Барсук

Музыка, долбящая как не каждый мужчина может, пронизывала тело, заставляя сердце биться с ней в одном ритме, а мозг отключаться, позволяя телу расслабиться после тяжёлой рабочей недели. Игорь не любил такие заведения. Не любил многолюдные места, не любил музыку, перекрикивающую людей, не любил пойло, разбавленное водой настолько, что "Война и Мир" могла бы позавидовать... Но почему-то коллеги решили отметить закрытие дела о Чумном Докторе именно тут, а отвертеться не дал аж сам Прокопенко. — Развлекаетесь, Майор?! — Перекрикивая басы, расплывается в лучезарной улыбке Разумовский, вручая Игорю бокал с чем-то, очень похожим на шампанское, и чуть сощуривая глаза от повернувшегося в их сторону прожектора, скользящего лучом по всей толпе и мигающего в такт музыке. — То ещё развлечение... — Бормочет Игорь и, поняв, что его вряд ли услышали, пожимает плечами. — Скорее разрабатываю план тактического отступления! Спасибо, я не пью шампанское, голова от него болит! — Сергей пожимает плечами, отставляя оба бокала на барную стойку за своей спиной и махом головы указывает на неприметную дверцу в углу между панорамным окном и баром. — Пойдёмте, спасу вас от участи оглохнуть в столь знаменательный для Питерской полиции день! — Жестом фокусника Серёжа извлёк из какого-то из тысячи карманов на своей одежде и явил взгляду Грома карточку VIP-гостя, дающую доступ в обитель относительной тишины и нормального алкоголя. — Ужас. Как вообще молодёжь находит в этом что-то весёлое..? — Прикрыв глаза, чуть качает головой Игорь, пытаясь спастись от заложенности ушей, сидя в кресле, куда его хозяйским жестом определил Сергей. — Молодёжь сюда, конечно ходит, но явно не за весельем. — Снисходительно улыбается Разумовский. — Если вы понимаете, о чём я, Майор. — Игорь закатывает глаза, поджав губы, а после, вздохнув, растекается по креслу. — Ужас. Я для этого слишком стар. — Майор... — Качает головой Разумовский, не признавая истину в чужих словах. Игорь не понимает, что он вообще тут делает, если честно. — Слушай... Это же и в честь тебя праздник. Если бы не ты и... И не соцсеть... — Игорь пытается сесть нормально и с трудом подбирает слова. — В общем... Спасибо за помощь. Без тебя Чумной вряд ли бы был пойман так быстро. — Рад помогать защитникам истиной справедливости. — Кивает Серёжа, скучающим взглядом скользят по минибару номера, в котором они с Игорем находятся. — Коньяк, виски? — Коньяк. Чуть-чуть. Завтра снова на работу. — Какое-то время вглядываясь в заморские этикетки на бутылках, всё же делает выбор Игорь, а Сергей тут же выполняет поручение, наливая содержимое бутылки в рюмку. — Кажется, ваши коллеги потихоньку расползаются по домам... — Задумчиво глядя в окно и до сих пор не залив в себя ни капли алкоголя, тянет Сергей. — Вероятно, они были здесь только ради вас. — Игорь не сдерживается от ироничного смешка. — А, вечер тимбилдига от руководства? Понимаю... — Смотрю, вы понимаете людей без слов..? — Игорь вновь обновляет содержимое своей рюмки и смотрит на Разумовского сквозь прозрачное стекло постепенно пустеющей бутылки. — Я немного увлекался детективами и изучал психологию, не профессионально, конечно, а знаете, что-то вроде уровня хобби. Хотел понять, что чувствовал Шерлок, когда расследовал преступления... Простите, я слишком разговорчив... — Сергей смущённо встряхивает головой, чтоб скрыть покрасневшие уши за отросшими волосами, и вновь утыкается взглядом в окно. — Да брось, если я задаю вопрос, значит хочу услышать ответ. И, предвидя возможное возражение, ответы "да" или "ну типа" меня бы не устроили. — Какое-то время Гром просто расслабленно сидит в кресле, наслаждаясь жаром алкоголя в груди, и музыкой, приглушённо доносящейся сквозь толстые стены, а Серёжа изучает его в отражении окна. — Знаете, Игорь, я