While True

Гарри оттолкнула последний камень, с трудом выбираясь на свежий воздух. Глухая ночь встретила ее промозглым холодом и мелким дождичком, настолько омерзительным, что хотелось залезть обратно под завалы. Странный мертвенный звук раздался откуда-то сверху, и, подняв голову, она разглядела в отдалении какое-то подозрительное вытянутое пятно, похожее на дыру в небе. Гарри протерла очки от цементной пыли, нацепила их обратно и увидела, что это совсем не дыра, а трижды проклятый сталагмит — периодически скрываемый из виду остроконечными крышами домов, он летел в сторону моря, зловеще гудя. Пока Гарри в немом ужасе наблюдала за чудовищной картиной, справа послышался скрежет. Обломки зашевелились, и из облака пыли, пошатываясь, поднялась высокая костлявая фигура. Судя по тому, что Волдеморт в ту же секунду не швырнул в нее Аваду, Гарри заключила, что либо его новая палочка сломалась, либо он так же, как и она, выжат досуха. При виде его белого, как у покойника, лица и мерцающих алых глаз, все то место, которое раньше занимала магия, затопила неудержимая испепеляющая злость. — Доволен, мудила?! — Гарри ткнула в светящийся первозданной тьмой сталагмит, дрейфующий по направлению к океану. — Твоих рук дело! Шрам пронзила вспышка злого возмущения. — Следи за языком, Поттер! — За языком?! Тебя, значит, оскорбления задевают?! Да тебя убить мало за то, что ты устроил! Лицо Волдеморта стало холодным и отстраненным, как при встрече с нелюбимым соседом по лестничной площадке. — Нет смысла обсуждать совершенное. Надо думать над тем, как решить проблему. Гарри почувствовала, что задыхается. — Проблему решить? — повторила она нехарактерно высоким для себя голосом. — Главная проблема стоит передо мной! Как прикажешь ее решать?! Со стороны моря раздался утробный гул, врывающийся в мозг и сносящий сознание, как карточный домик. Гарри схватилась за голову и согнулась пополам с глухим стоном, поспешно выставляя блок. С трудом собрав память и личность воедино, она выпрямилась, машинально отметив, что чертов ублюдок стоит ближе на пару шагов, замерев в странной обвинительно-оборонительной позе. — Нам нужно попасть туда, — произнес Волдеморт самую очевидную вещь в мире. — Необходимо прервать процесс. Ты можешь аппарировать? Гарри дошла до той точки, когда требовались неимоверные усилия, чтобы просто использовать цензурную лексику. — А что, похоже?! — Отвечай нормально, девчонка! — Нормально?! Нормально?! — У тебя истерика, — холодно отметил Волдеморт. — Истерика?! — Гарри сжала кулаки и, почти не контролируя себя, шагнула в его сторону. — А-а-а-а-а-а-агрх! Да ты… Ты даже не представляешь… Как же ты мне надоел! Тут должно было быть другое слово, и, судя по оскорбленному виду, Волдеморт отлично понял, какое. Еще секунда, и она бросилась бы на него, но скрежет и глухие стоны позади отвлекли ее. Обернувшись, Гарри увидела, как из-под обломков выкарабкивается сильно помятый, но живой Дюбуа. Такой из любой задницы выберется невредимым, поймала себя Гарри на нехарактерно нечеловеколюбивой для нее мысли. Увидев их, Дюбуа вскрикнул и упал на колени. — Прошу, пощадите! У меня жена и двое детей! — Что?! — воскликнула Гарри со смесью неверия и отчаяния. — Да как ты умудряешься их всех совмещать?! — Столько любви, — отстраненно заметил Волдеморт. — Дамблдор счел бы его великим человеком. Гарри резко развернулась. — Ты что, пошутил сейчас? Тебя, мать твою, еще и на шутки хватает?! Опять это возмущенное выражение. Будто и не пытался ее грохнуть пять минут назад. Нет, она не будет бить ему морду, подумала Гарри. Еще не хватало руки марать. Она быстро (насколько это возможно с ее ранами) прошла мимо, злорадно отметив, как Волдеморт проворно крутанулся, не рискуя открывать ей спину. Добравшись до края