Ещё увидимся.

Антон досиживает последнюю пятую пару и заканчивает в 17.30. Раздается оглушающий звонок и сразу же по кабинету слышится шелест тетрадей. Почти синхронно. Весь их курс значительно устал, особенно те, кто всё-таки сегодня ходил на физкультуру. Те, кто не ходил, тоже устали, но их душу грела мысль, что сегодня они не сдавали никаких нормативов. Но факт остаётся фактом, после пяти вечера не вывозил уже никто, чем бы они сегодня не занимались. А вот лично Антона грела мысль о том, что уже можно бежать домой, через полчаса Арс зайдет в сеть и будет скрашивать этот убогий день своими сообщениями. – Ты сейчас в общагу? – интересуется Дима у него, на что Антон кивает закрывая рюкзак и накидывая его на плечи. Он уже был в куртке, ведь несмотря на отопление, в кабинете всё равно было холодно, потому не надо идти в раздевалку и толкаться в очередях. – Зайдем по пути тогда за шавухой, есть хочу, аж умираю. – Ты же там траванулся недавно, разве нет? – Антон с удивлением смотрит на Диму, ждёт, когда тот соберётся. – Ну было и было, не умер ведь. Не хочу сегодня ничего готовить, – ах эти прелести студенческой жизни, когда тебе ничего не страшно и море по колено. Они прощаются с уставшим преподавателем, который только и мечтает о том, когда все побыстрее уйдут и он сможет закрыть дверь кабинета и направиться по своим важным преподавательским делам. Идут молча, временами вкидывая фразы про то, как их всё достало и кто когда начнет писать диплом. Оказывается, Дима уже взял себе тему и даже выбрал куратора, а вот Антон даже не шевелится в этом плане. В плане тему выбрал, а вот о кураторе не думал. О содержании темы тем более. Надеется на авось, а оправдывает себя тем, что обязательно всё ещё успеет сделать. Когда? Да когда-нибудь в будущем. Но точно успеет. Парень он не глупый, просто любит всё оставлять на последний момент и часто это играет злую шутку. – Одну шаурму в сырном лаваше. Ты будешь? – Дима смотрит на Антона, но тот лишь отрицательно качает головой. Раздается звук входящего сообщения и Шаст лезет в карман за телефоном проверяя кто ему написал. Часто это спамеры, чуть реже мама. Но время перевалило за шесть, так что наверняка это Арсений. И это он. Антон улыбается телефону смотря на сообщение, но всё же убирает его обратно ничего не отвечая, оставляет сообщение не прочитанным, словно сам себя маринует в своей же заинтересованности к написанному. – Твой пишет? – Чуть тише интересуется Поз, чтобы не дай боже кто лишний услышал. – Ага, потом отвечу, как в общагу приду, – улыбка с лица не исчезает и пока ребята ждут шаурму, Антон смотрит на темное небо и как снежинки опускаются на землю. Выглядит красиво, особенно под светом оранжевых фонарей, но до безумия холодно. А вот на душе будто лето и сразу так тепло и спокойно на душе, как никогда ранее. – Ваша шаурма, приятного аппетита, – устало проговаривает заученную фразу повар-продавец, а Дима искренне его благодарит с улыбкой на лице, лишь бы придать этому уставшему от работы или жизни человеку чуть больше моральных сил чтобы вывезти этот день. Звук второй, третьей, а потом и четвертой смски порывает Шаста залезть в карман и посмотреть, что же ему там такого интересного написывают, но решает посмотреть в общежитии чтобы ни на что не отвлекаться. Завязывается непринуждённый разговор с Димой, который не дотерпев до своей комнаты уже откусывает шаурму. Лаваш ломается и хрустит как газета, но Дима с удовольствием закатывает глаза. – Ты бы знал, какой я голодный, ужас просто. – Так взял бы две сразу на вечер себе, – Антон шмыгает носом и неприятно морщится. Холод лютый, нос щипет, глаза слезятся, а вот Диме хорошо, он греет руки о горячую еду и Антон порывается попросить все таки