Я не знаю

Зачем я спас тебя тогда, при нашей первой встрече? Ты и сам задавал этот вопрос, введший меня в тупик. Тогда я просто усмехнулся, вновь натянул кепку на глаза, пряча эмоции, и бросил тихое: – Я не знаю. А теперь долгими ночами думаю. Правда, почему? Нет, возможно, мне просто стало жаль тебя. Ты ведь ничего не понимал, находился под гипнозом этого отродья, Дио. Но я до того ни к кому не испытывал жалости. Тем более к своему недавнему противнику. Тем более такой, чтобы рисковать своей жизнью. Похоже, ты уже тогда зацепил меня чем-то. Прошу, не иди за мной, я заблудился. Ты отправился спасать мою мать вместе со мной. Пошел в путь, маршрута которого не знал даже я. Никто не мог предсказать итог. Ничего не сказал родителям, бросил все дела. Зачем? Просто отплатить долг? Черт, с тебя этого никто не требовал. Ты не был должен. По тебе ведь видно – тебе не нужны были проблемы, в твоих глазах не было безрассудной жажды приключений. Но все равно присоединился к нам. Кто знает, вдруг при более спокойной жизни ты прожил бы дольше? Был бы счастлив... Это дорога в никуда. И ты это прекрасно знал. Как никто другой. Ты уже видел нашего врага. Знал, на что идешь. Кажется, уже тогда предчувствовал все, и просто старался насладиться последними счастьем, даря эту возможность и другим. Но радость так скоро разлетелась звездной пылью, оставляя переливающиеся осколки в сердце.. Я много раз говорил: – Ты не обязан. Не обязан идти. Не обязан рисковать. Не обязан понимать и терпеть. Не обязан испытывать лишения вместе с нами. Ты особенный. Не заслужил всего этого дерьма. Нес бы и дальше свой свет людям, но нет. Ты смеялся с нами, сражался бок о бок, и нельзя было сказать, что ты такой же школьник, как и я, даже младше. Пламя горит ярче перед тем, как погаснуть.. Я много раз видел это на примере спичек, которыми поджигал сигарету. Был ли ты огнем? Да, наверное был. Я не хотел тянуть тебя вниз и подвергать опасности, веришь ли? Ты огонь, который пытался зажечь мое сердце. Если оно у меня и было, то выглядело как холодный и остывший кусок непонятной массы, пропитанный кровью и множеством всего отвратительного. Даже от того, что оно перестанет биться, никому не станет лучше или хуже. Тонкая лучинка, протянутая мне, могла погаснуть, задохнувшись в ядовитых испарениях. Так зачем ты так рисковал? Я этого не знаю. Хотя, догадываюсь теперь, но все равно не могу понять. Иди к свету. Ты видел, что путь затягивает в пустоту вечности. Я знаю, тебе было так же страшно, как и всем нам. Я ночевал с тобой в одной комнате. Я видел, как ты мечешься в кошмарах, и пока никто не знал этого, аккуратно клал руку тебе на плечо. Ты успокаивался. Ну а я.. Просто сидел и не спал, слушая твое дыхание. Это был один из лучших способов провести бессонную ночь. Лучше, чем курить на балконе, прожигая лёгкие и морозя тело. И в такие моменты я больше всего на свете хотел, чтобы уже следующий тусклый рассвет ты встретил дома. Тебе будет легче без меня. Я знал это. Сколько раз ты пытался вывести меня на разговор, на какие уступки шел.. Я не понимал к чему это. Не понимал, как тебе было тяжело каждый раз, когда с моих губ слетали грубые слова. А я ведь просто хотел уберечь тебя. Не подпускать ближе, и может быть ты одумаешься. У тебя ведь был шанс уйти. Всегда был. Я понял, что ты не покинешь меня, слишком поздно. Под конец. Я много раз посылал тебя к черту с бесполезными попытками помощи и расспросами. А потом спрашивал: – Почему ты раз за разом остаешься? А ты в ответ бросал такое же тихое, грустное: – Я не знаю. Словно передразнивал меня в первую встречу. Но в один день ты сказал то, что я запомнил навсегда.

***

Мы просто лежали в темноте на соседних кроватях гостиничного номера. Ни один из нас не спал, и мы это знали. – Джоджо. Ты ведь знаешь, что я не понимаю того, что ты чувствуешь? Я просто хочу помочь, но ты лишь каждый раз отталкиваешь всех. Я не упрекаю. Видно, что ты просто не умеешь по-другому. Но ты не хотел бы.. Научиться? Когда-нибудь тебе пригодится этот навык. В конце концов, человеку больше некуда идти, кроме как к людям. Никто не знает, чем мы закончим путешествие. Может, попробовать напоследок что-либо изменить? Выходит, ты всегда знал, что мне некуда идти, и даже нет к этому желания. – Ну и ну, ты угадал. Видимо, не настолько уж и не понимаешь. Я.. Я правда не умею. Но, даже если мне придётся идти либо умирать, я не пойду к людям. Они странные, громкие, неприятные. Им опасно быть рядом со мной, пока я не в состоянии их понять и контролировать себя в должной мере. Исключение пожалуй только ты. Лучше буду блуждать по темноте, чем обожгусь об огни в домах. Ночь скрывала нас друг от друга, и создавалось навязчивое ощущение, что я веду диалог со своим внутренним голосом. Возможно, именно поэтому в ту ночь я и высказался как есть. – Ну, тогда давай блуждать вместе. – Что?.. – Раз ты сказал, что возвращаться некуда, кроме как к людям, а этого делать ты не хочешь.. То почему бы нам не идти по собственной дороге вместе? Я тоже никогда не понимал людей. Они просто не принимали меня. Они презирают всех, кто хоть немного отличается от них. Исключение лишь наша команда, ты в особенности. Первый мой друг. Зачем-то же ты мне помог. Хотя мог бросить меня как мусор. Значит теперь будем бегать от людей вместе. Даже в сумерках я понял, что ты улыбнулся. Твоя улыбка светилась во мраке и отдавалась веселыми искорками в голосе. – Знаешь, твои слова звучат глупо, но при этом до боли логично. Я согласен. И что же дальше? – Я не знаю. Так мы стали друг для друга одним большим исключением из правил. Мы не имели представления, чем все это обернется, но человек рядом, с которым ты стал близок – уже непередаваемое ощущение.

