push and pull

Вздох, который он сделал, когда вошел в дом, так сильно обжег его легкие. Джордж давно не чувствовал себя дома и ощущал себя облегченным во Флориде. После нескольких недель отдыха с пингвинами на снегу и ночевках в случайных отелях за тысячи миль, нет ничего вкуснее, чем воздух дома с его двумя знакомыми. «Температура около 37 градусов, но мне гораздо лучше, я чувствую, что болезнь наконец проходит», — вздохнул Дрим. Джордж наблюдал, как он вошел вглубь дома и бросил ключи на полку. «Пф, ты чувствуешь, что она проходит только потому, что теперь она перешла на нас, — огрызнулся Сапнап и отвернулся, чтобы отнести свои вещи наверх. Джордж задержал взгляд на чемоданах. Дрим отделил свои и Дэвидсона от остатков сумок Сапнапа, затем он последовал за Ником наверх. Уставший, Джордж лениво открыл дверь своей комнаты и бросил сумки на пол, чтобы разобрать одежду, хоть он и чувствовал, что каждая клеточка энергии в его теле сожжена бесконечными перелетами и контрольно-пропускными пунктами. Его кровать никогда не была такой удобной. Удивительно, но это и так была самая комфортная кровать, на которой он когда-либо лежал, даже его кровать в Лондоне и близко не стоит, а когда он первый раз прилег сюда, то вырубился чуть ли не через десять минут. Джордж никогда не лежал в золотистых облаках на небесах, конечно, но предполагал, что это примерно так же. Его глаза закатились, когда он погрузился в знакомый запах своего одеяла. Он все еще не привык к этому; после того, как они прожили с Дримом и Сапнапом всего два месяца (почти половина из которых была проведена в номерах иностранных отелей), их ароматы еще не смешались. Но пахло домом. Это согревало его, как надо. «Джордж». "Хм?" Он промычал в подушки и не пошевелился, когда Сапнап вошел в дверь его спальни. «Дрим снова заболел, так что не спускайся вниз». При этой мысли его желудок подпрыгнул, и он глубже зарылся лицом в подушку. Сапнап поставил что-то на прикроватную тумбочку. «Выпей ещё вот это». Противовирусные. «Хм». «Ты себя хорошо чувствуешь?» «Ты заставляешь меня паниковать». — Прости, — тихо сказал он. «Просто хотел убедиться. Если что, напиши, ладно?» «Ммм». И Сапнап осторожно закрыл дверь и ушел. Тишина звенела в ушах. Хоть он бесконечно устал, его мозг все равно начал прокручивать каждый момент, когда он прикасался к Дриму, и каждый раз, когда он касался чего-то, к чему прикасался Дрим, когда Дрим прикасался к нему губами или наоборот. Да, он слишком устал. Ему также было жаль Дрима; его сердце сжалось при виде него, свернувшегося калачиком в постели, с слезящимися красными глазами и недышащим носом. Когда его грипп и инфекция носовых пазух переросли в желудочный вирус, и он не мог ничего нормально есть, в глазах Джорджа точно виднелись красные сигналы тревоги и панические инстинкты. Прежде чем Джордж успел подумать о ситуации, он задремал в темноте своей комнаты. Когда он открыл глаза, стало еще темнее. Солнце село, и его комната наполнилась ароматом еды и теплом с кухни. Он повернулся на спину и потянулся. Он почувствовал себя лучше. Вроде. Даже несмотря на то, что он предполагал, что Дрим страдает внизу, он сам чувствовал себя отдохнувшим. Все еще откинувшись на локтях, Джордж ждал, пока его мозг снова включится. На минуту он задумался, в каком веке проснулся, но затем в его памяти мелькнул Дрим, и он вернулся к настоящему моменту. Он слушал. Голоса внизу. Потом смех Дрима. Он почувствовал себя лучше? Джордж наклонился и схватил кусок черной ткани в море темной одежды на полу у ножек кровати. Он надел толстовку и встал. Еда пахнет так вкусно, как никогда не пахла. Подойдя к двери, он замер, глядя на свое отражение. Конечно, он надел толстовку Дрима. Она была большой, теплой и мягкой; это было похоже на постоянные объятия вокруг него. Вот почему он изначально украл её у него. Он сглотнул и снова посмотрел на свое лицо. Капюшон все еще был над его растрепанными волосами. Боже, его волосы отросли. Они висели на глазах, и ему пришлось отодвинуть их в сторону, чтобы видеть. Все путешествия мешали его регулярной стрижке. Пол был холодным, когда он шел по коридору. Он услышал шипение масла. Дэвидсон был слегка сбит с толку, пока не перешагнул