***
— Оденешь это сегодня вечером, — лорд МакКензи небрежно указал на коробки, которые слуга как раз складывал на кровать. Эмблему магазина Кассандра не узнала, но насторожились, не ожидая от подарка ничего хорошего. — Мы куда-то идём? — спросила растерянно. Мысль о том, что Мэт потянет её на светский приём, вгоняла в панику. Это тут, за четырьмя стенами она чувствовала себя спокойно, а там, среди старых знакомых… Да она просто провалится сквозь землю от стыда. А если там будет кто-то из родственников? Родители? — К нам вечером придут гости. Я зайду за тобой в восемь, — мужчина уже направился к выходу, но в последний момент остановился и добавил устало: — … И Касси, умоляю, будь послушной девочкой… — Мерзавец! — прошипела девушка, заглянув в одну из коробок. — Ненавижу!***
Когда продолжительность твоей жизни превышает среднестатическую почти в три раза, а счёт в банке радует своими нулями, ограждая от таких насущных проблем, как пропитание или же одежда на зиму, жить становится приятно, но скучно. Именно по этой причине большинство магов увлекались опасными видами спорта, участвовали в подпольных боях или же играли в азартные игры. В доме МакКензи, к примеру, иногда собирались любители сыграть в покер. Ставки были значительные и не всегда исчислялись в деньгах. Тут проигрывали и честь, и совесть, а иногда и саму жизнь. Сегодня гости собрались немного по другой причине — всем было любопытно посмотреть на вернувшуюся леди МакКензи. Правда ли, что теперь она носит ошейник подчинения? А может, это наглая ложь? Главная звезда вечера не заставила себя долго ждать и появилась в самом начале, вынуждая присутствующих на миг оторваться от игры и обратить всё своё внимание на дьявольски красивую девушку, которая была скорее раздета, чем одета. Кассандра могла поблагодарить Мэта лишь за трусики, довольно скромные, в отличие от остального комплекта сексуальной горничной, который тот умудрился где-то достать. Пышная короткая чёрная юбка покачивалась в такт шагам, а прозрачная белая блузка, надетая на голое тело, скорее подчёркивала красивую высокую грудь, нежели скрывала. Поверх этого комплекта был надет передник с кокетливыми рюшами, а на ногах красовались лакированные чёрные туфли на высоком каблуке. Дополнял образ ошейник, который сейчас переливался всеми цветами радуги, словно усыпанный драгоценными камнями. Наверное, это было эффектно. Впрочем, окружающие явно были довольны представлением. Кассандра заметила несколько знакомых лиц, которые посещали её ещё в борделе и чуть не упала, споткнувшись на ровном месте. Она догадалась, для чего её сюда привели. — Мэт, — тихий шепот на грани истерики, — пожалуйста. Но мужчина сделал вид, что ничего не услышал, и обратился к гостям: — Добрый вечер, дамы и господа. Рад всех вас приветствовать в своём доме. Спешу представить главную гостью этого вечера — Кассандру МакКензи. Зал сразу зашумел, тихо перешептываясь. Дамы весело ухмылялись, а мужчины только и делали, что пожирали раздетую девушку глазами. — Можете развлекаться, — разрешил Мэтью, передавая поводок от ошейника ближайшему приглашенному. Сперва гости не поняли, что произошло, а потом, сообразив, начали сходиться ближе к «сцене», не желая упустить ни секунды представления. Наслаждаться чужими страданиями люди любили во все времена. — Небось сам уже позабавился, — мужчина в красивом смокинге похабно оскалился. — Какая крошка, — подключился второй и, вероятно, самый смелый, потому что подошёл, хлопнул девушку по попе, сжав при этом ягодицу. Она не сопротивлялась, не кричала. К чему ещё больше веселить собравшуюся компанию? — Да, отличная девка, — это подключился другой, лапая Кассандру за грудь. Как ни странно, женщины, которых было довольно мало, не чувствовали ни капли сострадания к той, которая ещё недавно приезжала к ним в гости и поздравляла детей с днём рождения. Неудачников не любили в высшем обществе. Их презирали, над ними насмехались, а рабов вообще ставили вровень с домашними питомцами. Одна из дам решила расстегнуть блузку на рабыне, а позже, лукаво улыбнувшись супругу, принялась целовать той грудь, играясь языком с соском. Муж не остался в стороне и пристроился с другой стороны, залезая девушке под юбку… Подобные встречи, заканчивающиеся оргиями, имели место быть в высшем свете. Правда, ещё не разу до этого дня не проводились у МакКензи. Вообще этого сноба считали необщительным психом и старались свести светское общение к минимуму. К сожалению, игнорировать полностью его никто не смел. И здоровались, широко улыбаясь, и пригласительные рассылали в обязательном порядке. Правда, никто не спешил сватать ему своих дочерей, опасаясь, что этот сумасшедший дар мог передаться их внукам. Все втайне надеялись, что род МакКензи наконец прервется и дышать станет хоть чуточку легче. Только некоторые из присутствующих не двинулись с места. Лишь сели поудобнее, чтобы было лучше видно. — Сандра, иди сюда, — раздался неожиданный приказ, прерывая самое интересное. От одного из мужчин, который как раз нагнул рабыню и пристроился сзади с расстёгнутой ширинкой. — Ты никуда не пойдешь! — протестующе закричал гость и схватил девушку за запястье, останавливая. В следующее мгновение он заорал, хватаясь за пах и согнувшись осел на пол. Из-под его ладоней текла кровь. Люди в ужасе закричали, кто-то побежал к дверям, другие пытались магичить, но ничего не выходило. Комната была закрыта, а чары временно сбоили. — Продолжайте! — скомандовал Мэт равнодушно, посылая нити принуждения во всех присутствующих, за исключением тех, кто остался сидеть на местах и не спешил тянуть руки к его имуществу. Оказалось довольно легко узнать перечень всех аристократов, которые посещали Сандру за те два года, которые она провела в борделе. Всех тех, с кем он не был знаком, Мэтью вычеркнул из списка, а остальных пригласил в гости. Пора было напомнить о себе, а то позабыли, расслабились настолько, что осмелились сделать из него посмешище. — А вы можете быть свободны, — он позволил великодушно уйти тем немногим, кто не участвовал в оргии. Пара дам решила поскорее сбежать, а другие, предчувствуя неплохое представление, попросили разрешения остаться. — Продолжайте! — бросил Мэт ещё раз и поудобнее уселся в кресло. Кассандра послушно опустилась на колено, тонкая, с неестественно ровной спиной. — Наслаждайся, дорогая, — сказал он тихо ей на ушко.