откусить пищу всех богов и студентов лишь бы погреть руки. Он не ел целый день, но голода так и не испытывает. Знает, что сейчас придет, заварит себе чай чтобы согреться и будет хрустеть чипсами под какой-нибудь фильмец и переписку с Арсом. И пока Антон об этом думает, Дима качает головой и бормочет, мол нет брат, это не то, она размякнет и шаурму надо брать и есть горячей, а не маринованной. Антону пофиг, что там Дима бормочет, у него в мыслях свои темы для размышлений. Которыми он, в принципе, делится с другом. – Как думаешь, глупо будет ему предложить встретиться? Накопить я за месяц смогу, так хочу его увидеть, но ссусь если честно, – вдруг не по теме задаёт вопрос Диме Антон. Казалось, вот ты взрослый человек, тебе скоро двадцать один, а всё так же нужны советы от посторонних чтобы удостовериться в правильности своих желаний, всё так же нужно мнение со стороны. – Ой, я не знаю Шаст. Тебе лучше у него самого спросить, хочет ли он встретиться, – Дима вытирает курткой соус с щеки и они останавливаются перед входом в общежитие, благо идти не далеко. Шастун кивает соглашаясь с товарищем и достаёт сигарету с зажигалкой. Прикуривает, смотря на балконы этажей. Почти везде включен свет, а кто-то так же дымит стоя на балконе и опираясь на парапет смотря вниз. – Вот вы, курильщики, люди вообще отбитые. Холод лютый, а вам все равно лишь бы подымить, – он поднимает взгляд вверх и замечает парня в одной футболке и джинсах, который тоже стоит и медленно курит. – Вон ещё один отбитый стоит, жесть конечно. Что такое пневмония? Да похую нам. – Ой, кто бы говорил. Человек, который ест шаву, которой траванулся? Ну-ну, что такое пищевое отравление? Вообще похую нам, – Антон давит смешок, когда Дима бурчит что-то из разряда: один-один, придурок и они вместе заходят в общежитие. Проходят через турникеты и сразу слышат как коменда им сообщает, что лифт не работает. Оба обречённо стонут. Одному подниматься на пятый этаж, другому на седьмой. И вот они топают друг за другом по мрачным лестницам похлеще, чем в любом фильме ужасов. Тут тоже слышатся какие-то отчаянные стоны отовсюду. – Ладно лифт не работает, хоть бы свет починили, – возмущается Дима и ловит за спиной согласное угуканье. – Да не говорите, вообще жесть какая-то, тут полететь на раз два можно с этих лестниц, – слышится чужой женский голос двумя этажами ниже и парни хихикают, желают незнакомке удачи, успехов и моральных сил и доходят до пятого этажа. – Завтра к первому. Пойдешь? – А что там у нас? – Экономика, ведёт препод с прошлого семестра, - Шаст скалится в неприязни, помнит как сдавал экзамен у этого преподавателя. Тут хочешь не хочешь, а встать придётся по стойке смирно как миленькому. – Пойду, вот все преподы нормальные, а этот цербер какой-то. Помнишь мы ему коньяк на стол поставили на экзамене? Спасибо сказал и хуй там плавал, всё равно экзамен писали, чуть на пересдачу не пошлепал. – Да потому что учиться надо, Шаст, а не в мыслях своих витать и надеяться на авось прокатит и дешёвый коньяк по акции. – Резонно, но лично меня коньяк никогда не подводил, – соглашается парень и машет другу рукой на прощание. Топает свои последние два этажа в ускоренном темпе и буквально заваливается в комнату скидывая с себя куртку на свободную кровать, а свое тело на свою родную. Сразу же достает телефон и открывает переписку. Arsdva. 18:02 Я освободился, ты как там? Пары закончились? Arsdva. 18:13 День сегодня такой тяжелый, вроде не особо много занятий было, но ты бы знал, как я устал. Хочу простого человеческого расслабиться. Arsdva. 18:14 И тебя. Arsdva. 