Let me take care of you

Спустя какое-то время Джисону всё же удалось выйти из прострации. Хотя, когда он увидел, что именно натворил, ему снова захотелось вернуться обратно прямиком в то состояние. - Боже… - из последних сил прошептал себе под нос трясущимся голосом. Джисон сидел на полу в ванной комнате, прислонившись к дверце душевой кабины. Бесконечная струя крови текла с левого запястья и капала прямиком на белый кафель. Правая рука всё еще держала лезвие красноватого цвета. - Что… что же я наделал? – пазл в голове, к сожалению, начал собираться воедино. Засохшие на щеках слезы, лезвие и кровь. Много крови. Он тут же заплакал вновь. Хан бросил эту привычку много лет назад, как же он снова оказался в этом положении? Дыхание сбилось, а волна душащего беспокойства нарастала с новой силой. «Черт возьми, Джисон. Зачем ты снова так поступил?» Последнее четкое воспоминание до произошедшего – он сидит на диване в гостиной, смотрит какой-то фильм с Хёнджином, Чанбином и Чаном. Вдруг голоса стали казаться такими громкими и резкими. Почувствовав себя нехорошо, он пробормотал быстрые извинения и направился в ванную. Именно тогда все силы и остатки былой концентрации покинули его окончательно. Дрожащими руками парень потянулся за телефоном, стараясь не обращать внимание на то, что его ладони окрашивают всё в красный цвет. Джисон набрал номер человека, в котором нуждался больше всего. После четырех коротких гудков он наконец услышал голос своего парня. - Привет, чаги. Что-то случилось? – слава Богу, Минхо еще не спал. - Хён, - голос Джисона надломился. Старший сразу почувствовал что-то неладное. - Детка, ты в порядке? - Я сделал… сделал кое-что очень глупое, - всхлипы сбивали дыхание, а речь становилась всё более скомканной. - Любовь моя, скажи, где ты сейчас находишься? Хан прислонился головой к двери, стараясь игнорировать жгучую боль в руке. Тон Минхо сразу успокаивал, но главный страх Джисона так и не изменился: он боялся увидеть разочарование в глазах старшего. - Дома, - едва прохрипел, - в ванной. На другом конце провода послышалось шуршание. – Я в пути, хорошо? Пять минут – и я у тебя, обещаю. Пока сосредоточься на своем дыхании ради меня, солнце. Джисон пытался. Правда пытался. Ради Минхо. Но чем больше он пытался контролировать воздух в своих лёгких, тем сильнее сковывало грудную клетку. Он вслушивался во вдохи и выдохи Ли по телефону, пытаясь успокоиться, но это оказалось куда труднее, чем он думал. - Всё хорошо, чаги. Сконцентрируйся на мне, я уже рядом. - Хён, я не могу, не могу, – прохрипел и начал задыхаться. Джисон так старался дышать, так почему ничего не выходит? - Я здесь. Любовь моя, сможешь открыть мне? Младший собрал себя по кусочкам и направился к двери. Щелкнул замком, удивившись, каких огромных усилий это стоило. Дверь отворилась, и Джисон взглянул на Минхо. Старший увидел столь уязвимое состояние Хана, и его лицо выразило еще большее волнение. - Ох, Сони… Он приземлился на холодный пол, обнимая младшего до хруста костей. Парень снова зарыдал, изо всех сил цепляясь за старшего, стараясь полностью уткнуться в него, спрятаться от всего внешнего мира. - Малыш, - прошептал Ли, тяжело глотая собственные слезы в попытке выглядеть уверенно, - если мы сейчас не остановим кровь, будет не очень хорошо. Давай всё протрем и обработаем. Он схватил новый, чистый бинт и слегка намочил его. Не забыл взять и аптечку, которая ждала своего часа под черной раковиной, а затем вновь опустился обратно на пол. Ли попытался дотронуться до израненной руки, но Джисон крепко прижимал ее к своей груди, из-за чего на футболке проявилось красное пятно. - Не хочу, чтобы ты смотрел, - голос звучал до боли разбито. Минхо обхватил лицо младшего ладонями, чтобы тот взглянул на него. – Малыш, я так тебя люблю. Но тебе больно. Позволь позаботиться о тебе. Хан неохотно протянул руку и отвернулся в другую сторону, лишь бы не смотреть старшему в глаза. - Сони… Минхо увидел запястье и не мог не заплакать. Рука Джисона, вся в крови, была изрезана свежими полосами. Трясущимися руками он аккуратно приложил на нужное место влажную ткань, заставив младшего поморщиться от боли. – Прости, пожалуйста, потерпи немного. Хан прикусил губу и уткнулся в плечо