пакеты с продуктами около обеденного стола у входа на кухню. Войдя, он сжал излишки рукавов в кулаки для тепла. На него обратились две пары глаз. «Джордж, привет, я собирался навестить тебя». Джордж рефлекторно отступил назад и внимательно посмотрел на Дрима, когда тот двинулся к нему. — Ой, извини. Я… я в порядке. Волосы Дрима тоже были растрепаны и лицо покраснело, но глаза не такие слезящиеся. Он выглядел более оживленным и менее бледным. Перед ним вспыхнуло воспоминание о гостиничном номере в Чили. Его рука запуталась в волосах Дрима, отталкивая их от потного лица. Выражение его лица такое... приятное, хоть и больное. Джордж вспомнил, как после таких прикосновений всегда возвращался в свою кровать с комом в горле. — Это хорошо, — быстро сказал Джордж. Когда он отвернулся, на его лице разлился румянец. Еда была почти готова, и Джордж, взглянув на нее, повернулся и взял себе выпить. Затем Сапнап прошел мимо него и выхватил еще несколько вещей из пакетов доставки. Джордж встретился взглядом с Дримом. В своей толстовке он выглядел таким мягким и таким теплым. Джордж буквально приклеился к полу, когда Дрим подошел к нему. И он не оттолкнул его, когда тот прижался к нему и положил голову на плечо, как бы обнимая его, но всё ещё держа руки на животе. Джордж попытался игнорировать комок эметофобной паники в горле, когда на его лице появилась улыбка. Честно говоря, он никогда не мог его оттолкнуть. Его руки медленно поползли вверх, и когда они коснулись его спины, Дрим замычал и сильнее прижался к нему. — Ты уверен, что с тобой все в порядке, Джордж? Ты не заразился? «Я в порядке, когда ты здесь». Прежде чем Джордж смог сформулировать какой-то ответ своим дрожащим голосом, он посмотрел на Сапнапа, который вернулся на кухню с широко раскрытыми глазами. Джордж отстранился со смехом и Дрим тихо улыбнулся, притягивая к себе за талию одной рукой. Бабочки были неуправляемы. Джордж избегал Дрима, как чумы – учитывая, что он уже представил, что было бы, будь она у него реально, – поэтому после нескольких недель отсутствия прикосновений его томящееся от любви сердце было подавлено внезапным телесным контактом. «Пока кто-то еще не заболел», — осторожно прервал теплую тишину Сапнап, закатывая глаза. "Давайте поужинаем." Вечер тянулся долго после этого. Ленивые глаза смотрели на экраны своих телефонов, пока все трое наконец расслабились вместе, лежа на большом диване. Никакой работы. Никаких путешествий. Никаких дедлайнов. После ужина каждый по отдельности разошелся по своим комнатам; Джордж, затем Сапнап, а затем Дрим, просто потому, что Дрим слишком устал и замерз, чтобы добраться до своей спальни, даже если она находилась внизу, а двоим другим пришлось подниматься на второй этаж. В конце концов ему это удалось, и все трое провели время наедине, восстанавливая силы после долгих недель разъездов. Джордж листал ленту на своем телефоне. Как только он расслабился и почувствовал первые приступы скуки, его телефон медленно упал на кровать. Он посмотрел вверх. Он слушал. Тишина. Как магнит, часть его мечтала тихо спуститься по лестнице и пройти по коридору в спальню, которую он знал лучше, чем свою собственную. Возможно, если бы он был умным, он бы предоставил Дриму время наедине с собой. Они путешествовали, пока у него были все известные человечеству вирусы, но он не отказывался от времяпрепровождения с Джорджем. Как он мог оставить его одного? Он знал, что Дрим не любил быть одним, особенно когда он беспокоился или плохо себя чувствовал. Прежде чем он смог делегировать какие-либо полномочия, Джордж уже спустился по холодным ступенькам. Он повернул за угол и посмотрел прямо на закрытую дверь спальни Дрима. Он открыл её. Дрим поднял глаза от экрана. Его волосы растрепаны и падают на лицо, телефон в одной руке, и только левая нога была прикрыта одеялом, вторая покоилась в одних спортивных штанах - ему, наверное, было то жарко, то холодно; Джордж погрузился в рассматривание чужой внешности еще на подозрительную секунду, а затем медленно вошел. "Что?" – тихо спросил Дрим. Джордж не услышал радости, не услышал раздражения. Голос томно звучал в тишине ночи и приглушенного света. На секунду Джордж задумался, хочет ли Дрим, чтобы