Отчего ты злишься?

      Стервы бывают разные. Есть холодные и прямолинейные, есть тихие и хитрые, а есть прекрасные и миловидные. Лаура недолюбливает всех. Образ серьезного и жесткого директора школы леди разрушился уже давно, но она все равно вызывает страх у девушек, которые переборщили с алкоголем или «элегантно прописали» своей однокласснице по лицу.       Она была милой, но добивалась всего благодаря настойчивости. Она поднялась с самых низов и готова была рвать глотки за место под солнцем, оставаясь харизматичной и веселой. Каково же было ее удивление, когда на съемках она увидела в миловидной заместительнице стервозную даму, которая готова навести шуму в социальных сетях. — Этим людям надо лечиться. Они не в себе, — Мария ходила из стороны в сторону, размахивая руками. До этого она высказала на тему того, что комплименты Лукиной девочкам неуместны, потому что «люди в интернете все не так поймут». Лукина пошутила, что будет говорить комплименты только Третьяковой. Маша начала кричать еще громче. — Так не смотри и не читай. Ты публичный человек, Марусь, ты должна была быть готова к этому. Такой ответ, очевидно, Третьякову не устраивал. — Может мне в монастырь уйти? — Научилась бы там терпению. Мария начала закипать еще больше. Понимая, что в дальнейшем это приведет к конфликту, Лукина решила смягчить тон: — Слушай, тебя можно понять. Но давай будем честны: если это бред, так оставь его тем, кто в него верит. Пусть те, кто верят в «ангела», продолжат в него верить. Ты себя знаешь, Маш. Я тебя тоже знаю. Прости, но такую как ты еще поискать нужно. — Какую еще «такую»? — Третьякова скрестила руки на груди, ожидая объяснений. Ей все это не нравилось. С чего она вообще завела этот разговор? В который раз? Лаура уже не помнила. Она лишь раздражалась этой заносчивости. Выскочка. Родилась с золотой ложкой во рту и еще жалуется. — Такую стерву, Третьякова. Не нравится, когда говорят подобное? Я тебе объясню: ты отыгрываешь свой образ уже много лет, в интернете злясь на незнакомых людей. Ты пытаешься быть той, кем не являешься. Серьезно? Не думала, что нужно просто игнорировать? Почему тебя это вообще волнует? — Ты назвала меня стервой? — Это все, что ты услышала? Почему Марию волновало все, что о ней пишут? Почему она снова и снова переходит по хештегам и продолжает смотреть всякие видео, прекрасно зная, что ужасно разозлится из-за этого? Почему ей было неприятно слушать комплименты от Лукиной, адресованные кому-то другому? Почему этих девушек позже хотелось задушить во сне? Она не могла ответить на эти вопросы. Скорее всего просто потому, что Лаура словно преследовала ее, даже когда была далеко, но, оказываясь рядом, не одаривала вниманием. По ее же просьбе. Это раздражало. Все вокруг было ужасно удручающим. — Я не стерва. Я просто отстаиваю свои границы. — Ты отказалась от них, став публичным человеком. Лаура была права. Снова. Каждый раз, когда Третьякова жаловалась, Лаура говорила то, что было правдой. Это бесило. Бесило и то, что за последнее время Лукина похвалила лишь одно ее платье. Этого мало. — Я не хочу, чтобы в интернете все считали, что мы спим. Лукина усмехнулась. — Мы не спим. Можем переспать, если хочешь, конечно… Но давай не сейчас, хорошо? Сейчас ты меня немного раздражаешь своим детским поведением. Для меня это не сексуально, прости. Третьякова подошла ближе. — Неужели? Потому что я стерва, да? — Да. — Потому что я не заслуживаю внимания Лауры Лукиной, которая пахала всю жизнь, да? — Маша, по хорошему тебя прошу… Третьякова приближалась и приближалась, желая… чего? Напугать? Заполучить все внимание? Услышать как можно больше от этой женщины перед тем, как она начнет уделять внимание кому-то другому? — Я не угроза для тебя, Лаур. — она неожиданно смягчилась. — Для кого-угодно, но не для тебя. Она стояла слишком близко. Она снова улыбалась как самый невинный человек на свете, и Лаура снова верила ей. Эту ошибку она повторяла множество раз. На некоторых ошибках не хочется учиться. — Я не вижу в тебе угрозу, — сказала Лаура тихим голосом, немного сведя брови. — Я тебе не верю, — этот взгляд самой невинности гипнотизировал. — Ты ждешь доказательств? — практически шепот. — Да. — Каких? — Поцелуй меня. И Лаура это сделала. Мария вновь заполучила ее, но на этот раз целиком и полностью.