Tomorrow 2

      После разговора с Нефритовой Императрицей, Ку Рён вернулась в отдел. Там её дожидался Рён Гу, который уже закончил отчёт о ложном «вызове».       — Руководитель, этот отчёт нужно доставить господину Паку. Это сделать сегодня или завтра уже? – В «Фантасмагории» решили на какое-то время отказаться от электронного варианта хранения информации, дабы лучше ориентироваться, если в системе вновь возникнут перебои. Хотя с того момента, таких случаев пока что не возникало.       — Отнесём завтра, сегодня рабочий день закончен. Если они его потеряют, потом обвинят нас в том, что мы не сдали вовремя.       — Директор не говорила, когда в нашем отделе появится пополнение? Новичков обучать не хочется, но мы не успеваем. В последнее время участились случаи суицида.       — Про это пока ничего не было сказано. Сейчас ужесточился отбор жнецов, не все могут пройти, а кто проходит, выбирают работу полегче.       Раньше тоже никто не стремился перейти к ним в команду. Было это по причине непризнанности отдела и того, что его руководитель из Ада. Теперь же, глобальной проблема стала вторая. Хотя Рён Гу до сих пор не понимает, почему всех это так пугает.       Звонок телефона, который за этот год они стали слышать слишком часто, сигнализировал о новом человеке, решившем свести счёты с жизнью. На экране высветилась фотография молодой девушки.       — Чхве Ё На? – В один голос воскликнули руководитель и помощник.       — Руководитель, – Рён Гу повернулся в сторону Ку Рён, которая также пребывала в недоумении. — Почему это произошло опять?             —Не знаю, но судя по тому, как стремительно растёт её уровень негативной энергии, мы можем не успеть, если не поторопимся.

***

      На крыше четырёхэтажного дома, недалеко от района, где теперь жил Чжон Ун, стояла девушка. Чхве Ё На. Жнецы уже были знакомы с ней, два года назад она предпринимала попытку суицида из-за аварии, в которой потеряла ребёнка и возможность забеременеть когда-нибудь ещё раз. Тогда им удалось спасти её и снизить уровень энергии до минимума, они подарили ей новый смысл жизни. Но что произошло сейчас, из-за чего она снова пришла к такому решению, было загадкой даже для них.       — Ты с ума сошла? – Ку Рён успела как раз в тот момент, когда девушка уже сделала шаг вперёд.       — Не хочу, отпустите, – Ё На изо всех сил пыталась вырваться, но Ку Рён держала крепко. — Я всё равно спрыгну.       — Прыгай, только не с такой высоты. Здесь ты максимум получишь перелом позвоночника и навсегда будешь прикована к постели. Тогда, чтобы спрыгнуть, тебе нужно будет просить кого-то, а никто не захочет брать на себя вину за твою смерть. Ку Рён посадила обмякшее тело девушки на крышу и придвинулась к ней на корточках.       — Что произошло?       — Я не хочу жить, – сквозь слёзы девушка пыталась разглядеть лица стоящих перед ней людей, но получалось плохо. Лишь по цвету волос она поняла, что уже где-то видела эту женщину.       — Ё На, расскажите нам, что заставило вас снова прийти сюда? – Рён Гу присел с другой стороны девушки и взял её за руку.       — У Сон….Я не заслуживаю его….Он найдет себе новую девушку, которая родит ему детей, а я….моё время ушло.       — Он тебе это сам сказал? – Хоть Ку Рён и научилась более мягко поддерживать людей, но иногда её сдержанности приходил конец.       — Нет, он такого никогда не скажет, даже если будет думать…       — С чего ты взяла, что он так думает? Мужчины, существа примитивные, что не касается любви – говорят прямо. Если бы он не хотел с тобой быть, он бы бросил тебя, не дожидаясь твоего самоубийства.       — Он просто не понимает, что со мной у него не будет счастья. Я не смогу родить ему детей, – девушка уже перестала плакать. Сейчас она выглядела более отстранённой, приближенной к истерике.       — Кто тебе сказал, что счастье в детях?       — Свекровь. Она постоянно говорит, что с такой как я, ему будет плохо. Он захочет ребёнка, а я не смогу ему родить. Когда я была беременна, она так хорошо ко мне относилась, стала второй мамой. В день аварии и после него поддерживала, говорила, что всё наладится, но в какой-то момент всё изменилось. Она каждый день стала твердить о том, что я не пара её сыну и со мной он только страдает. Понимаете, я не смогу его отпустить. Я не хочу жить с мыслью о том, что к нему прикасается другая или он смотрит на неё также, как когда-то смотрел на меня. Мне лучше уйти, чтобы не чувствовать эту боль.       — А о том, какую боль будет чувствовать он, ты подумала? – Ку Рён посмотрела в глаза девушки. — Твой уход не принесёт желанного покоя ни тебе, ни ему. Ты будешь страдать, видя и слыша его страдания, а он будет жить с мыслью, что не спас тебя. Вы никогда больше не сможете встретиться, даже если оба этого захотите. Он может найти другую, может прожить с ней жизнь, но память о тебе и твоём конце, будет приносить ему вечную боль.       — Но ему и сейчас больно, когда я рядом.       — Ему больно, потому что ты страдаешь. Он не хочет видеть тебя такой, ему больно на это смотреть. Но эта боль проходящая, она уйдет, когда ты поймёшь, что важнее вас двоих в ваших жизнях никого нет и продолжишь радоваться моментам жизни. У вас не будет детей, но у вас есть вы сами, а это гораздо дороже. Дети будут, но если ты сейчас закончишь начатое, вас уже никогда не будет. Ни в одной из жизней вам не суждено будет встретиться вновь.       Девушка слушала Ку Рён, кажется, забыв, как дышать. Она впитывала каждое слово и переосмысливала свою жизнь, исходя из сказанного. Рён Гу видел, как в девушку вселяется новая жизнь и видел в ней отражение Ку Рён. Если бы тогда, в жизни Ку Рён существовал отдел Чрезвычайных ситуаций, она бы не закончила задуманное и сейчас не стояла бы здесь, помогая встать только что желавшей свести счёты с жизнью девушке.       На самом деле, Рён Гу до сих пор не мог понять поведения своего руководителя. Предыдущее дело она перенесла более трудно, хотя там даже не упоминалась её собственная история. Хоть он не знает, кем Ку Рён приходилась та женщина, но по своим предположениям догадывается, что она как-то участвовала в её решении. Сам Рён Гу знает, насколько болезненной может быть история другого человека, схожая с твоей и поэтому, сейчас он смотрит на руководителя самого прославленного отдела «Фантасмагории» с удивлением. Возможно, такая реакция получилась из-за того, что они уже не в первый раз встречаются с этой девушкой, но тогда у Ё На были немного иные мысли.       — Пообещай себе и своему парню, что ты больше никогда не задумаешь о том, чтобы оборвать свою жизнь и оставить его одного. Судьба у каждого своя и каждому уготован свой срок, проживи его полноценно, не сокращай по желанию.       — Спасибо вам, – Ё На обняла Ку Рён и улыбнувшись на прощание, вернулась на лестничную площадку.       — Поздравляю, руководитель. Вам второй раз удалось снизить её процент негативной энергии, – Рён Гу закрыл телефон и положил его в задний карман брюк с надеждой, что сегодня он больше не побеспокоит их.       — Ты так радовался в первый раз, а в итоге получилось, что нам пришлось встретиться с ней вновь.       — Даже у лучших бывают падения.       — Вас можно поздравить? – На противоположной стороне крыши появился Пак Чжун Гиль.       Рён Гу и Ку Рён одновременно поклонились в знак приветствия.       — Что привело вас сюда, господин Пак? – ещё одна вещь, которую не понимал Рён Гу – отношения этих двоих. Если до того, как руководитель Пак узнал свою прошлую жизнь и то, что они были связаны с Ку Рён нитью судьбы, он её ненавидел, то сейчас…даже нельзя сказать, как он к ней относится. Все десять лет они словно играют в прятки или делают вид, что ничего не произошло. У Рён Гу иногда руки чешутся, – что никогда раньше не замечалось за ним, – свести этих двоих в одну комнату, чтобы они, наконец, поговорили.       Он помнит тот день, когда Ку Рён вернулась из комнаты, где Чжун Гиль отбывал свой месяц одиночества. Тогда у них было много работы и несколько человек, которые попали первыми на «растерзание» руководителю, довольно быстро поняли, насколько ценна жизнь. Она на мгновение вернулась к своим первоначальным методам выбивания дури из головы людей и возвращения их к жизни.       — Проходил мимо и увидел девушку на краю крыши. Решил проверить, успеете ли вы и какими методами вы пользуетесь, раз она решила совершить самоубийство во второй раз.       Чжун Гиль подошёл к перилам, где секунду назад стоял Рён Гу. Не то чтобы он бросил Ку Рён, просто та недосказанность, что витала между этими двумя, буквально душило всех вокруг. Даже сама директор стала замечать, что отношения между ними постепенно накаляются, хоть и не так, как было до выяснения правды. Только Чжон Ун бы не понял с первого раза, зачем там появился Чжун Гиль.       — Эта ситуация отличалась от предыдущей. Если подвергаться давлению со стороны продолжительное время, человек рано или поздно вновь захочет прекратить всё это.       — Теперь я понимаю, что решение покончить с собой – решение не слабых, – правда, чтобы это понять, Чжун Гилю потребовалось на себе прочувствовать ту боль, которую испытывает человек на грани пропасти.       Ку Рён посмотрела на него глазами, полными удивления. Она удивлялась не тому, что Чжун Гиль наконец-то понял смысл создания отдела и то, что каждому человеку нужна помощь, а тому, почему он это всё говорит.       — Если вы намекаете на отчёт, который мы не сдали по Сон Да Ён, я планировала сдать его завтра. Потому что сегодня уже поздно, отдел регистрации не работает.       — Ты не виновата, – Чжун Гилю удалось заметить момент, когда Ку Рён изменилась в лице. Но этот миг был таким ничтожным, что почти в ту же секунду она вернулась к своему невозмутимому и удивлённому выражению лица.       — Что вы имеете в виду? – Ку Рён сразу догадалась, в какую сторону зайдёт разговор, но она никогда не любила делать поспешные выводы. Она вообще перестала спешить, перестала быстро принимать решения, потому что знала, какая расплата следует за некоторыми из них.       — Ку Рён, нам давно нужно было поговорить, – теперь жнец в упор смотрел на женщину и мог замечать любые изменения в её поведении, даже те, которые она хотела бы скрыть.       — Я вас слушаю, господин Пак, – она не намеревалась отступать и приняла ту же позу, в которой стоял Чжун Гиль.       Кажется, прошло много лет, но боль до сих пор не утихла в её сердце. Каждый раз, когда она видела этого человека, до боли похожего на её мужа, душа начинала кричать. Хоть внешне они были схожи, характеры у них были слишком разные. Как сказала Ок Хва, он дважды перерождался, а соответственно, меняло его восприятие к окружающему миру. Когда она впервые увидела того, к кому в отдел её закрепили, она с трудом могла сдерживать слёзы. Столько лет она слышала в голове его голос и вспоминала образ, а когда увидела, даже не смогла никак проявиться. Ей хотелось обнять его и попросить прощение за то, что обрела его на вечные муки. Хотелось сказать, как сильно она его любит и помнит.       