Воздух в Париже особенный

      Париж. Наши дни.       По прилету съемки 5 минут в аэропорту. Это всегда скучно, как думал Ян, — «не забывай держать улыбку, сползет на мгновенье — прощай карьера! Всегда найдется фотограф, кто запечатлит это выражение лица». Демону приходилось напоминать себе это постоянно, когда есть объективы камер. Ян прилетел на показ мод в Париж. Но только в этом мире его знают, как Яна, известную личность из корейской музыкальной группы.       Машина. Отель.       Стук в дверь: — Вас ждут в номере 1408. — Хм… Поистине значимый номер.       Дверь открыта. Ян не церемонясь заходит внутрь. — Здравствуй… Эмм. Жульен? Как грибная запеканка… — он усмехнулся, — Пора. Ты же знаешь. Контракт…       Темнота и неоновые проблески красного света, которые мельтешат в глазах. Скорость. Хлопки черных оборванных крыльев. Вздымает пепел с камня, когда тело без сознания врезается в поверхность…       Ломая ребра, корявая лапа с длинной кистью, с крепкими когтями, врывается в грудную клетку и крепко вцепившись в мягкую плоть, вырывает сердце. С хрустом разрываются сухожилия и ткани, артерия. Человеческое лицо, лицо красавца, жадно впивается в окровавленное месиво, которое держит в руке. Челка падает на глаза, орошаемая крупными каплями крови, как в начале проливного дождя. В демонических глазах нет и намека на белок — черная поволока в просвете узких век. Блеск фешенебельных побрякушек в ушах и на демонических пальцах оттеняет краски от серости места. Он бы мог просто шире открыть рот и проглотить этот кусок плоти, но делает именно так специально для того, чтобы оставшаяся в этом сердце кровь разбрызгалась вокруг еще больше. Оно все еще фантомно сокращалось. Держа сердце в зубах, он улыбался, и по лицу струились капли еще горячей, такой жизненно необходимой жидкости в человеческом теле. Как для совершенно хладнокровного существа — это было сродни хищному кайфу. Если бы в его мире пользовались ваннами, то он бы вешал только что им растерзанных людишек над ней, и наполнял ее свежей кровью для того, чтобы самому в нее окунуться и блаженствовать.       Он чуял рядом присутствие свидетеля его законной трапезы. В этом подземном мире, полном гор, покрытых пеплом, он стоял сейчас на обрыве, у края вершины одной из них. Этот демон принес из мира живых свою жертву, которая заключила с ним контракт еще десятилетие назад, и пришла пора человеку платить по счетам. Человек был явно к этому не готов, но он ни разу за тысячелетия, подобного существования, и не встречал, кто-то был бы готов к тому, чтобы встретить такую смерть.       Он задумался, — «что же это было? Точно. Избавить жену от смертельной болезни и чтобы на его банковском счету было 2 миллиона долларов в его распоряжении. Желания простые, такие хорошие, дешевые, наивные. Человечишка был в отчаянье, когда думал, что потеряет любовь всей своей жизни. Это было так забавно… Он не знал, что операция к которой готовилась его жена в те дни, должна была пройти успешно и продлить ее жизнь еще на 20 лет. А он был потерян и в полном отчаянии…» — он все-таки, открыв широко рот, затолкнул целиком сердце жертвы и проглотил. «Ха ха ха… Я просто умолчал об этой информации, этим смертным лучше не знать их будущего для их же блага. Вру. И для нашего в том числе. За то сейчас у меня есть вкусная трапеза по имени, как называется грибная запеканка с сыром, так любезно поданая за счет глупого контракта.» — острые белые зубы были испачканы в крови и он задумчиво облизал их, слегка касаясь губ.       