Любовь в океане

В тёплых южных водах Атлантического океана, где никогда не бывает зимы и холодов, у самого экватора, жила молодая дельфиниха из семейства афалин. Её звали Клеопатра, но все морские обитатели называли её просто Клео. Она была очень игривой и дружелюбной, но очень одинокой. Дело в том, что в окрестных водах других дельфинов не было вообще, а Клеопатра оказалась здесь совершенно случайно: когда она была ещё совсем маленьким дельфинёнком, её перевозили на корабле из Парижа в Рио. Во время путешествия случился сильный шторм, и корабль затонул. Экипаж спасся, но весь груз пошёл ко дну. Малышка дельфиночка оказалась на свободе, но в совершенно незнакомом для себя месте. К счастью, ей повстречалась престарелая китовая акула Мальва, и на протяжении следующих трёх лет она заботилась о маленькой Клео и учила её охотиться на мелкую рыбу. Китовые акулы хоть и самые большие акулы на планете Земля, но питаются исключительно мелкой рыбой и никогда не нападают на дельфинов. Мальва и Клео жили в уютном подводном гроте, каждую ночь отправляясь туда на ночлег. Но вот однажды утром Клеопатра проснулась… и не увидела Мальвы рядом с собой. Напрасно дельфиниха искала её несколько дней – китовая акула так и не вернулась. Старая морская черепаха, живущая неподалёку, сказала Клеопатре, что, по всей видимости, Мальва почувствовала приближение смерти от старости, и что бы не расстраивать свою приёмную дочку, уплыла как можно дальше, и больше не вернётся никогда. Клео опечалилась, но со временем привыкла к одиночеству. Она подружилась с двумя морскими звёздами-сестричками, быстрым осьминогом, семейкой морских коньков (состоящей из мамы, папы и десятерых мальков). Да и в целом все здешние обитатели относились к ней дружелюбно, восхищаясь красотой и грацией молодой дельфинихи. Ну разве что кроме потенциальной добычи – сардин и тунцов, а так же противных барракуд, ещё при жизни Мальвы мечтающих поселиться в её гроте. Эти барракуды не решались нападать на Клеопатру, но очень надеялись на то, что однажды с ней случится что-то плохое, и тогда они смогут завладеть гротом. И вот однажды, когда Клеопатра по обыкновению беззаботно плавала в океанских водах, она увидела семью китов. Их было трое: мама, папа и маленький китёнок, который по размерам был в несколько раз больше Клеопатры. Но ей очень захотелось подружиться с ним, и она резво поплыла навстречу китовому семейству. - Привет! – крикнула дельфиниха, - меня зовут Клеопатра, или просто Клео. Вы здесь новенькие? Давайте дружить! Но папа-кит не был настроен столь же дружелюбно. Он строго посмотрел на дельфиниху и ответил: - Киты не дружат с дельфинами. У нас нет дома: мы путешествуем по всему океану на протяжении всей жизни. А вы предпочитаете жить на небольшой территории большой стаей. - Но у меня нет стаи, - сказала Клеопатра, - я здесь единственная в своём роде, и мне тут очень надоело! Можно я отправлюсь в путешествие вместе с вами? - Вы, дельфины, такие быстрые, что за вами никогда не поспеешь, - ответил папа-кит, - а мы никуда не торопимся. Нет, не нужен нам такой попутчик, как ты. Клеопатра опечалилась: - Но что же мне делать? У меня есть несколько друзей, но я чувствую себя очень одинокой… - Я думаю, что тебе надо найти друга твоего вида, - произнесла мама-кит, - мы проплыли несколько тысяч километров, и в районе островов Зелёного Мыса часто видели дельфинов. Ты можешь поплыть туда, но путь тебе предстоит неблизкий. Клеопатра задумалась. Оставить привычное место обитания, уютный грот, немногочисленных друзей лишь ради неизвестности? Тем более она никогда прежде не общалась с другими дельфинами. Проводив взглядом китов, дельфиниха вернулась домой. Она решила спросить совета у своих друзей – вдруг кто-то из них так же захочет отправиться с ней в путешествие? Но абсолютно все – и морские коньки, и звёздочки-сестрички, и