тот был здесь. «Хотел побыть с тобой». «Проходи.» Вопросительным взглядом Дрим наблюдал, как Джордж приближается к нему. Он внимательно осмотрел его с ног до головы, когда Дэвидсон прижался щекой к чужой горячей руке. На этот раз болезнь не была в центре его мыслей. — Бро, я болею, а ты так лезешь. Я тоже соскучился, но.. Он слишком быстро покачал головой. «Все в порядке», — прошептал он. «Тебе не стало плохо после ужина, хотя прошло уже два часа». «Это не значит, что я все еще не заражен». «Меня это не волнует». «Ясно», — засмеялся Дрим. «Я понимаю… ох». Джордж не мог это контролировать. Он не мог подавить это. Не после бессонных ночей, не после вопросов, намеков, предположений; даже болезнь не могла остановить его отчаяние. Джордж плавно оседлал его, и его руки приземлились на шею Дрима, как будто они должны были быть там, пока ладони Дрима покоились на чужой талии. «Буквально за ужином ты боялся заболеть, а сейчас сам хочешь обжиматься? » — опасно выдохнул он, задыхаясь. «Я знаю, что ты тоже хочешь этого». Дрим затих. Он ухмыльнулся, откидывая голову назад и исследуя чужое тело сквозь майку, — Тебе реально не терпится потрахаться со мной, да? Дрим выуживает первый стон из под чужих уст, как бы ненароком задевая выступившие из под майки соски. Чужие руки залезли в светлые волосы. Дрим откинул голову назад и прикрыл глаза, снова ощупывая словно каждый сантиметр, каждый дюйм светлой кожи, после чего губами припадая к нежной шее, кусая и оттягивая, оставляя отметины и заставляя вздрагивать от каждого движения. «Посмотри на меня», — тихо пробормотал он, и Джордж повиновался. Его глаза смотрели на блондина сквозь темные ресницы. И сказать больше было нечего. Джордж притянул его к себе и поцеловал, покусывая нижнюю губу и царапая спину подпиленными ногтями, оставляя отметины, полосы, пятна, после чего выгибая спину в поиске любой стимуляции. Он заскулил и Дрим откинулся на спинку кровати, чтобы он мог притянуть их так близко друг к другу, что, может быть, этого будет даже достаточно, чтобы Дэвидсон кончил от простого трения сквозь одежду. Джордж снова ломает спину в изгибе и чувствует, как руки Дрима перестали его трогать. Одна из рук блондина рванулась вверх и схватила чужой подбородок, притягивая к себе. Джордж простонал в чужие губы, снова потираясь о чужое бедро. Жар уничтожил все последние колебания Джорджа, и бабочки в его животе разразились чуть ли не поскуливаниями. Когда Дрим подвинулся под ним и его пальцы проникли под толстовку к светлой коже, Джордж инстинктивно дернулся - его шея изогнулась, как будто он просил еще и еще, и, конечно же, Дрим давал ему, хоть и с насмешливой улыбкой. Бедра сжались вокруг чужой талии, когда губы Дрима коснулись его шеи. Джордж снова стонет в чужое плечо, оттягивая светлые волосы на затылке - Дрим прохрипел, прижавшись к нему, и оставил горячие отпечатки на его нетронутом горле. «Боже, я знаю, что ты готов кончить хоть сейчас.» «Не выёбывайся.» — Джордж почувствовал тяжелый вздох в груди Дрима, когда посмотрел вверх на блуждающие глаза. «Буду. Потому что знаю, что ты, блять, одержим мной.» Это было всё что, им нужно. Дрим потянул воротник толстовки с груди Джорджа вниз, чтобы он мог оставить следы на новых открытых местах. Глаза Джорджа закрылись, и он снова издал только стоны и напряженные вздохи; каждое ощущение настолько затмевало его и так слишком грязные мысли, что он не мог даже открыть глаза. — И тебе это нравится. — стиснул он зубы и снова задохнулся в собственном стоне. Его голова резко откинулась назад, и на этот раз Дрим поцеловал его с такой яростью, что Дэвидсон чуть ли не вскрикнул в чужие губы, ломая спину в изгибе, поскольку был не готов к такой силе. У Джорджа не было другого выбора, кроме как ерзать бедрами, в поиске хоть каких-то прикосновений - Дрим любит и умеет дразнить. Если бы брюнет слишком много думал об этом, он бы давно послал его нахуй с такими играми. Поэтому, когда руки блондина опустились на его задницу и заставили его бедра двигаться в определенном темпе, Джордж застонал от облегчения. — Бля, Клэ..!- Боже мой...