Мечтатель

      Иногда все мы слишком много думаем о других, слишком сильно хотим походить на прочих и чаще всего это случается в детстве, ведь именно тогда проявляется особенное внимание к чужим словам, чужим поступкам и пробуждается желание искать тех, за кем ты можешь пойти или тех, кто может пойти за тобой только из-за совпадений чувств, знаний и мыслей – быть частью какого-то целого.       Также, часто тому виной бывает принуждение – люди говорят: “Поступай как все, будь как все, следуй за всеми, старайся думать как они – это будет верно. Иначе тебя не примут, и ты будешь один.”       Однако кому лучше от того, что у всех одни мысли, одни идеалы, одни планы и цели? Люди не роботы, не машины, они приспосабливаются и приспосабливают, они слушают и анализируют, чтобы понять, что им ближе – им это свойственно.       Антуан в своё время испытал на себе все “прелести” данной неидеальной системы только потому, что мало кто задумывался тогда об этом.       Он много с чем был не согласен и вместе с тем пытался этого не показывать – инакомыслие каралось презрением, косыми взглядами, улыбками полными какого-то легкого недоразумения – “А что, бывает так? А что, могла быть и другая точка зрения?”.       Антуан говорил о политике, об автомобилях, о галстуках и о гольфе, о радиопрограммах и о погоде, как его учили долгие годы.       Он старался не выделяться из толпы, но не всегда справлялся со своим желанием повлиять на ситуацию, изменить её к лучшему, если как этого добиться ему было известно. Другие отвечали, в основном, спокойно: “Предложение Ваше неожиданно. Мы не рассматривали такой подход, но будьте уверены мы сделаем всё, что возможно.” И кто-то и действительно делал, а кто-то громкие слова бросал на ветер, зная, что, оставаясь при своём, он не теряет ничего, так как поступает, по предъявляемым требованиям.       Раз от раза, однако, всё увереннее Антуан держался позиции: “Делай что должно и будь что будет, прочее покажет время.”, к тому его вела школа жизни.       Поначалу он старался выверять каждый свой шаг, идти в ногу с остальными – ровесниками, родственниками и знакомыми, с сослуживцами и со всеми прочими, всё только от того, что его заботило их мнение, но он всё больше принимал вещи такими, какие они есть на самом деле, по мере того, как проходило время и переставал скрывать то, чего не нужно было хранить в тайне на самом деле…       Пусть, порой, ему вслед снисходительно машут рукой, говоря: “Иногда даже удивительно, как ему удаётся оставаться мечтателем.”, Антуану теперь всё равно.       Он и в правду мечтатель, но, как известно – мечтатели приводят к осуществлению полёты в космос, изучают далёкие галактики и планеты, на которые никогда не ступала нога человека, мечтатели создают механизмы, делают возможным даже то, о чём никогда никому не приходило в голову мыслей, мечтатели рискуют и создают лекарства от тяжелых болезней, они пишут книги, снимают фильмы и слагают песни. Им сложно, в них сперва мало кто верит, ведь они – те, кто вырывается из порочного круга, выходит за пределы сложившейся системы, но они, также – те, кто привык бороться за свою правду, за достижение цели.       Пусть будет так, Антуан не против, он готов мириться с таким своим положением.       Всегда найдётся тот, кто поймёт, тот кто выйдет навстречу, даже если другим не понять.       Пусть они занимаются своим делом.