никогда не думал, что мне Психология или увлечение детективами всерьёз пригодится в моей работе. Ну, IT сфера и убийства... Это как зелёное и мокрое, согласитесь... — Ну, благодаря именно твоей соцсети мы нашли Чумного Доктора, а он убийца. — Пожимает плечами Игорь, и тут же спохватывается. — Давай на "ты", у меня язык заплетается. — Конечно, — Соглашается Серёжа то ли с какой-то из одной частей фразы собеседника, то ли с обеими сразу. — Но я имел в виду, что мне это, в общем-то, не пригодилось, как разработчику. У меня не было цели сделать из соцсети что-то для ловли преступников или аналог полицейской базы, знаешь... Это вы ею просто правильно распорядились. — Игорь в ответ лишь пожимает плечами. Он в этих "кампуктерах" не разбирался от слова совсем, и сам в этой соцсети ничего не тыкал. — А психология? Она в создании соцсети тоже нигде не использовалась. Мои знания, в большинстве своём, монетизированы. Кроме этих двух... Это хобби. Если хобби приносит доход - это работа. Здесь не так. — Если ты достиг цели, то какая разница, был доход или нет. Типа... — Игорь пару раз трясёт пустой рюмкой, подбирая слова. — Твой доход от этих знаний - эмоции. Ну, не обязательно же деньгами всё измерять. Вот ты хотел узнать, что чувствовал Шерлок во время своих расследований, так? Если узнал, то наверняка получил удовольствие от того, что проделанный путь принёс результат. Эмоции тоже могут быть доходом. — Эмоции быстро стираются. — А деньги тратятся. — Деньги могут принести ещё больше денег, а эмоции на хлеб в голодное время не намажешь. Но ты прав. — Кивает Серёжа. — Эмоции удовлетворения от достигнутых целей - тоже достойная плата. Не знаю, что чувствовал Шерлок, но я почти в экстазе, когда мои предположения оказываются верными. А у тебя кроме работы есть хобби? — Игорь доливает себе новую порцию алкоголя и отставляет полупустую бутылку подальше, чтоб не соблазняться, всё же завтра действительно на работу. — Ну... — Он задумывается. — Нет, наверное. Иногда у друга в гараже сидим с шавухой, но это не хобби, а так... Побег от чувства одиночества. — Вся твоя жизнь занята работой, это неправильно. — Вздыхает Серёжа. — Тело в постоянном напряжении, мозг не отдыхает... Несмотря на все очевидные рабочие риски, ты изнашиваешь свой организм отсутствием отдыха. Игорь ожидаемо поджимает губы, закатывает глаза и вновь откидывается на спинку кресла, подпихнув под поясницу круглую пухлую подушку. — Тебе бы на массаж ходить раз в неделю или... Не знаю, йогой заниматься по выходным? — Йогой? — Ржёт Гром, открывая глаза. — Что ж сразу не балетом? — Для балета придётся бросить работу, а наша бравая полиция не переживёт потерю такого высококлассного сотрудника. — Качает головой Сергей. — Но балет можно заменить хорошим сексом. Как показывает практика, когда человек делится своей энергией с партнёром, его мозг так же отдыхает и, можно сказать, допингуется на более продуктивную работу. Предвидя твою шутку, при самоудовлетворении такого результата нет, к сожалению. — Игорь всё же тянется к бутылке. Пожалуй, он слишком трезв для таких разговоров. Хотя, расслабленный алкоголем организм, вибрирующий в такт музыке, на такие откровенные речи реагировал крайне положительно. — Ну, знаешь, не каждая девушка готова ждать мента с работы до поздней ночи ради разового секса в месяц, по причине отсутствующих сил у мужика в иное время. — Игорь залпом осушает рюмку и снова наливает в неё коньяк, глядя на этикетку в попытке запомнить название. Купить бы домой, больно хороший. — Отсутствие сил - это глупость. Есть нежелание или отторжение партнёра. Заевшая бытовуха, которую тянет только один, непонимание... Кроме секса между партнёрами должны быть, знаешь, разговоры. И о чувствах в том числе. И, когда тебя понимают, принимают и любят, когда ты сам любишь в