Никто не узнает..

Ночная Москва была заполнена разными звуками, начиная от типичных звуков машин, заканчивая музыкой откуда то из дальних квартир. Всё таки пятница. Но сейчас Акума сидит на полу на кухне. Комната пропитана запахом алкоголя и дыма от сигарет, и даже сейчас парень зажимает пальцами очередную никотиновую палочку. Телефон лежит рядом с хозяином, разбитым экраном вверх. Новый айфон, который ему подарил «друг» сейчас выглядел так, словно пережил не один удар об стену, хотя по сути так и было. И даже сейчас услышав вибрацию Акума взял его в руки что бы выключить звук и отшвырнуть его от себя, но увидев кто ему звонит скрипя зубами взял трубку. —Я слушаю– сделав затяшку сказал Акума, после чего выдохнул большой клубок дыма. —Ты где? Почему трубки не берёшь? — спрашивал обеспокоенный голос подруги, Полины. —Я дома, это всё что тебе нужно? —Нет! Что с тобой происходит в последнее время! — девушка на том конце провода уже кричала и явно была на нервах. —Я всегда таким был, просто не еби мне мозг. Скоро это закончится. Оборвав Полину на полу слове парень сбросил трубку и докурив сигарету отбросил её в сторону. Встав с пола он посмотрел в окно, но всё же пошатываясь от количества выпитого алкоголя вышел из кухни и надев толстовку вовсе вышел из квартиры. Жил он на 7 этаже. Тоже не плохо, но для достоверности парень стал подниматься на крышу многоэтажки. 12 этаж. Закрыв за собой дверь Акума подошёл к краю и стал любоваться огнями и красками города. Самовнушение или нет, но сейчас он казался ещё краше чем был раньше. Но его прервал резкий толчок назад. Обернувшись Акума увидел перед собой своего, уже ненавистного, друга. —Ты чего удумал? — спросил Курсед засунув руки в карманы ветровки– от тебя перегаром несёт, почему меня на пьянку не позвал? —Пошёл ты, дай спрыгнуть спокойно мудак– Акума уже снова начал подходить к краю как железная хватка Курседа схватила его за толстовку и притянула к себе. —Протрезвей для начала даун. От нехуй делать что ли спрыгнуть решил? —Отпусти– вырываясь прорычал Акума на что получил не слабый удар по лицу. От неожиданности парень упал на колени, чувствуя жар на щеке. К глазам подступили слёзы, не понятно от боли или накопившегося за последние недели стресса. —Угомонился? Присев на корточки спросил Курсед, после чего приподнял лицо друга за подбородок. Увидев слёзы, скатывающиеся, по щекам Кир мягко говоря удивился. —Я так сильно ударил? —Ты сильнее РАНИШЬ меня, чем бьёшь — с поступившим комом в горле прошептал Акума, после чего на его лице появилась пропитанная болью улыбка. Это даже не улыбка, а приподнявшиеся уголки губ. Защитная реакция, которая всегда раздражала, но при этом была неизменна. —Что? Курсед не понимающе смотрел в повёрнутое в сторону лицо Акумы. —Я столько раз намекал. Я столько раз хотел видеть тебя рядом с собой. Я столько лет любил и люблю тебя. А тебе всё так же на меня плевать– наконец посмотрев в ответ в глаза Курседа сказал Акума. Его губы дрожали, так же как и его самого пробивала мелкая дрожь. Увидев ошарашено раскрытые карие глаза, в голову только сейчас пришло осознание того что он сказал. От этого осознания ноги Акума попытался встать, но из-за слабости в ногах он пошатнулся, чуть не упав обратно. Курсед подскочил на ноги и схватил парня за плечи, не понятно от страха, что тот сейчас спрыгнет, или для поддержки. —Повтори последние слова. С интересом и неким холодом, как послышалось Акуме, попросил Курсед. Неотрывно, словно гипнотизируя смотря в глаза. —Я. Люблю тебя. Я сука очень тебя люблю. И я по этому хочу спрыгнуть! — подняв голову и закрыв глаза крикнул Акума, закусив губы. Слёзы скатывались одна за одной, всё-таки накопленные самокопания и переживания дали о себе знать. —Я тоже тут по этому. Услышав это Акума открыл глаза, удивлённо смотря на Курседа снизу вверх. —Что? —Я тоже тут по этой причине. Только я не боялся тебе это сказать. Я просто знаю что нам не дадут жизни если что то получится. Повисла гробовая тишина. Акума был готов услышать что угодно, но точно не этого. А Курсед просто смотрел на заплаканное лицо парня, пытаясь запомнить каждую деталь в его внешности, которую он так любит. —Нас возненавидят. –наконец прошептал Акума, опустив взгляд. —Нас загрызут– словно поставив точку в этом рассуждении сказал Курсед, положив руку на щёку Акумы, нежно поглаживая его мягкую кожу– хочешь спрыгнуть в обнимку? Акума поднял взгляд, а после аккуратно поцеловал Курседа. Тот ответил сразу, даже на секунду не задумываясь. —С тобой и умереть не страшно. Услышав ответ Курсед последний раз страстно и желанной поцеловал парня, вкладывая в поцелуй все эмоции и слова, которые он никогда ему не скажет и не покажет. Взявшись за руки, сплетая пальцы, парни подошли к краю крыши. —Иди ко мне– встав спиной к краю и расправив руки в стороны, сказал Курсед. На его лице была улыбка, и сам по себе он был крайне спокойным. Видимо уже смерился со своей участью. Акума вытер лицо рукавом и подойдя к парню крепко обнял его за шею, уткнувшись лицом ему в ключицы и вдыхая запах его одеколона. —Я люблю тебя. —Я тебя тоже– после этих слов Курсед откинулся назад. … Бездыханные тела двух парней лежат на асфальте. Они крепко обнимают друг друга, и даже кажется что они ещё живы, но нет. В заметках в разбитом телефоне, лежащем в кармане одного из них найдут текст «Я признаю что я слабак. Я не смог ему признаться, но знайте я всегда любил, люблю и буду его любить. И пусть он об этом не узнает, моя смерть всегда будет посвящена ему». Никто не узнает как получилось что спрыгнул он не один, а в обнимку со своим возлюбленным. Никто не узнает почему решил спрыгнуть второй. Но зато увидев спокойствие и умиротворение в их лицах, все поймут, они навсегда вместе. А смешавшаяся кровь на асфальте их роспись отношений, только уже в загробном мире.