мы будем похоронены под кустами алых роз...

"Эта ночь....она была прекрасной, да. Поэтому в этот день все должно было быть так же прекрасно, как небо над головой." Двое бегут по бесконечным ступенькам этажей, вплоть до самого верха. Они держатся за руки, на плечах у них школьные портфели, а в сердцах уже не вера в лучшее, а просто....любовь....такая тихая, никому несказанная, но любовь. Это было позднее время, где-то между 2-3 часами ночи. Крыша высоко, этаж 12. Они открывают старую, ржавую дверь и их изношенные кеды касаются бетонного пола. Было тихо...даже ветер не шумел, словно никто не хотел издавать ни единого звука. Первым зашёл Старший, держа Блондина сзади и будто осматривая территорию на наличие лишних людских душ. Но никого не было, потому что...кто в такое время будет забираться на крышу? Разве что только те, кто хочет научиться летать... Они были из тех самых...без крыльев. Хёнджин заводит Младшего и не отпуская чужой руки ведёт его ближе к краю, дабы показать кое-что, от чего Феликс точно будет счастлив. — ты же...любишь звёзды. Он говорит это так тихо, в самое ухо, а у Ли позвоночник пробирает мурашками, заставляя еле заметно дернуться. Парень поднимает голову наверх, позволяя множеству светлячков загореться в его зрачках. Ему слишком хорошо, а от этого плохо и дурно. На эмоциях пятиться назад, задирая голову ещё выше, тем самым теряясь в пространстве и спотыкаясь об собственные ноги. Хёнджин успевает в последнюю секунду подложить ладонь под светлую макушку, но они всё-таки падают вместе на холодный, потрепанный временем бетон. Оба уже лежат на полу, дотрагиваясь плечами и склонившимся друг к другу макушками. Эти двое похожи, даже очень, но сами это отрицают. Они слишком сильно влюблены в прекрасное (в друг друга). Они другие, абсолютно не смахивают на обычных подростков, разве что только тем, что сбегают по ночам из дома, ведь родители на самом деле относятся к ним совсем не так, как пишется в книгах о счастливых семьях. Парни лежат на твердой поверхности долго...но время на самом деле будто остановилось. Хён отрывает взгляд от одинокой луны и поворачивает голову в сторону Блондина. Ему так трудно описать...насколько этот парень прекрасный... Правда он...не может подобрать точного слова, такого просто не существует. Эти глаза, такие большие и настолько красивые, что хочется расплакаться... И Хван действительно уже готов был почувствовать мокрые дорожки на щеках, но Младший неожиданно посмотрел в его глаза и что-то сказал своим низким голосом. — хочешь, тоже кое-что покажу? Джин даже и не услышал этого, он лишь почувствовал, как его руки снова касается нежная, теплая кожа, тем самым поднимая Старшего с бетона и подводя к самому краю. — смотри, там внизу кустарник роз. ты же любишь их. Один из них любил звезды, второй любил розы... Хёнджин пытался как-то дотянуться до звёзд, но не получалось...поэтому парень решил, что наверное стоит полюбить что-то другое....розы, ведь до них легче добраться. А Феликс же все наивно верил, что сможет дотронуться до звёзд, что он когда-то станет одной из них... Хван не хочет расстраивать его...не хочет говорить, что до звёзд никогда не дотянуться, что они слишком далеко, а у людей к сожалению не растут крылья... Но ему так нравилось видеть, как Младший любит звёзды. Как он смотрит влюбленно на них, как мечтает и так глупо верит...как его глаза горят от света луны, как он сильно хочет взлететь... Интересно....если бы Джин всё-таки смог когда-то дотянуться до звёзд....Феликс бы так же на него смотрел? Розы у подножия жилого дома будто проросли сквозь бетон, словно прорвались через толстые стены, чтобы показать всем свою красоту. Куст был большой, около двух метров, а бутоны огромные, что даже удивляет. С виду они казались бархатными и темными, подобно крови... Брюнет любит это сравнение. — знаешь....