Минхо, стараясь игнорировать боль. Кровь остановилась, и спустя какое-то время Ли принялся заматывать раны. Повязки закрывали новые порезы. А новые порезы закрывали шрамы прошлых лет. - Я закончил, - Минхо старался звучать как можно более стабильно. Джисон кивнул. Он поднял плачущего парня себе на руки и отнес в спальню. Несмотря на зашторенные окна, свет всё же пробивался внутрь. Небольшой беспорядок не делал комнату менее уютной. - Солнце, что же случилось? – произнес старший, обхватив Джисона на кровати всеми своими конечностями. Хан уткнулся носом в его ключицу. – Прости, хён. Пожалуйста, прости. Мне так жаль, – он жалобно скулил, от чего сердце Ли разбивалось еще сильнее. Минхо целовал макушку младшего снова и снова в попытке успокоить. – Всё в порядке, детка, всё в порядке, - шепотом. – Ты помнишь, что конкретно произошло? - Облажался в студии. Не думал, что заслуживаю Stray kids и тебя. Голоса в голове давили, -бормотал он так, что Минхо едва успевал разбирать слова. - Хани, конечно, ты заслуживаешь меня, заслуживаешь Stray kids. Заслуживаешь быть здесь как никто другой. Ты – лучший человек, которого я знаю. Минхо взял его незабинтованную руку в свою, одарив самым нежным взглядом. - Мне очень жаль. Я не хотел, клянусь, - повторял, словно в бреду, снова и снова. - Я знаю, чаги. Минхо чмокнул волосы Джисона, а затем, приподняв его голову, оставил мягкий смазанный поцелуй на губах. Раздался осторожный стук. - Войдите, - голос Минхо всё еще звучал подавленно. Чан медленно приоткрыл дверь, заглядывая внутрь. - Всё в порядке? Мы слышали вас, - мягко спросил лидер, встав в проеме. За его спиной показались Чанбин и Хенджин. В это время Джисон усилил хватку на груди Минхо, но плакал уже не так надрывно. - У нас была небольшая неудача, - осторожно прошептал Минхо, - но сейчас всё хорошо, да, малыш? Хан угукнул ему в грудь, от чего мемберы слегка улыбнулись. - Я, - испуганно начал Хенджин, - видел ванную, хён. Тишина. Сердце Ли, кажется, пропустило пару ударов. Пока он ухаживал за Джисоном, из его бедной головы совершенно вылетела мысль об уборке в той комнате. - Боже, Хенджин, прости, я забыл об этом… - Ханни, - голос Хвана стал еще тише, - с тобой точно всё в порядке? Джисон слегка приподнялся, ловя обеспокоенные взгляды мемберов. – Мне уже лучше. - Прости, что не заметили, - Чанбин звучал виновато. - Это не твоя в… - Джисон остановился на полуслове и вновь уткнулся в грудь Минхо. – Это не твоя вина, Чанбин-и, и ничья другая, - закончил предложение Ли. Хан вытер слезы и снова сел, раскрывая руки для объятий. Хенджин первый притянул Джисона к себе. Младший почувствовал, как бешено колотится сердце Хвана. – Я правда в порядке, Хенджин-и, не волнуйся. Тот кивнул и обхватил его еще крепче. – Ты всегда можешь поговорить со мной, пожалуйста, помни об этом. Джисон кивнул, а на щеках появились свежие слезные дорожки. - Спасибо. Руки Хенджина сменились более мускулистыми и сильными. – Сони, мы любим тебя. Не забывай, мы всегда готовы помочь, - Чанбин старался звучать уверенно. Младший был очень тронут. Со был не так щедр на эмоции, но его забота всегда была очевидна. Закатный свет проник в комнату, озаряя всех своими лучами. Были слышны приглушенные звуки телевизора. Наконец, Чан аккуратно шагнул вперед. - Чан-хён, прости. - Не извиняйся, - он прервал Хана, - это я должен просить прощения. Я должен был знать. Джисон потянулся к лидеру и, наконец, очутился в самых-самых крепких объятиях. – Каким образом ты должен был знать? Даже я не знал, - Джисон утешал Чана изо всех сил, зная, как сильно тот о нем беспокоился. - Если захочешь, обращайся ко мне в следующий раз, пожалуйста, – Джисон кивнул и устроился удобнее в его руках. Стало спокойнее. Буря эмоций потихоньку сходила на нет. Каждый думал о своём, и в то же время каждый думал о младшем. - Хо? – тот вернулся в реальность, когда услышал свое имя, - спасибо, что заботишься о нашем Ханни. Минхо притянул Джисона обратно к своей груди. - Конечно. Я люблю его всем своим сердцем. Младший хихикнул и чмокнул его в щечку. Все были счастливы снова слышать этот прекрасный звук. - Я тоже, - прошептал он сначала Минхо, а затем обернулся к остальным, - вас всех. - И мы тебя, Джисон, - скромно ответил Чан.