Шанс

      Колдун, что сокол, на скале сидел. Задумчиво на ведьму он смотрел. Сидела та на золотом песке, у кромки моря, что синее-пресинее. Одна была, и ни одной живой души вокруг на много-много миль. Не выдержал он, подлетел, над ведьмой сделал круг. Она не испугалась, взгляд лишь подняла:        — Лети отсюда и забудь меня. Меня не видел ты, сказать ты не посмеешь никому. Иначе быть беде. Ты знаешь, я могу.       Не выдержал колдун, собою обернулся и опустился рядом на песок.        — Зачем ты так? Я ведь люблю тебя…        — Пусть так. Теперь мне это безразлично. Нельзя забыть, что было с нами, да, в итоге сердце лишь ожесточилось.        — Мне очень жаль, но пережить пора.        — Пережила. Оставь меня в покое.        — Но без тебя и жизнь мне не мила.        — Найди другую, ту, что сердце успокоит.        — Да не хочу я никого искать. Мне ты нужна, так будет вечно.        — Тогда мне жаль тебя. Страдать ты будешь бесконечно.       Колдун вскочил.        — Смогу тебя вернуть. Ты станешь прежней.        — Смоги, — ведьма печально усмехнулась. — Ты сам себе-то хоть сейчас поверил? Я та, что есть, другою не смогу, теперь уж ни о чем я не жалею.        — Ты врёшь. Ты не могла меня забыть! И всё принять лишь — тоже.        — Не льсти себе, такое может быть. И сон мой больше ничего уж не тревожит. Лети, тебя сюда я не звала. Теперь мне правда безразлично. Но, будь тобою я, семью бы завела, подумала о жизни личной.        — Ты прогоняешь, шанса мне не дав.        — Уже неважно. Теперь многое иное.        — Не отступлюсь.        — Что ж, воля лишь твоя. Да только это всё пустое.        — Посмотрим, — маг сверкнул глазами. — Я тебя люблю. Никто не сможет мне доказать другое.       Сокол взмыл ввысь, ведьма рукой махнула:        — Прощай. Счастливого полёта.       И, обернувшись русалкой, в море уплыла. Морская глубина давно была ей домом.

***

      Летели дни, что складывались в месяца. Листва желтела, на Йоль выпал снег. Сирень в апреле расцвела, в июне — самый долгий день. На пляже, что пустынный даже летом, на том же месте ведьма сидела. Они взирала грустно на облака.       Прошло немало лет, но рана болела. Спасти она тогда старалась, как могла, но так и не сумела. И эта боль с ней навсегда, забыть её — она не смела. Из ниоткуда сокол обернулся магом.        — Любимая… Я долго ждал.        — И зря, тебя предупреждала — не изменю решения я.       Он лист с кармана сложенный достал и, развернув, пред нею положил.        — И это что?        — Портал. Исправить прошлое с ним сможем мы.       И что-то всё же дрогнуло в лице.        — И что это за чушь?        — Не чушь. Над ним работал много лет. Ради тебя. Хоть это-то прими.        — Ты хочешь мне сказать, нам хватит сил?        — Тебе ручаюсь. А кого надо нам спасать… теперь мы знаем.       Но ведьма лишь неверяще смотрела. И по щеке катилась одинокая слеза.        — Всё будет хорошо, я обещаю, — колдун настойчиво смотрел в любимые глаза.        — Давай, — голос её не слушался. — Когда?        — Сегодня в полночь, если хочешь ты.        — Договорились, — словно карканье.       Она отчаянно хотела их спасти.