ответ и чувствуешь себя единым со своим партнёром - близость из долга превращается в искреннее желание. Знаешь, людям, даже самым задолбанным, обычно для удовлетворения достаточно просто прелюдий. — Ну, у меня таких знакомых нет. — Смущённо бурчит Игорь, вытягивая ноги. — А блогерша эта? Пчёлкина. — Игорь качает головой в ответ. — Ну куда она мне, скажешь тоже... — Разумовский пожимает плечами. — В жизнь? В сердце? То ли градус алкоголя, то ли градус разговоров повлиял, жар из груди Игоря постепенно сползал ниже, мозг старательно превращался в желе, а шило, не достанное с детства из определённого места, подбивало натворить бед. Серёжа отставляет свою, так и не выпитую, рюмку на подоконник, и подходит к Игорю, склоняясь над ним, уперевшись руками в подлокотники. — Не так важно, куда ты её денешь, если она сможет помочь вам отвлекаться от работы. — Игорь смотрит на Разумовского, который, казалось, гипнотизировал его своим взглядом, отставляет рюмку на столик, а потом резко дёргается навстречу, сталкиваясь с ним губами и притягивая к себе на колени свободной рукой. Разумовский, на удивление, не сопротивлялся, обвил руками шею Игоря, прижимаясь ближе, ерошил его волосы, массируя голову и вызывая у Майора искреннее желание замурлыкать, а главное, не осуждал. В его взгляде не было ни насмешек, ни брезгливости, только ответное желание и, возможно, контроль над происходящим. Музыка за стенкой, правда, заставляла Игоря с трудом удерживаться от желания разбить тут всё оборудование, что, вероятно, по его взгляду прекрасно понял Серёжа, от чего его попытки потереться об Грома всем, чем мама наградила, стали более плавными и напористыми, в желании спасти владельца сего заведения от непредвиденных расходов. Однако, напряжение, которое постепенно едва не искрилось, заставило гуру современных АйТи отвлечься от поцелуев и сползти на пол, тут же расстёгивая ремень на чужих брюках. — Ты серьёзно хочешь..? — Игорь мало что смыслил в увлечениях современной молодёжи, если самого Серёжу можно было отнести к этой категории, однако не то, чтоб самого Разумовского это как-то тревожило. Игорь был достаточно возбуждён, сам Серёжа, поглощённый удовлетворением своих желаний, вообще берегов не видел, а потому, пустив язык на более полезное дело, чем обсуждение чьей-то психологии, он с победной улыбкой встретил первый стон Майора. Смотря на то, как Разумовский ласкает языком то, что Игорь не каждой женщине рисковал доверить, сам Гром с трудом держался в здравом уме. Очень хотелось схватить этого нарушителя личных границ за лохматые после танцпола волосы и насадить как можно глубже на... Сменившийся трек, басами прошивший всё здание и ударивший Игоря сразу в мозг, вызвал у последнего желание стать на часок последователем Чумного Доктора. Просто немного подрезать провода и, возможно, повесить на них организаторов сего заведения, но не более. Серёжа отстраняется, пару раз проводит по всей длине возбуждённого члена Игоря ладонью и, вздрогнув от второй волны басов так же, как и Гром, вздыхает. — Знаешь, Игорь, если ты захочешь уединиться в более тихом месте, то и я не против, и мой офис всегда открыт..? Гром плохо понимал намёки, но Серёжа говорил достаточно прямо, а потому хватило одного кивка, чтобы они оба почти синхронно поднялись, поцеловались и, приведя одежду в более менее приличный вид, вышли в зал к беснующейся толпе. В полутьме Игорь не заметил никого из своих коллег, хотя, сдавалось ему, что и при ярком освещении они бы тут не появились, расползясь по домам, подальше от этого музыкального ужаса. — Знаешь, со стояком ходить - то ещё удовольствие... — Шипит Гром, как только он с Разумовским добирается до свежего воздуха. — Я, конечно, не сантехник, но стояки это и по моей части тоже. — Подмигивает ему Серёжа, открывая дверь дежурящего