18:22 Я на следующей неделе в Москву поеду, как думаешь, у нас получится с тобой пересечься? Я бы хотел. Антон перечитывает раз. Второй. Смотрит на имя отправителя. Это какая-то магия? Шастун думает, что заслужил хоть немного счастья и что если он упустит свой шанс, то будет королем дураков, а он считает себя парнем разумным, пускай временами меланхоличным и ленивым. Иногда придурком себя считает, но не дураком. шастун 18:30 я тоже вот только в комнату зашёл, день скукотень. что делаешь сейчас, отдыхаешь, надеюсь? и да, я ужасно хотел бы увидеться, ты когда именно приезжаешь?) Антон улыбается самой глупой улыбкой, пока прижимает телефон к груди. Он лежит в уличной одежде на кровати и ждёт сообщение от Арсения. Сердце стучит почему-то сильнее, чем обычно, а внизу живота разливается захватывающее чувство, как когда падаешь вниз с башни свободного падения. Это чувство романтизировали и стали называть "бабочки в животе". Очень сентиментальное определение, но что поделать, против народа не попрешь. Arsdva. 18:33 Да, отдыхаю. Приеду в конце следующей недели, думаю в пятницу утром. Или в четверг вечером. В конце сообщения висит прикрепленное фото. Стоит нажать и оно сразу же загружается автоматом улетая в загрузки на телефоне. Вообще они редко обмениваются фотографиями и так же редко просят что-то скинуть друг друга. Но иногда, для поддержания интереса, обмениваются всякими фотками. Они могут быть обычными, например фотография пейзажа с подписью: смотри как красиво у нас тут! Либо же фотка друг друга. И вот сейчас Шаст глухо стонет зарываясь пальцами в свои волосы и оттягивая их слегла, чтобы боль заставила его мозг функционировать дальше. На ней Арсений. Лица его не видно, но видно, что он лежит в ванной. Вода полупрозрачного и какого-то странного насыщенного синего цвета, словно морская. Камера отчётливо передала очертания тела, а Антон отчётливо понимает, что точно хочет увидеть этого мужчину в живую. Тот самый случай, когда кто-то пошел в ванную и не дождавшись сообщения "и без меня?" сам скидывает нюдсы. Боже мой. Так, Антон, надо что-то ответить на эту порнографию. шастун 18:40 бля, Арс, ты предупреждай, у мпня может сердце слабое, а тут ТАКОЕ (!!!) а ты где остановиться, чтобы меня понимать как добираться до тебя? шастун 18.40 меня* остановишься* мне* :( Arsdva. 18:41 Мне стоит спросить где твои руки, раз так много опечаток? Арс прикрепляет ссылку на геолокацию по которой Шаст переходит и сразу же забивает путь от своей общаги до места остановки Арсения на следующей неделе. И недовольно стонет. Да, в Москве, но на другом конце. Придется ехать мало того, что в саму Москву, так ещё и на другой конец города. И вроде не критично, если встать утром, на электричке доехать до вокзала а оттуда на метро, то можно погулять несколько часов вместе, прежде чем поехать обратно к себе в общежитие. Все это он пишет и Арсу. Антону грустно, но мысль о том, что хотя бы пару тройку часов они будут вместе греет его. Arsdva. 19:01 Я ни на что не хочу намекать, но я буду снимать квартиру...) - игриво подмигивает. Антон смеётся прижимая руку к покрасневшему лицу. Боже, он себя таким счастливым чувствует сейчас. Его уже можно пригласить в старую рекламу редбула и приписать редбул окрыляет. Только его окрыляет влюбленность в человека, которого он никогда не видел вживую, но планирует это исправить. И нет, разумная часть его мозга не останавливает парня. Он никогда не видел человека, этот человек старше его на 9 лет, ну и что? Сердцу если и можно приказать, то вовсе не хочется. К тому же, что случится? Всегда можно сорваться обратно. шастун 19:03 Арсений как-Вас-там-по-батюшке, а если бы хотели намекнуть, то на что? приглашаете меня к себе на съемную квартиру чаи гонять по ночам? Arsdva. 