.       И всё. Дверь за спиной Нормана закрылась, и будто где-то внутри оборвалась нить. Дети, всё ещё всхлипывая, разошлись по дому, а Эмма молча сидела на полу, прижимая ладонь ко рту. Я подошла ближе к ней и села на колени прямо возле неё. Девочка посмотрела на мои ноги и медленно обняла меня.       С этого дня в доме ничего не изменилось. Но также поменялось всё.       Дети продолжили свою беззаботную жизнь, но Эмма и Рэй были подавлены. Большую часть времени ребята молча сидели где-то в доме, не принимая участие в новых играх, придуманных детьми. Гильда и Дон постоянно пытались помочь им, проводили время, сидя рядом с ними, но задорный огонёк в их душах погас. Ну, или просто притух.       Примерно полтора месяца спустя в один из вечеров в мою комнату постучалась Гильда. Зайдя внутрь, она первое время мялась, но в итоге прочистила горло и тихо сказала: — Сестра Эллен, нам нужна твоя помощь.       Ещё пол месяца я была занята помощью «восстанию». Эмма наконец приняла меня. Её план был поистине великолепен — они с Рэем искусно притворялись подавленными и сдавшимися, но на самом деле они готовились к побегу. Задания мне передавала Гильда — по большей части мне нужно было помочь им достать консервы, медикаменты и всякую мелочь, которая пригодилась бы после побега. Параллельно с этим я «помогала» маме. Изабелла была сконцентрированна на Эмме, она глаз с неё не сводила, лишь бы ничего не случилось. Мне же было наказано контролировать Рэя и остальных старших детей, но понятное дело, контролировала я по-своему.       И вот наступила ночь перед днём рождения Рэя. Эмма доработала план, придуманный и оставленный им Норманом перед уходом, и посвятила в него всех детей старше 6 лет. Я сидела в комнате с ребятами, когда внутрь зашли Тома и Лани. Только что, они отнесли нужные вещи в столовую. — И как всё проходит? — Всё по плану, сестра! — широко улыбнулся Лани. — Осталось только дождаться сигнала, — добавил Тома. — Хорошо. Все надели ботинки? — я обвела глазами детей, каждый из них кивнул. — Ну и отлично. У нас всё получится… — РЭЙ!!!       Крик Эммы раздался по всему дому. Гильда, стоявшая возле двери, подождала буквально 15 секунд и выбежала в коридор. Все дети встали, и мы быстрым темпом тихо пошли к заднему выходу из дома. Когда все оказались снаружи, я отправила детей в лес, а сама шла позади, наблюдая за ситуацией в доме.       Через некоторое время к группе присоединилась Гильда, а позже — и Рэй с Эммой. Девочка широко улыбалась и держала возле уха платок, который уже покраснел от крови. А я предлагала ей аккуратно вырезать датчик, но она отказалась от помощи.       В голове роились мысли, так что я и не заметила, как мы оказались возле стены.

***

      Изабелла выбежала из дома, держа в руке чемодан-передатчик. На её лице расплылась жестокая улыбка — дети живы, и она не допустит, чтобы кто-то из них сбежал. Женщина оглянулась по сторонам, когда за подол платья её потянула маленькая ручка.       Резко оглянувшись, она увидела обеспокоенное лицо Фила. Малыш держал её платье и грустно смотрел ей в глаза. — Фил? Где остальные? — Там, пойдём! — мальчик побежал в сторону леса. В душе Изабеллы мелькнула надежда, но когда она увидела, что возле леса стояли только малыши и плакали, внутри будто что-то обвалилось. Она снова оглянулась и вернула взгляд к Филу. — А где сестра? — Не знаю, последний раз я видел её вечером. — Чёртова…       Но она же не сможет сбежать, верно? Никто из нас не может. На что она рассчитывает? Изабелла поставила передатчик на землю и тут её осенило. Эллен — из экспериментальной группы.

***

      Большая часть детей уже забралась на стену. Я лежала у края и помогала забраться более младшим ребятам, подтягивая их наверх. Когда все уже были наверху, мы приступили к следующей части плана.       Пока мы бежали по стене к тому месту, которое указал Норман, зазвучала сигнализация. Оповещение гласило, что с 3 плантации сбежали 15 детей и 1 сотрудник фермы, и что их необходимо срочно найти. Я усмехнулась: представлю лицо бабушки, которая практически собственноручно выпустила меня в свободный мир, дав указание не оперировать меня.       Мы остановились на части стены, где до другой стороны было самое маленькое расстояние. Дон достал из сумки связанные друг с другом камни на длинной верёвке и, прокрутив их в руке, швырнул на ту сторону. Связка зацепилась за дерево, и парень, привязав её с другой стороны, зацепился за верёвку вешалкой и съехал вниз. Он с грохотом упал на другой стороне пропасти, но посветил фонарем и улыбнулся, показывая, что с ним всё хорошо.       Дальше пошли Тома и Лани. Отработанными движениями они запустили на ту сторону бутылки с газированной водой, а Дон привязал тянущиеся верёвки к деревьям.       Дело за малым. Дети оперативно перемещались на ту сторону. В итоге остались только я и Эмма. Девочка улыбнулась мне и зацепилась за верёвку, но тут же я увидела женщину в чёрном платье чуть дальше на стене. Эмма не заметила её и спокойно съехала вниз.       А я остановилась. Держа в руке вешалку, я смотрела на приближающуюся Изабеллу. Она не бежала, а медленно двигалась в мою сторону. Дети перерезали все верёвки, кроме одной, возле которой я стояла, и уговаривали меня быстрее спускаться к ним. — Мне жаль, Изабелла, — сказала я, женщина слабо улыбнулась. Она подняла руку к волосам и распустила тугой пучок. — Я была недостаточно проницательной, чтобы понять, что ты не на моей стороне. Позаботься о них вместо меня.       В горле встал ком. Хотя она и выращивала их на убой, но мама не относилась к ним, как к скоту. Думаю, она и правда любила их. — Хорошо. Надеюсь, тебя не съедят за то, что мы сбежали, — я подняла вешалку. — Поживём — увидим.       Я оттолкнулась от края и плавно переехала на ту сторону. Отвязав узел на дереве, я оглянулась. Изабелла собирала верёвки, которые остались на той стороне, и грустно улыбалась. Мама в последний раз подняла на нас глаза и помахала рукой. Я кивнула в ответ и скрылась в лесу вслед за детьми.