Милые прозвища

— Зефирка ты моя нежная, — хихикнул Гарри. — Не называй меня так, – с недовольным видом ответил Том. — Почему? — В каком месте я зефирка? Может мой железный торс вызвал такую ассоциацию? Или может быть тебе приходит на ум это слово, когда мой твердый, как камень, член таранит твою задницу? — Э-э-э… — То-то же. — Тыковка? — Гарри взглянул на парня с надеждой. — Серьезно? — с нотками усталости в голосе протянул Риддл. Они уже около получаса бродили возле Черного озера. Иногда по пятницам семикурсников отпускали с занятий пораньше. Так что выбраться на прогулку удалось до захода солнца. Из-за плотного учебного графика Гарри и Том уже пять дней не покидали стены Хогвартса, поэтому теперь с жадностью вдыхали холодный осенний воздух. И наслаждались тем, как под подошвами ботинок шелестит листва. Во время этого вечернего променада, Гарри решил попытаться осуществить давнишнюю мечту — придумать для своего парня прозвище, которое тот бы не раскритиковал. — Крошка? — совершил очередную попытку Поттер. — Пф… Ассоциация с чем-то маленьким, незначительным. И чем же я тебе напомнил крошку? Может ростом или масштабом личности? — Ну ты и душнила, Риддл, — поёжился гриффиндорец. — Сочту это за комплимент, мой милый Гарри, — демонстративно выровнял спину слизеринец. — Это был вовсе не комплимент. Уж поверь! — усмехнулся Поттер. — И, кстати! Вот я же не возмущаюсь, что ты называешь меня милым. — Ты милый. Это факт. И ты не найдешь весомого аргумента, дабы это опровергнуть. — Зануда. Они шли, держась за руки. Поэтому, когда Гарри вдруг остановился, Том затормозил следом за ним. — Ты только посмотри, как красиво, — Гарри любовался видом на старинное величественное здание школы чародейства и волшебства. Рядом с замком росли дубы, березы и платаны. Их пышные кроны пестрели желтым, оранжевым и красным. Все это вкупе складывалось в сказочную картину. — Очень красиво, — Том в свою очередь устремил взгляд на парня. — Подлиза, — хмыкнул Гарри. — Это могло быть правдой, если бы мне от тебя было что-то нужно. А так я просто говорю, как есть. — Ой, как будто тебе совсем ничего от меня не нужно. — А! Это… Я и забыл. Том на протяжении всего сентября уговаривал Гарри отведать его ремня. Он вычитал в журнале «ПорноМаг» о необычной сексуальной прелюдии. В статье писали, что следует отшлёпать партнёра по заднице ремнём или специальной плёткой. Также можно при этом произносить какие-то грязные словечки — обзывать своего любовника или рассказывать, что хочешь с ним сделать в постели. Риддл очень воодушевился такой перспективой. Правда себя на роль «отшлёпанного» не предлагал. Учитывая свою «активную» позицию в сексе, считал, что справедливо будет воздействовать именно на Гарри. А тот не поддавался на уговоры. Риддл придумывал все новые и новые способы убеждения. Но все было тщетно. Пришлось сделать вид, что сдался и закрыть на время эту тему. — Кстати, Гарри! Любимый мой! Ненаглядный и неповторимый! Ты помнишь, какой завтра день? — Э-э-э… 28 октября? Суббота? — Гарри-Гарри… — Том издал какие-то цокающие звуки. — И это меня называют бесчувственным. Завтра нашим отношениям исполняется год. Поттер на мгновение застыл с открытым от удивления ртом. Риддлу очень хотелось воспользоваться моментом и устроить вторжение своего языка… Но насладиться «провалом» своего парня было куда интереснее. — Прости, — протянул Поттер. — Как же я мог забыть… Гарри передернул