19:04 Сергеевич-меня-там-по-батюшке. Можно чаи гонять, а можно будет чуть больше провести времени вместе. Узнать друг друга лучше вне переписки. Антон, я не маньяк и не дурак, просто хотелось бы тебя увидеть. В воскресенье придется уезжать обратно, так что все эти дни я бы хотел провести с пользой. Правда не все часы, придется иногда на курсы отъезжать. А точно ли не маньяк, Арсений Сергеевич, иначе почему сердце так стучит, что аж доставляет боль? шастун 19:07 окей, я отпрошусь с пар. но не поверишь, я сам тебе сегодня хотел предложить встретиться. месяц покопил бы, купил бы билеты и сорвался к тебе.) Arsdva. 19:09 Антош, что ты делаешь с моим старым сердцем, пожалей. У меня кончился запас валерьянки с тобой! Думаю, тебя за это стоит наказать. шастун 19:10 Арсений Сергеевич, фу какой ужас. у тебя других поводов для подката не нашлось?) а то кринжово звучит, ещё в аптеку меня отправь. Arsdva. 19:12 Надо будет отправлю, а пока... - медленно подошёл к тебе обхватывая под подмышками и дёргая на себя. Обнимаю крепко и зарываюсь носом в твои волосы вдыхая запах. - Ты спрашивал про мой рост, 189 см. И ты бы знал, как я хочу действительно почувствовать твой запах. У Антона сегодня сердце барахлит, кажется ещё немного и он пойдет реально в аптеку за таблетками, каплями или чем там ещё. Какими именно - не знает. Спросит у продавца и попросит найти таблетки от любви, чтобы сердце грудную клетку не разрывало впредь. шастун 19:17 я 194, - неловко улыбается чувствуя себя глупой влюбленной малолеткой на которую обратил внимание мальчик, что ей нравится. сам же обнял тебя за плечи утыкаясь носом в шею и аккуратно прикасаясь к ней губами, захватывая маленький кусочек кожи в плен своего рта. Дальше лишь по нарастающей. Сообщения проверяются внимательно, отправляются спустя 10-15 минут, потому что Антон, всё ещё находясь в уличной одежде, внимательно раздумывает над тем, что же написать в ответ Арсу да так, чтобы тому точно понравилось. Он каждый раз ловит смущение после прочтения или после отправки, но с нетерпением ждёт, что же ему ответят на свой полёт фантазии. Шастун чувствует, как кровь приливает к определенной части тела и ему хочется чуть больше в свободе реальных действий, потому в тишине комнаты раздается лишь тяжёлое дыхание и звякает собачка джинс. Он их стягивает к щиколоткам, пытается снять до конца без помощи рук держа в руках телефон. Словно если он отпустит его на кровать, то потеряет весь боевой настрой. В конечном итоге джинсы всё-таки летят на пол, а за ними и трусы. Шастун остаётся лишь в одной большой черной кофте, которая доходит ему до середины бедра, но сейчас она задирается до живота, пока пальцы студента блуждают по своему телу. Он читает, как Арс опускает его на вымышленную кровать и Шастуну абсолютно плевать, находится эта кровать у стены в представлении Арсения или же стоит посреди комнаты, а может и вовсе в лесу кровать. Какая разница, когда Антон читает самозабвенный текст о том, как Арсений вылизывает и кусает ненастоящие соски. Там они лежат лишь в одном нижнем белье, пока здесь, в реальности, Шаст лежит лишь в кофте. Они не занимаются прямым сексом, мол вошёл-вышел-облизал, они фантазируют. Точнее фантазирует Арс, Антону оставалось лишь подхватывать и дополнять все его мысли. Там он громко стонет назло всем соседям, здесь он лишь сдавленно шипит щипая себя за сосок боясь потревожить соседей лишним шумом. Там он просит трахать его глубже и жёстче, а здесь он являлся девственником, который смущается и дрожащими пальцами печатает: пожалуйста, Арс, трахни меня. Старается выглядеть парнем, который во всем разбирается и который в себе уверен, но по факту сердце заходится всё сильнее, когда он дрочит себе думая о другом мужчине. Это неправильно, так не должно быть, что спустя пару месяцев обычной переписки они дошли когда-то вот до