***

Помню, как мы во время одного из коротких привалов бегали по пляжу в стороне от остальной группы, разбрызгивая друг на друга соленую воду. В тот день я впервые за восемь лет засмеялся. Мы просто хотели бежать туда, где будем счастливы. Вместе. Я без слов согласился на эту авантюру, отбросив тяжелые мысли о том, что скоро мы можем друг друга потерять. Я так надеялся, что этого не случится. Просто глупая вера в лучшее, вызывающая отвращение своей наивностью. – Джотаро, как думаешь, а что будет, когда мы добежим до конца нашей дороги? – Я не знаю. – Не хотелось допускать и предположения, что наш путь закончится. Но я понимал одно – у Нори уже есть ответ. Ответ, которого я никогда не знал и не понял бы без него. – А я знаю. Мы отправимся в новый маршрут. Обещаю. Я навсегда запомнил тебя таким. По щиколотку в воде, с закатанными брюками, каплями на рубашке. На фоне бескрайнего океана, который я в глубине души так любил. Бирюзовая вода и твои вишнёвые волосы создавали странное, но цепляющее сочетание. Если смотреть на тебя, от яркого закатного солнца слезились глаза. Но ты и сам был солнцем. Твоя улыбка согревала. И в этот момент я не думал ни о чем плохом. Как жаль, что скоро пришлось вернуться к этому отвратительному занятию...

***

Я был бы не против начать все наше путешествие заново, заново любить тебя, но тогда придется повторить и боль утраты. Просто стоит принять. Но как? Я не знаю. Раньше, когда я так говорил, ответ давал уже ты. Мы были вместе, дополняя друг друга. А теперь нет.. Нет и половины меня. Я не знаю, как жить без тебя. Черт, рано ты меня покинул. Прости, это моя вина. Не уберег то, что ценил.. Тебе хорошо там, наверху? Наверное да. Однако ты и не совсем мертв, по крайней мере для меня. Человек умирает тогда, когда умирает последнее воспоминание о нем. Я никогда не забуду. Как я могу забыть часть себя? Прости, что я больше не могу посещать твою могилу. Раньше ты должно быть видел, как я ежегодно приходил на кладбище. Приносил маленький букет. Всегда один и тот же по составу. Сирень цвета твоих глаз, символизирующая память, и адонис. Почему именно он? Жёлтые небольшие цветы, чем-то напоминающие мне гибрид подсолнуха, ромашки и календулы, запах которой я так любил в детстве.. Ты как-то сказал мне, что это твой любимый цветок. И рассказал интересную легенду. Прости, что уже её не помню, но адонис – символ приятной грусти, воспоминаний и бесконечного перерождения природы из года в год. Кажется, понимаю, почему он тебя привлекал. Я всегда садился у могильной плиты. Никогда не мог удержать порыв провести пальцами по холодным буквам, высеченным на бесстрастном камне. Нориаки Какёин. Я рассказывал тебе о жизни. Вспоминал былое. Было тяжело, но при этом легко. Словно меня было двое. Странное чувство, хотя разве все, что с нами было, можно назвать обычным? Но теперь разные материки – достаточно весомая причина не посещать тебя. Не считаешь? Я вот нет. Хотя у меня семья, ребенок.. Но никогда не забуду первую привязанность. Твои глаза. Они оживили мое сердце. Показали путь. И каждый раз, когда сирень роняет лепестки на еще холодный асфальт, да и в другое время, я вспоминаю тебя. Достаю из стола нашу старую, с затертыми краями общую фотографию, сделанную во время тех пятидесяти дней. Единственное материальное доказательство того, что это был не сон. А, ну и множество моих шрамов. Было бы забавно, если бы ты был жив. У нас на коже были бы схожие отметины после одинаковых противников.. Но нет. Плотная глянцевая бумага навсегда запечатлела момент, который никогда не повторится. Половины из нас уже нет, кто-то находится неизвестно где.. Но ты привлекаешь мой взгляд больше всех. Я ведь переехал чтобы не было так больно.. Но теперь грустно улыбаюсь при виде тех, кто считает, что смена места жительства все изменит. Ведь они никуда не денутся от тяжелого багажа – себя. Люди забавны.. Но мне мое прошлое уже не мешает. Я помню тебя. Это больно, но даже погибшим ты заставляешь меня почувствовать тепло. Не знаю, как тебе это удается. Просто спасибо. Теперь я умею смотреть на смерть как на долг, который рано или поздно придется отдавать. Просто ко всем коллекторы приходят в разное время. Я не боюсь исчезнуть, потому что до рождения не существовал миллионы лет, и от этого не страдал. Пусть и придется покинуть все, что сделал, там меня ждет гораздо больше. Думаю, не так долго осталось до нашей встречи. Жди меня, и я приду. И мы начнем новое путешествие, как ты и обещал. Сомневаюсь, если ли жизнь после смерти, поскольку это даже звучит странно, но где-нибудь мы точно встретимся. В другой ли вселенной, за гранью ли существования, я приду. Прошу, сохрани для меня твою улыбку. Теперь я знаю – ты сможешь.