Ревность.

– Ой ну там типа пиздец полный был, бля буду, я потом-... Майк затих, обернувшись на встряхнувшего его за плечо одноклассника, что поблескивая рыжими кудряшками встал прямиком пред Уиллом, с улыбкой во все 32 начав что-то говорить о какой-то DVD игре что он прошел на выходных, прерывая их чудный, такой близкий диалог с темноволосым другом... Ревность. Через чур подлое чувство, не так ли? От чего же так ревностно смотреть на то, как объект твоего обожания касается кого-то кротко? Казалось бы, нечаянно, однако ты уже мысленно прикидывал где же закопать то тело что получило такое благословение в виде его касания. Он не сводил взгляда, стискивал руки в кулаки, однако все ещё пытался очертить четкую грань между сознанием и реальностью. Казалось, голос в голове так и твердил с нахальной усмешкой, словно бы нарочно пытаясь вывести парнишку с цветом волос усохшегося каштана действовать решительней. Однако, он все ещё не был уверен, стоит ли это того, но-... Так ли это важно? Некоторые дамы и не только, давным давно пали "смертью храбрых", связавшись явно не с тем, приняв низкорослого мальчишку с извечно грязным воротом свитера за бесхребетную материю, что будет не способна отстоять даже собственную любовь. Однако, они очень явно ошиблись, уже очень скоро поплатившись за свою наивность. На лице расцвела бесцветная эмоций улыбка, глядя в изумруды глаз какого-то паренька, что чуть ли не прилепился к так близкому ему по духу (или не совсем) Майку, активно что-то рассказывая, при том ярко жестикулируя, не позволяя даже при желании отвести от себя взгляда, все время подставляясь под взор карих глаз. Бесит. Он чертовски бесит. Было бы не плохо выбросить его с крыши, приняв это действо как несчастный случай, оставшись невинным свидетелем, что захлебываясь слезами объяснял подробности его "самоубийства", всхлипывая явно, как он проварачивал это один раз, а после и второй, кажется, третий...и- – Уилл! Смотри-смотри!! Окликнул нежданно голос причудливой девчушки откуда-то из-за спины, заставляя обернуться инстинктивно, да улыбнуться краем губ фальшиво. В лицо ткнули маленьким экранчиком телефона, что пестрил каким-то новомодным мемом под не скрытый дамский смех. Уилл прыснул в кулак тихим смешком, указав в одну из частей экрана, бросив кроткое "мы?", на что девчушка запищала весело, захлебываясь малость истерическим, даже, от части пугающим Уилла смехом, да бросая громкие согласия, на то что парнишка скривился от резкой навалившейся на него тяжести. Вовсе и не заметив, сверлящего его в спину взгляда Уиллера. *** Собственные руки без угрызений совести сжимаются на чужой шее, под громкое кряхтение и судорожные всхлипы. Рыжеволосый мальчишка бился в агонии, пытаясь вырваться из крепкой хватки, бил беспорядочно руками по кафелю туалетной плитки, роняя соленые слезы, сначала угрожая, а после же, умоляя пощадить, однако...его не слышат. Тонкие руки лишь сильнее сжимают чужую шею, мозолистые пальцы с неистовой силой надавливают на кадык, наваливаясь сверху, опираясь на локти весом тела, чуть приподнимаясь тазом, без капли сочувствия во взгляде, не дрожа ни единым мускулом на лице наблюдая, как тухнут яркие изумруды глаз. Он поддался, снова поддался голосу ревности в своей голове. Тошно. Нанести пару глубоких царапин на запястье мертвого тела, открыть нараспашку окно, да сбросить ныне мертвого одноклассника. Резиновые медицинские перчатки летят в урну, а канцелярский измазанный кровью нож так и остался лежать на подоконнике, как ложная улика на пару с лакированной обувью. Который он по счету? Уже не важно, нужно лишь умыть руки и лицо от остатков чужого мяса и крови. Однако стоит Уиллу обернуться, он тут же застывает неподвижной статуей, лицезрев весьма удивительную, и вместе с тем, комичную картину: Взору предстал заляпанный по локоть кровью Майк, с тем самым девичьим мобильным в розовом чехле. Его глаза расширились от удивления встретить друга в подобном месте, а ноги не желали слушаться. Сердце отбивало ритм на 6 и 8 четвертей, а мысли мешаются в один гулкий круговорот. – А-... Невольно сорвалось с губ хрипло малость, и более, Уилл ничего не смог сказать. Кажется, они поняли друг друга без лишних слов. Растянувшись в животных оскалах, малость походивших на улыбки, ослеплённые ненормальной любовью, на пару с янтарным, осенним закатом. Чёртовы психи, что нашли друг друга в таком же чертовски ненормальном мире, полным ложных масок. Приятно ощущать на себе так желанные руки, а так же, столь желанные губы, что с трепетом и жадностью впились в собственные, а руки сжались вместе с мерзким хлюпаньем крови на ладонях. Мертвые детские тела, так и не были найдены.