— прошептал брюнет, когда Дрим просто прижался лбом к его. Его губы приоткрылись в немом стоне - он не мог даже снова поцеловать Дрима; все их внимание сосредоточилось на месте соприкосновения бедер. Будто керосин омыл пылкую уверенность Джорджа, и он прижался к Дриму сильнее, постанывая в чужое ухо. Дрим выдохнул и откинулся головой на спинку кровати, и чужие глаза снова закатились. Блондину никогда не надоест это смотреть. Он не мог моргнуть, наблюдая, как жалобное выражение лица Джорджа меняется с каждым небольшим изменением в движении. Наконец Джордж двинулся к тому месту, которое вызвало у него вздох и почти невесомо огладил чужой члпн сквозь одежду, мыча: «Дрим». "Что?" Улыбаясь одним уголком губ, шепчет кудрявый. И Джордж открыл глаза. «Ты типа не чувствуешь?» Он сложил бровки домиком, тяжело дыша. «О, я чувствую», — рассмеялся Дрим, хотя чужое дрожащее дыхание даже перекрывало шепот. «И я хочу чувствовать.». Едкая улыбка Джорджа исчезла, когда они посмотрели друг на друга. Тяжесть ситуации нависла над ними, но Джордж только сильнее прижался к нему. «Пожалуйста...», - заныл он. Все, что происходило между ними, начиная с того момента, когда Джордж постучал в комнату, когда они впервые игриво поцеловались и он в последний раз простонал от неимоверного желания — тихо закипало в мозгу, и даже несмотря на то, что он был так невероятно напуган, он больше не мог это игнорировать. «Дрим, мне очень это нужно.». «Дерзай.». И руки Джорджа оказались в штанах Дрима еще до того, как прошла даже секунда. Джордж снова уткнулся в чужие ключицы, а блондин положил руку на чужую макушку, хлопая ладонью по волосам. Все, на чем брюнет мог сосредоточиться, — это горячие, будто неземные прикосновения к его талии, бедрам, шее, внутренней стороне бедер - это, блять, слишком хорошо и их было более чем достаточно, чтобы заставить его буквально растекаться. Из под губ сыпались ругательства, лишавшие этот момент всякого здравого смысла. — Пошевелись, — выдохнул блондин и посмотрел на бледные руки, что никак не могли справиться с завязками и когда Джордж стянул переднюю часть его спортивных штанов и боксеров, Дрим довольно улыбнулся. Горло брюнета наполнилось слюной и желанием, когда он медленно провёл по всей длине. Громкий стон вырвался из дрожащей груди, когда Дрим сделал с ним то же самое. Его запястья дрожали. Джордж прижимал свой лоб к чужой шее, и вымученно скулил, ведь кудрявый тут же убрал руку после одного движения. «Блять, я...» — крикнул Джордж громче, когда Дрим медленно щелкнул по чувствительному кончику. "Что, Джорджи?" Он слишком уверенно дразнился. Глаза Джорджа мрачно расширились. «Я не могу, Клэй..» На этот раз Дрим втянул его в яростный поцелуй. Джордж наслаждался каждым покусыванием своей и так разодранной нижней губы. Дрим почувствовал, как свободная чужая рука болезненно сжала его плечо. Джордж трясся на нём от предвкушения и желания, Клэй чувствовал это, и чужие темные глаза были всем, что ему нужно, чтобы понять, чего он хочет. Джордж захватил оба члена одной рукой. «Дрим! », на этот раз он выкрикнул чужое имя громче. "Блять, мне так хорошо..." Джордж откинул голову и снова толкнулся в руку. Блондин наслаждался месивом стонов и неритмичных толчков. Джордж чуть ли не скулил в чужое плечо, тяжело дыша; они были такими чертовски твердыми и влажными в его руке, что он почти потерял сознание от простой стимуляции. — Дрим, — снова прошептал он. «Пожалуйста... потрогай меня. » «Тебе реально не терпится?» Джордж рассеянно кивнул. У него перехватило дыхание, когда Дрим засунул руки под одежду и обхватил его бедра. Брюнет положил обе руки на чужую грудь, облакачиваясь подбородком на плечо, но Дрим взялся за его подбородок и резко вздернул его к верху, заставляя карие глаза смотреть прямо в свои, зеленые. "Ну, давай же..." Джордж не хотел показаться таким нуждающимся или жалким. Это было так далеко от того, как он вел себя при других - он не просил о помощи, ни с кем не был слишком милым или обидчивым и уж точно не умолял и не ныл о том, чего хотел. Каким-то образом Дрим вырвал из него все три вещи, и они все еще были лишь верхушкой айсберга. Он открыл рот в немом стоне от того, насколько тряслись его ноги, когда он поднял каждую и позволил Дриму сразу стянуть с себя одежду вместе с боксерами - чужие руки еще не прикоснулись к