Порыв ветра, подувший с запада, развеял полы черного кожаного плаща, накинутого на уже не белую рубашку с галстуком, принеся за собой тяжелый аромат страха и ужаса, а еще… Он принюхался… Это была ведьма. «Да, да… Точно ведьма. У них особый запах, такой сладковатый, с примесью аромата земляники и тины с болота» — ему именно так однажды описала эти нотки аромата такая же, как и эта девица. «Забавно, как им намазано соваться к нам. Они там, наверху, все такие сильные, чуть ли не всемогущие, а попадая сюда, обычные смертные тела, заполненные явствами для таких же, как я» — его откровенно веселила вся эта ситуация.       Он медлил намеренно, чтобы та успела насладиться видом, зная что от его лица невозможно было оторвать глаз. Ян обрел это тело век назад и оно очень было выгодно для появления на людях. Он в этом обличии мог появиться, как невинным мальчишкой, так и высокомерным мужчиной, с кем бы точно никто спорить бы не стал и клянчить большего. Демон знал, что она чувствует его силу и превосходство, насколько ничтожной она должна казаться в его глазах, пред тысячелетним существом. Он знал, что она спряталась за тем камнем в полуторе метра от него, так по-детски прячась. — Что ж, привет. Нагрянула в гости, ведьма? Тебя угостить ужином? У ведьмы сперло дыхание и она застыла, готовая сама стать камнем, лишь бы ее не заметило это чудовище в человеческом обличии. На ней уже были жирные капли крови того мужчины, чьё сердце он сожрал на ее глазах. — На сколько я знаю, в человеческом мире, не принято приходить без приглашения, но если гость пришел — необходимо уважить.       Тихий писк отозвался эхом среди камней, девушка едва успела закрыть руками рот.       Он щелкнул пальцами и ведьма, которая пряталась за камнем, взмыла в воздух, поддерживаемая черным густым дымным облаком, в котором блестели красные горячие искры. — Как тебя звать смелая и глупая ведьма? — А-Ан-Аннабет, — сказала девушка заикаясь. — Я уже думал, что ты язык проглотила. Так тихо сидела за камнем, как мышка… — его белая с заточенными зубами улыбка на окровавленном лице ужасала. В действительности его не интересовало как ее зовут, если в итоге она послужит исключительно ужином. Его просто забавляла такая растерянность во взгляде.       Черное облако подтянуло тело ведьмы ближе к демону. Он широко облизнулся и широко открыв ноздри втянул ее аромат. — Вкусно… — прозвучало низко, утробно, резонируя с нутром жертвы.       Страх сковал девушку, поэтому облако просто придерживало ее, тогда как зверь обходил ее медленно по кругу, наслаждаясь видом, страхом, присматриваясь с чего будет лучше всего начать ее есть, либо еще поиграться?.. Он подошел к ней вплотную и длинный шершавый, как наждачная бумага, язык прошелся сзади по шее и волосам липким мазком, с розовым оттенком остатков крови. — И как же ты сюда попала? — черное облако сжималось кольцом вокруг нее. — О-ошиблась… Кхх-Кхх… В заклинании… — закашливаясь в черной дымке. — Ты же должна была понимать, что некоторые ошибки могут быть смертельными? — он положил ей свою лапищу на грудь и прочертил царапину длинным пальцем с когтем от ключицы, между грудью, вплоть до живота, при этом разрезая ткань ее одежды. Соленые слезы полились из глаз бедной ведьмы. Уродливые лапы превратились в руки человека. Демон провел нежными пальцами по дорожкам слез, размазывая их по щекам и скулам, его взгляд на мгновенье был человеческим, нежным и таким мягким, затем он облизал свои пальцы. Демон выдохнул полной грудью, закрыв глаза от наслаждения. Ему безумно нравились девичьи слезы. Язык демона подобрал кровь начавшуюся сочиться из царапины и вцепился зубами в грудь. Крик боли разорвал тишину, нарушаемую до этого только звуком ветра, которой ворошил пепел…

***       Париж. День показа от модного бренда. Ян поднялся наверх. сытый и довольный, в белом, пряча белые крылья… — Здравствуйте! , «улыбаемся и машем». — думал он, и теперь можно было расслабиться в своем номере отеля.