(Не)подходящий

Джиро хорошо запомнила этот момент. Это произошло после первой недели подготовки к культурному фестивалю. Она в очередной раз объясняла Каминари, как нужно ставить пальцы на гриф гитары, и когда она взяла его руку, чтобы направить, её как будто перемкнуло. Она почти физически ощутила, как внутри вспыхнул какой-то огонек, а спокойно спящие до этого пресловутые бабочки в животе встрепенулись, расправили крылья и начали порхать, вовсю разминаясь после долгого затишья. Ни для кого в классе 1-А не было секретом, что Каминари неровно дышал к Джиро. Девочки неоднократно подмечали это и хихикали, а в компании Бакуго об этом обычно не разговаривали, потому что Каминари и сам справлялся с тем, чтобы лишний раз напомнить всем об этом. Восхищался девушкой после каждой тренировки, делал комплименты к слову и просто так. Его, казалось, вообще не расстраивало то, что его чувства оставались невзаимными, а если и расстраивало, то он не показывал этого. Джиро его влюбленность немножко льстила, и её удивляло то, как при абсолютно холодной реакции парень за год так и не сдался, наоборот, его чувства как будто увеличивались в геометрической прогрессии с каждым днём. Но она правда не могла ответить ему взаимностью. Потому что, ну, это же Каминари. Он же придурок, туповатый, нерешительный в боевых ситуациях, пока не умеет нормально управляться со своей причудой и совсем не в её вкусе. Ей же совершенно точно не нравятся блондинистые туповатые придурки с горящими глазами, которые всё не оставляют попыток пробить бетонную стену, которую Джиро вокруг себя выстроила, сосредоточившись на том, чтобы стать героем; которым всего лишь не достаёт веры в себя и свои силы, чтобы стать хорошим героем, а он обязательно будет, потому что он добрый, может поддержать и расслабить класс в тяжёлой ситуации, и всегда может найти какие-то слова, которые её успокоят и смогут дойти до сердца… Блять. Джиро, кажется, сказала это вслух, потому что Каминари недоумевающе посмотрел на неё снизу вверх. — Я же, вроде, всё правильно делаю? — уточнил он. Джиро резко отпрянула, как будто обожглась. Она ещё раз посмотрела сидящего на диване в общей гостиной Каминари, и с ужасом для себя поняла, что считает, что он сейчас выглядит очень мило. А то, с каким усердием он пытался научиться играть на музыкальном инструменте, чтобы не подводить класс и её — это ведь действительно попадало Джиро в самое сердце. Блять, почему она вообще об этом думает? Почему он ей нравится? Так же не должно быть, это же, черт возьми, Каминари Денки, он же придурок, каких поискать… почему он ей нравится? — Джиро, всё в порядке? Ты так переменилась в лице… Нет, я понимаю, я не очень способный ученик, но, я правда стараюсь! Я расстроил тебя? Да что вообще на это ответить? Почему то Джиро не хотелось больше сказать какую-то обидную колкость в ответ, ведь она не хотела, чтобы парень расстраивался… блять. Блять, блять, блять, блять. С каждой секундой, в которую она таращилась на Каминари, ситуация усугублялась. Она подмечала всё больше каких-то деталей, которые обычно не вызывали у неё никаких чувств, или, может, раздражение и желание подколоть, и с ужасом для себя обнаруживала, что они, вообще-то, милые и привлекательные… — Джиро? — Каминари отложил гитару и встал с дивана, подходя ближе. И тут девушка заметила, что от него пахнет каким-то травяным гелем для душа, и что глаза у него красивые… да боже, блять. Надо взять себя в руки и перестать об этом думать. Хотя бы на несколько секунд. — Иди в комнату. Хватит на сегодня, у тебя хорошо получается, — с трудом нормальным голосом выговорила она, отступая на шаг назад. — Окей. Спокойной ночи, — он отошёл, взял с дивана гитару и через какое-то мгновение девушка осталась в гостиной одна. Ночью в своей комнате Джиро долго не могла уснуть. Внутренний голос на повторе повторял только «блять, господи, боже, почему Каминари». Они же не подходят друг другу. Они совершенно разные. У них разные интересы, разные убеждения, абсолютно