развалин, она спрыгнула с обломков и огляделась. — Что ты намерена делать? — засранец следовал за ней по пятам и раздавал свои никому не нужные комментарии. — Идти пешком? Это займет не меньше сорока минут. — У тебя есть идеи получше, говнюк? — Я сказал тебе следить за языком. — А я сказала тебе пойти нахуй! Металлический отблеск на краю поросшего сухим бурьяном заднего двора привлек ее внимание. Присмотревшись, Гарри внутренне присвистнула: настоящий «Харли-Дэвидсон», стильный и монструозный, сверкающий хромированными боками. Через пару лет на таком будет позировать старина Элвис, щедро поделившись с компанией своей тогда еще не заработанной бессмертной славой и приобретя взамен репутацию сногсшибательного бунтаря. Коллаборация столетия, по скромному мнению Гарри. Видимо, кто-то из сектантов жил по местным меркам роскошной жизнью, раз у него было чем заправить бак — по крайней мере, Гарри надеялась, что он заправлен. Она быстро двинулась к мотоциклу, когда услышала за спиной раздраженное: — Нет. Гарри подошла к харлею и тщательно его осмотрела. Почти полный бак, колеса не сдуты. Отлично. — Поттер, я сказал, нет! — Заткнись. А вот ключа зажигания в замке не было. Наверное, лежит сейчас под обломками, вместе со своим владельцем. Ну ничего, на то, чтобы запустить примитивную цепную реакцию, ее магии хватит. — Ты не поедешь туда одна и не оставишь меня тут. Гарри обернулась и смерила своего соседа злобным взглядом. Больше всего сейчас ей хотелось его переехать. Пару раз, может, больше. — Ты прав. Не оставлю, хотя стоило бы. Садись. Пауза. — Что? — переспросил Волдеморт едва слышно. На змеином лице застыла смесь шока и неверия. Судя по доносящимся до Гарри эмоциям, перспектива прокатиться на байке травмировала его сильнее, чем новость о том, что он застрял во временной петле. Впрочем, Гарри было не до его чувств. — Что слышал. Подбирай свои юбки и забирайся сзади. И побыстрее! Выражение шока сменилось почти священным гневом. Шрам вспыхнул ярым пламенем, но Гарри отмахнулась от боли, как от надоедливого москита. — Я не прикоснусь к этой маггловской мерзости, — прошипел Волдеморт, окинув харлей испепеляющим взглядом. Ну и счастливо оставаться, подумала Гарри, молча вскакивая на байк. Завести его и впрямь ничего не стоило: один маленький импульс, и мотор глухо затарахтел. Большая фара в центре руля вспыхнула, освещая безлюдную улицу. Пока что безлюдную: Гарри сомневалась, что шум обвалившегося здания пройдет мимо ушей местных мародеров. — Поттер! Не смей. — Последний раз повторяю: садись на сраный байк либо иди пешком! Веришь или нет, мне плевать, даже если тебя местные жители найдут и вздернут на ближайшем фонарном столбе. Она повернула руль в его сторону, и отвыкший от яркого света Волдеморт поспешно прикрыл глаза ладонью. Он выглядел одновременно оскорбленным, пораженным и загнанным в угол. В Гарри заиграло злобное удовлетворение. Жаль, у нее нет фотоаппарата — она бы с удовольствием сделала снимок на память. Словно в подтверждение ее слов, за оградой института мелькнули всполохи факелов. Волдеморт тоже их увидел и, выбирая между близким знакомством с местными жителями и осквернением своей королевской задницы, мудро остановился на последнем. Не спуская с нее злобного взгляда, он быстро подошел, и, каким-то образом управившись с мантией, устроился за ней, всеми силами стараясь минимизировать площадь контакта с поверхностью. Связь фонтанировала нескрываемым отвращением, и даже если бы Гарри могла аппарировать, она бы этого не сделала, искренне наслаждаясь каждой секундой его страданий. — Держись крепче, придурок. Тонкие изящные пальцы, не предназначенные для физической работы, впились в ее плечи с неожиданной силой. — Я сказал тебе следить за… Гарри резко выкрутила