Каждый их разговор, в котором он демонстрировал ненависть к ней, ранил её душу и сердце сильнее, чем самые жуткие испытания в Аду. Каждый день ей хотелось вернуться туда, откуда её привели. Каждое его слово, которое сочилось ненавистью к таким, как она, резало сильнее самого острого ножа. Шли годы, но боль не утихала, наоборот, она становилась сильнее и прежде всего от беспомощности. Когда казалось, что вот он, её любимый человек рядом, память выбрасывала суровую правду настоящего момента. Каждую ночь она просыпалась от кошмаров, в которых сначала строила своё счастье, а потом рушила. Но она продолжала засыпать, хотя бы так прячась от реальности.       В какой-то момент ей даже показалось, что ненависть Чжун Гиля к ней потихоньку угасает. Она даже подумала, что возможно, им всё-таки суждено когда-то приступить черту «коллег» и стать друзьями. На большее она даже не смела рассчитывать, потому никогда не переступала черту «начальник-подчинённый». Потом, словно судьба решила нанести для неё ещё один удар, создали отдел по борьбе с чрезвычайными ситуациями.       Она должна была возглавить его и спасать людей, которые как и она, решились на отчаянный поступок. Ку Рён была рада, что сможет помочь людям, которые потеряли свет в жизни и думают, что смерть – самое лучшее решение. Она позволила себе надеяться, что её руководитель, с которым она провела больше двухсот лет, работая рука об руку поддержит её. Но в ответ она получила ещё большую ненависть и тогда, её надежда окончательно угасла, рассыпаясь по сердцу осколками стекла.       Их встречи на собраниях и в коридорах «Фантасмагории», когда его взгляд отражает чистую ненависть, приносили ей боль. Руки опускались и она ничего не хотела делать, но двигалась вперёд потому что знала, что от неё зависят жизни других людей. Тогда она поняла, что несмотря на перерождение, несмотря на смену характера, она полюбила его снова. Та любовь, которая была у неё к мужу никуда не исчезла, она преобразовалась, как преобразовались и они сами. Ку Рён не перерождалась, но она тоже изменилась. Нет больше той слабохарактерной женщины, которая пошла на поводу своей свекрови и убила себя, думая, что так будет лучше её мужу. Теперь она бы ни за что так не сделала, теперь она понимает, что счастье никто не сможет построить вместо неё. Только она вправе решать, что делать со своей судьбой.       Со своей новой судьбой она тоже смирилась и научилась жить с болью, как это сделал Чжун Гиль.       — Я не хочу ворошить прошлое, потому что его уже не изменить, но я хочу попытаться изменить настоящее. Я хочу попросить у тебя прощения, – её взгляд пронизывал насквозь. Сейчас он узнал этот взгляд. Когда к нему вернули память прошлой жизни, он понимал, что так она смотрела на «своего мужа». За удивлением и непониманием, скрывалась теплота. Её взгляд успокаивал и дарил ощущение того, что кроме них в этом мире больше ничего нет. За две жизни, которые он прожил перерождаясь, на него никто так не смотрел и этого ему не хватало.       — Вы ни в чём не виноваты, – она перевела взгляд на небо. Ей трудно было концентрироваться, трудно было собирать слова в полноценные предложения. Её сердце выделывало кульбиты, мечась между радостью и опасением снова получить боль. Её процент негативной энергии уже был на грани. Убить себя она не сможет, что бы ни случилось, она поклялась себе никогда не думать о смерти.       — Я виноват в том, что не поддержал тебя. Ты работала со мной столько лет, мы довольно хорошо поладили и стали не чужими друг другу, но когда тебя перевели и сделали руководителем отдела, я одарил тебя ненавистью.       Она видела, как трудно было произносить ему эти слова. Много раз ей тоже хотелось попросить прощения за то, что вот так ушла. Хотя, это была не её воля, директор сама решила создать ОЧС и сделать главой именно её. Спорить было бесполезно, да и зачем, если она сама согласилась на такие условия, когда выходила из Ада. Между желанием остаться с ним и спасать людей, она выбрала второе.       — Вы сделали то, что считали нужным, как и я. Как вы и сказали, это было в прошлом и мы не сможем ничего изменить. Поэтому, – Ку Рён развернулась и сделала несколько шагов к выходу, – я пойду, если вы закончили.       Слова, которые она никогда не репетировала. Они вырвались быстрее, чем она успела понять смысл сказанного, но так будет лучше. Зачем ворошить прошлое? У Чжун Гиля будет появляться чувство вины из-за того, что он не предотвратил её похищение и допустил, что она умерла.       «– Я продолжаю повторять себе, что всё хорошо, но понимаю, он мне нужен, нужен ещё». – Максим.       Ноги сами по себе остановились, не позволяя Ку Рён сдвинуться с места. Никто из них не проронил больше ни слова. Ей хотелось кричать, хотелось наплевать на всё и просто обнять его. Плевать, что подумали бы те, кто случайно увидел их и плевать, что подумал бы он. Она могла просто обнять его на несколько секунд, а потом исчезнуть и не появляться у него на глазах. Но Ку Рён не хотела быть эгоисткой. Она не хотела предпринимать шаги, потому что не была уверена, нужно ли это ему и что сейчас сподвигло его на такой разговор. Хотя и разговором это назвать нельзя, просто обмен несколькими фразами.       — Рён~а, – это послужило последней каплей для её терпения.       Ку Рён развернулась и сократив дистанцию между ними за несколько секунд, крепко обняла жнеца. На мгновение ей показалось, что мир замер. Она так долго мечтала вновь оказаться в его объятиях, почувствовать себя нужной кому-то. Ощутить тепло и аромат его парфюма. Перерождение изменило его характер, но вкус остался таким же. Как и тогда, от него пахло дождём, шоколадом и мускатом. Такой родной запах. Она бы отдала всё на свете, чтобы никогда не отпускать его и продолжать вдыхать этот аромат, напоминающий о том времени, когда они ещё были счастливы.       Время остановилось не только для неё. Оказывается, всё, что нужно было для того, чтобы его боль ушла – её объятия. Он помнил их отношения только по своему сну, и то там он был простым зрителем. Но этот маленький жест позволил ему взглянуть на их прошлую жизнь с нового ракурса. Чжун Гиль словно перенесся в тот момент, когда она были мужем и женой, когда она смотрела на него с любовью и обнимала его, потому что любила.       Сердце предательски застучало, оповещая его о том, что пора возвращаться в реальность. Если бы он не знал Ку Рён так хорошо, то не успел бы обнять в ответ и тем самым удержать в своих объятиях. Именно сейчас он понял, что действительно любит её и не потому что в прошлой жизни они были связаны. Нет, он полюбил её в новой жизнью, без воспоминаний о старой. И сейчас он для себя решил – что бы не случилось в их жизни дальше, он её никогда не отпустит. Он сделает всё, чтобы она не чувствовала себя одинокой и попытается восполнить ту пустоту, которая образовалась в её душе. Чжун Гиль знал, что она тоже любит его и любит именно его, такого, каким он стал после их расставания. У них нет определённого «Завтра», но есть сегодня, в котором они попытаются выстроить своё счастье.       Ку Рён расслабилась. Когда он обнял её в ответ, все переживания и опасения ушли на второй план. Впервые с момента своей смерти она почувствовала тепло родного человека. Она позволила себе крепче прижаться к нему и забыться в этом моменте. Жница хотела обладать силой, которая бы остановила их и этот момент, чтобы продлить это ощущение теплоты. Его дыхание сбивалось от близости с ней, а сердце стучало в такт с её.       — Рён~а, – он произнёс это так тихо, будто если повысит голос на полтона выше, она растворится. — Давай попробуем? – заканчивать фразу не было смысла. Она поняла, что он имел в виду.       