я раньше задумывался....если смерть неизбежна, то все, чего бы мне хотелось после нее....так это, чтобы над моей могилой склонялись ветви алых роз. Это не странный разговор для них. Если быть точнее, то не разговор, а монолог. Феликс очень любит слушать Хёна...он любит его рассуждения, его мысли. Всегда эти рассказы для него так важны, так трогательны и любимы всем сердцем. Пусть Хван и не говорит много, но его слова как-то необъяснимо притягательны... — я бы не хотел умереть какой-то глупой смертью, и возможно, даже не хотел бы умереть от старости. я всегда хотел быть чем-то прекрасным...но когда в моей жизни появился ты, то я понял...что никто не может быть прекраснее тебя... поэтому, мне хотелось бы хотя бы погибнуть красивой смертью. На самом деле...они оба прекрасно понимали, зачем именно пришли сюда вместе. Им хотелось остаться в этом моменте, в этом возрасте, в это время года и именно друг с другом... — в следующей жизни думаю мы будем двумя звёздами. Он ненавидит себя за эти слова, за то что врёт Ликсу, ну...или может...он так сильно хочет надеется, что всё-таки получится? Светловолосый грустными глазами смотрит сквозь чужое сердце, прекрасно понимая, что это все только надежды. — правда веришь, что мы сможем?... Хочет верить....Хван правда так отчаянно пытается поверить своим же словам. — даже если не вместе, то хотя бы ты точно станешь самой прекрасной...самой яркой звездой... Даже если не получится....Феликс для него всегда был и останется единственной звездой, до которой он смог дотянуться. Старший поднимается на самый край...скоро будет рассвет, времени мало. — идёшь?... Ли смотрит куда-то вдаль задумчиво — думаешь это будет красиво? Вопрос кажется логичным, учитывая мечты Хвана: «погибнуть красивой смертью» "Мы ведь погибнем, чтобы навсегда быть вместе...как это может быть некрасиво?" Джин думал, но не сказал... Лишь протягивает руку и сразу же слышит последнюю просьбу. — ты только не отпускай мою руку, пожалуйста.... "Моя бы воля...я никогда не отпущу твою руку" Они сцепляют пальцы настолько сильно, что кости ломит. Большая, холодная ладонь дотрагивается до щеки в веснушках, желая повернуть голову к себе, чтобы Младший не отворачивал взгляд... — можешь хотя бы напоследок посмотреть на меня так же, как ты смотришь на звёзды...прошу.... Ему так сильно хочется увидеть любовь в этих родных глазах. И Ли поднимает взгляд, он смотрит так же, как и в небо. Может немного более влюбленно, более разбито. — мне страшно... Слова произнесены слишком спокойно, будто означает совсем не страх, а что-то другое. Хёнджин обнимает со всей нежностью и становится спиной к краю...чтобы принять весь удар об землю на себя...большие руки словно плед укрывают маленькое, зажатое тело. Прижимает светлую голову к своей груди, чтобы тот не боялся, чтобы глаза были закрыты...может тогда поверит, что они всё-таки полетят. У них...нет слёз. Почему-то оба уверены, что все должно закончиться именно так, именно здесь. Что это единственный вариант, чтобы их сердца даже тлели вместе под землёй, но вот только любовь не потеряет свой вкус, она не станет обветренной, она лишь будет цвести круглый год, как будут цвести розы над их мoгилой....и да, именно мoгилой. одной. общей. Хван делает лишь один шаг назад.... Их тела пронзают иголки роз, лепестки срываются и опадают на кровавые ссадины пластырями.... Они упали замертво, столкнувшись с холодной, сырой землёй. В ту ночь пошел дождь....по ним небо плакало...плакало и поливало своими слезами кустарник роз.... И эти розы никогда не увянут....потому что они мечтали остаться искусством.