Темные маги

В помещение довольно мрачно. Тишина, свечи отбрасывают жуткие тени, не слышно даже дыхания. За круглым столом, не шевелясь, сидят темные маги. За капюшонами не видно лиц, тем не менее все друг друга узнают. Слишком давно знакомы, уже столетия собираются таким образом, решая насущные вопросы. И сейчас в помещении всего пятеро, не хватает лишь одного. Самого молодого, но самого… Тэхён еле заметно поворачивает голову в ту сторону, откуда звучат медленные шаги. Они все знают, кто это. Шаг. Еще один. Стук каблуков ботинок неторопливый, но четкий. Жуткий. Пугающий. Даже темным магам есть кого бояться. Дверь распахивается резко и все вздрагивают. Верховный маг заметно ведет плечами. У него по телу мурашки ползут. - Добрый вечер, господа, - тихий, мелодичный голос прорезает тишину. Сплошное спокойствие, ровный тон. Страшнее не придумаешь. Но Тэхён уверен, что страшнее быть может, когда маг проходит внутрь и за ним закрывается дверь. Теперь можно открыть лица и неизменно всё внимание к одному единственному. - Здравствуй, Чонгук, - приветствует верховный, поднимаясь. Тэхёна же больше всего в маге напрягает не он сам, а Ворон на плече. Черная птица – последний гвоздь в гроб кого бы то ни было. Ворон для темных магов всегда был символом величия, мудрости, превосходства, проводником между жизнью и смертью. Подружиться с Вороном и заиметь с ним связь практически невозможно. Нужно быть не просто сильным магом и стойким духом человеком, но и обладать чем-то, что можешь предложить Ворону взамен на его благосклонность. И у Чонгука вероятно было что-то очень ценное, раз Ворон стал не просто его союзником, но и другом, крыльями, вестником. Ворон Чонгука – бездна, черный омут, самый страшным кошмар, предвестник ужасного, причина катастроф, сама смерть. Как глаза мага. Как его душа. - Думаю, можем начать собрание, - озвучивает Намджун. За столом секундная тишина, пока все усядутся, в том числе и Чонгук. Он не ведет себя вызывающе или высокомерно, но сама его аура заставляет магов вокруг напрягаться и опасаться. - Случилось то, чего я боялся больше всего. Светлые маги очистили деревню, где у нас проходили главные ритуальные события. Деревня была защищена и все мы прекрасно знаем, что ни один светлый маг не справился бы с защитой без посторонней помощи темного. - Среди нас есть предатель, – отозвался Хосок, который был практически правой рукой верховного мага. Намджун на это кивнул. - И я предполагаю, что тот самый предатель сейчас находится здесь, - оглядывает всех присутствующих, не задерживаясь только на Чонгука, лишь мажет взглядом по Ворону. - Почему? Разве это не мог быть кто угодно? – уточняет Сокджин. - Не сможет защиту верховного мага пробить обычный волшебник-недоучка, коими светлые в большинстве и являются. - Может быть среди них появился кто-то сильный? – спрашивает Юнги чуть морщась и его мысль подхватывает Тэхен. - Почему бы для начала не проверить другие версии, прежде чем обвинять кого-то из нас в предательстве, - звучало не возмущенно, голос Тэхёна также ровный, спокойный, но уверенный. Они здесь все должны вести себя таким образом, какой бы вопрос не решался. Заставишь других сомневаться в себе, попадешь первым под любую раздачу, будь то новое задание для магов, назревающая война, мелкие пакости (обязательно со звездочкой, мол важно, всё, что мы делаем важно и нужно) или выявление предателей. Намджуну лишь бы собрать их совет, да указания раздать. Половину из этого нашептывается Хосоком, особенно «мелкие пакости». И кто здесь волшебник-недоучка? - Еще никому не удавалось быть наравне со мной, - голос Намджуна стал тверже, - и я проверил, пока таких не появилось. - Правда что ли? – раздается насмешливое со стороны и голосу вторит воронье карканье. У Тэхёна ощущение, словно птица только что посмеялась. Все замолкают, снова даже дыхания не слышно. Разве что Намджун почти пылает, глаза не как у мага, а как у дракона. И дышит тот тяжело, почти дым из носа выдыхает. Становится еще напряженнее, когда слышится смешок со стороны Юнги. Тот каждый раз от появления Чонгука вздрагивает вместе со