рядом с выходом такси, у фонарного столба рядом с которым сношалась какая-то парочка, вышедшая из того же заведения по тем же причинам, что и Игорь с Разумовским. — Хоть бы за угол отошли... — До башни "Вместе". — Протягивает таксисту деньги Сергей, игнорируя возмущение Игоря, забившегося в левый угол, вероятно, в попытке побороть своё возбуждение. Серёжа же, то ли на волне алкоголя, то ли принял что-то запрещённое, уселся посередине и со спокойной душой потянулся к чужому ремню левой рукой. — А... Это..? Разумовский сжимает член Игоря сквозь ткань брюк, заставляя того закрыть говорилку и прикрыть глаза. — Так, чем теперь будет занят бравый Майор местной полиции? Бумажная волокита или... Снова в пасть смерти? — Как ни в чём не бывало, расслабленно вопрошает Серёжа, откидываясь на спинку такси и запуская руку под чужое бельё. — Разве вам не положен выходной или вроде того? — На ваше "положено" нашим начальством наложено... — Бурчит Игорь, чувствуя, как проворные пальчики скользят по его члену, оглаживают головку и сжимаются у основания. — Как жестоко. После такого тяжёлого и опасного дела - не дать отдохнуть и восстановиться... — Преступники ждать не будут. — Отворачивается к окну Игорь. В его мозгу связанных мыслей почти не осталось, огонь в груди обжигал даже незачатые мысли, дышать было трудно, не то, что говорить. А Серёжа кладёт голову Майору на плечо, скрывая злорадные искорки в глазах и ускоряется. — Игорь, я хочу тебя прямо здесь. — Почти мурлычет Разумовский, прижимаясь губами к уху Грома, чтобы таксист их не услышал. Игорь в ответ запрокидывает голову, проводя козырьком кепки по низкому потолку, намекая на то, что Разумовский, с его ростом Дяди Стёпы, да и сам Гром, с комфортом здесь не разместятся, вынуждая Серёжу свернуть его ролевые игры до более подходящей обстановки. Офис Разумовского встречает хозяина гостеприимной Марго, проигнорированной обеими мужчинами, раздевающимися по пути к дивану, приглушённым освещением и тремя бутылками шампанского на низком столике. — Игорь-Игорь, подожди... — Прижимаясь к Грому и хаотично целуя того куда-то в область шеи, шепчет Серёжа. — Не хочешь на столе? — Игорь оценивающим взглядом смотрит на рабочий стол любовника, на самого любовника и пожимает плечами. — Везде могу. Как сам хочешь? — На столе. Донесёшь? — Игорь кривит губы в самодовольной ухмылке и закатывает глаза, с лёгкостью поднимая полностью раздетого Разумовского, тут же оказавшись в плену его ног. — Спрашиваешь? Ты даже не мой рабочий вес. — Ох, Майор, вы такой мужественный, такой сильный... — Игорь за несколько шагов преодолевает расстояние, разделявшее их с Серёжей от стола, но не отпускает любовника, кусая того за грудь и оставляя следы зубов на бледной коже. — Никому кроме вас, Майор! — Расценивая сие варварство как попытку обозначить принадлежность Грому, стонет Разумовский и ёрзает, пытаясь перебраться с рук Игоря на стол. Глазки у Игоря шальные, в мозгу ничего кроме похоти, а Серёжа смотрит на него сверху вниз, по-прежнему обвивая его ногами, и плавится от этой энергии, запаха, и вседозволенности. Игорь притягивает его к себе за шею, целует грубо, кусается, царапает спину и едва не рычит, а Разумовский стонет как последняя шлюха и не может усидеть на месте, сползая со стола на пол и смотря снизу вверх, ожидая, когда Игорь притянет его за волосы к члену, заставляя принять как можно глубже, а потом, резко заставив подняться, уложит грудью на стол и трахнет. Серёжа не был поэтом, описывать свои желания красиво и нежно он не умел. Но и Игорь не то, чтоб второй Пушкин. Возможно, конечно, немного Ванга, потому что притягивает Разумовского за волосы и вбивается в его горло так, словно оно по определению должно быть для него готово. Серёжа давится, в глазах стоят слёзы, но затуманенный взгляд