Отвлекающий манёвр

Планета Ликор-74 впечатляла своей тропической красотой и постоянным летом. Знойное солнце на небе оставляло оранжевый след на земле. Лучи солнца играли в розовой траве, придавая ей свежесть. А ветра почти не было, хотя уже вечерело и солнце почти ушло, но слепило оно сильно. И пыль окутывала мир золотой пеленой все вокруг. Блэйд, стоявший перед странной дверью, чувствовал, как жара проникает сквозь его одежду и словно прижигает кожу. Неудовлетворенно сощурив глаза, он сжал кулаки, словно пытаясь прогнать дискомфорт. - Чего ты так суетишься? - спросила сереброволосая девушка, ее серые глаза не отрываясь смотрели на экран игровой приставки, не обращая внимания на зной и пыль, окружавшие их. - Бесит все! - Блэйд взглянул на Сильвер Вульф с выражением раздражения на лице и оскалил зубы, - Почему мы выполняем эти бредовые поручения? Фиолетововолосая девушка, которая только что подошла, набрала побольше воздуха в легкие, словно готовясь к дискуссии - Как говорит наш банковский счет: "Больше работы, меньше голода!" - произнесла она с иронией в голосе. Ее нежный взгляд и колкий нрав создавали странный контраст, словно она была розой с острыми шипами, - Как же тут душно, да, Блэйдик? - добавила она, промурлыкав. Блэйд замолчал, словно проглотив свой острый язык. - Как все прошло? - нетерпеливо спросила Сильвер Вульф. - Прекрасно, но сейчас нам нужно пройти по улице до конца и подождать в одной подготовленной квартире, через 20 минут за нами пребудут, - заявила Кафка. После краткой инструкции команда отправилась на многолюдную улицу, которая казалась словно песчаной тропой в бескрайней пустыне. Здесь все вокруг казалось песочным: дома, улицы, и даже люди, укутанные в молочно-белые плащи, словно призраки, скользящие по этой песчаной среде. Атмосфера была странно тихой и многолюдной одновременно, словно звуки и разговоры тонули в песке. Люди, проживающие здесь, были легко одеты, и эта одежда была создана для того, чтобы справляться с постоянной жарой. Но несмотря на это, их кожа оставалась белоснежной, словно оттенок песочных дюн, а их глаза были пронзительно голубыми, словно небо в ясный день. Это был народ Ликор-74, и это отличало их от всех. Среди этой песчаной массы можно было выделить только нескольких иностранцев, среди которых были и наши герои. Они казались какими-то чужими в этом мире. А Кафка была единственной, скрывавшей свой облик за капюшоном своего старомодного, но несомненно интересного плаща, который создавал загадочное впечатление среди местных жителей. И тут, как молния в ясном небе, раздался громкоговоритель, он пронзительно прозвучал по улице: "Дорогие граждане, к нам проникли незванные гости, и нам необходимо их найти. Пожалуйста, снимите свои головные уборы." Кафка вдруг закашляла и попыталась скрыть свое лицо под капюшоном плаща, дрожа от волнения. Она заметила, что все вокруг уже сняли свои головные уборы, и она начала беспокойно искать выход из ситуации. - Они, кхе-кхе, ищут меня, кхе-кхе, простите, - произнесла она, кашляя и пытаясь сохранить спокойствие. - Кафка, бежим? - спросила Сильвер, ее голос прозвучал нервно. Кафка чувствовала, как волнение накатывает на нее с удвоенной силой. Но Кафка решительно потянулась к своей коричневой кожаной сумке, которая казалась старой и потертой. Из нее она извлекла небольшой контейнер. - У меня есть идея, - прошептала она, выдыхая, - Это голубые линзы, такого же цвета как у всех глаза здесь. Надень их, Сильвер, и беги до конца улицы. Также надень мой плащ, если они тебя остановят, притворись, что слушала музыку и ничего не замечала. Затем иди в квартиру 678. А мы с Блэйдиком пойдем туда же в обход. Сильвер кивнула, и ее глаза наполнились решимостью. Она взяла линзы и начала их надевать, готовясь к опасному плану Кафки. Под пламенным солнцем Ликор-74, Кафка и Блэйд бежали, стараясь не привлекать внимание страж. Кафка понимала, что ее ярко-фиолетовые волосы были самым ярким и неповторимым элементом ее облика, и если кто-то из стражей их увидит, они будут сразу разоблачены. Плащи создавали некоторую анонимность, но Кафка была уверена, что главная угроза заключалась в ее узнаваемости. Они завернули за угол, чтобы передохнуть. За ними не было следов, и это успокаивало их. - Здесь слишком жарко, - произнесла Кафка и ослабила несколько пуговиц своей блузки. Блэйд смотрел на происходящее с некоторым недоумением и смущением. Ее грудь была великолепной и, несомненно, упругой. Внимание парня было приковано к этой неожиданной ситуации, и он не мог отвести взгляд. Кафка заметила его реакцию и демонстративно провела рукой по ней. Затем, с ухмылкой, нагнулась перед парнем, словно играя с его смущением. Но внезапно