всё у них разное. Тогда почему сердце каждый раз пропускало удар, когда Джиро вспоминала о каких-то их взаимодействиях? Куда делась та бетонная стена, которую она так тщательно вокруг себя выстраивала? Через какую трещину в ней просочились чувства к этому идиоту? И почему она вообще не хочет больше называть его идиотом? Джиро не хотела отвлекаться во время учёбы. Она даже своему хобби стала уделять меньше внимания, полностью сосредоточившись на геройской подготовке. И уж тем более она не планировала никаких отношений с парнями. Тем более с одноклассниками. Тем более с Каминари. Этого вообще не должно было происходить, никаких симпатий и влюбленностей. Нужно было усердно учиться, чтобы стать хорошей героиней, которая будет спасать людей. Может, если она сейчас ляжет спать, наутро всё исчезнет? Ей просто показалось, да, точно. Джиро проснулась бодрой и полной сил. Сегодня был выходной от учебы, так что весь день у них должен был пройти за подготовкой к фестивалю. Она полежала на кровати, прислушиваясь к себе. Кажется, вчерашняя мимолётная симпатия исчезла. — Ну, вот и отлично, — вслух сказала Джиро, вставая с кровати, чтобы собраться и пойти вниз завтракать. — Доброе утро Джиро! — на лестнице её догнал Каминари и поздоровался, радостно улыбаясь. Девушка повернула голову, чтобы посмотреть на него, и… Ничего не исчезло. Внутри опять всё задрожало и затрепетало. Каминари был сонным, растрепаным, с довольной улыбкой и горящими глазами. Милый. Очень милый. Хотелось потрепать его по волосам и сделать на них ещё больший беспорядок. Хотелось прикоснуться. Улыбнуться в ответ. Может, даже поцеловать, пока никто не видит. — Д…доброе, — ответила Джиро, пытаясь отступить подальше, чтобы случайно не сделать ничего из промелькнувших в голове мыслей. — Я ещё немного порепетировал вчера свою партию, у меня стало лучше получаться, я понял, что делал не так! — Каминари словно заполнял собой всё пространство вокруг, отступать было некуда. — Постараюсь тебя не разочаровать сегодня! — он, к счастью Джиро, обогнал её, и когда девушка спустилась в гостиную, тот уже донимал своей энергичностью Бакуго и Киришиму. Они репетировали весь день, и весь день Джиро находилась рядом с Каминари. Он и правда больше не раздражал её. Парень не соврал, и сегодня действительно у него получалось лучше, чем вчера вечером. С каждой проигранной партией, с каждым разом, когда они пытались соиединить номер, и Джиро пела, а Каминари после каждого раза чуть ли не прыгал вокруг нее, засыпая комплиментами по поводу её голоса, девушка чувствовала, как остатки бетонной стены внутри трескались и рушились. К вечеру от них ни осталось ни кусочка, когда они с ребятами впервые полностью соиединили номер и прогнали его от начала до конца. Ещё, конечно, было куда расти и впереди предстояло много репетиций, но Джиро была так счастлива наконец-то заниматься своим любимым хобби. — Джиро, ты такая классная! — Каминари опять нагло влез в личное пространство девушки, оказываясь в непозволительной близости к её лицу. — и почему ты раньше скрывала свой талант? Эх, вот бы я был хоть капельку настолько же крутым, как ты. — Отцепись от нее, Каминари, — Ашидо очень кстати отпихнула парня от подруги, потому что ещё немного, и она бы точно не сдержалась и поцеловала бы его. — Он прав, ты такая классная! — Так, нам всем ещё есть, куда расти! — Джиро слегка смутилась. — В том числе, и мне. И не преуменьшайте свой вклад, вы все постарались. Но, нам предстоит ещё много репетиций, чтобы довести всё до идеала. — Но на сегодня мы заканчиваем! — Иида влезал, как всегда, в самый подходящий момент. — Всем нужно вернуться в общежитие и отдохнуть! — Да, ты прав, спасибо, — Джиро украдкой бросила взгляд на Каминари, который скакал по сцене вокруг явно не очень довольного этим Бакуго и улыбнулась. Боже, это была конечная. Пиздец. В этот момент Джиро поняла, что да, она действительно влюбилась в Каминари. Ситуации, настолько одновременно приятной и хуевой в её жизни ещё не было.

