Иллюзия

Мегуми открывает глаза. Вокруг — до боли знакомая картина, общежитие магического колледжа, их с Итадори комната. В следующую секунду появляется сам Юджи, словно сверкает своей улыбкой: Мегуми на это не ведётся. Лишь снова закрывает глаза, оказываясь уже в торговом центре. Однажды они пришли на ярмарку, проводимую здесь. Кугисаки с Итадори увлечённо рассматривали изделия ручной работы, излишне громко ругаясь и споря. — Не было ничего такого, — спокойно сказал Мегуми, ощутив позади обжигающее дыхание, — Нобара была в других рядах. Мегуми закрывает глаза. В этот раз он находится в средневековой Японии, посреди разрухи и хаоса которой скалится Сукуна в своём истинном обличии. Фушигуро смотрит абсолютно равнодушно. Демон направляется к нему, и Мегуми снова закрывает глаза, находясь уже скованным на коленях Сукуны. Фушигуро резко дёргается, но Сукуна крепко прижимает его двумя руками, двумя другими проходит по его спине, разрывая форму. Мегуми продолжает извиваться. — Можешь даже не пытаться, — одна из рук Сукуны проходит по груди и сжимает горло, — Я нашёл идеальный ракурс, — усмехается он. Чужие губы проходят по шее. Сукуна утыкается в волосы, языком скользит по шее, сжимает зубами кожу, оставляя отметины. Мегуми дрожит, но молчит, чем дразнит Сукуну сильнее. Он приподнимает его и стягивает брюки. Мегуми некомфортно, но он напоминает себе, что всё это не более чем иллюзия. Сукуна резко сажает его на возбудившийся член, невольно заставив Мегуми вскрикнуть. Он смеётся, проводит губами по его позвоночнику. — Всё ещё думаешь, что это всего лишь иллюзия? Сукуна проходит языком по мочке. Мегуми пытается расслабиться, чтобы боль от проникновения не была слишком резкой. Сукуна сжимает его волосы, продолжая толкаться. Мегуми до крови искусывает губы. Он чувствует, как Сукуна кончает в него, и невольно думает о том, чтобы поверить в любую другую иллюзию, только бы этот кошмар прекратился. Открывает глаза он снова в общежитии. Итадори спит на кровати напротив, сам же Мегуми решает прогуляться. На улице никого нет. Мегуми сидит под солнцем, ожидая, что хотя бы на какое-то время вернётся к нормальной жизни. Хотя бы иллюзорной. — Не спится? Годжо улыбается, садится напротив. Мегуми сжимает штанину, равнодушно смотрит в повязку напротив. — Его улыбка другая. Искренняя. Оскал. Мир вокруг растворяется, и Мегуми оказывается на каком-то троне — скованный, не в состоянии двигаться. Люди кланятся ему, что-то предлагают, просят пощады. Мегуми хмурится, оглядываясь: Сукуны нигде нет. Он делает глубокий вдох, снова пытается двинуться, но тщетно. Сухо говорит людям, чтобы они оставили его. Часы проходят в шемящей тишине. — Тебе очень идёт быть на троне рядом со мной. Сукуна берёт его ладонь в свою, целует. Мегуми хочет её отнять, но не может. — В моём веке связь с мужчинами каралась и осуждалась, — он проходит губами по костяшкам, — Я рад, что в мире теперь другие нравы. Мегуми отворачивается. Сукуна поварачивает его лицом к себе, языком проникая в его рот. По телу Мегуми проходит дрожь. *** Мегуми царапает его спину, пока Сукуна толкается. Лицо Фушигуро расслабленно, отдаёт лёгким румянцем. Когда у Мегуми наступает предел, он выходит, ложится рядом и прижимает его к себе, проводит ладонью по горящим щекам. — Не уходи, — просит Мегуми, сжимая его ладонь. Сукуна усмехается, целует его руку. *** В торговом центре слишком много народу, но Сукуна появляется как раз вовремя, пряча ладони в карманах джинс. — Можем погулять в парке, если хочешь. Фушигуро пожимает плечами. Они покупают по мороженому и выходят. — Сукуна, — они закончили с мороженым, и сейчас уединяются под любимым дубом. Мегуми сидит на его коленях, — У тебя не возникает ощущения, что всё вокруг — мираж? Сукуна задумывается, после чего лишь смеётся. — Нет. А тебе? Мегуми кладёт свою голову на его плечо. — Не знаю. Иногда кажется, что всё вокруг слишком иллюзорно. — Это усталость, — улыбается Сукуна и целует его в лоб. — Возможно. Он засыпает в его руках. *** Мегуми выходит из тронного зала. Сукуны нигде нет, хотя он говорил, что будет заниматься делами исключительно в замке. Слуги, как назло, тоже словно провалились сквозь землю. Он спускается к темнице и ощущает резкую головную боль. — Всё в порядке? — талию обвивают сильные руки. — Не заметил тебя, — Мегуми теряет сознание, падая в его руки. *** — Нужна смазка. — Я взял, на этот раз клубничную. Сукуна целует, языком сплетаясь с его. Мегуми снимает с себя одежду, заваражённо наблюдает за Сукуной, который уже слишком возбуждён. — От одного поцелуя? — удивляется Мегуми, пока Сукуна открывает смазку. — Мне хватает одного твоего взгляда, — усмехается он, отчего Мегуми краснеет. Он разводит его ноги и начинает растягивать. Мегуми стонет, сжимая простыни. — Я хочу видеть твоё лицо, — властно произносит Сукуна, и Мегуми, сгорая со смущения, поворачивается к нему. Он краснеет сильнее, облизывает губы. — Хочу… хочу поцеловать тебя. Сукуна выдавливает ещё немного смазки, продолжает растягивать. — Я планировал целовать твою спину. Мегуми закусывает губу. Сукуна заканчивает и садится. — Но я не против. Мегуми протяжно вскрикивает, насаживаясь на его член. Сукуна жадно хватает его за затылок, языком сплетаясь с его и проходя по нёбу. Он резко отрывается. — Скажи это. Фушигуро краснеет сильнее. Сукуна увеличивает ритм. Мегуми прячет лицо в его ключицах, оставляя на них поцелуй. — Люблю тебя. Сукуна улыбается и сжимает его бедра, толкаясь грубее. Мегуми обнимает его и стонет прямо в ухо, не замечая другую пару рук, что оглаживает его спину. *** — Я слышу голоса, — Мегуми утыкается носом в грудь Сукуны, — Они доносятся из темницы, называя моё имя. — Это усталость, — улыбается Сукуна. — Возможно, — он обнимает его, — Не оставляй меня больше. — Ни за что, Фушигуро Мегуми, — он целует его ладонь. *** Итадори хрипит, пытаясь докричаться до того, что осталось от Мегуми в его теле. Сукуна усмехается и откидывает его назад. Маки, потеряв всякую надежду вернуть друга, с размаху хочет ударить проклятым мечом, но лишь больно врезается в стену. — Верни его! — вопит Ангел на последнем дыхании, — Мегуми! Мегуми! Сукуна скалится, ощущая волны мурашек по спине. Душа Мегуми снова единяется с его в сознании, дарит новые силы. — Ничтожество. Он бьёт по челюсти ногой. Она выплёвывает кровь и теряет сознание. Сейчас он как никогда непобедим.