Кровавая слеза

      Обе девушки решили пойти спать после такого утомительного дня. И это без капли преувелечений.       Ты один на один с человеком, которого до жути любишь, но быть с ним не можешь. И нужно сохранять образ равнодушного человека, у которого нет ни одного намёка на чувства. Никаких объятий, никаких влюблённых взглядов. Ничего.       И сохранять это всё просто утомительно. Вроде, любимый человек так рядом, но вы друг друга "ненавидите". А у тебя от одного взгляда ноги подкашиваются, руки дрожат и сердце бьётся бешено.       Но, что ещё раз? Нель-зя. Нельзя свои чувства показывать. А это утомляет. Сильно.

***

      Проснувшись, Захарова потерла свои глаза, поправила подушку и привстала на локтях, начиная чувствовать накопившиеся тепло под одеялом, которое вскоре будет откинуто.       Судя по пейзажу за окном, время уже позднее. Темным-темно. Белая Луна за полупрозрачными облаками спряталась, светит тускло.       Откидывая, одеяло, девушка накидывает тёплую кофту, хватая с прикроватной тумбочки пачку сигарет вместе с зажигалкой.       Открывая дверь на балкон, голубоглазая заходит во внутрь и открывает окно, прикрывая дверь.       Кладя сигарету в рот, зажимая её сухими губами, зажигая и прикрывая ладошкой от слабого ветра.       Убирая зажигалку, русоволосая делает первую затяжку, от которой голова немного кругом идёт. Всё же, после дневного сна, так ещё и в сонном сосотоянии.       Выпуская дым в небо, Кристина смотрит на тлеющую сигарету, думая, что сигареты—это её лучший друг, с которым она не разлей вода. С восемнадцати лет так точно, а может и раньше. Сама не помнит.       Делая очередную затяжку, раздумывая об этой теме, Крис вспоминает, как чуть попозже она братается и с алкоголем, который больше не употребляет, и слава богу.       Да, в период беспрерывного курения и пьянства ей было неописуемо плохо. И так сложилось, словно судьба хочет, чтобы Шума начала злоупотреблять алкоголем. В этот период и вся жизнь по одному месту пошла. Очень под ситуацию. Но, этот период её жизни мозг Захаровой тщательно промыл и выбросил.       Затягиваясь, Кристина вспомнила и то, как она старалась бросить курить, но не помогало ничего. Абсолютно. Как бы не пыталась, с какой бы силы не хотела—никаких результатов.       Потушив сигарету в пепельнице, Захарова посмотрела на Луну и ушла с балкона.       Ложась на, уже прохладную, кровать; голубоглазая решила посмотреть время, так как было очень тихо.       Взяв телефон и включив его, Крис увидела время час ночи, тогда понятно, почему так тихо.       Решив написать подруге, Захарова перешла в мессенджер и написала Кире. Да, поздно, но кого волнует? Если спит, то утром ответит, не денется никуда.

Вы:

Кира, не против завтра встретиться, поговорить?

О Ви, Лизе, просто о жизни. А-то выходной завтра, всё равно делать будет нечего.

      Посмотрев на время ещё раз, Кристина подумала, ложиться ли ей спать? Вроде выспалась, а вроде и тепло под одеялом так манит укрыться, уснуть.       Решение она так быстро не примет, но попытается.

***

      Андрющенко проснулась рано утром, было всего пол девятого утра, когда яркое солнышко проникло своими лучами в комнату младшей.       Солнце немного светило в лесные глаза, заставляя их жмурить. Звезда осветила и татуировки черноволосой. Потянувшись, Елизавета вздохнула и подумала:       «вроде и плохо, что шторы не закрыла, а вроде и красиво.»       Да, оттенок, который разливался по стенам был невероятно красивый. Но, конечно же, уступал в красоте Шуме. И это не обсуждается.       Осмотря свою комнату, индиго вяло встала с кровати и закрыла шторы, чтобы солнечный свет ей не мешал. Да, он красивый, но Лиза предпочитает сейчас быть в темноте.       Всего пол девятого. В это время она бы сидела в школе, но она уже давно взрослая и в школу ей ходить не надо. Поэтому, ей можно спать.       Но спать не хотелось, к сожалению. Девушка вообще не знает, что будет делать до вечера. Вечером она будет сидеть у Виолетты на работе и обсуждать всё. А до этого момента.. Ну, до Захаровой доебаться, а если не получится, то плакать в подушку от невзаимной любви. Вот и всё.       Хотя, Лиза к Крис пристаёт совсем не из-за скуки, а просто потому что хочет увидеть девушку, поговорить с ней. Конечно, в эти моменты у них эти разговоры в грубоватом тоне, но, хотя бы так. Андрющенко и так нравится.