нему толком, но он уже чуть ли не дрожит. «Бро, я даже не коснулся тебя. Ты выглядишь как шлюха.», — услышал он шепот Дрима вместе с другими словами, которые не мог разобрать. Руки брюнета дрожали, когда он снова придержал чужие плечи и попытался сохранить равновесие. Как он потерял всякую способность контролировать свое тело за такой короткий промежуток времени? — Мне продолжить? - Джордж задумался над вопросом. Он посмотрел на то, как мутные глаза Дрима смотрели на него и в них виднелись буквально язычки пламени, страсти - и его дыхание стало еще тяжелее. Блять, он отдал бы все, чтобы увидеть Дрима над ним, чтобы почувствовать его прикосновения, чтобы стонать от каждого его толчка и в нем не было ни единого сомнения, чтобы отказаться от этого. Поэтому Джордж быстро кивнул. — Сколько я уже прошу тебя об этом? - едва он успел произнести эти слова, как Дрим уже оказался ближе к нему; их носы в сантиметрах друг от друга. — Не знаю. Считай сам, — прошептал Дрим, когда кончик пальца коснулся влажных губ Джорджа. Он медленно приоткрыл их, не прерывая зрительного контакта и провёл подушечками среднего и указательного пальцев по языку. Джордж сдержал скулёж, который крутился в его горле от вкуса чужих рук в теплом рту. Его слюна быстро покрыла их, и он сразу подумал, что сможет просидеть так вечно. Джордж наклонился за рукой Дрима, когда тот пытался их вытащить. Дрим улыбнулся — Разве ты не хочешь, чтобы они были немного в другом месте? Каждое грязное словечко пробегало на слуху еще раз семь, заставляя Джорджа немедленно опустить голову с красными щеками. Затем, когда их носы были сомкнуты, Дрим снова дразнит его, кусая и оттягивая нижнюю губу, опустив руку за спину и снова играясь своими скользкими пальцами. Его сердце остановилось в груди, когда он почувствовал первые два пальца сразу в среднем, но торопливом темпе, и его ногти глубже впились в кожу Дрима. Это вырвало резкий, высокий стон, и Джордж не мог снова не прокричать чужое имя. Пальцы начали двигаться быстрее и Джордж толкнулся бедрами им на встречу, потому что как он мог медлить в такой момент. Озноб пробежал по телу Джорджа, когда он осознал всю серьезность ситуации. И он все равно снова насаживается на пальцы Дрима. — О боже мой, — Дрим стиснул зубы. «Ты меня так раздражаешь». Его дрожащее дыхание вырвало несколько стонов, которые Джордж пытался сдержать. Гладкие пальцы в нем были горячими, и Джордж двигал бедрами все более расслабленно и отчаянно, чем больше Дрим прикасался к нему. — Дрим, — простонал Джордж чужое имя, как будто это был спасательный круг. «Прошу...». — Просто подожди, — вздохнул он с улыбкой на самодовольном лице, шепча прямо в ухо. Джордж в отместку вонзил ногти глубже в кожу, но в ответ услышал лишь низкий хрип. Джордж двигал бедрами, насаживаясь на пальцы Дрима и понимая, что тот перестал ими двигать. Все мысли слишком грязные, но то, чего Джордж хотел, чего жаждал и в чем нуждался, они могли совершить в ту же секунду. Но Дрим все еще любит играть. У него не было ничего другого на уме, так что он снова в отчаянии двигается сам, получая заветный кайф - пусть и собственными усилиями. Хотя нет. Не пусть. — Дрим.., — раздраженно повысил голос Джордж. — Не могу насладиться тем, как сильно ты этого хочешь, — тихо пробормотал блондин. Джордж все еще держал руки у чужой шеи, и терпение Дрима явно было сильнее, чем у Джорджа, потому что его шея, должно быть, болела от мертвой хватки брюнета. «Такой послушный и развратный для меня, что мне пришлось использовать твою слюну…» "Дрим!" Джордж сломался. Он снова ударил того по руке, а свободной ладонью Дрим впился ногтями в бедро Джорджа. «Я знаю, что ты никогда в жизни не проявлял терпения, так что, возможно, мне стоит научить тебя этому». "Пожалуйста." Дрим колебался. Это слово прозвучало у него на языке слишком жалобно даже для кудрявого, но это было его последнее средство. Чуть ли не скулёж стоял комом в горле, и он снова откинул голову назад, несмотря на приступ головокружения. «Пожалуйста! Дрим, пожалуйста, разве мы не ждали слишком долго?» Потребовалась вся сила мира, чтобы вырвать Дрима из транса, беспрерывно смотрящего на такого разгоряченного, умоляющего брюнета; Джордж открыл