Игоря и его, почти животное, рычание удовольствия, удерживали Разумовского на коленях словно привязанного. Гром тянет его наверх, целует, гладит по спине, позволяя отдышаться, тяжело дышит и что-то взглядом ищет в интерьере. — В нижней полке с той стороны стола. Секунду, достану. — Чуть пошатываясь и, на всякий случай, держась за стол, направляется к рабочему месту Серёжа, доставая из полки смазку и презервативы. — А я смотрю, ты всегда готов? — Только для вас, Майор. — Вымученно улыбается Разумовский в ответ и возвращается в уютные объятия Грома. — Только. Для вас. — С расстановкой повторяет он и тянется за поцелуем. — В твоих же интересах. — Кивает Игорь, целуя его и тут же отвешивая шлепок для профилактики. — Едва ли смогу быть... Нежным... Знаешь, я вообще не знаю, можно ли считать меня грубым или нет..? — О, Майор, я скажу, если нужно будет позвать "хорошего полицейского". — Поворачивается к Грому спиной Разумовский и прижимается как можно сильнее к его груди. — Но я, знаете ли, ничего против "плохого копа" не имею. — Игорь резко заламывает Разумовскому руку за спину, заставляя улечься грудью на стол и судорожно вздохнуть. — Что вы хотите знать, Майор? — Всё, что вам известно о Чумном Докторе, Разумовский. И чем больше вы скажете, тем быстрее мы закончим. — О, Майор, в моих интересах хранить молчание, если вы понимаете о чём я. — Смеётся Разумовский и прогибается в пояснице. — Вам придётся постараться, чтобы получить от меня хотя бы слово. Игорь спит. Пожалуй, впервые за последнюю пару недель он действительно спит, а не дремлет, дёргаясь от каждого шороха. Серёжа смотрит на него поверх экрана ноутбука, сидя за рабочим столом и читая новостную сводку. Взрыв в баре, в котором собрались важные шишки и жёлуди "высшего света", прогремевший через пару часов после того, как оттуда ушёл он сам с Игорем на пару, сотряс все соцсети и новостные блоги. Разбитая пополам вывеска заведения, ставшая ироничной насмешкой над терактом, украшала все новостные колонки и репортажи. Ровная, но лишённая освещения из-за повреждённых проводов часть названия "бар" терялась на фоне висящей на уцелевших проводах части названия "сук". Тела погибших, которые грузили в машины скорой помощи, комментарии репортёров... Серёжа отвлекается на шорох за спиной. Увлечённый изучением "экспертных мнений диванных критиков", он пропустил возвращение своего коллеги по цеху, всё ещё одетого в костюм Чумного Доктора. Недопитая бутылка коньяка из бара со стуком опускается на стол. На донышке уже виден белый осадок волшебного порошка, а количество отсутствующей жидкости в самой таре явно намекает, что Майор вернётся на защиту интересов Родины не меньше, чем через пару часов. — Не разбрасывайся уликами, Серый. — Склоняется над ним Доктор, а Разумовский тянется к маске, стягивая её и откладывая к бутылке, прижимается к губам коллеги и улыбается. — С возвращением, Олеж, я... — Не говори, что скучал, не поверю. — Качает головой Волков, взглядом указывая на живописную картину под распахнутым халатом Разумовского. — Я переодеваться и в душ. В твоих интересах добраться туда раньше меня вместе со смазкой иначе трахну без неё. Серёжа на это лишь закатывает глаза, но целует Олега в висок и покорно лезет в ящик стола. — И бутылку убери. — Забирая маску, направляется к картине Олег. — И этому будильник поставь. А то бравая полиция без него и шагу не ступит. — Иди уже, командир. Жду в душе. — Выливая содержимое бутылки в цветочный горшок, а саму её выкидывая в урну, закатывает глаза Серёжа. — А то он проснётся от твоего бубнежа, что делать будем? Олег качает головой и скрывается в хранилище, а Серёжа, распорядившись, чтоб Марго разбудила Игоря через десять минут, направляется в душевую. Ему ещё коллегу благодарить, Майору он своё "извините" уже организовал.