Ку Рён отстранилась на несколько сантиметров, чтобы видеть его лицо и глаза. Чтобы убедиться, что он говорит серьёзно.       — Наша нить, – на самом деле, её это мало сейчас волновало. Но ей столько раз твердили о том, что люди, связанные судьбой после разрыва нити больше не смогут быть вместе и эта фраза стала для неё молитвой. Она жила с ней больше половины своего существования и поверила в это.       — Мы не люди. Пусть нам не суждено встретиться в мире живых при перерождениях, но зато здесь и сейчас мы можем быть рядом, – сейчас, пелена злости и ненависти в его глаза спала и она увидела то, что было ей так необходимо – любовь. Так на неё он смотрел в их жизни. В его взгляде она видела отражение своих глаз и была уверена в том, что сейчас они излучают то же самое чувство.       — Я не имею отношения к той Ку Рён, которую ты видел в своём сне. Я изменилась, как изменился и ты, – на глаза наворачивались слёзы. Она не пыталась его отвергнуть, она лишь пыталась объяснить самой себе, что всё, что сейчас происходит – правда. Она не очнётся сидя за своим столом в отделе ЧС, он не растворится в моменте, бросая её сейчас, когда она так уязвима.       — Мы никогда не станем прежними. Я по-прежнему не помню тебя так хорошо, но я чувствую, что ты нужна мне. Когда ты только пришла в отдел, я тебя ненавидел, но постепенно стал понимать, что рядом с тобой моя боль утихает. Ты подарила мне то, ради чего я стал жнецом.       Она изо всех сил старалась сдерживать себя, не давая слезам обрушиться на неё с силой водопада. Но получалось плохо. Его слова ранили и вновь собирали её сердце по осколкам. Они ворошили раны прошлого, но в то же время залечивали их, накладывая швы, которые скоро покроются новым слоем кожи.       — Прости меня за то, что позволил тебе чувствовать себя преданной. Прости, что не поддержал. Я не буду оправдываться, но просто хочу сказать, что в тот момент во мне играла обида. Я не мог принять того факта, что ты «бросила» меня.       Ему тоже с трудом давались эти слова. Но больше всего он не мог наблюдать за тем, как её глаза наполняются слезами. Ему хотелось обнять её и больше не отпускать, спрятать от всего мира в своих объятиях и оберегать от всего, что могло бы навредить ей.       — Я должна была сделать это раньше. Ещё тогда, когда пришла к тебе в Ад. Я не попросила у тебя прощения за то, что оставила тебя два раза: первый раз убив себя, а второй раз – покинув отдел сопровождения. Прости, я оба раза не подумала о том, каково тебе будет. Я думала, что делаю лучше для всех, но в итоге получилось, что мои благие намерения обрекли тебя на вечные муки.       Ему было достаточно этих слов. Чжун Гиль наклонился и осторожно, словно боясь спугнуть бабочку, сидящую на цветке, поцеловал Ку Рён. Этот поцелуй говорил больше, чем они могли сказать друг другу после стольких лет, проведённых порознь. У каждого из них промелькнула в голове мысль, что они всегда были так близко, но в то же время так далеко.       Она уже не боялась обнимать его, а он не боялся продолжать поцелуй более настойчиво.       Теперь у них появилось больше времени. Теперь им предстоит заново узнавать друг друга, заново признаваться в чувствах и заново писать свою историю. Их нити судьбы уже не восстановить, но это не больше чем просто паутина. Ведь если они смогли найти друг другу будучи в загробном мире, значит их жизни и судьбы связаны и ничто не сможет их разлучить. Им предначертано выше, идти по жизни вместе, где бы и кем бы они не были. Любовь может исчезнуть, любовь можно разорвать, но когда люди – две половинки одного целого, при любых поворотах жизни и судьбы они всё равно найдут друг друга и будут вместе. Это больше чем любовь.