Я иду искать

      Чёрный жеребец Неблагого двора, высоко вскидывая ноги, гнался за молнией, мелькающей меж фиолетово-серебряных облаков. Лохматая грива развевалась чёрной кляксой, а глаза горели красным огнём. Острые, никогда не знавшие подков копыта высекали искры из натужно пухлых туч. Изредка жеребец вызывающе ржал, скаля белоснежные клыки. В ответ тучи грохотали раскатами грома. Безумная погоня продолжалась.       Вдоволь нагонявшись за молниями, Кельвин спустился на поляну светящихся в лунном свете призрачных колокольчиков. Острые копыта не поранили ни единой былинки, а когда жеребец повалился в траву, прозрачно-белёсые цветы окатили лощёную шкуру серебристыми брызгами. Конь вскинул тонкие ноги и с наслаждением поелозил широкой спиной по траве, наслаждаясь цветочным душем. Игривый и мощный, он снова перевернулся на бок, и стало видно, что трава под ним лишилась ночной росы, но оставалась свежей и целой. Кельвин встряхнул гривой, всхрапнул и снова перекатился по траве, оборачиваясь босоногим юношей. Белая рубашка с широким воротом промокла насквозь, прилипла к телу, очерчивая жилистое тело. Кельвин упёрся грудью и локтями в траву, подперев ладонями голову, поднял глаза к огромным и ясным звёздам, собравшимся в стайки вокруг огромной зеленоватой луны и маленькой розовой. Звёзды в ответ приветливо замигали. Кельвин прыснул и поболтал ногами в воздухе.       Лежать на траве под кокетливым светом звёзд было приятно, но, как и любой представить Неблагого двора, Кельвин терпеть не мог неизменности. Вся его тёмная душа жаждала перемен тем сильнее, чем больше он оставался на месте. Вот уже почти полгода он провёл в Царстве Фейри, а значит — загостился. Пора бы навестить и мир людей. — Интересно, — прошептал Кельвин ближайшему колокольчику, — кого я встречу там в этот раз?