глаза и увидел в глазах Дрима намек на что-то, чего он давно не видел. Бабочки закружились у него в животе, когда свободная рука Дрима впилась в талию сильнее. Было такое чувство, будто его тело прогибалось под всеми его резкими прикосновениями, как будто Дрим имел полное право сделать его послушным только для себя и ни для кого другого. И вот, наконец, Дрим возобновляет торопливый темп. Дрим не мог оторвать от Дэвидсона глаз; Джордж почувствовал его тяжелый взгляд, закатил глаза и изо всех сил старался сохранять самообладание. Он был шокирован тем, что не вскрикнул от первого же движения. Возможно, Дрим постепенно научил его тому самому терпению. — Черт возьми.., — быстро вздохнул Джордж себе под нос. Он снова посмотрел на Дрима, который в этот момент даже не моргал будто - смотрел в глаза, не мигая и не отрывая взгляда ни на секунду. Джордж схватил его за лицо и глубоко поцеловал, постанывая в чужие губы и насаживаясь на пальцы, следуя ритму Дрима. Как только два пальца смогли вызвать у него такое желание? Джордж не мог не представить и не пустить слюни при мысли обо всем остальном внутри него. — О боже мой, Джордж, — прошептал Дрим, когда Джордж отдышался и прижал их лбы друг к другу. "Еще один?" «Я буду продолжать умолять, пока ты меня не трахнешь, очевидно, я хочу еще». Дэвидсон громко стонал и скулил, пытаясь унять хоть часть своего нахлынувшего предвкушения. — Ты абсолютно жалок, бро, — рассмеялся он. Джордж прижался к нему, и на этот раз Дрим заколебался, наблюдая, как Джордж чуть ли не трясется, как на него накатывает удовольствие и как же он нуждается. Он дразнил Джорджа снова и снова; ему нужно было расплатиться за все, через что он заставил пройти его. — Дрим… — предупредил он, но его оборвало, когда Дрим наполнил его следующим пальцем. На этот раз он снова начинает в быстром темпе, и от первого толчка Джордж застыл, когда мир вокруг него разрушился, превращался в звезды и пятна перед глазами. В тот момент, когда Джордж не смог сдержать ни единого стона, Дрим стал сильнее и быстрее двигать пальцами по тому месту, которое сводило его с ума. «О боже, Дрим. Я чувствую себя слишком…» Слова лились из его рта прежде, чем он успел их обдумать. — Я не знаю...Я так сильно хочу, чтобы ты был внутри меня, что я не могу, черт возьми, черт возьми! — а об этом он думал все время. Это признание на мгновение смутило Дрима. Джордж снова склонил голову на плечо блондина, иначе он бы упал. — Мне потребовалось все, чтобы… ах… не поцеловать тебя и не прикоснуться к тебе, когда мы впервые встретились. — А, да?, — потрясенно выдохнул блондин, расплываясь в насмешливой улыбке. Он начал двигаться быстрее, как он мог не сделать этого? —Дрим, пожалуйста, ты можешь делать со мной все, что захочешь..- Джордж поднялся и снова посмотрел ему в глаза. Даже несмотря на то, что глаза Дрима были затуманены похотью, его взгляд оставался таким же милым и знакомым. Чужой язык снова проник в рот брюнета. — Черт возьми, — выговорил он в чужие губы, когда Дрим начинает оглаживать чужую грудь свободной рукой. Теперь это было трудно сдерживать. Джордж закатил глаза, срываясь чуть ли не на крики. — Ох, черт, — на этот раз простонал Дрим. «Ты такой узкий. Как ты впустишь меня в себя?» — Просто возьми… просто возьми меня, пожалуйста. Не забудь про смазку. — бездумно пробормотал Джордж, посмотрев на тумбочку рядом с кроватью. Дрим нахмурил брови и удивленно посмотрел на него. — Откуда ты узнал, что у меня там смазка? — Догадался. Пошевелись. И Дрим повиновался. В тот момент, когда теплые и слишком скользкие пальцы Дрима вернулись на свое законное место и снова дразнили, играли, заставляя вздрагивать от каждого движения вокруг заветного места, его тело чуть ли не подскакивало, и он ахнул, когда пальцы в итоге снова вошли. — Боже мой, детка, — заныл Дрим, и Джордж подавил улыбку и уже пунцовые щеки, когда услышал это имя. — Пожалуйста, я хочу тебя, Клэй... — прошептал он. «Я уже давно это понял. Помолчи.», — приказал ему Дрим, глядя вниз. Джордж не ответил, повинуясь и обхватив член Дрима прежде, чем тот успел что-то сказать. «Ох, черт…» Джордж видел, как его лицо исказилось в насмешке, когда он игрался с ним пальцами, щелкал по