***

      Кристина, всё же, уснула и проснулась в десять утра, выспалась, ничего не скажешь.       Сразу взяв телефон в руки, Захарова увидела уведомление от подруги.       Кира:       Да, не против, я работаю, конечно, но как проснёшься—можешь приехать.       Хотя, в любое время приезжай. Я сегодня с утра до утра.       На сутках, в общем. Приезжай, хоть ночью.       Предупреди только, чайник поставлю и т.д

Вы:

Поняла, сейчас соберусь и, когда буду выезжать, напишу.

***

      Лиза, закрывая дверь за Арсением, пошла на кухню, чтобы продолжить готовить кофе.       И она, конечно же, не ожидала увидеть полностью одетую Кристину, которая, к удивлению, была без её любимого элемента одежды—кепки.       —Захарова, куда в рань такую? Ещё и с голой головой. —улыбается Андрющенко, пока русоволосая непонятливо смотрит на неё. —что? Волосы-то у тебя есть, не бойся, кепочка где?       —ой бля-я. Хоть где-то ты полезна, индиго! —кричит Крис и разворачивается, начиная бежать обратно.       —да иди ты нахуй, Шумахер! —хмурится зеленоглазая и показывает фак, который голубоглазая так и не увидела.       Через несколько секунд, черноволосая вновь увидела старшую, которая спускалась по лестнице уже в кепке.       Забив на ту, Лиза продолжила готовить, но уже не кофе.       А Захарова что? А Захарова просто ахуевшая женщина, которая, воспользовалась моментом и отпила несколько глотков кофе.       Андрющенко услышала хлюпанье и повернулась на Крис, которая спокойно пила напиток.       —Захарова, мать твою! —недовольно говорит Елизавета.       —не надо мою мать. И, ты что, жадина? Ну, отпила капельку. Зачем орать-то сразу? —смотрит на ту Кристина.       —потому что после тебя я этот кофе пить не буду, дура. —говорит Лиза и начинает резать овощи. —пальцы бы все тебе поотрезать.       —фу-фу-фу. Плохая ты. —говорит Шума и уходит.

***

      Сидя и слушая очередной пиздец в офисе младшей, Кристина спокойно пила чай, словно никаких матов и других разнообразных бранных выражений вокруг неё нет.       К слову, у неё это замечательно получалось.       —ещё хоть один раз вы так накосячите, вылетите отсюда к чертям собачим!—кричит злая Медведева, производство которой вновь пошло своими путями.       —успокоилась, Кир?—спрашивает Крис, пока кареглазая садится в кресло, тяжело вздыхая.       —более менее, но если они снова прокосячатся, то у тебя будет прекрасное кино.—говорит та, беря в руки кружку чая, который давненько остыл. —тю, остыл уже. Ты новый себе заварила, что-ли?       —Кира Андреевна, вы на работников кричали около тридцати минут. Поэтому, Я скажу даже больше, это четвертая кружка, если не считать самой начальной.—смотрит на подругу Захарова.       —ой, ладно, забьем. —говорит блондинка, всё же делая глоток остывшего чая.—как с Елизаветой у тебя дела?       —мы всё так же грыземся. Честно, устала уже. Хочу помириться. —говорит Крис.       —так помирись. —советует Кира.       —да боюсь я.—сознается голубоглазая и слышит смех.—что?!       —какого хуя, Захарова, блять.—продолжает смеяться младшая.—что с тобой Лиза сделала-то? Влюбленный волк уже не хищник?             —да, Медведева, твою мать!—возмущается Кристина, пока её подруга умирает со смеху.       —да что? Раньше к любой подойти могла, а сейчас к Лизе подойти боишься, ну.—продолжает Кира, смотря на русоволосую, которой явно не нравился расклад всей этой ситуации.       —молчи, а.—говорит Крис и ждёт, пока её любимая подружка успокоится.       Прождав ещё несколько секунд, блондинка успокоилась и вздохнула.       —всё?—спрашивает старшая, чтобы убедиться.       —всё. —говорит кареглазая.       Девушки болтали буквально обо всем. И о своей жизни, и о Лизе, и о Виолетте, и о чувствах Кристины, и о чувствах Лизы. В общем, разобрали всё и сразу.       —а Вилка тоже на сутках?—спрашивает Кристина, поправляя свою кепку.       —нет, она с двенадцати утра до часа ночи, если не ошибаюсь. Может, и до двух.—отвечает Кира, чуть-чуть задумываясь.       —работяги вы. Обе. —улыбается Захарова.       —кто бы говорил, Шум. —с неким упреканием говорит младшая, указывая на то, что русоволосая сама та ещё работяга.       —признаю, ладно.—сдается девушка и улыбаются.—Ви не пишет тебе?       —не, написала, что у неё там завал. Поэтому, ни она, ни я, не пишем. Освободиться, как-нибудь напишет.—говорит блондинка.       —как думаешь, с Лизой они встретятся?—задает вопрос старшая.       —скорее всего.—кратко отвечает Медведева.—кстати, вы не помирились?       —Кира, мы помиримся только тогда, когда обе захотим. —говорит она.       Честно говоря, они сами не знают, сколько ещё посидят, но голубоглазая хочет вернуться ближе к вечеру, максимум к семи часам.