плечами вспомнив грандиозный скандал, который ему год назад устроили друзья. — Как ты можешь встречаться с этим подлым змеем? — вопила Гермиона, меряя шагами спальню мальчиков. — Да, я не приветствую вражду между факультетами. Но! В этом случае… Гарри! Пойми, он может быть опасен. Я беспокоюсь о тебе! Поговаривают, что Риддл создал тайную организацию, в которой практикуют тёмную магию. Только вот никто не знает, кто входит в состав этого клуба. Также неизвестно, как они называются. «Орден Вальпургиевых Рыцарей», — про себя вспомнил Гарри. Разумеется, он также знал фамилии его членов — Нотт, Блэк, Лестрейндж, Малфой, Эйвери, Розье… — Ты трахаешься с мужиком? С мужиком??? — брюзжал слюной Рон. Подруге потребовалось около недели, чтобы принять выбор Гарри. Уизли же не разговаривал с ним целый месяц, только косо зыркал и демонстративно отворачивался. — Извинения не принимаются! Так и хочется сказать, что ты будешь наказан, — хищно улыбнулся Риддл. — Но мне нужно твое согласие. Как раз будет для меня шикарный подарок на нашу годовщину. — Ладно, я подумаю, — смущенно улыбнулся Поттер. — О большем и не прошу, — глаза Тома лукаво блеснули. — Так, на чем мы остановились? — деловито спросил Гарри, когда они продолжили прогулку вдоль озера. — Котик?! Том цокнул языком и придав тону скептицизма спросил: — Ты видишь на мне шерсть? — Ну кое-где она таки есть, — хитро сощурил глаза Гарри. — Справедливо, — усмехнулся собеседник. — Но котик мне все-равно не подходит. — Ой, да ладно тебе. А кто недавно тёрся о мое плечо, как маленький котёночек? Такой сладкий-сладкий…. — Да иди ты, — Том притворился, что обиделся. — Изумрудик?! — не унимался Гарри. — Ну уж нет! Это как-то слишком пафосно. Я же не пафосный, верно? — Это ты-то? — с трудом сдерживал приступ смеха Гарри. — Вспомни только название своего клуба… — Я с тобой совершенно не согласен, но ты имеешь право на личное мнение. — Хорошо-хорошо, сладкая попка, – настрой Гарри становился все игривее. — Ну это больше про тебя, — нарочито серьезным тоном сказал Риддл и ущипнул парня за правую ягодицу. Поттер смущенно улыбнулся. — Ну тогда… Солнышко! — Гарри, ты совсем рехнулся, если решил так называть самого мрачного мага Британии. — Ну ты не мрачнее профессора Снейпа. — Да мистер Снейп по сравнению со мной пушистый книззл. — Ну и ладно. Тогда я считаю твою мрачность умилительной. Съел? — С таким же успехом милыми можно назвать фестралов или летучих мышей. — Так они такие и есть. — Ну и странные у тебя вкусы, Гарри. — Как видишь, — Поттер погладил парня по плечу и взглянул на него исподлобья, как бы намекая… — Туше, — громко рассмеялся Риддл. Правда его смех больше напоминал карканье какого-то жуткого ворона. — Лорд Умняш? — не сдавался Поттер. — Лорд – это титул, а не прозвище. А «умняш» можно сказать, к примеру, про твою Грейнджер. А я гений! — Ну да! Как я мог забыть, — беззлобно усмехнулся Гарри. Поттера искренне восхищал высокий уровень интеллекта любимого и его старательность в учебе. Но в то же время раздражало, что на других смотрит как-бы свысока. Хотя свою претенциозность он старался не проявлять по отношению к Гарри. — Карамелька? — Знаешь же, что я не люблю конфеты, — отрезал Том. — Та ты уже задрал! Все тебе не нравится… — разочарованно взмахнул руками Гарри. — Просто какой-то злобный змей-душнила. — О! А вот это мне подходит, — довольно улыбнулся Риддл и крепко обнял своего парня.