Дороже времени..

После очередного задания Чэн Сяоши вновь получил долгую нотацию от Лу Гуана, снова говорящего о том, что его друг опять чуть было не изменил будущее. В какой-то момент черноволосому это надоело. Он резко встал с дивана, подошёл чуть ли не вплотную к Гуану и, глядя тому в глаза, сказал: — Конечно! Ты ведь всегда только о времени и печёшься. Всегда тебя лишь оно волновало. Ещё со школы, — Сяоши сделал шаг назад, после чего продолжил. — Ты вечно волновался о том, что мог опоздать, но и сильно заранее приходить не любил, ведь тебе не хотелось терять столь драгоценное время. Как ты там говорил? «Время подобно дорогой, но невероятно хрупкой вещи, например, фарфоровой вазе времён династии Цин», верно? Вот уж да, и правда хорошее сравнение! Владелец такой вещицы ведь убьёт любого, кто её хотя бы поцарапает, так ведь? И ты такой же! Ты в курсе, что у меня каждый раз чувство, что ты меня прикончишь, если я хоть что-то не так сделаю? — брюнет выдохнул и собрался было продолжить гневную исповедь, как вдруг заметил, что светловолосый зажмурился и сжал руки в кулаки, будто чему-то сопротивляясь. Однако вместо того, чтобы привычно притормозить, разозлённый парень бросил, — Что, нечего ответить? Думаешь, я не.. Неожиданный звонкий хлопок, а после ощущение жара в собственной щеке сбили Чэн Сяоши с толку. Он поднял ошарашенный взгляд на Лу Гуана, пытаясь понять, почему же его друг решился на такое, хотя раньше они даже в шутку не дрались. Тот, тяжело дыша, еле слышно проговорил: — Если бы ты знал.. Если бы ты только знал, ты бы не говорил такого. Сяоши всё ещё ничего не понимал. Знал что? Что это значит вообще? Тем временем выговаривался уже Гуан: — Ты ведь не знаешь... Не знаешь, сколько сил, сколько времени было положено на наше настоящее... Не знаешь, что всё должно было быть не так. Что тебя здесь не должно сейчас быть. Что если бы ты изменил прошлое сегодняшней фотографии, ты бы.. исчез.. и не вернулся... — темноволосый хотел верить, что ему показалось, но в голосе всегда собранного младшего послышались.. слёзы? Серьёзно?.. Старший поддался внезапному порыву и, рванув с места, обнял беловолосого. — Плевать... Плевать, что я там не знаю! Только пожалуйста, прости меня! Честно говоря, мне иногда казалось, что тебе без такого идиота было бы куда легче. — вся злость канула в небытие, осталось лишь стойкое желание поддержать, успокоить друга.. А друга ли? — Но сейчас... Сейчас я сам не хочу уходить! Хочу остаться здесь, с тобой и никуда не исчезать! Не знаю, почему, но мне кажется.. кажется, что сейчас подходящий момент для откровений, как считаешь? Лу Гуан отозвался лишь спустя несколько минут, обняв брюнета в ответ: — Однажды я сказал себе: «Мне живой Чэн Сяоши дороже целостного таймлайна», — после чего прыгнул в фотографию.. Я делал это бесчисленное множество раз, пока наконец не добился баланса. Тогда, в тунеле, должен был погибнуть ты, а не Ли Тяньси, — младший разжал объятия и, положив руки на плечи Сяоши, посмотрел тому прямо в глаза. — Не спрашивай ничего об этом. Просто прими то, что для меня есть что-то дороже времени. — Дороже времени... — растерянно пробормотал старший. — Жизнь моей любви, — закончил светловолосый. Ни один из них не помнил точно, что было дальше. В памяти парней отпечатался лишь поцелуй, неуверенный и неумелый, но столь желанный, что оба готовы были расплакаться от счастья.