Animals

      Как оказалось, это было предупреждение. В эту ночь так никто и не пришёл. Юнги и Хосок просто-напросто заснули, а Чонгуку удалось наконец-то обратиться.       На утро прямо на входной двери дома был обнаружен знак одной из стай. По словам Хосока эта стая было большой и сильной.       Юнги вся эта волчья тема не пугала. Он наоборот только погружался всё больше в этот мистический мир. Хосок естественно был этим не доволен. Он не хотел брать ответственность за человеческого мальчика.       Но это уходило на второй план, перед главной проблемой. Хосоку нужна стая. Ему нужны беты. И он их получит, осталось только найти подходящих людей.

***

      Чонгук наконец-то возвращается в школу. Те дни, что его не было ощущались так долго, что теперь всё кажется другим. Он теперь и сам другой.       Звонок на урок прозвенел несколько минут назад. В коридоре никого нет. Зная что преподаватель по истории, как всегда, опоздает, он и не спешит пройти в самый дальний кабинет. Он выпускает когти, удивляясь как легко у него это теперь получается. Смотрит на них, любуется, чувствуя силу до этого скрываемую где-то глубоко внутри. От того что теперь он, это он. Он как будто нашёл недостающую частичку себя, которая не давала ему раскрыться.        Когти полосуют железные шкафчики, издавая ужасный звук, от которого кровь готова из ушей политься. Но Чон только наслаждается от своей такой лёгкой шалости и хочет смеяться, но вместо этого только улыбается. Это уж куда лучше, того, что с ним было пару дней назад. Школа прямо сейчас ощущается как глоток свежего воздуха. Хосок постоянно дома, от него никуда не деться, так как он альфа, теперь и в собственной башке ты не можешь побыть наедине. Он всё слышит. В отличие от Чонгука, который даже предположить не может, что твориться в мыслях у брата. И Хосок толком ничего не говорит о семье, хотя не раз разговор заходил в это русло. Он молчит. И это заставляет над многим задуматься. Стоит ли доверять ему? Когда вернуться родители? Что так долго можно делать в гостях? А ещё не менее тревожный аспект обновлённой жизни Чонгука — дележка территории… Они же точно не смогут справиться вдвоём, Юнги вообще не в счёт. Что они будут делать тоже не понятно. Хосок сам себе на уме. Сидит по долгу и смотри в окно над чем-то рассуждая. Правда время от времени у него в руках появляется блокнот, а затем также внезапно исчезает. Интересно что он туда записывает. Вообщем, дум много. И если бы голова у Чонгука могла лопнуть, она бы уже давно это сделала.       Но пока он решает просто плыть по течению. Другого варианта просто нет.       Волк, ещё до того как зайти в класс, начинает рваться изнутри, из-за чего Чону приходится приостановиться возле входа, хватаясь за грудь. Неприятные ощущение растикаются по всему телу. Волк хочет наружу, но его не пускают, вследствие чего всё тело начинает ломить, как при простуде. А хочет тот наружу из-за запаха. Того самого лесного приятного запаха, который пробирает внутренности, будоражит нутро.       Зайдя в помещение его взгляд, как и всегда цепляет Соха. Она прекрасна. Среди всех запахов он определено замечает её, но это почему-то не тот запах, который так зацепил второе я Чонгука. И взгляд быстро проходится по всему классу замечая в конце класса Юнги.       Он идёт к своему месту рядом с Юнги. Но на его месте сидит незнакомый ему парень и именно от этого парня исходит этот запах, наполняя Чонгука противоречивыми чувствами и желаниями. Он хмуриться и щелкает шейными позвонками, склоняя голову к плечу. — Новенький? — спрашивает Чон, рассматривая необычную внешность юноши. Белую кожу, чёрные длинные волосы, тёмные глубокие глаза.       