этого. Может во всём виноваты гормоны? Это единственное на что можно списать весь этот абсурд. Ближе к 12 ночи ребята заканчивают. На этот раз никто не уснул, никто никуда не отошёл по делам, а потому оба были морально удовлетворены. Ну, один из них точно был удовлетворен. Лежал всё в той же кофте, тяжело дышал и пытался стереть пот с лица. Там в переписке у них был лишь один, но очень горячий заход где Шаст даже попросил попробовать секс с игрушками. Боже, он просил мужчину, который живёт за три горы и две реки в виртуальном сексе трахнуть его виртуальными игрушками. И кончил от этого он пару раз точно, только не виртуально. Парень стирает с живота сперму и пытается попасть салфеткой в мусорное ведро, что стоит на другом конце комнаты. Промахивается и грязная салфетка падает рядом с ведром. Опять. Рядом с предыдущей. Шастун слишком разварился в своём состоянии и вставать не хочется совершенно, всё так лениво, но эти салфетки уже портят эстетичный вид его одинокой конуры, потому встать всё же приходится. Заодно и покурить, чего без дела туда сюда ходить. Шаст выкидывает салфетки, подходит к своей куртке и достаёт оттуда сигарету с зажигалкой. На этот раз он решает не идти на балкон, а покурить в комнате. Главное пошире открыть окно, чтобы соседи не ворчали на запах дыма в помещении. Детектор дыма все равно не работает должным образом, так почему бы не воспользоваться ситуацией. Шаст заматывает плед на бедрах и плюхается на подоконник с телефоном в одной руке и с сигаретой в другой. Открывает форточку вверх, поджигает сигарету, а сегодня это филип морис и затягивается. Дым норовит попасть в глаз, потому он прикрывает его пока печатает ответ Арсу. Arsdva. 00:05 Спокойной ночи, Антош. Я буду уже ложиться, чего и тебе советую, студент. шастун 00:07 приятных снов, Арс, надеюсь спать будешь крепко сегодня) до завтра Антону хотелось ещё много чего написать следом. Например "уже скучаю" или же "я влюблен в тебя по уши, ты бы только знал", но не пишет. Арс если ему это и писал, то чувствовалась какая-то ирония в этих словах. Например Антон писал что просто отойдет на пару минут, а Арс отвечал, что будет ждать и уже скучает по Антошке. Антошке было приятно, конечно же, но хотелось чтобы эти слова были искренними. Чтобы по нему убивались так же, как убивается он. От телефона на сегодня больше нет никакого толка, если Арсений попрощался, значит он больше ничего не ответит вплоть до утра. Нельзя быть таким зависимым от человека, которого ты никогда не видел, Антон, ой как нельзя. Может в жизни вы не поладите с ним? И что ты тогда будешь делать? Зачем ты влюбился в буквы, когда мог бы влюбиться в реального человека? Он вздыхает утыкаясь лбом в холодное стекло. Зад неприятно начинает морозить даже через слой теплого пледа, потому окурок летит в форточку, а сам Шаст слезает с подоконника и валится на кровать попутно захватив трусы с пола. И вот трусы натянуты, а кофта летит на соседнюю кровать к куртке, чтобы не мешалась. Завтра пятница, последний учебный день. Завтра с Димкой топать к первой паре и слушать нудного препода, когда хотелось бы позвонить Арсу и послушать его голос. Возможно созвониться и посмотреть с ним фильм вместе? Да, точно. Антон берет в руки телефон и пишет Арсению. шастун 00:24 созвонимся завтра по видео? хочу фильмец глянуть да на вас глазком глянуть, арсень сергеич Минуту залипает в телефон пока тот не гаснет. Сообщение остаётся не прочитанным, хотя маленькая надежда оставалась. Ну ладно, ничего страшного. Шаст ставит телефон на зарядку и ложится спать. Засыпает он прокручивая в десятый раз сегодняшнюю вечернюю переписку с Арсом. Сны сегодня не снятся, но лёгкая улыбка все равно сохраняется большую часть этой холодной ночи.