Джамбо

      — Я говорил тебе не есть столько рамэна? — вздохнул Ичиджоуджи.       — Я же говорил, что хочу открыть свою точку с лучшим в мире рамэном! А для этого нужно оценить стряпню конкурентов, — обречённо произнёс Дайскэ, держась за живот. — А ведь сегодня такой день!       — А ты уверен, что для осознания вкуса тебе нужно было съесть десять порций?       — Нет! Я так и не понял вкуса! — застонал парень. Его друг только закатил глаза.       — И как я тут оказался?       Это случилось неделю назад. Кэн возвращался из университета, когда увидел возле своего дома Мотомию и Иноуэ. Они о чём-то оживлённо переговаривались.       — В соседний город приезжает «Джамбо»! — произнесли они хором вместо приветствия.       — Кто такой Джамбо? — хмуро уточнил гений ради приличия. Главное он уже понял: что бы это ни было, его заставят принимать в этом участие.       — Не кто, а что, — снисходительно хмыкнул Дайскэ.       — Это самая популярная рок-группа! — пояснила Мияко.       — Мы с Мияко их фанаты!       — Очень рад, что у вас всё же нашлись общие интересы, но при чём здесь я? — Кэн всё ещё надеялся, что пронесёт.       — Глупенький, ты едешь с нами, — друзья переглянулись.       — Я предпочитаю кантри.       — Прости, но тебя никто не спрашивает. Не хочешь на концерт — так хотя бы посиди с Тибимоном и Поромоном. Они разнесут весь номер, если их оставить без присмотра, — оба энергично кивнули.       — И вообще, кто нас одних отпустит? Это же мы.       Кэн вздрогнул, представляя всевозможные истории, в которые эти двое могут вляпаться. С них станется. Последний аргумент оказался решающим.       Мияко вошла в номер и протянула Дайскэ таблетку и стакан воды.       — Это всё, что было на ресепшене.       — Кажется, моё присутствие не избавляет вас от удивительной способности находить проблемы на ровном месте, — заметил Ичиджоуджи. Девушка ухмыльнулась.       — Ещё не вечер. Я не собираюсь пропускать концерт из-за того, что какой-то дурак любит поесть. Собирайся, — Кэн посмотрел по сторонам и к своему несчастью понял, что обращаются именно к нему.       — Я?       — Ты хочешь, чтобы я одна пошла на концерт, где будут одни рокеры?       — А Мотомия?       — О, не переживай, за ним есть кому присмотреть, — краем глаза Кэн заметил, как три дигимона уже вовсю прыгают по больному.       — Мы присмотрим, — вызвался Вормон.       — О чём речь?! — подхватил Поромон.       — Можете положиться на нас, — согласился Тибимон. В его глазах мелькнул недобрый огонёк, так что гению оставалось только посочувствовать своему лучшему другу.       — Ну, ты идёшь или как? — это был странный вопрос от человека, который уже обхватил его запястье и настойчиво тянул к выходу.       «У неё холодная ладонь», — удивился Ичиджоуджи. В комнате было душно, а её пальцы казались ледяными от волнения.       — А ты так пойдешь? — Иноуэ резко остановилась.       — Что? — она опустила голову, осматривая себя. Точно: розовая юбка и футболка с мишкой. Не самый подходящий наряд для рок-концерта. — Ой.       Иноуэ Мияко стояла напротив зеркала и смотрела на свою ладонь. Неужели она и правда это сделала? Взяла Кэна за руку! Сердце до сих пор бешено колотилось. Любить — сложно. От одного прикосновения хочется летать, но тяжёлые мысли быстро опускают на землю. Если она признается, а её чувства будут не взаимны, то это будет конец всему: дружбе, партнёрству, даже спасение мира может оказаться под угрозой.       Мияко посмотрела на своё отражение. Она — избранная, хранительница знака Любви. Почему же тогда ей так трудно разобраться в себе? Всех любить, за всех переживать и при этом чётко осознавать реальность... А ещё ей было мучительно стыдно за то, что она может злиться, ненавидеть и даже завидовать. Это мешало мыслить объективно.       Наверное, у Хикари Ягами толпы поклонников. Она красивая, добрая и светлая. В такую невозможно не влюбиться. Они подруги, но личные темы почти никогда не обсуждают. Не скажет же Мияко своей партнёрше по джогресс-эволюции, что иногда втайне ей завидует.       Будь Иноуэ такой же изящной, как Хикари, ей было бы проще признаться Кэну в своих чувствах... наверное.       Мияко перевела взгляд на дверь и вспомнила, что безнадёжно опаздывает.

***

      Мияко подошла к двери своего номера и обернулась к спутнику.       — Ну и как тебе концерт? — Кэн вспомнил, как весь вечер возле подруги крутился какой-то парень. Она не обратила на него внимания, но сколько таких ещё будет в будущем?       — Мне понравилось.       — Вот видишь, «Джамбо» не хуже кантри!       — Нет, музыка у них ужасная. Я больше никогда не буду это слушать. Но мне понравилось проводить с тобой время... На самом деле, мне это уже давно нравится.       Мияко замерла, не зная, что ответить. Кэн не жалел о сказанном. Даже если его сейчас отвергнут, он хотя бы попытался.       — Я тебе нравлюсь? — тихо спросила она.       — Да.       — Тогда поцелуй меня.       — В щёчку?       — Нет, — Мияко решительно мотнула головой, шагнула ближе и сама поцеловала его.       — Ну что там? — прошептал Дайскэ дигимонам, которые во все глаза подглядывали в коридор через приоткрытую дверь.       — Целуются, — радостно зашептал Тибимон.       — Наконец-то они признались, — облегчённо вздохнул Поромон.       — В чём признались? — не понял Вормон.       Троица негромко рассмеялась.       — Как-нибудь спросишь у Кэна, — улыбнулся Дайскэ, забыв о боли в животе. Все-таки он не зря пожертвовал здоровьем ради этого вечера.