ручку газа, стартанув без предупреждения, и угроза потонула в шуме мотора. Помедленнее! — тут же раздалось яростное шипение в голове. Гарри вспомнила, что Лорд не доверяет всяким вспомогательным средствам передвижения типа метел, не говоря уж о маггловской технике, злобно усмехнулась и прибавила газу. Нечеловечески острые когти прорвали плотную ткань толстовки и вонзились глубоко в кожу, но ей было плевать. Это того стоило. Ночью улицы Аркхема были пусты, впрочем, пусты они были и днем. Мимо промелькнули заброшенный сквер, ряд наполовину сгоревших домов, злополучный переулок. Тело собаки пропало. А вот и знакомый пустырь с останками церкви и разграбленным кладбищем. Свет фары высветил две фигуры: священника с раскрытым томиком Библии и агрессивного пьяницу из бара, который стоял, опершись о лопату, над свежим холмиком. — Аллилуйя, друзья! — крикнула Гарри, встречая их потрясенные взгляды. Она успела увидеть, как поднялась рука пастора для крестного знамения, прежде чем пустырь скрылся из виду. Впереди показались хорошо знакомые места: лавка фармацевта, надежно защищенная на ночь стальными ставнями, переулок с мертвой женщиной, тупик, почта, бар… При попытке вписаться в очередной поворот колеса скользнули по слякоти, и мотоцикл чуть не опрокинуло. Гарри в самый последний момент успела вывернуть руль, но их ощутимо тряхнуло. — Поттер, хватит! — прозвучал над ухом категоричный приказ. — Закрой глаза и думай об Англии! — прокричала Гарри в ответ и прибавила скорость. Он может засунуть приказы в свою тощую задницу, мелькнула мысль, которую Гарри даже не потрудилась скрыть. Одна костлявая рука отцепилась от продырявленного в пяти местах плеча и скользнула к ее горлу, в инстинктивном, как она подозревала, порыве задушить. Если опять начнешь свои садо-мазо игры, я потеряю управление, мы врежемся в стену и разобьемся, телеграфировала Гарри, мстительно прикрепляя к посланию видения автомобильных аварий из десятка самых кровавых боевиков восьмидесятых и девяностых. Рука поспешно вернулась на место, и она почувствовала мелькнувшую по связи предательскую вспышку паники. Отлично. Смазывались и стремительно улетали назад улицы и переулки, дома-крепости немногих выживших, ощерившиеся невидимыми ружьями, и пустые дома-склепы тех, кому повезло меньше. Быстрее, быстрее! Мысль о том, что будет, когда они доберутся до места, терялась за свистом ветра. Да и какая, к черту, разница? Что бы ни ждало их впереди, все лучше, чем гнить в оковах или заживо плесневеть в этом дрянном городе. Кажется, в какой-то момент Гарри потеряла из внимания цель поездки, просто наслаждаясь бьющим в лицо ветром, ревом мотора, скоростью и удушающе-терпким страхом самого темного, могущественного и одновременно самого ублюдочного мага современной магической Британии. Иллюзия свободы длилась недолго: запах залежавшейся соли и гнилых водорослей ударил в нос, беспощадно возвращая ее в невеселую реальность. Дома без предупреждения закончились, и Гарри резко затормозила, так, что Волдеморт со сдавленным шипением навалился на нее сзади, придавив к рулю. — Поос-с-сторожнее, девчонка! Гарри набрала в грудь воздуха для едкого ответа, но внезапно открывшееся им зрелище наглухо отвлекло их от очередной наметившейся было перепалки. Сталагмит завис над морем в полумиле от берега и медленно вращался, испуская мертвенное гудение. Спустя пару секунд от него отделился луч, настолько черный, что это противоречило законам физики: казалось, что он не просто поглощал свет, а разрушал сами фотоны. Антилуч (как окрестила его Гарри) ударил в поверхность воды и исчез под ней. Что-то происходило, что-то очень нехорошее, и времени на споры и ссоры у них не было, совсем. Они остановились посреди дороги, кончающейся разведенным мостом, за