***

В воскресенье вечером они с девочками всегда собирались у кого-то из них в комнате и просто болтали о разном, параллельно делали масочки, смотрели документалки про маньяков: в общем, делали все свои девчачьи дела. На этой неделе они собрались у Мины в комнате. За вечер субботы и утро и день воскресения Джиро поняла, что если она не поделится своими чувствами хоть с кем-то, она точно рискует натворить какой-то херни, о которой потом пожалеет. Поэтому она просто обязана была рассказать об этом подругам. — Девочки, хочу поделиться с вами, — начала Джиро, тяжело вздыхая. — Я, кажется, влюбилась… в самого неподходящего человека в нашем классе. На несколько секунд повисло молчание, а потом Ашидо, прокашлявшись, спросила: — Джиро, только не говори, что это Минета. Мы, конечно, не будем осуждать, но… — Ты с ума сошла? — прервала её размышления Джиро очень возмущенным голосом. — Этот извращенец не заслуживает и капли женского внимания! Конечно, это не Минета! Вся комната, казалось, одновременно выдохнула. — Тогда, может, это Бакуго? — предположила Урарака. — Он, конечно, так себе вариант, соглашусь. — Блин, тебе там ничего не светит, — Ашидо сидела с таким серьезным лицом, будто сейчас решала какое-то очень сложное уравнение по математике. — Он, вроде, по уши влюблён в Киришиму. — Да не Бакуго это! Упаси господь, его характер только Киришима и выдержит, — Джиро вздохнула. Интересно, может сейчас девочки догадаются, и ей не придется говорить самой? — Может, это Тодороки? — Яойорозу отложила пилочку для ногтей обратно Ашидо на тумбочку. — Сомневаюсь, что он вообще думает об отношениях. — Да нет же! — нет, всё же, Джиро придется сказать самой. — Это… это Каминари. Вся комната опять облегчённо выдохнула. — А что тут неподходящего? — Асуи, как всегда, была прямолинейна. — Он же тоже тебя любит, разве нет? — Да, весь класс об этом знает! — Хагакуре неожиданно оказалась рядом с Джиро и положила руку ей на плечо. — Он не такой уж и плохой вариант. — Да почему вы так думаете? Это же, ну… Каминари, — вздохнула Джиро. — Он придурок. Я не знаю, я не понимаю, это осознание так резко пришло… я запуталась. Я не могу ни о чем другом думать уже три дня! Помогите мне разобраться, пожалуйста! — Ууу, я достаю таро, — Ашидо полезла в свой комод и достала колоду. — Данный вопрос требует действительно серьёзного подхода. — Ооо, — Урарака любила расклады Мины больше всех. Ещё бы, сколько раз в этой комнате ей раскладывали карты на Мидорию… Девочки сели в круг, наблюдая за тем, как Ашидо перемешивает карты. Джиро, честно, в карты не очень верила, но сейчас ей действительно требовался расклад. Вдруг там сейчас выпадет башня, тройка или десятка мечей, и окажется, что все чувства она себе выдумала… Да, это бы действительно облегчило ей жизнь. — Так, Хагакуре, посмотри пока их совместимость по знакам зодиака, — скомандовала Ашидо, продолжая мешать карты. Точно, ещё же были знаки зодиака. Вот на эти две вещи можно было бы в этот раз сослаться и успокоить себя, а потом забить на свои чувства и снова вернуться к обычной жизни, ведь карты врать не будут, и знаки зодиака тоже! В таких ситуациях нужно в это верить, это ведь действительно серьёзный аргумент! — Так, он же Рак, да? А ты Лев, я помню, мы как-то натальную карту смотрели, — Хагакуре вбила данные на первый попавшийся сайт и начала читать. — Так, хммм… ого, тут знаете, что написано? «Мужчина-Рак настроен на серьезные отношения, ему очень сложно проявить себя, поэтому к контактам он относится серьезно. Для женщины-Льва же не так важно ощутить глубинную душевную связь, сколько необходимо прочувствовать интенсивные эмоции, пронизывающие ее и ее возлюбленного». Ну как, подходит вам? — Мне кажется да, — Яойорозу тоже что-то искала в телефоне. — Мне кажется, хоть Каминари и выглядит несерьёзным, но к своим чувствам к тебе он очень осознанно и обдуманно подходит. — Поэтому он и не переходит никакие границы, — вставила Ашидо, заканчивая перемешивать карты. — Он всегда отступает, когда тебе неприятно, я много раз это подмечала. Но тебе ведь всегда были приятны его чувства и его комплименты, верно? Особенно, когда их в меру. Конечно ей было приятно. Какой девушке будут неприятны комплименты и ухаживания? Просто Джиро никогда этого не показывала, чтобы Каминари не подумал, что у него получается. Он ведь ей не нравился… до недавних событий. Хагакуре тем временем продолжала читать характеристику совместимости: — «Такие разные режимы не позволяют им в полной мере понять друг друга, хотя интерес к друг другу, безусловно, имеется. Они оба скорее эмоциональны, чем рациональны, так что сфера романтических отношений — это та область, в которой они чувствуют себя превосходно». Я считаю, это про вас! И всё хорошо у вас будет в отношениях! — Ладно, ладно, а по картам там что? — Джиро глянула в получившийся расклад. Мина довольно улыбалась. Двойка кубков, туз кубков, влюбленные. Тут даже трактовка была не нужна. — Ооо, это вроде значит, что у вас сейчас зарождаются отношения, — вместо Ашидо начала Урарака. — Мне такая никогда не падала. — Да, у вас сейчас начнется такой конфетно-букетный период, так сказать. Между вами сейчас будет такая хорошая и приятная привязанность, а потом она перерастёт в настоящие и тёплые чувства. Загадывать не хочу, но сочетание этих карт вообще сулит вам долгосрочные здоровые отношения, — дополнила Мина. Джиро не сразу заметила, что улыбается. — Ну, что, идём признаваться? — усмехнулась Хагакуре. — Дай им ещё немного времени, — Ашидо хотела убрать карты, но Очако её остановила. — Урарака, мы делали тебе расклад на прошлой неделе. Там ничего не изменилось, я тебе гарантирую. — Ну пожалуйста! — Ла-а-адно. Вечером, у себя в комнате, Джиро задумалась над всем. Ну, раз уж и карты сложились, и звёзды, и вообще всё говорило в пользу, то, собственно… почему бы не попробовать? Разве настоящие герои не могут быть счастливы? Такого правила не было.

