Коммуналка 2.0 или двушка в ипотеку

      Снейпов ждал три дня и три ночи, когда придет Нарцисса и отрежет ему волосы, уши или любую другую излишне торчащую часть тела. Но женщина его удивила, когда на четвертый день позвонила и поблагодарила за чрезвычайно спокойного мужа-домоседа. Который больше не рвался на переговоры и важные встречи, а сидел дома, пил кефир и закусывал пряниками.       У Снейпова тут же возникла мысль, позвонить другу и предложить прогулку по парку, где среди собачьих сюрпризов, на побитых временем лавочках, сидели помятые временем старики и энергично забивали «козла». Поразмыслив немного, Северус отказался от идеи, потому что председатель этого клуба любителей домино был заядлым любителем сплетен. Мужчина прекрасно понимал, что человек, который знал его мать и видел самого Снейпова ещё ребёнком — живым не отпустит. Заболтает до старости.       Но мысль, что за счёт страданий друга нужно развлечься никак не желала выветриваться из головы. И Снейпов решил действовать. Сходил на рынок и купил парик. Цветом волос купленный парик был похож очень похож на утерянный Малфоевым колтун. Но кудри… кудри были восхитительно ужасны. И электризовался этот образчик синтетического творчества даже от взгляда и должен был сделать своего носителя похожим на безумный кудрявый одуванчик. Или на Укупника, тут уж у кого на что хватит фантазии.       Северус не поленился доехать до особняка Малфоева, положил коробку с подарком под дверь, нажал пипочку звонка и сбежал, чтобы не быть пойманным на месте преступления. Сбежал недалеко, буквально за угол дома и присел в кустах, не спуская пристального взгляда с двери.       Люциус, как и подобает очень и очень пафосным людям, открыл дверь в шелковом халате. С трубкой в зубах. Впечатление об истинной аристократичности немного смазывала бейсболка, которой Малфоев прижимал уши к голове. Впрочем, головной убор помогал не очень — они по очереди выскакивали из-под полей их сдерживающих. Снейпов был уверен, что уши делали это со звуком «трунь».       Оглядевшись по сторонам начинающий аристократ, наконец заметил коробку, стоявшую у ног. Наклонившись мужчина осмотрел упаковку неожиданного подарка, снял крышку и достал белокурое облако кудрей… Северус готов был поклясться, что парик потянул волосы-щупальца к своему владельцу, радостно потрескивая искрами статического электричества. Видимо так этот синтетический комок отмечал первую встречу.       Крик ярости своего друга Снейпов уже не слышал — он улепетывал вдоль по улице, потому что боялся заржать и тем самым выдать себя. А пока Люциус не уверен на сто процентов, что эта выходка принадлежит фантазии Северуса, был реальный шанс спихнуть проделку на Дамблдорова.       В коммуналке пахло скандалом. Настроение, которое поднялось во время розыгрыша над другом, стремительно вернулось к отметке «меня окружают одни идиоты».       На кухне обнаружились Трелонева, Рита и Гермиона. Бывшая Грейнджерова что-то упорно шипела присутсвующим дамам, на что те лишь испуганно кивали, потом развернулись и спешно вышли из кухни. И из квартиры. Даже дверь прикрыли аккуратно. Снейпова посетило ощущение, что его супруга научилась запугивать людей лучше, чем он. Сначала мужчина завидовал, потом восхитился умениями супруги, а через секунду начал гордится своей гениальностью — только великий педагог мог научить так запугивать людей силой шипения.       Гермиона же, не обращая внимания на супруга пролетела мимо, и тоже выскочила из квартиры. Снейпов пожал плечами и заварил доширак. Наслаждаться в одиночестве ему пришлось не долго, Хагридов влетел на кухню и закричал:       — Северус, там Гермионочка наша Сивиллу убивает!!! Надо что-то делать!       — Это бесполезно, если решила убивать — значит есть за что, — меланхолично произнес Снейпов наматывая лапшу доширака на вилку.       — Так она же её всю убьёт! — Рубеус начал бессмысленно нарезать круги по комнате.       — Ничего не имею против, достала тут ошиваться и предсказывать всякое, шарлатанка.       — Чего это шарлатанка? — толстяк остановился и с недоумением посмотрел на соседа. — Потомственная цыганка она же.       — Потомственная шарлатанка, имела бы какой-то дар, то уже давно перестала бы сюда шастать, зная эмоционально-гормональную нестабильность моей супруги, — Северус с аппетитным звуком втянул в себя лапшу и пожевав добавил. — Водой их разлей, как кошек. Учти, на Гермиону хоть капля попадет — считай у тебя есть путевка в шкаф дяди Тома.       Схватив кастрюлю с плиты Хагридов ушлёпал из кухни.       «Достойная кончина для супа Минервы», решил Снейпов и продолжил обед.       Из подъезда раздался визг, невнятная ругань. Хлопок двери в квартиру, хлопок двери в ванную. Хагридов вернулся на кухню с кастрюлей и водрузил её обратно на плиту.       — Там Гермионочка в ванной … — пряча глаза произнес Рубеус и ушёл.       Бывшая Грейнджерова обнаружилась в ванной. В ванне. Сидела положив голову на колени и рыдала, периодически нюхая кусок асфальта. Снейпов вошёл и сел на унитаз, чтобы быть поближе к девушке.       — Ну, ты давай, Гермиона, не реви, все же хорошо. Суп отмоется, через несколько дней ты уже не будешь им пахнуть, — мужчина осмотрел лапшу, которая живописными сосульками расплескалась по волосам супруги.       Девушка включила воду, чтобы заглушить голос мужа и провыла:       — Северус, ты меня не любишь.       — В смысле! — Снейпов аж поперхнулся, — Я тебя буль-буль, ну то есть люблю.       — Тогда давай съедем, пока я кого-нибудь тут не прибила!       Северус мысленно перекрестился и произнёс:       — Решено! Ты сейчас выбираешь квартиру и завтра мы идем в банк!