которым торчала вершина маяка. Гарри прищурилась, оценивая расстояние и угол наклона… — Поттер… …и крутанула ручку газа. Харлей стартанул с места с потрясающей резвостью. Взлетная полоса была короткой, и надо было разогнаться посильнее… — Поттер! Наклонившись вперед, Гарри выкрутила скорость на полную. Вздернутая в слепое небо половина моста приближалась с пугающей стремительностью. Цепкие жесткие руки обхватили ее, обвились вокруг плеч и ребер, сжали до боли в костях. Поттер! НЕТ! Поттер, да! В последний момент Гарри не удержалась и зажмурилась, как в детстве, при проходе через заколдованный барьер на платформу 9 и ¾. И-и-и… сейчас! Их сильно тряхнуло, а потом байк взлетел. Всего секунда невесомости, но вдруг время остановилось в третий раз за день, растянулось, словно они попали в вихрь маховика. Не спеши… прочувствуй момент. Морской ветер бьет в лицо, оседает солеными каплями на волосах и стеклах очков, одна прядь липнет ко лбу, холодит воспаленный шрам. Гарри чуть-чуть, самую малость отклонилась назад, расслабившись и прижавшись затылком к чужому плечу, представляя, что они сидят на краю какого-нибудь норвежского фьорда, а не летят навстречу крайне вероятной гибели в самой кошмарной дыре во всей вселенной. Почему она так давно не летала? Если они выберутся, обязательно надо будет… Приземление вышло не из мягких. Их сильно тряхнуло, подкинуло от удара о землю, потом еще раз и еще. Маяк стремительно приближался, и Гарри до упора сдавила рычаг тормоза. Взвизгнули и беспомощно прокрутились по влажной траве колеса, скорость спала, но недостаточно, и вот уже полукруглая стена с пустой дырой окна посередине заполнила все поле зрения… «Ой…» — только и успела подумать Гарри, прежде чем ее резко и грубо сорвали с сидения, в последний момент сбрасывая на землю. Она с размаху упала на бок, и мир смазался, превращаясь в бешеный круговорот рук, ног и ткани. Позади раздался оглушительный удар и скрежет сплющенного в лепешку металла. Через секунду ее, как самую легкую, отбросило от Волдеморта и укатило по ощущениям куда-то очень далеко. Наконец, мир перестал вращаться, застыв беспорядочным спутанным ворохом: мокрой травой под щекой, врезавшимися в переносицу очками, жжением в ободранных локтях и коленках, болью в поврежденной Адским пламенем ноге. Сделав нерешительный вдох, Гарри с огромным удивлением обнаружила, что все еще жива. Впрочем, долго радовалась ей не дали. Ее рванули за капюшон и буквально вздернули наверх, как котенка. — Ты, дрянная девчонка! От удара о кирпичную стену очки слетели, но и без них она видела горящие диким неконтролируемым бешенством алые глаза. — Еще секунда, и мы были бы мертвы! Вот теперь у нее действительно истерика, подумала Гарри, всхлипывая и задыхаясь от безудержного хохота, даже не пытаясь отбиться от сдавивших ее шею пальцев. Лицо обожгла оглушающая пощечина. — С меня довольно, Поттер! Я покончу с тобой, покончу здесь и сейчас! Воздух быстро закончился, и из груди вместо смеха вырывались слабые полузадушенные хрипы. Кажется, теперь ей и впрямь кранты, с неуместным весельем подумала Гарри. Ну и отлично, хоть не придется разгребать все то дерьмо, которое наворотил ее придурочный сосед. Но умереть ей не дали. Рев и сильнейший ментальный удар оглушил их. С трудом повернув голову, Гарри сморгнула выступившие от смеха и удушья слезы и с ужасом увидела, как из черной, гладкой, как зеркало, воды поднимается исполинская фигура. Прародитель падальщиков, безымянный источник скорби, уродливый сосуд первозданного ужаса… Он выглядел древним, как сама вселенная. Бесчеловечно-ужасающим. Неописуемым… Он выглядел как их смерть. — Блядь, — кратко резюмировала Поттер и поймала взгляд, полный немого возмущения. — Что?! Панталонов Мерлина здесь явно недостаточно!