кончику, проводил одной лишь подушечкой пальца по всей длине и обратно. Он был таким мокрым, горячим и тяжелым в руке, что Джордж был уверен, что нет ничего на свете, чего бы он желал больше. Поэтому он не стал ждать. Он приподнял бедра, и Дрим не посмел моргнуть; Джордж уже лежит лбом на чужом плече, выстанывая его имя и резко опускаясь.. Дрим застыл, приподнимая подбородок и впиваясь пальцами в и так уже пятнистые бедра, будто красное закатное солнце раскололось на них здесь и сейчас - Джордж чуть не потерял сознание. «Ты умничка, Джордж.» Он вздохнул, и Дэвидсон только разинул губы. Он задержал дыхание, пока полностью не опустился на чужой член - пусть и с безумно дрожащими ногами, пусть и выкрикивая маты после каждого дюйма. Джордж никогда раньше не чувствовал себя таким... наполненным. Ничто так не удовлетворяло это желание внутри него, как Дрим, и ему потребовалось время, чтобы снова вздохнуть. Слезы потекли мгновенно, когда он снова посмотрел в желтые зеленые глаза. — Я просил тебя быть тише, — на этот раз прошептал Дрим. Ногти вцепились в бедра Джорджа. Джорджу хотелось дать ему все, что он хотел, но он уже был готов потерять сознание и никогда не найти его. Джорджу нравится это. Джорджу никогда не было так хорошо. На самом деле до блондина у него никого и не было. Джорджу нравится быть только его. Может быть, был один или два раза с левыми парнями по пьяни, все остальные разы только собственными пальцами. Никогда чужими, никогда никаких игрушек, никогда уж тем более чужого члена. В осознанном состоянии. Про тех двух он Дриму, кстати, не говорил. Но кудрявый особо и не спрашивал. — Так... много, — просто выдохнул он и слегка пошевелился - и оно того стоило. Джордж начал двигать бедрами, не в силах сдерживать стоны. Теперь Дрим смотрел, как глаза Дэвидсона закатились, и откровенно насмехался, потому что, черт возьми, он был причиной того, что брюнет бьется в блядских конвульсиях, он был причиной того, что брюнет не мог даже сесть, он был причиной того, что брюнет не мог даже спокойно подняться и опуститься - его ноги дрожат и двигаются без особого ритма. "Чувствую себя так хорошо." «Бля, Джордж.. » «Так идеально, Дрим. Боже мой, это так прекрасно». Дрим шумно вздохнул, когда его голова откинулась на спинку кровати. Джордж поднял бедра и толкнулся обратно вниз. С каждым толчком свет вокруг него темнел, а сердце замирало - Дрим настолько... правильно наполнил его, что Джордж действительно начал задаваться вопросом, «кто такой гений, что придумал трахаться?». Все это не имело смысла в затуманенном мозгу Джорджа. — Мне нужно… — Джордж открыл глаза, заглядывая прямо в чужие, снова насаживаясь на Дрима. «Боже мой...» Блондин ухмыляется, припадая губами к уже раскрашенной шее. «Ты… ох, блять... Это будто бы снова первый секс...» Мурашки побежали по коже брюнета, когда он смог двигать бедрами в определенном быстром темпе. Эта грязная химия между ними была отвратительной во всех смыслах, и Джордж никогда не думал, что пристрастится к чему-то настолько пошлому. "Дрим!" Джордж практически закричал в тот момент, когда блондин щелкнул по чувствительному кончику. Он наклонился вперед, пытаясь сдержать дрожь - его живот напрягался и расслаблялся, колени периодически сводились вокруг чужих бедер и, Боже, какой же он громкий прямо сейчас. Дрим усмехнулся над ним, медленно оглаживая чужой член по всей длине - Джордж застыл в недоумении, будто это происходило в каких-то влажных фантазиях, а не на самом деле, прямо в реальной комнате с реальным Дримом. Он продолжал двигать бедрами, опираясь одной рукой на чужую грудь, а свободной прикрывая рот ладонью и наблюдая из под опущенных ресниц, как блондин следил за абсолютно каждым сладко-блядским движением. Дэвидсон был близко. Настолько близко, что у него на секунду возникла мысль - это самый лучший его оргазм. Джордж больше не мог думать. Особенно, он не мог представить, как в будущем он будет заниматься сексом с кем то другим и будет ли вообще. Особенно, он не мог представить, что эта ночь закончится. Джордж мог думать только о Дриме, видеть только его даже с закрытыми глазами; он прямо сейчас перед ним, в HD качестве. Ничего больше. — Я так близко, — наконец выдавил