Прости, солнце.

Джисон сидел на прохладном полу около шкафа, перебирая вещи. Все они были неброскими: черными, серыми или белыми. Он нашел несколько толстовок,футболок и даже штанов,но, когда пролез рукой подальше, увидел яркую розовую вещицу,которая слишком сильно выделялась на фоне густого темного цвета. Хан взял ее в руки, потирая не очень толстую ткань этой кофты. Он поднес ее к носу, вдыхая запах, который он забыл. Это был запах духов Минхо. Он не выветрился за несколько лет, и это невероятно обрадовало Джисона. Он прижал к себе розовую вещь, по-глупому улыбаясь. —Минхо,—улыбка не уходила, но противные холодные слезы потекли по щекам,—Минхо, боже,как мне тебя не хватает, Хо,—Джисон вытер слезы рукой и ещё раз посмотрел на кофту,—это единственное,что у меня есть от тебя,—Джисон аккуратно сложил кофту и положил туда же, где она и была. Он надеялся, что запах ещё не скоро выветрится. Он встал, опираясь рукой на колено, и подошёл к столу, доставая из ящика записку. —Ладно, я тебе соврал, не единственное,—и положил бумажку обратно, не желая вспоминать тот день. Что же было ещё в "тот день"? Джисон сидел в больнице, пустыми и красными от слез глазами сверля белые стены, напоминающие ему псих больницу. Он и вправду сошел с ума. Этот случай его убил. Но он ждал. Он знал, что Минхо мертв,но все равно надеялся, что, возможно,он все таки выжил. Но все его надежды обрушились ровно в тот момент, когда из кабинета вышел мужчина в белом халате и, опустив маску на подбородок, сожалеюще посмотрел на Хана. Одного взгляда хватило, чтобы Джисон впал в истерику. Он метался по всей больнице, падая и расшибая не только свои колени, но и буквально все вокруг, при этом постоянно крича о том, что "Нет,это все не правда!". Персоналу пришлось его поймать и успокоить. Никто на него не кричал, потому что все прекрасно знали и понимали, что сейчас творится в душе Хана. А тот был полностью сломан. В тот день он ушел домой, несколько раз упав, без остановки плача. ******** А Феликс, тот самый друг, приехал через несколько дней после смерти. Видно было по глазам, что тот сломлен ненамного меньше, чем Хан. Его глаза были такими же пустыми, неживыми, когда он стоял с Джисоном у каменной плиты. —Я не смог его уберечь. Это моя вина,—покачал головой Феликс, пряча лицо в своих руках, а Джисон стоял, приобнимая его, и пытался успокоить, хотя сам винил себя. —Нет, ты не виноват, Феликс. Он рассказывал мне о тебе, он любит тебя. Виноват только Хван Хенджин,—Джисон укусил себя за костяшку пальца,—Минхо просто не выдержал. И я не выдержал бы.—Хан вздохнул и, посмотрев на плиту, увел стоящего столбом Феликса подальше от этого места, не забыв при этом положить, как всегда,100 ромашек рядом. ******* flashback —Минхо!—Джисон радостно подскочил к парню в розовой кофте, который стоял рядом со своим подьездом. Тот ярко улыбнулся,выпуская руки из карманов и ловя Хана в свои объятия. —Привет.—Хо хотел признаться,что любит Джисона,что готов проводить с ним все свое время, но не мог. Просто не мог. Не получалось у него это сделать, какая то потусторонняя сила постоянно его от этого отталкивала. И в этом была его главная ошибка. Он не успел признаться, потому что уже на следующий день Джисон, как раз таки, нашел его в том самом кабинете, где сейчас стоят камеры и на стене висит фотография Минхо, с грустной подписью. А Джисона полюбили в школе, только Хван Хенджин был всё ещё озлоблен. Но, несмотря на это, Хван всё же был искренне ошеломлен новостью о смерти Минхо. Это правда повлияло на него. Некоторое время он не приставал к Джисону, но потом,словно по щелчку, издевательства начались заново, и тогда Хану пришлось заснять доказательства этого и донести их к директору. Хвана не отчислили(спасибо родительским деньгам), но вынесли очень серьезное предупреждение. **** Хан Джисон дожил до 17, а затем он был мертвым, но не физически, а морально.