***

      А пока Кристина просиживала время у подруги, то Лиза что только не делала.       Она и поесть бедолагам усталым приготовила, и прибралась у себя в комнате да и в зале тоже, помогла Владиславу Александровичу с некоторыми документами, пожаловалась ему же на то, как он с этими документами непонятными справляется, и помогла Денису собраться на задание, в общем, вела активный образ жизни. Именно в этот момент.       После этого, Андрющенко свалилась на диван и просто стала лежать.       —Елизавета Андреевна, наша любимая, с вами всё хорошо?—спрашивает мимо проходящий Влад.       —честно сказать?—вяло спрашивает Лиза.       —да.       —со мной всё заебись, Владислав Александрович.—отвечает та.       —ну и отлично. Не знаете, где Кристина Степановна?—задаёт вопрос парень.       —блять, Владислав, говорите про что угодно, но только не про Захарову. —хмурится Андрющенко.       —вы же недавно хорошо общались, не помирились?—спрашивает начальник.       —Собянин, мы помиримся только тогда, когда обе захотим.—говорит она, глубоко вздыхая и понимая, что за сегодня она ни разу не чувствовала запах сигарет Кристины.       Даже соскучиться успела, честно говоря.       —каждый раз так говорите, не надоело?       —не-а. Не надоело,пока что.—сказала младшая и наконец посмотрела на Влада. —ещё что-то?       —нет.       —отлично.

***

      Девушка перешла в свою комнату и завалилась уже на свою кровать.       Скоро она должна собираться и ехать к Виолетте на работу.       Та ей написала, чтобы не ждала её, а сразу шла в кабинет, она придет.       Завал на работе, что поделать-то? Клиентов ты не можешь оставить без из любимого эффекта, ну.       Приходится выкручиваться.       Вообще, Елизавета понимает Виолетту. Ведь у них абсолютно так же.       Семь заданий в день и тебе нужно с кем-то встретиться, плюсом ты резко стала всем нужна и от тебя не отлипают. Это, конечно, чувство плохое.       Но, сейчас Елизавета немножко отдохнёт и начнёт собираться.

