Jardín del Edén

      Перелёт из теплого Парижа выдался прекрасным. Ким Тэхён с чемоданом уже блуждает по сельской местности. Перед этим он вышел из автобуса, на котором приехал сюда, потому что, услышав цены на такси, он с ума сошёл. А ему, вообще-то, ещё неделю предстоит жить на этом курорте, который так навязчиво посоветовала его мама. Брюнет вдыхает горячий воздух утренней Испании, если в городе пахло постиндустриальной атмосферой, то тут немного легче, потому что везде зелень, природа, сады и фермы, лошади на полях, какие-то посадки и посевы, на которых пасутся коровы.       Хоть Тэхён и французский парень, который привык к высокому евро, но тут немного был в шоке, когда услышал цену за такси к этой забитой горем деревне, находящейся за семь верст от Барселоны. Парень вообще не хотел сюда ехать, постоянно в работе дизайнера интерьера, постоянные заказы, которые приносят прибыль, но не так много, как хотелось, это сразу можно понять по тому, как брюнету было жалко дать деньги за комфортное такси, а пару евро за автобус — его тема.       Из-за того, что Тэхён постоянно занят, погружён в работу, его любящая мать, которая заботится о сыне, уговаривает его сходить на какую-то тусовку, найти бойфренда, купила ему билет на отдых в деревню в Испании, где наняла для него домик, где нет будничных дней, где нет работы и занятости, загруженности. Здесь только природа, чистый воздух, спокойная атмосфера, нет шума, машин… Конечно же, Тэхён из-за сильной любви к матери послушался её и уехал, пусть и со слегка понурым настроением, но поехал, сто раз пожалев, когда услышал цены за такси и увидел глушь, в которую он приехал. И все же, ему в своей комнате нравилось, где его никто не трогает, приносят кофе пока он в наушниках слушает музыку, стилизуя интерьер на заказ.       Лишь бы мамины деньги не прогорели за билеты и аренду домика, которые она заработала будучи горничной в парижских отелях. Ким был зол, потому что запрещает матери работать, обещая, что все возьмёт на себя. Но в ответ лишь получает недовольство от матери, которая ворчит, что ее сын тратит свою личную жизнь на то, чтобы заработать. Тэхёновых же денег хватает и на аренду квартиры, и брендовые вещи для него и его мамы, и на ежедневные походы в рестораны. Когда-то именно это обещал брюнет в детстве, когда они с мамой остались одни, — «Я сделаю всё, чтобы мы не знали, что такое есть за кем-то».       В этих словах боль и прошлое. Почему Ким злился, что мама работала горничной в отеле? Потому что это их прошлое. Они оттуда вылезли, убежали. Они жили у богатых парижан в особняке в коморке, где мать работала горничной, которой скидывали все недоеденные блюда и, конечно же, тому, из-за кого их и выгнали с особняка — Ким Тэхён. Отец Тэхёна — тот самый владелец особняка, который пообещал горничной любовь, но, когда узнал о её беременности, дал денег на аборт, которые женщина оставила на то, чтобы родить. После рождения они лет десять продолжали там жить, отец не фигурировал в жизни Тэхёна, пока мальчик лишь наблюдал за богатой семьёй и мечтал иметь такую же. Владелец особняка выставил их за двери, когда услышал с губ десятилетнего Тэхёна «отец» в присутствии своей дочери и жены, конечно же, Ким узнал это от матери.       Прошлое, которое сделало их сильнее.       — Господи, сколько мне еще туда идти? — Тэхён тянет за собой серый чемодан, поправляет свои уже мокрые от жары локоны, которые нагло прилегли на его лоб и мешали глазам искать путь в его новый на неделю дом. Тэхёну эта затея ещё из самого начала не понравилась, по словам мамы этот отдых и поездка должны расслабить его, но почему-то только раздражает.       Тэхён смотрит в телефон, сравнивает этот белый домик с тем, что видит на экране. Тэхён, наверное, впервые за всю поездку улыбнулся. Наверное, из-за того, что сейчас зайдет в дом и умоется, потому что пот уже льется в глаза. Он хочет поспать, но по привычке подумал о том, что раскроет ноутбук и начнет работать, но вспомнил о том, что мать запретила и отправила отдыхать. Не думать о работе, а дышать, спать, гулять, и, может, даже — любить?       