он. "Да, детка?" Дрим задыхаясь, убрал с глаз потные волосы Джорджа. Джордж по-прежнему выполнял всю работу, но он ни капельки не возражал, потому что, черт возьми... Джордж потерял рассудок. Дэвидсон просто теряется в духоте этой комнаты, откидывая голову назад и всё также прикрывая рот ладошкой. Движения по члену, смешанные с первым толчком чужих бедер навстречу Джорджу - это конечная. «Ты давно этого ждал, да?» — Пожалуйста… — просто прохрипел он высоким голосом, который давно потерял. — О, Джордж, — на этот раз улыбнулся Дрим. — Я тоже близко. Он двинулся быстрее; Другая рука Дрима крепко держала Джорджа за талию, и Джордж положил свою руку на руку Дрима. Он наблюдал, как глаза Дрима задержались на виде их ладоней, удерживающих тело Джорджа под его собственной толстовкой. Под его собственным мерчом. Джордж знал, что Дрим был чуть ли не одержим, когда Джордж носил его одежду, и он задавался вопросом, насколько это зрелище на самом деле сбило Дрима с толку. Он забыл о боли в спине, поте на шее и ноющих отметинах на бедрах - ему нужно было дать Дриму все, что он мог. А потом- А затем, при малейшем повороте бедер, Дрим вонзился прямо в то место, от которого его глаза закатывались снова и снова. Джордж вскрикнул и больше не мог сдерживать стоны. Его зрение затуманилось, когда Дрим снова дразнит чувствительный кончик, и Джордж ухватился ладонью за грудь Дрима, напоминая себе, что прямо сейчас он покрыт поцелуями, синяками и собственной слюной, и все это из-за блондина. "Дрим-" Кудрявый обхватил его шею одной рукой, притягивая к себе и жадно целуя. У Джорджа будто нет земли под ногами. Он даже не мог держать глаза открытыми или скрывать стоны от силы своего оргазма. Дрим сводит с ума, доводит до перевозбуждения, заставляет в конвульсиях биться прежде, чем Джордж успел собраться с мыслями. «Блять, Клэй..! — закричал Дэвидсон, и Дрим сонно открыл глаза, наблюдая за брюнетом, охваченным собственным удовольствием. Глупая ухмылка появилась на лице, когда он утонул в зрелище перед собой; Джордж стонал, как будто наступил конец света, его глаза закрылись, потому что всего было слишком... много, белесая жидкость растекается по животу блондина. Даже несмотря на то, что его дыхание замедлилось, Джордж все еще не мог справиться со скулением, которое вырывалось с каждым выдохом. А потом они остановились. Джордж не двинулся с места. Он не хотел. Было такое ощущение, будто они были склеены вместе, скреплены замком и ключом, и Джорджу хотелось, чтобы ключ был выброшен и потерян навсегда. — Я так влюблен в тебя, Джордж, — прошептал Дрим себе под нос так тихо, что на секунду Джорджу показалось, что ему это показалось. — Дрим... — прошептал он. Его сердце вибрировало с теплотой, которую он никогда раньше не чувствовал. Он слышал все это раньше от своего партнера; грязные насмешки, любовные пожелания и флирт, но он никогда раньше не понимал, что реально будет скучать по такому. Но мысли не особо хотели связываться. И оргазм всё ещё кололся на кончиках пальцев приятным чувством. Джордж хочет спать, хоть его сердце все еще и колотилось в груди, как барабан. Глаза Дрима блестели - то ли от болезни, то ли просто момент такой. «Я тоже»; ответ, который Джордж всегда давал ему, когда Дрим говорил ему: «Я люблю тебя». И они наслаждались этим моментом полсекунды, пока слова Джорджа все еще висели в воздухе. Дрим схватил его за лицо, притянул к себе и снова грубо поцеловал. Джордж улыбнулся ему, когда мальчишеская радость от прикосновений согрела его и без того пылающее сердце. Джордж отстранился, но все еще держал руки на чужой шее. «А теперь помой меня. ». Дрим драматично вздохнул, закатив глаза. «Во-первых, ты портишь момент, а во-вторых, не знаю. Я думаю, у меня температура.» — Хорошо, — Джордж неловко вздохнул и сел. Дрим засмеялся и схватил его за запястья, чтобы тот никуда не убежал. Не то чтобы Джордж хотел от него отделаться, но... «Тебе просто лень позаботиться обо мне. Тебе такое не нравится, да?». — Ты мне нравишься, детка, — флиртовал Дрим. Джордж закатил глаза, но улыбка на его лице выдала то, что да, он знал, что это правда. Потому что ничто, даже дальние расстояния, болезни и усталость, не могло отдалить их друг от друга.