***

      Приехав на работу к Виолетте, Лиза не заметила огромного завала, видимо, уже всё успокоилось.       Спиной к девушке стояла владелица этого подпольного уголка и перебирала какие-то наркотические вещества.       —наркодилер Виолетта Игоревна, а мы чай или кофе пойдем пить?—улыбаясь, говорит Елизавета.       —ох ты ж, Господи..—шепотом говорит Ви, испугавшись. —многоуважаемая Елизавета Андреевна, если вы так будете тихо подкрадываться, то мы уже ничего не попьём. Разве что на небесах.       —извини, пойдем?—спрашивает Андрющенко.       —пойдем, пойдем. —говорит Виолетта, ставя работника на своё место и уходя вслед за подругой.       —как дела у тебя, Вил?—спрашивает девушка, пока они идут в кабинет.       —отлично, только за исключением того, что я носилась ещё час назад, как ужаленная. —вздыхает девушка, пристраиваясь к Лизе слева.       —мне жаль тебя, Ви. —лишь говорит Елизавета, грустно смотря на шатенку и улыбаясь.       —мне тоже себя жаль.—говорит младшая, улыбаясь.       Зайдя в кабинет, особы сразу пошли готовить себе чай.        Девушки налили себе чашки чая и сели на диван, чтобы обсудить всю жизнь.       —так, Лизунь, давай рассказывай, что у тебя там с Кристинкой нашей любимой.—ехидно улыбается татуированная, смотря в лесные глаза черноволосой.       —малышенко. —говорит девушка, недовольно глядя на довольную подругу.       —что, Лиз?—улыбаясь, спрашивает та.       —не строй из себя непонимающую. —говорит Лиза, всё так же смотря на Виолетту. —разве не знаешь, как у нас дела с Кристиной?       —вдруг что-то изменилось? Там..—замолкает шатенка, отводя взгляд в сторону.       —встречаться начали?—уверенно спрашивает Елизавета, зная, какой ответ ей дадут.       —ну да. —хитро улыбаясь, говорит младшая.       —это может быть только в твоих мечтах.—говорит индиго.—и в моих тоже.       —почему это? У Захаровой девушка появилась?—удивленно спрашивает Виолетта.       —Вил, я не интересуюсь личной жизнью Шумахера.— говорит черноволосая.       —а почему тогда в мечтах-то?—спрашивает зеленоглазая.       —потому что не взаимно это.—спокойно отвечает Лиза.       —и с чего ты так решила?       —знаешь, какой раз мы об этом разговариваем. Я уже просто напросто успела сделать вывод. И, честно говоря, совсем не думаю, что у Крис есть чувства ко мне. Может, мы и помиримся, но встречаться явно не будем.—говорит Андрющенко.       —ну капец. Ты серьёзно, Лиз? Так уверенно говоришь, словно знаешь. Я, конечно, тоже не знаю, но отчаиваться же не надо. Девушки у неё, скорее всего, нет.—ведет в обратном направлении подругу та.       —кстати, про девушек. Вспомни, какая у них внешность.—говорит Елизавета.       —тебе напомнить, что я тебе говорила на эту тему?—возмущенно спрашивает Малышенко.       —нет, спасибо. Я помню, что ты там говорила. —вспоминает мимолётно девушка.       —вот именно. Так какого ты черта себя с ними сравниваешь?—опять возмущается шатенка, пока подруга делает глоток кофе.       —не знаю, Вил.       —недооценивай себя, пожалуйста.—хмурится зеленоглазая.       —хорошо-хорошо, только не наседай с этим, пожалуйста.—просит старшая, надеясь, что с этой темой они закончили, хотя бы на пару минут.

***

      —Лиз, передай Шуме привет от меня, пожалуйста. —просит на прощание Виолетта.       —передам, Ви, не волнуйся.—улыбается той Андрющенко и уходит к машине, открывая её.       Она, конечно, передаст этот привет, но только ради подруги, а-то от Захаровой у неё уже голова побаливает.

***

      Зайдя в офис, Елизавета сразу увидела Крис, которая стояла с сигаретой между зубами и смотрела в телефон.       —тебе привет от Виолетты. —говорит Лиза привлекает внимание Захаровой к себе.       —а тебе от Киры привет.—говорит Кристина, смотря на ту.       —хорошо.—говорит индиго и уходит.

***

      Выйдя из комнаты, черноволосая увидела, что все парни стоят одетые около входной двери.       —ребят, вы куда?—спрашивает зеленоглазая.       —курить.—отвечает Влад.       —даже некурящие?       —они постоять рядом.—отвечает Денис.       —а Захарову не возьмёте?—с надеждой спрашивает Лиза.       —не-а, мы так, мужчины.—говорит Арсений.       —я уж надеялась, что одна побуду.—грустно говорит Андрющенко и слышит:       —мечтай, Индиго.—говорит Захарова, проходя мимо.       —бесишь.