Тэхён заходит во двор, в котором очень много роз, опрятный газон, белый забор, который красиво сочетается с материалом белого дерева на доме, но его заинтересовал соседней домик, который был обложен мрамором, его двор весь в деревьях с персиками, а далеко в поле до двадцати лошадей: белых, рыжих, черных, серых. Тэхён ещё никогда такого не видел, это безумно грело его душу, хоть и без этого было жарко. Хотя в это и ничего нового — это Испания и её чертовый климат. Единственное, что спасает — ветер, которого, кстати, в городе нет, потому что миллионы людей его сразу же поглощают, а тут пустота, природа, зверюшки, сады, фрукты.       — Боже, я к вам доберусь, страсть моя, соблазняете же как, — наконец-то, полноценно смеётся и во все тридцать два улыбается брюнет, смотря на соседский двор, где прекрасно пахнет сад, точнее, его персики, которые манят Тэхёна на криминальное. Ким знает, что ему делать, он вспомнит прошлое, он украдёт то, что ему не принадлежит.       — Ну что ты смотришь? Разве мои соседи столько съедят, мне кажется, будет у них тогда хорошая диарея на ночь, — после того, как он в своей голове продумал планы на криминальную ночку, как вытащить пару персиков из сада соседей, Ким почувствовал, как об его ногу начал тереться белый милый котик, который ещё и смотрел на него так, как будто знал, что кудрявый затеял.       — Будешь моим персиком, не против? — Тэхён берет на руки котика, который сразу же начинает мурлыкать, парень хватается за свой чемодан и затягивает его в дом. Он осмотрел помещение, которое выглядело очень мило, атмосферно и уютно. Одноэтажный дом с тремя комнатами — это ещё очень много для Тэхёна, но так, как у него ещё появился друг по имени Персик, Ким доволен.       Первым делом он принял холодный душ, а потом разложил свои вещи, открыл ноутбук и поставил его на белый столик, сделав себе кофе и насыпав в миску шоколадных конфет, Тэхён по привычке открыл свой редактор. Но, опомнившись, сразу же вышел от туда и начал смеяться. Он здесь совсем за другим.       Брюнет решил посмотреть фильм, но при просмотре засмотрелся в окно, которое у него было открыто: Тэхён смотрел на парня в ковбойской шляпе, казаках, на его мускулистое тело и сочные бедра, он постоянно поправлял свой ремень, сам же сидел на лошади и загонял остальных на водопой.       — Мама, в какой рай или ад ты меня поселила, ты хоть бы предупредила, что здесь такие горячие соседи, — сам с собой говорит Тэхён, пальцами по своей шее блуждает, потому что они тянутся немного ниже, чтобы покормить своего изголодавшегося друга, но это точно не поможет, смотря на такое тело, он хочет его в себе почувствовать.       — Да я за твои персики свой дать не против, — принимая, что этот парень и есть хозяин того сада, из которого Тэхён хочет украсть пару персиков, чтобы попробовать. Теперь же Тэхён хочет этого еще больше, поэтому и пальцами душит себя, чтобы не ухватиться пальцами за член и не кончить, хочет, чтобы к этому действию привел его этот горячий фермер с прекрасными формами.       Тэхён выдохнул, когда этого парня уже не было видно из окна, потому что повел лошадей в сторону озера, чтобы напоить. Ким видел что он в пальцах держал кнут, которым гнал коней, но Тэхён бы мечтал оказаться на месте этих зверей, чтобы ему так по бёдрам попали, а ещё лучше — пальчиками, которые Ким и в рот взять не против. Хоть и он был метров пятьсот от окна, Тэхён увидел все, рассмотрел так, как не рассматривал прекрасную Барселону, которую так сильно любят, потому что в этих вещах он видит обычные будни, а в этом парне — мир, страсть, похоть, природу, воду, потому что из его губ пить хочет.       У Тэхёна ещё не было отношений, наверное, из-за того, что постоянно в работе, в которой он лишь для того, чтобы жить так, как они с матерью мечтали, как они когда-то это видели… На создание личной жизни времени нет, в свои двадцать четыре года Тэхён лишь пальцами себя ублажает, не имея в голове какого-то образа, потому что таких нет, от которых бы когда-то Тэхён кончил, поэтому и не получалось. За двадцать четыре года Ким Тэхён впервые кого-то хочет, впервые хочет кончить, хочет почувствовать в себе кого-то, отдаться.       