Кафка увидела, как приближаются стражи. Она мгновенно развернулась и прошептала: - Идем. - Стой! - запротестовал Блэйд и схватил ее за руку, - Сзади тебя еще стража. Блэйд ощутил, как его сердце начало бешено колотиться, словно барабаны в джунглях. Он смотрел на девушку, чьи ярко-фиолетовые волосы блеснули под солнечными лучами, словно огонь, разгорающийся в этом тесном переулке. - Что ж, сейчас придется помахать ногами, - метнула фразу девушка, - Однако, мы привлечем слишком много внимания, ведь мои волосы очень яркие в отличие от твоих, - грустно заметила та. - В отличие… - повторил Блэйд. Он собирался бежать, однако, внезапно Кафка упала на него. Он придержал ее за плечи и понял, что она горит. - Все ок, - сказала девушка, сдвигаясь от парня, - Идем. - Нет, не идем, - прикусив губу, заметил он, сжимая в руке рукоять своего меча, который всегда был с ним, словно продолжение его души. Внезапно, он достал свой меч и резко отрезал свои длинные волосы. Это было движение, столь молниеносное, что казалось, будто он обрушил на себя шквал свежего ветра. Волосы развевались, словно живые огоньки, освещая путь вперед. Затем он прижал Кафку к кирпичной стене. Она была прохладной и жесткой, но девушка не издала ни единого звука. Ее глаза сверкали, словно звезды на ночном небе, испуская загадочное сияние. А потом также резко и молниеносно он приложил поверх ее ярких волос свой отрезанный хвост, чтобы никто не заметил ее цвет. И поцеловал ее страстно, словно в отчаянии, словно это был их последний поцелуй, словно стража готова была их пристрелить и сейчас это последняя возможность почувствовать ее губы. Их поцелуй был словно столкновение двух миров. Губы парня были мягкими и всепоглощающим, как его долгожданные желания, которое наконец-то нашло выход. Это было слияние двух противоположностей, создавших что-то удивительное и неповторимое. Когда это мгновение закончилось, Кафка была смущена, она отвела взгляд и увидела, что они остались одни. А так как уже совсем стемнело, то свет фонарей медленно терялся вдалеке, создавая атмосферу загадочности и скрытности. - Мусорка, - на выдохе сказала она, - Можно было там укрыться. - Однако, это неприятно, - произнес он, смотря на девушку. - Что ж, - горько заметила она, - Хорошо, что мои губы оказались приятнее мусора. Это были последние слова, после них девушка упала в обморок. А Блэйд ее нежно подхватил, ее тело ощущалось легким и хрупким, как лепесток цветка. Он ощущал ее биение сердца, слабое и неровное, но живое. Пока он нес ее на руках, окружающий мир становился все темнее и более угрожающим. А звуки города, будто оглушенные, донеслись до него, словно призывая бежать быстрее. Он подошел к месту встречи, где его уже ожидала сереброволосая Сильвер Вульф. Свет фонаря освещал ее волосы, словно серебряные нити ночи, отбрасывая мягкий свет на ее лицо. - О, волосы, - первое, что сказала Сильвер, разглядывая его отрезанные черные волосы. - О, глаза, - огрызнулся Блэйд, делая замечания о линзах. - Ты в последнее время как с цепи сорвался, - заметила Сильвер, и после этих слов они прекратили общаться, погрузившись в задумчивость. Вдруг в помещение зашел чернокожий парень, словно призрак ночи, и вывел их по тайным ходам в городе. Коридоры и стены вокруг них казались мрачными и непроглядными, словно лабиринт тайных интриг. Они пришли к небольшому кораблю, который стоял в тени ночи. Блэйд тут же отнес Кафку в медицинское крыло корабля и остался там словно ее защитник и страж. Доктор осмотрел ее и вколол лекарства, заверив Блэйда что это всего лишь простуда и все будет хорошо. Но он волновался. Однако после нескольких часов Кафка начала приходить в себя, и Блэйд тут же пришел к ней. Ее глаза снова сверкали живым огнем, и улыбка светилась на ее лице. - О, Блэйдик, - улыбаясь, произнесла девушка. Блэйд молчал, словно слова исчезли у него из ума, оставив после себя лишь сильные, но неопределенные чувства. - Многозначно, - ответила на его молчание она и попыталась встать с кровати. Но тут ее зашатало, и Блэйд ринулся к ней. Он встал на колени и придержал ее, словно готовый удержать ее от любой опасности. - Не нужно, - прошептал он. А Кафка довольно ухмыльнулась, она нежно провела рукой по лицу Блэйда, словно кошка, играющая с своей добычей. - Ты на коленях… прямо передо мной, - заметила она. И тут он смутился и собирался встать и оправиться, но она не дала, упав в его объятия прямо на полу. - Не уходи, побудь со мной еще немного, - смотря глубоко в душу, заявила она и накрыла своими губами его. Этот поцелуй был мгновением, когда мир вокруг них остановился. Губы Кафки и Блэйда встретились в нежном объятии, словно две части одной души, наконец-то воссоединились.