Игра Бога!

Лололошка вновь покормил животных и одновременно раздумывал о Люциусе и попугаях. Картера он похоронил неподалеку от своего дома, из-за чего каждый раз, отбегая, он видел небольшую каменную могилку. После этого он, собравшись с духом пошел в соседнюю деревню, где все-таки нашел фермера, который согласился пожить у Лололошки. Тогда он перенес все вещи крестьянина к себе и, поспав, наконец-то вспомнил, что надо бы записать произошедшее. - Я так опешил, что не сразу сделал эту запись. Картер… Его убил этот… Сумасшедший! Он рассказывал мне про неких богов, про ад, про его силы, а потом резко пропал, - на сей раз Лололошка был весьма краток. Однако едва он решил продолжить свои дела с фермером, как сзади него заполыхал огонь и к нему вновь явился Люциус. - Ну здравствуй. В прошлый раз наша беседа завершилась очень резко. Просто мой отец заметил, что я сбежал, и опять начал читать свои нотации: «Ты не ведаешь что творишь, подумай над своим поведением!» Будто я ребенок какой-то! Ну а теперь, когда я снова свободен, надо бы вспомнить, на чем мы остановились? Точно, на том, что ты мне поможешь! Ну, если быть точнее, окажешь услугу, все же богам никогда не нужна помощь. – Люциус был все также надменен, как и вчера, ничего не изменилось. - Но… - хотел было возразить полубогу Лололошка, но был перебит. - Но? Но? Неужто ты хочешь сказать, смертный, что ты откажешь в помощи богу? Конечно, конечно, нет! – Люциус был слегка удивлен и зол, - Тем более, что без вознаграждения ты точно не останешься. Ну так вот, власти у меня больше нет, сил тоже, понимаешь, к чему я веду? Я останусь у тебя, пока не придумаю, что делать с отцом. - Серьезно? Ты ворвался в мой дом, убил Картера и его сына! А теперь ты хочешь, чтобы я приютил тебя? – Лололошка был раздражен и зол на полубога. - Да как? Как ты смеешь так разговаривать со мной, смертный? Неужто ты забыл, кто из нас бог? - Люциус был в ярости, Лололошка аж пошатнулся от жара, что он источал. Тут он взмахнул руками, земля начала трескаться от жара и высыхать в мгновение ока, Лололошка отошел назад. - Ах ты… Да как ты смеешь? Я пришел к тебе, надеясь на помощь, а ты променял возможность поговорить с богом на какую-то птицу! Никчемная тряпка! Ну и давай, вперед, без тебя обойдусь! Ты обо мне больше никогда не услышишь! Ты мог получить божественное благословение, но ты упустил свой шанс! Прощай, - Люциус вновь испарился. Лололошка вновь был слегка в шоке, ибо земля вновь была обыкновенно мягкой и влажной. Немного опомнившись, он написал еще одну запись. - И вновь Люциус. Похоже, теперь это последний раз – разозлившись, он попрощался со мной. Ну, оно и к лучшему. Он убил Картера и Роджера, пугал меня все это время безо всякой причины! Однако, что-то мне подсказывает, что это еще не конец. После этого Лололошка сложил разный хлам, который нашел в карманах и занялся своими животными и фермой. Затем он поставил у себя дома стекла, насколько ему их хватило. Далее он оборвал яблоки с дерева, убил несколько своих коров ради филактерии душ и создал ответвление от своего дома, где повесил купленную у картографа карту, что вела к Бастиану, поставил сундук, куда решил складывать все, что будет связано с Бастианом или Люциусом, иначе он запутается. После Лололошка одолжил у своего соседа дварфа стол для создания стрел и с его разрешения, обучил этому одного из местных. Он дал крестьянам еды, чтоб с голоду не пропали и понял, что надо бы записать еще кое-что. - Меня только что посетила странная мысль: а что, если все это – мои галлюцинации? Если так подумать, то… Встреча с полубогом, говорящие попугаи, во всей этой истории только Бастиан кажется реальным. К слову, может он уже вернулся? Лололошка быстро, как никогда, добежал до дома Бастиана и нашел там его самого. - Кого опять принесло? А, это же ты, Lololowka, так? Я не ожидал тебя здесь увидеть. У тебя есть какие-то вопросы? Если что-то произошло с Картером, то вон там лежат все необходимые лекарства, - Бастиан указал на ящик в углу комнаты, когда Лололошка туда посмотрел, его передернуло, - А если вопрос про еду, то ему можно давать любые зерна. Он любит говорить, что ест только лучшие, но на деле один сорт от другого не отличит. Так, да где же эта бумажка? Прости, но времени у меня нет, я уже убегаю. Аномалий все больше и кажется, с Древом Жизни что-то не так. Мне нужно срочно отправиться туда и проверить, ведь если этого не сделать, то… - Но я хотел спросить… - Лололошка робко обратился к Бастиану после его монолога. - Не сейчас, пожалуйста, я очень спешу. Мы обязательно поговорим, как только я вернусь. - Нет, это срочно! Я видел Люциуса – бога Преисподней! – вновь обратился Лололошка к Бастиану. - Что? Люциуса? – переспросил Бастиан, однако ответить Лололошка не успел, маг просто исчез. Слегка раздраженный Лололошка начал строчить очередную заметку. - Бастиан вновь не выслушал меня. Это уже начинает раздражать. Каждый раз я пытаюсь задать вопрос, но он постоянно куда-то спешит. Может, он делает это специально? Или я становлюсь параноиком… После Лололошка вернулся домой и, найдя у себя в сундуке пшеницы, вновь покормил своих коров и овец. Затем он немного облагородил свой дом и начал копать шахту рядом с ним, в надежде найти угля. После он решил попробовать поколдовать над его новой, хотя уже потрепанной киркой, которая, после подобной попытки начала таинственным образом копать быстрее, чем ранее. Он проложил там деревянные ступени, которые вели вниз. Покопавшись в шахте и чудом проложив лестницу, он, едва расправившись со здешними обитателями пещер, накопал нужных ему руд и потерял свой рюкзак, к счастью, пустой. Потом, едва он выбрался, он пошел было торговать с дварфом, но внезапно под ним появилась огромная дыра, из-за чего Лололошка чуть себе ноги не переломал. Тут он услышал тот самый голос Люциуса: - Ты совершил ошибку! Лололошка был напуган, но все равно пришел к дварфу и продал ему руды, накопанные в шахте, взамен получив некие камни, кои дварф называл самоцветами фей. После он прочитал об этом в лексиконе Фейвилда и понял, если дварф будет ему доверять, он даст Лололошке некий свиток, благодаря которому он сможет призвать к себе фею. Однако заняться этим он решил чуть позже.