Чонгук молчит, ожидает ответа, терпение почему-то вообще нет, хочется чтобы ему отвечали сразу, отчего его накрывает волна пассивного гнева, который отражается только в сжатых в линию губах и напряжённой шеи. Ответа он так и не получает, только что безразличный взгляд. Такое отношение к себе бесит ещё сильнее и оборотень наклоняется ближе к новенькому так, чтобы у того не было шансов смотреть куда-либо ещё. — Не хочешь разговаривать? — Чон дёргает уголком губ в слабом оскале.       Тот неописуемый запах исходящий от этого парня вблизи дурманит. Он делает еле заметные вдохи, наслаждаясь. Волчьи инстинкты кричат, призывают к чему-то. Но Чонгук не понимает их. В глазах всё ярче золотые искринки видны. Он моргает пару раз, видит как чужие глаза напротив за ним не отрываясь наблюдают. Но это всё только злит почему-то. Его зверь не слушается и это Чонгука больше всего пугает, а когда человек напуган, он делает ужасные вещи. И Чонгук не исключение. — Это моё место, — проговаривает он злобно и быстрым движением убирает в сторону стул, на котором сидел парень. Тот падает, больно ударяясь попой, но ничего не говорит и просто поднимает лежащую возле парты сумку и выходит из класса. В классе слышатся смешки и тихий шепот. И никто за ним не идёт. Он им всём чужой.       А Чонгук, двигая стул на место, садится на него и удовлетворённо вдыхает чистый воздух. Голова не кружит и парень приходит в себя. Он замечает на себе взгляд Сохи. Теперь будучи волком, Чонгук чувствует себя намного увереннее, чем впервые привлекает внимание девушки. Он больше не боится не понравится. Теперь он такой каким должен был быть. Он знает себя, он уверен в себе. И поэтому просто подмигивает девушке, получая её тихое хихиканье. Только сейчас он поворачивает голову в сторону друга, наконец-то обращая на него внимание, но тот, только скривившись, смотрит на Чона. — Что? — Да ничего, просто вот думаю, с каких это пор мой друг такой ахуевший долбак и показушник, — Юнги отворачивается к окну, смотря на очередные тяжёлые тучи и лёгкий туман среди плотной зелени. — Да ладно, чел, ты серьёзно? Я готов поспорить, что когда ты его увидел в первый раз, то подумал, что он ебнутый какой-то, — Чонгук полностью поворачивается корпусом к Мину, параллельно снимая кожанку и вешая на спинку стула. — Одно дело — думать, другое — делать, — не поворачиваясь к другу, говорит Юнги. А Чонгук закатывает глаза, но встаёт с места, тоже выходя из класса. Он только пришёл в школу, а уже хочется курить, хотя понимает что курить со своим обонянием он теперь навряд ли сможет, но это не значит, что он не попробует. И нет дело не в Юнги, дело — в самом Чоне. Мин полностью прав.       Чон снова на заднем дворе, возле старых закрытых туалетов, достаёт скомканную пачку сигарет и зажигалку. Хосок не знает, что младший курит и надеется, что не узнает, потому что тот иногда слишком зациклин на тренировках и поддержании физического состояния. Он только берёт в рот сигарету, намереваясь её зажечь, как волчий слух ловит лёгкое мычание и такт музыки. Он бросает взгляд в сторону трибун возле футбольного поля и догадывается кто там. Но остаётся на месте. Он больше не доверяет себе или же своему волку.       Дым начинает потихоньку выходить из его уст. В принципе терпимо, через несколько дней он к этому окончательно привыкнет и нос щипать от запаха не будет. Он смотрит на небо. Тучи становятся только темнее и гуще.       Одна из первых капель падает прямо на нос Чонгука и тот, сморщив его, опускает глаза вниз. Тень отражает его фигуру. Он специально вытягивает руку чуть вперёд, чтобы рассмотреть её тень отдельно и видит длинные звериные когти. Чон тут же переводит взгляд на свою руку. Самая обычная человеческая рука.       Он делает ещё одну затяжку и решает, что и сегодня школу он пропустит. Надо только Юнги написать, чтобы тот потом его куртку и рюкзак забрал.