***

За время подготовки к фестивалю, Джиро очень осторожно начала сближаться с Каминари. То по голове погладит, когда у него хорошо получалось, то в общей гостиной на диване сядет рядом и соприкоснется коленками. Ей очень льстило, как в такие моменты парень едва не начинал разбрасываться искрами. Ашидо ей по секрету нашептала, что когда Джиро не сидела с ними в компании, тот безумолку трындел о ней и пытался понять, что значат её знаки внимания. Естественно, их выступление прошло на ура. Зал был в восторге, всем определено понравилось. За кулисами сцены они все обнимались и прыгали от радости. Джиро давненько не была так счастлива. Естественно, перед выступлением она волновалась, особенно, когда Мидория не появлялся почти до самого их выхода, но всё в итоге прошло идеально. Она занималась любимым хобби, и все были от этого в восторге. Что ещё может быть лучше? — Джиро, ты замечательная! — Каминари налетел на неё с объятиями впервые нарушая всякие личные границы. Он держал её за плечи, что-то говорил, смотрел на неё такими горящими, восторженными и влюблёнными глазами, что Кьёка не выдержала. И поцеловала его. Перед всем классом. До неё фоном доносились комментарии одноклассников, кто-то захлопал, кажется, Ашидо сказала «наконец-то». Всё, на чём она была сейчас сосредоточена, это мягкие и очевидно полыщающие щеки Каминари под её ладонями, её губы на его губах, и то, что парень абсолютно не умеет целоваться. Она, в общем-то, тоже не имела большого опыта, но этот поцелуй ощущался в миллион раз лучше чем первый. А потом под пальцами она почувствовала влагу и сразу же отстранилась. — Ты чего? О боже, Каминари расплакался. — Ты… просто… я… — очевидно, он никак не мог выразить свою мысль сейчас. А Джиро, усмехаясь, решила его добить. — Эй, Денки, придурок, будешь со мной встречаться? — специально выделяя его имя, спросила она. Парень пробурчал что-то отдаленно похожее на «да», уткнулся ей в плечо и разревелся окончательно. Громкие аплодисменты напомнили Джиро, что они всё ещё не одни. — Поздравляю, — только сейчас она заметила зашедшего к ним Айзаву, который выглядел так, будто только что выиграл с кем-то в споре тысячу йен. — С выступлением тоже. — Спасибо. Что ж, это всё действительно стоило того.

***

Вечером, уже в общежитии, когда они остались наедине, Каминари очень неуверенно спросил: — Ты же ну… не шутила, да? Она аж телефон выронила от неожиданности. — Конечно нет, с чего ты взял? — Мне просто… всё ещё не верится, что девушка моей мечты взяла и поцеловала меня при всех, а потом ещё предложила встречаться. Джиро в ответ поцеловала его ещё раз. Чтобы точно поверил, придурок.