всеми, но, кажется, что маг боится юное темное дарование и Ворона у того на плече меньше, чем остальные. - Может быть тебе, Чонгук, есть что сказать? – приподнимает голову Хосок. От того тоже веет злостью. Не удивительно, он на стороне Намджуна всегда и во всем. Ну… Или Намджун на стороне Хосока. У Тэхёна есть на этот счет свои теории. Молодой маг на вопрос отвечать не торопится. Слышно, как громко сглатывает Сокджин, не имея возможность сейчас скрыть свой страх. Как бы не вел себя верховный, но все в этом помещении знают, что Чонгук способен на более сильные вещи, чем он уже успел показать. Один только Ворон чего стоит. Все взгляды устремлены на Чонгука. Тот, в отличие от других, сидит отодвинувшись от стола. Спина ровная, нога закинута на ногу и через черные обтягивающие брюки отлично видны крепкие бедра. Изящным плавным жестом маг поправляет свои черные волосы, пряча прядь за ухо. И тут же тянется к Ворону, аккуратно погладив его по перьям. Ворон довольно жмурится, но стоит убрать руку, и птица подбирается, как будто готовится по первому же приказу или просьбе, уничтожить любого. Тэхён сглатывает тоже. Чонгук безумно красив, кожа белая, огромные черные глаза только изредка кажутся безобидными, но если присмотреться, на дне зрачков есть что-то…особенное, греховное, опасное, подчиняющее. Молодой маг носит семейное кольцо на пальце, цепочку браслета, скорее всего, с каким-нибудь защитным заклинанием. Неизменная рубашка, тоже черная. И плащ, обязательный атрибут на собрании. Магам нет необходимости носить плащи в остальное время, но Чонгук всегда в нем. Это не просто любая вещь, а нечто большее, возможно, тоже магическое. Пауза затягивается и Намджун нетерпеливо прокашливается. - Может мне и есть, что сказать, - размыто отвечает и глаз своих темных не отводит от Намджуна. В самую душу заглядывает. - Так говори, - с трудом сдерживает себя Хосок. Он не отличается спокойствием, но всегда старается быть сдержанным. Хотя бы на собраниях. Чонгук улыбается уголками губ, складывает руки в замок и кладет их на колено. - Разве не странно? Верховный темный маг создает защиту для ритуальной деревни, потом эту защиту кто-то пробивает и в этом обвиняют кого-то из нас. Сразу. Не разобравшись. - К чему ты это? – прищуривается Юнги. Чонгук переводит на него взгляд, прежде чем ответить: - Может быть сам верховный маг и сломал свою защиту? Ворон каркает в подтверждение озвученной мысли. Сокджин приподнимает брови, уставившись на Намджуна, Юнги следит за реакцией верховного мага, а Тэхён и так догадался, что именно предположит Чонгук. И на чужую реакцию нет нужды смотреть. Естественно и Намджун, и Хосок вспыхивают ярким злым пламенем. - Что ты сказал? – разрывает Хосока изнутри. - Ты же маг, не мог себе хороший слух наколдовать? – издевается, улыбаясь чуть шире. Ему нравится доводить Хосока. На первый взгляд. Но Тэхён знает, что на самом деле делает Чонгук в эти моменты. - Если ты думаешь, что я с тобой после подобных заявлений в адрес верховного мага ничего не сделаю, то ты ошибаешься, - рычит Хосок и поднимается. - А ты что-то можешь сделать? – плавно, грациозно встает. - Что он делает? – шепчет рядом Юнги, силясь понять. Чонгука провокатором назвать было сложно. Он никогда не лез без дела, говорил исключительно тогда, когда это требовалось и в целом был достаточно закрыт. - Проверяет на что Хосок способен, - делает вывод Тэхён. - В смысле? Вместе с вопросом раздается еще одно рычание и глаза Хосока загораются уже настоящим пламенем, но маг все еще стоит на месте и держит себя из последних сил. - О нет, - шепчет Сокджин, замечая, как ухмыляется Чонгук, приподнимая голову. - Цербер, - хмыкает молодой маг, смотря прямо в огненные глаза. Тэхён обреченно прикрывает свои. Хосок ненавидит, когда его называют адским созданием за злые глаза, пылающие яростью. - Тебе конец, - выплевывает маг и поднимает руки, собираясь поразить всей своей ненавистью человека напротив него. Чонгук же становится серьезным, а Ворон взлетает с его плеча и взмахивает сильными черными крыльями. От магии Хосока остаются одни искры в воздухе. Птица