Тэхён кусает себя за руки, лишь бы не трогать свой вставший член, потому что это чувство настолько нравится, что он не хочет от него избавляться, потому что боится, что больше такого не будет. Он просит небеса, чтобы вновь увидеть этого горячего испанца, от которого его нутро выворачивает и просит этот грешный плод — похоть. Эти персики — символ ада, в который его тянет, он обязательно послушается Сатану и съест этот грешный плод, а Сатаной будет этот парень, который вместо персиков свои губы даст, а Тэхён — себя полностью.       Тэхён на средине фильма «Назови меня своим именем», именно на том моменте, где главный герой творит чудеса с персиком, это заставляет брюнета в своей голове создать такой образ, который ещё никогда не делал. Это заставляет подняться его на ноги и, не дожидаясь ночи, залезть средь бела дня в сад соседа, с которым Тэхён уже мечтает во снах встретиться. Тэхён ставит фильм на паузу, запоминая все действия из фильма, решает попробовать это извращение. Конечно же, оправдания этого безумства — горячий испанец-фермер.       Тэхён выходит из дома, поправляет свои кудри, открывает на белой рубашке пару пуговиц. Сквозь синие джинсы просится наружу его член, который хочет с персиком поиграться, но хорошо знает, что это не так, хочет с тем, кто заставил его встать, а в будущем и кончить, Тэхён в это верить хочет. Брюнет осматривает поле, на котором недавно было много лошадей и их хозяин, довольно понимает, что никого нет, как и в саду испанца, тот пробирается туда через деревянный забор, падает и успевает посмеяться из себя. Но он не сдается, подходит к первому персиковому дереву в саду напротив дома соседа, подпрыгивает и срывает один персик, он внюхивается в него и от блаженства глаза закатывает, потому что пахнет очень сочно.       — Чёрт, что я делаю? — он выглядел как наивный ангел, который взял из рук самого Сатаны этот грешный плод, от которого уже не отказаться, потому что похоти в его грязной душе больше, чем совести.       Тэхён падает под дерево, спиной упирается в ствол, голову задирает, смотрит на верхушку дерева, где висят пахучие сочные персики, но в его руках тот, с которым он будет творить чудеса. Точнее, со своим членом, который уже давно хочет кончить, а когда учуял прекрасного парня, то захотел вдвойне. Тэхён кладёт свою руку себе на пах, отчего его мысли устремляются в рай, хоть одной ногой он давно в аду, из-за того, какие извращения творит, о чём думает, точнее, о ком. Второй рукой держит персик, два пальца смачивает во рту, ласкает их языком, но из-за того, что глаза закрыл, то начал представлять то, как этот мускулистый парень ласкает его персики.       Он протыкает двумя пальцами персик, делая там отверстие, глубоко вдыхает, делая протяжные стоны, потому что в паху уже просятся на свободу. Тэхён расстёгивает ширинку джинсов, соком персика на двоих пальцах, которыми проткнул фрукт, он смазывает головку члена, оставляя её липкой. Это заставляет его ноги задрожать, когда думает о том, как этот горячий испанец попробует на вкус его. Но Тэхён получил бы больше эмоций от того, чтобы попробовать у него, перед этим губами с соком персика намазать член испанца, а потом вылизать. Конечно же, он делает это и думает о том, от кого у него тело в жар бросается, на пытки тому, кто соблазняет.       — Грешу, каюсь, но с таким, мать вашу, удовольствием, — Тэхён в это отверстие в персике своим членом упирается, делая его ещё больше. От того, что его черные кудри закрывали его карие глаза, Тэхён мир не видел, но парню это и не надо было, потому что он был в аду, где было жарко, где было хорошо, но одновременно и чертовски грешно.       Тэхён начинает играться фруктом по своем органу, который набухший, вот-вот пропустит всю нагрузку. Тэхён растягивает удовольствие, потому что впервые такое ощущает, хочет сильнее, хочет дольше, хочет по-другому, хочет парня, испанца, который с ним такие чудеса творит… Тэхён кончает, разводит ноги, оставаясь в том же положении, расслабляется, с закрытыми глазами ада не видит, значит жить будет, согрешил, но, блять, с таким удовольствием.       — Я думал, что их выращиваю для пищи, но, видимо, они и в других целях пригодны, — сначала Тэхён думает, что это в его голове образ того испанца с ним говорит, в его лёгком сне после дикой дрочки, но, когда вспоминает, где он находится, что делал и в каком виде сейчас лежит, Тэхён открывает глаза и видит перед собой того горячего испанца лет тридцати, который стоит, оперевшись о соседнее персиковое дерево, наблюдает за Тэхёном и пялится безразлично на свой персик, который уже испачкан чужой спермой.       — А вот и наказание, — Тэхён не верит в то, что это с ним произошло. Он заливается краской, прячет свои глаза в небе, пытается там посмотреть в глаза всевышним, которые наказали его за похоть. Брюнет сразу же скидывает с себя персик, который долго в снах сниться будет, он застегивает ширинку джинсов и встает на ноги, чтобы быстро убежать, схватить чемодан и улететь обратно в Париж, а маме сказать, что и одного дня было достаточно. Чтобы опозориться.       — Куда ты убегаешь, малыш? — останавливает Тэхёна своим горячим голосом хозяин этого сада, который сразу же от страха становится на одном месте, не отворачивается, потому что в глаза стыдно посмотреть, а если посмотрит, то накинется на этого источника секса, который своими пальцами сорвал ещё один персик и начала массировать его своими руками, демонстративно глазами осматривать брюнета и таким образом, наверное, издеваться над ним. Тэхён стоит, тяжело дышит, мечтает сорваться на бег и улететь домой, но запах этого парня заставляет Тэхёна предательски стоять, молчать и ждать новых слов от испанца.       — В моем саду, который я называю «Эдемский сад» ещё никто не трахал мои персики и не кончал в них, возможно, это поможет им расти лучше и сочнее? — парень подходит к Тэхёну, касается своим носом его шеи, внюхивается в неё, проводит пальцами по его мокрым локонам, а персиком, который в руках своих ласкает по его шее. Тэхён тяжело дышит, потому что испанец очень близко, что заставляет Кима вновь почувствовать стояк в штанах и желание ощутить в себе чужой орган, который спасёт его от такого долгого времени воздержания. Это не персик в горячих руках испанца течёт, это Тэхён течёт от парня, от его запаха, пальцев, рук, тела, голоса, дыхания.       — Если Вы не дадите мне уйти, то мне уже ничего не поможет, — Тэхён имеет ввиду, что ещё чуть-чуть и ему понадобится скорая помощь или уже катафалк, который увезет его в рай, потому что он получил смертельный оргазм от горячего испанца, что дразнит его этим персиком в своих руках.       — Это тебе на ночь, угощаю, можешь скушать, можешь сделать то, что делал ранее, твое право, но можешь воспользоваться и моими пальцами, можешь позволить мне сделать с тобой то, что ты делал с моим персиком, малыш, — шепчет ему на ухо парень, в руки даёт тот персик, которым ласкал его шею, эти слова заставляют Тэхёна растаять, а потом задрожать. Испанец это, конечно же, увидел, ехидно улыбнулся и не отходил, продолжал стоять за его спиной, вплотную к его телу, дышать чужими кудрями. Пальцами по его хребту проводит, заставляет Тэхёна ещё больше дрожать и хотеть то, что сейчас этот бешеный предлагает ему. А после слов Чонгука Тэхён вспоминает, что он делал с тем персиком, начинает представлять, как этот парень двумя пальцами растянет его, как заменит пальцы на член и будет долбить пока не кончит внутрь. Тэхён стонет от этих мыслей, но прикусывает язык, чтобы не отдаться этому вулкану.       — Не стоит, — ложь. Тэхён тяжело глотает, потому что ему нужна помощь не от этого персика, а от того, кто сзади стоит, от его пальцев, которые в себе ощутить хочет. Ким еле ноги от земли отрывает, это тяжело удается, но он ватной походкой отходит от магнита, который тянет к себе. Задница Тэхёна так и хочет прилепиться к чужому паху, но ему удалось оторваться. Немного отошёл, его голос вновь Тэхёна останавливает, потому что он владыка этого святого сада, который он так не грешно назвал, после такого извращения он должен назвать этот сад «Сад похоти».       — Ким Тэхён, — звучит с чужих уст имя того, кто напротив в шоке разворачивается на незнакомца, которого недавно горячим испанцем называл и в себе почувствовать хотел. Теперь Ким полностью этот секс видеть может и взять хочет.       — Откуда ты знаешь мое имя? — из-за удивления даже на «ты» перешёл, но это ничего не портит, Чонгук лишь ухмыло посмеялся, смотря на его руку, в которой тот от переживания сжимал персик.       — Французы все такие странные? Ты ведь арендуешь мой дом и ещё спрашиваешь, откуда я знаю твое имя? Забавный, в принципе, то, что я увидел ранее, то, что ты делал с моим персиком, тебя оправдывает, — после слов парня, Тэхён неловко прячет свои глаза себе под ноги, но они предательски всё равно по бёдрам чужим блуждают, а тот, кто дом сдаёт Киму, хорошо видит проблему, которую и ему даже решить хочется — чужое возбуждение, которое и привело Тэхёна дрочить его персиком.       — А, Вы Чон Чонгук? — вспоминая тот сайт, на котором было указано это имя и контакты владельца, Тэхён с красными щеками глаза закрывает, но они на чужой пах заглядывают, облизывают все тело напротив стоявшего мужчины прочностью. — Какой я дебил, — шепчет себе под нос Тэхён, быстро разворачивает и бежит к себе в дом, перелезая через чужой забор, но из-за вновь знакомого голоса падает и разбивает себе коленки.       — Я закрою глаза на то, что увидел ранее, но ты можешь прийти вечером к озеру, я помогу тебе расслабиться, — Чонгук подходит к своему забору, который ограждает его двор, а на второй стороне уже был двор Тэхёна, в который тот и приземлился. Он специально пальцами играется, давая знать брюнету, как он будет ему помогать, как расслаблять. От этого в Тэхёна тело возбуждаться начинает, а в члене кровь собирается, потому что так сильно этого хочет, что этот испанец предлагает.       — Да нет, спасибо, мне Ваших персиков хватило, наверное, больше не увидите меня, — Тэхён уже проклинает себя за то, что произнёс, потому что в глубине души очень хочет, чтобы ему помогли, а по лицу Чонгука он хорошо прочёл, что за помощь он ему предлагает. У Тэхёна вновь в паху тянет, потому что готов прямо сейчас отдаться ему в руки на эту бесплатную помощь, от которой все нутро ноет и просит взять его. Он себе язык вырвать хочет, чтобы лишь на знак согласия махнуть головой парню и больше ничего не говорить, прийти вечером к озеру и дать себя трахнуть. Тэхён убегает, потому что ему стыдно, но Чонгуку плевать, он хочет это тело, сделать с ним то, что брюнет и с его персиком: трахнуть и спермой наполнить.       — Подумай хорошо, я буду тебя ждать, ведь твоей попке нужна помощь, — он подмигивает ему, показывая двумя пальцами на персик, который недавно дал Тэхёну, поправляя свой ремень и расстёгивает пару пуговиц на белой рубашке, куда Тэхёна успел заглянуть и простонать, после чего пару раз себя по лбу ударив, ведь на ровном месте сдаёт себя, заставляя Чонгука, который уже ушёл по дороге смеяться.       — Что тут думать, бери, трахай, — ноет сам себе Тэхён, недовольно на широкую спину Чонгука смотрит, в которую зубами впиться хочет.

* * *

      Чон Чонгук сидит на берегу реки, вечером не так жарко, холодный воздух даёт немного кислорода, но, когда испанец чувствует прекрасный запах под названием все-таки трахни, тогда становится дышать тяжелее, вновь возвращается жара. Чонгук поворачивает свою голову в сторону источника возбуждения своим сладким запахом, наверное, французский парфюм, но на самом деле это сок персика, который ещё после того извращенного момента сохранился на Тэхёне.       — А говорил, что я больше не увижу тебя, — он осматривает парня, который был в свободной прозрачной белой рубашке и белых шортах, которые открывали вид на его сочные бёдра.       — Соврал, — тяжко произносит Тэхён, потому что голую спину парня напротив себя видит, не сдерживает себя, уже течёт.       — Знаю, — с чувством победителя отвечает Чонгук, потому что ещё с самого начала прочитал это извращённое личико и понял, что он хочет.       — Перед тем, как ты трахнешь меня, девственника, я хочу тебе отсосать, — резко выговаривается Тэхён, ставя перед фактом Чонгука, который приподнимает одну бровь, осматривает сладкого парня и уже от горячих мыслей от агонии летит в ад, но от тела Тэхёна почувствовать его на шкуре хочет.       — Тогда не заставляй меня ждать, — Чонгук ноги шире ставит, наблюдая за тем, как перед ним на колени становится Тэхён, расстёгивает уверенно ширинку джинсов, хоть и никогда не делал этого, но в своих действиях он уверен. Он прямолинейный, и видно, что он хочет этого. Тэхён из кармана шорт своих достаёт персик, облизывает свои два пальца, протыкает фрукт ими, смачивает их в соке персика, а потом по губам мажет, влагой наполняет уже стоявший член Чонгука, который с восхищением наблюдает за этим безумным туристом.       