Цена огня

      Тяжёлый взгляд голубых глаз упёрся в угольно черные, упёрся с такой нескрываемой злостью что уголь дрогнул под натиском бешеной синевы небес. --… заметь, Менма, довел себя до изнеможения рядом со мной, пускай и стребовал с меня запрещённое ему Кушиной-чан сладкое. — Мягкие черты девушки стали ещё красивее из-за улыбки так невероятно подчёркнутой последними лучами заката, делая ее похожей на прекрасную Фею, хотя, она и была прекрасной.       Все изменилось за секунду. — Микото, повтори ещё один раз. — Медленно, выделяя каждую букву проговорил обманчиво спокойный Намикадзе. — Менма остерегаться людей, не доверяя окружающим. — Женщина пыталась сделать так же зыркнув на обычно спокойного и милого по натуре человека, но тут же вперев глаза в пол.       Минато и Минато в в гневе это два совершенно противоположных человека. Добрый, отзывчивый человек готовый помочь своим, защищать любого из своей деревни до смерти, этот человек в гневе превращался в чудовище загнанное в клетку сдержанности. Было страшно, именно сейчас крайней сильному джонину было страшно, ведь стоит этой клетке, всегда сдерживающей этого зверя сломаться… Тот кто окажется поблизости не будет иметь и шанса на выживание. Один раз она видела как он сорвался на человека обидевшего ее… Именно потому руки девушки затряслись мелкой дрожью, она дрожала будто вновь будучи той самой соплячкой увидевшей темную сторону своего «солнышка». — Ты хочешь сказать, мой сын социопат? — Ещё более умиротворённое выражение наползало на и так до жути спокойное лицо.       И от этого становилось только страшнее, внутри под ложечкой засосало, шея так любящая зудеть при угрозе вспыхнула почти адским зудом, одно коленко задрожало. — Я не это… — Голос без единой эмоций заставил заткнуться прикусив язык. — Тот кто не доверяет окружающим остерегаясь их, остерегаясь близких контактов и так далее называется социопатом. Я отлично помню этот термин. — Руки мужчины сцепились в замок закрывая лицо.       Два синих глаза светились от переполняющих эмоций, освещаемые бурлящей чакрой внутри тела, светящиеся глаза в близких сумерках смотрелись ещё более жутко, задавленный всхлип раздался от места где прямо сейчас стоит бывшая, но одна из лучших и сильнейших оперативник АНБУ. Никто бы не поверил что она может такое издать, ещё меньше народу поверили бы что она боялась своего друга, человека с настолько добрым характером который в какой-то мере даже не вязался с столь высоким и значимым титулом. Но она была здесь, всхлипывая и боясь сделать лишний шаг перед тварью сидящей прямо перед ней, сейчас это был не ее друг, а именно синеглазая тварь смотрящая сверкающими синими глазами, сидя в его кресле, в его одежде и в его же теле. Кто угодно, но это был не Минато. — Из-за славы он боится что его используют, я понимаю это так. — Голос дрожал, язык предательски не хотел говорить.       И что это потекло по щеке… Такое соленое и мокрое. — Хм… Продолжай. — Глаза заметно потухли, подуспокоившаяся чакра дала надежду. — Я считаю его нужно вылечи… — Глаза снова сверкнули, в кабинете будто послышался совсем не уловимый скрип стальных прутьев ламаемых где-то. — Помочь ему адаптироваться, осознать что у него есть не только семья и наша семья, но и другие люди готовые быть на его стороне всегда, ценя его, а не его титул или возможности. — Язык успел исправить слово прежде чем договорив онеметь. — Ладно Ми-тян, я подумаю над этим, нужно ещё с кушиной посоветоваться. Да и нужно ли… — Миг, ноги чуть не обмякли, улыбка почти вырвалась на лицо Учиха.       Темнота показалась куда светлее, не было ни светящихся глаз, ни той твари, вот он, Минато освещающий все вокруг своим позитивом. — Я пойду тогда, и отдохни сегодня хорошенько, совсем себя занял. — Девушка улыбнулась, деревянными шагами вылетая за дверь.       Одинокая фигура съехала по двери вниз, оседая на пол, грохот Хирайшина прозвучал настоящей мелодией счастья отдаваясь в ушах.