взмахивает крыльями еще раз, когда разъяренный маг выставляет руки вперед снова. Но все, что выходит, еще одна россыпь искр. - Остановись, - кричит Намджун, подскакивая. Сначала Тэхён смотрит на него, как на настоящего идиота, думая, что приказ звучит в сторону Чонгука и Ворона, но верховных маг смотрит на Хосока и тянется к нему, желая прекратить безумие. Ворона сложно победить. А Ворона в союзе с магом, невозможно. Они как единое целое, силы птицы, по сути, являются силами Чонгука увеличенные по мощности как минимум в два раза. Достанься такая сила по-настоящему пропитанному тьмой насквозь магу и весь мир стал бы сродни аду. Но Чонгук мудр, Тэхён видит, что тот прекрасно знает, что делает. Молодой маг прощупывает почву, пытаясь понять насколько сильны маги перед ним. Это разумно, так как Хосок и Намджун по-своему опасны, стоя на ступень выше. А теперь еще и недоверие к ним в связи с очищенной древней, что была защищена самым темным заклинанием. Подозрения Чонгука имеют место быть. Хосок успокаивается благодаря Намджуну, хотя на дне зрачков все еще пляшут искры. Ворон каркает и Тэхён сжимает челюсть, дабы не улыбнуться. Птица оказывается с юмором и над чужими искрами в глазах открыто насмехается, вероятно, вспомнив что чужое заклинание как раз-таки и рассыпалось сплошными огоньками. - Собрание на сегодня окончено. Данный вопрос перенесем на следующий раз, - произносит Намджун. Он берет под руку Хосока и торопится увести его из помещения. Проходя мимо Чонгука, Хосок смотрит все еще до безумия злым взглядом. Ворон громко каркает и оба мага, покидающие собрание, дергаются. Чонгук на это тянет ухмылку. Небольшая пауза тянется недолго. - Ну что ж, думаю можем вернуться к своим делам, - вздыхает Юнги и прощается со всеми коротким кивком. Отдельно кивает и Ворону, чем вызывает у пернатого довольство. Ну еще бы. Птица знает себе цену. - Зря только время потратили, - следует Джин за Юнги, не забыв также попрощаться. В помещении остаются трое. И Тэхён наконец-то расслабляется, полностью откидываясь на стул. - Что думаешь? Чонгук хмыкает. - Это был Хосок. Тэхён обдумывает всего секунду, прежде, чем понять. - Так ты не возможности его проверял, - расплывается в улыбке. Чонгук постоянно его удивляет. Молодой маг тоже улыбается, больше не похожий на грозного и устрашающего. А птица усаживается на его коленях, подстраиваясь под ласковые поглаживания. - Нет. Я заподозрил Хосока сразу, но нужно было убедиться, поэтому я сравнивал то, что почувствовал в деревне с тем, что почувствовал здесь, когда он применил силу. - Интересно, чего они добиваются. Ворон каркает и перелетает с одних колен на другие, устраиваясь удобнее теперь уже у Тэхёна. - Мир захватить, чего же еще? – говорит с усмешкой, но Тэхён знает, что тот серьезен. Намджун и Хосок с самого начала казались опасными, поэтому план Чонгука подружиться и связать себя и свои силы с Вороном был единственной возможностью обезопасить всех. Ворон словно мысли читает и каркает в подтверждение. - Что будем делать? – спрашивает Тэхён, надеясь, что у Чонгука есть хоть какой-то план. Ему надоело каждый раз импровизировать. Маги такие непредсказуемые. - Чимин предложил заточить Хосока и Намджуна в горной башне. - Но для начала нужно забрать их силы или хотя бы часть сил. Так просто они не сдадутся. - Чимин поможет нам. Они его так достали, что он хочет от них поскорее избавиться. - Просят помочь связать свои силы с Воронами? – хмыкает Тэхён. – Кроме Чимина и тебя в данный момент нет никого, кто смог это сделать, а ты так и не говоришь в чем секрет. Ворон издает какие-то звуки, похожие на хихиканье. Тэхён на это хмурится и ворчит что-то о несправедливости и вредных Воронах. А Чонгук смотрит на них с небольшой улыбкой. Пусть он самый сильный темный маг, его боятся, от Ворона на плече приходят в ужас. Но даже таким как он свойственно любить и именно любовь стала ключевой причиной, когда Чонгук пришел к Чимину просить связать его с Вороном. Но тому ничего не пришлось делать. Ворон выбрал Чонгука сам. Потому что любовь всегда побеждает, будь ты даже великим темным магом.