***

      Вновь повышенные тона голоса, вновь девушки, вновь недопонимание между ними.       Лиза, которая не понимала Кристину и Крис, которая не особо была заинтересована в этом их конфликте. Вообще, Захарова устала от этих мелких ссор. Она устала от того, что Лиза себя так ведёт, хоть и любит.       —Андрющенко, как же ты меня заебала. —протягивает голубоглазая и сокращает состояние между ними в секунду. А когда младшая хочет что-то ответить, то просто припадает к её сухим губам, что так и наровят потрескаться.       —да т.. —не успевает договорить девушка, как её утягивают в поцелуй. Лиза ничего не понимает несколько секунд, а после чувствует приятное чувство в области живота. Будто бабочки порхают. А в груди тепло неописуемое разливается. Такие странные чувства, такие непонятные, такие.. Незнакомые. Но до жути приятные.       А пока индиго бездействует, русоволосая кладёт руки на щеки той, аккуратно притягивая поближе, но не пытаясь завладеть всем и сейчас. Язык не использует, понимает, что если язык добавит, то черноволосая вообще в обморок упадёт. И так слышно, как у той сердце бешено бьётся.       Но через время почувствовался ответ. Татуированная тянутся ближе начинает, пытается доминирующей стороной стать. Но, не сегодня. Это точно.       Воздух заканчивается и старшая отстраняется, чуть оттягивая нижнюю губу Лизы, стараясь не повредить её. На последок облизывает губы Андрющенко и тянет её в комнату.       Младшая толком понять ничего не успевает, как её уже куда-то ведут. Но куда ведут, не понимает. Сознание затуманенное, словно она пьяная, а чувства в животе и груди лишь добавляют эффект. Сердце бешено бьётся, будто наровит выпрыгнуть из грудной клетки.       «Захарова? Меня?»—лишь проносится в голове у Елизаветы, а после чувствуются покусанные губы на своих.       Зеленоглазая, конечно же, ответила. Но это всё.. Так резко..       Кристина опять берёт лицо в руки и тянет к себе, углубляя, таким образом, поцелуй. Индиго тоже не отстаёт и аккуратно, словно боится, словно Кристина фарфоровая кукла и вот-вот разобьётся, кладёт руки на шею, начиная нежно поглаживать.       А у старшей в момент мурашки появляются. Так нежно, так неуверенно, но так понятно.. Лиза, как маленький котёнок, которого подобрали с улицы. Так же боится, но начинает любовь проявлять. Тихонько-тихонько, медленно-медленно, но показывает её. Показывает любовь.       Отстранившись, голубоглазая смотрит в зелёные, чуть потерянные глазки, из которых, словно вот-вот польются хрустальные слëзы. Такие красивые. В комнате гробовая тишина, слышно абсолютно всё. И тихое, сбитое дыхание Лизы, и стук их сердец, слышно всё.       Чуть наклонившись к индиго, русоволосая начала тихо, еле слышно, шептать:       —понравилась же ты мне, Андрющенко. —шепчет в самое ухо, вызывая мурашки у Лизы.       —я, конечно, тоже себе нравлюсь, но это взаимно. —улыбается черноволосая.       —эта гордая Андрющенко в тебе останется навсегда, как я понимаю. —тихо смеётся и целует чёрную макушку.       —правильно думаешь. —говорит куда-то назад. И прижимается посильнее, опуская голову на плечо, медленно оставляя там мокрое пятнышко от слез, что сами покатились по щекам.       Но эти слезы не те, которые Лиза проливала теми ночами, страдая от влюблённости и непонимания себя, страдая от того, что ей приходится сохранять образ гордой Андрющенко, хотя она хочет послать куда подальше эту ссору и прижаться к любимому телу. Это слезы счастья. Слезы того самого счастья и понимания, что всё взаимно, что её поцеловали, что её сейчас обнимают. Понимания того, что её обнимает та Захарова, которая била её, которая кричала на неё, которая всячески обзывала её, которая была врагом. Только была врагом, которому тоже приходилось сохранять образ злой девушки, а сейчас она спокойно обнимает её, тихонько гладя по чёрным волосам.       —ну всё, не надо плакать, маленькая. —запускает руку в чёрные, как уголь, волосы и треплет их в разные стороны.       —маленькая? —шепчет черноволосая, утыкаясь в женское плечо.       —маленькая. —улыбается Кристина.       А в ответ лишь обнимают крепче, пытаясь вжаться как можно сильнее.