Тэхён обмазывает сладким соком чужой стояк, а потом в свой рот его пропускает, давая глотке попробовать сочность, облизывает головку. Он спустя время ощущает на языке сперму вперемешку со сладким соком персика.       — Ты меня своим языком до Парижа довёл, малыш, — он томно дышит, собирает его волосы в пучок в свои пальцы и вновь насаживает его рот на свой член и управляет им, чтобы вновь возбудиться и трахнуть его, и кончить в него так, как Тэхён это сделал с его персиком.       Когда Чонгук достаточно вытрахал его в рот, после чего спускает с него эти блядские шорты, пальцами нащупывает его отверстие и входит, так же, как и Тэхён недавно в персик, чтобы добыть сок, а Чонгук пытается добыть сок из Кима. Он долбит его своими пальцами, сначала медленно, растягивает его, а потом грубо, резко, мокро. Одной рукой в нём, второй закрывает его рот, который пускает свои стоны и разносит эхом. От невероятно приятных ощущений Тэхён его пальцы в свой рот пропускает, чтобы не так сильно стонать посасывает их, но, когда Чонгук насаживает его на себя, когда заменяет пальцы на свой член, Тэхён прогибается, в чужую руку крича, смотрит на похотливое лицо испанца, который держал его за обнаженную талию, на которой недавно покоилась прозрачная рубашка. Он управляет Тэхёном, его тело приподнимает, когда глубже войти хочет, двигается быстро, а когда медленно, то Тэхён сам на нем изгибаться начинает.       Тэхён уже несколько раз кончил на сладкий пресс Чонгука, а тот взялся за его ягодицы и все глубже и глубже насаживал их на себя, шлёпал своими бёдрами по чужим, которые так возбуждают Тэхёна. Чонгук кусает его за его набухшие соски, а Тэхён голову задирает, глаза закатывает, которые вот-вот и выпадут от этих грехов, которые сейчас эти оба создают. По их телам капли горячие текут, нутро Тэхёна горячей влагой члена наполняет, а тот его своей взаимно. Чон ещё пару раз его на себе дотрахивает, резкими толчками, оставляя в нём свою сперму со вкусом сладких персиков, Тэхён это уже узнал, попробовал сразу же, когда жидкость по внутренней стороне бедра потекла.       — Каждый день мне бы в такие Эдемские сады попадать, — продолжает сидеть на его члене, произносит в одышке с тряской в голосе, в теле Тэхён.       — Каждый день бы таких соседей, — отвечает ему Чонгук, вытирая своей рукой свой пресс от чужой спермы.       — Ты куда? — не в понимании произносит Чонгук, когда видит, как Тэхён резко встал с него, начал одеваться и куда-то спешно идти, а сказал с такой интонацией, как будто больше его не увидит, больше не прогуляется по его телу, не исследует нутро, не поможет, как умеет, обещает.       — Наверное, пойду позвоню маме в Париж и скажу, что немного задержусь в Эдемском саду, — улыбается ему Тэхён, давая знать, что ещё вернётся.       — Можно и на много, — останавливает его Чонгук своими словами.       — Хорошо, только ты — только мой Эдемский сад, а я — твой единственный сосед, — ставит его перед фактом Ким, поправляя черные кудри, которые в глаза попадают и не дают ещё раз на это шикарное обнаженное тело напротив посмотреть, от которого в паху раздаются электрические заряды, которые тянут к чужой плоти.       — Будешь мне помогать растить персики, у тебя очень хороший способ, — напоминает ему их встречу, облизывается Чонгук, мечтая, чтобы Тэхён поскорее уже возвращался, ведь понимает, что его зверь не до конца наелся.       — А ты будешь помогать мне, — отвечает на его слова Тэхён, на что слышит с уст Чонгука то, что так и не позволило уйти Киму:       — Я буду тебя трахать, — Тэхён скажет, что останется тут навсегда своей матери, вот только чуть позже, потому что его трахает горячий испанец, с которым встретился в Эдемском саду, когда грешил, трахая его персик.       — Давай грешить, но с большим удовольствием, — позволяет ему вновь овладеть собой, стонет в губы своему сатане, который заманил его в свой ад запрещённым плодом — похоть.       — Твоя попка намного слаще тех персиков, которые я выращиваю, малыш, — каются, грешат, но, блять, с таким удовольствием. До дрожи.       — Твой член намного слаще сока тех персиков, — отвечает ему Тэхён, ощущая, как его ноги познают рай под названием ад.       Гори пока можешь. Хотя, с таким мужчиной Тэхён будет пылать постоянно.       Место, в котором им обоим хочется похоти, тел друг друга, хочется жары и грешить.

Jardín del Edén.