даже шустрый осьминог – никто не захотел составить Клеопатре компанию и покидать родные воды. Все они отговаривали дельфиниху от этой затеи: «ты ведь даже не знаешь, куда именно плыть! Ну а мы и подавно не знаем». Лишь старая морская черепаха посмотрела на дельфиниху мудрым взглядом и промолвила: - Ты стала совсем взрослой, Клеопатра. Тебе будет очень трудно прожить всю жизнь в одиночестве, пусть и в привычных водах. Когда я была молодой, я часто путешествовала, но двадцать лет назад решила остаться здесь навсегда. А ты ещё совсем молодая – отправляйся же навстречу приключениям, и береги себя! Целую ночь Клео не сомкнула глаз, лёжа в своём уютном гроте. Она думала о том, что здесь сейчас очень просторно, но по-настоящему одиноко. Вот бы у неё тоже была бы семья, как у морских коньков, или у китов! Поэтому, едва Солнце окрасило океанские воды золотистым блеском, дельфиниха решительно выплыла из грота и направилась в ту сторону, где накануне встретила семью китов. Разумеется, они уже давным-давно уплыли, но Клеопатра поплыла в обратную сторону, откуда началось их путешествие. Воды Атлантического океана были спокойные. Еды вполне хватало: сардины, тунцы и скумбрии водятся повсеместно, а крупных хищников, способных навредить дельфину, на пути Клеопатры не встречалось. Лишь раз заприметила дельфиниха небольшую стаю косаток, плывущую вдалеке, но лишь нырнула поглубже, и киты-убийцы не заметили её. Но другие дельфины ей не встречались. Клеопатра не знала, плывёт ли она в правильном направлении к островам Зелёного Мыса, и никто из местных рыб не мог дать ей ответ. До тех пор, пока однажды, чуть более чем через месяц после начала путешествия, Клеопатра наконец не увидела впереди на горизонте жёлтую полоску суши. Подплыв к ней поближе, дельфиниха поняла, что это небольшой песчаный островок. На берегу суетились люди – Клеопатра никогда раньше не видела людей, но что-то ей подсказывало, что когда-то очень давно она уже имела с ними дело – когда была совсем маленькой. Дельфиниха подплыла почти что к самому берегу…и запуталась в рыболовной сети! Тотчас же раздался звон: к сети были прикреплены колокольчики, извещающие о поимке добычи. Несколько человек небольшого роста – то были дети - кинулись к сети и увидели в ней дельфиниху. «Вот это рыбина! – воскликнул один из детей, - нам такую точно не вытащить! Надо позвать на помощь взрослых!» - «Но наш папа вернётся только поздно вечером, - сказал другой мальчик, - давай попробуем сами!» С этими словами они схватили сеть и потянули на себя, но Клеопатра была для них слишком тяжёлой. Их усилия лишь плотнее запутали сеть, и дельфиниха поняла, что ей не выбраться никак. Впервые за всё время её путешествия ей стало страшно: ведь если она пробудет под водой слишком долго, то она попросту задохнётся! Она вырывалась, звала на помощь – но всё было бесполезно. А даже если папа мальчиков и придёт на берег, то что он сделает? Вдруг эти люди едят абсолютно всех обитателей морей и океанов?.. Но вдруг произошло самое настоящее чудо. Чей-то чёрный силуэт мелькнул в прибрежных водах. Он стремительно направился к сети, и Клео увидела странное существо. Оно напоминало дельфина, но было полностью чёрного цвета, а на округлой голове отсутствовал продолговатый нос, свойственный всем дельфинам. Больше всего это существо походило на косатку, но меньших размеров, и без белых пятен. При этом оно было крупнее, чем Клео, и, приблизившись к сети, открыло розовую пасть, полную острых белых зубов… «Мне конец, - в страхе подумала Клеопатра, - сейчас оно сожрёт меня живьём!» Но существо ухватило зубами сеть и принялось рвать её. Всего лишь за минуту сеть была порвана, и дельфиниха освободилась. Но она оставалась очень напуганной: вдруг её освободили лишь для того, что бы она отплыла подальше от берега, а потом это существо набросится на неё и загрызёт? Внезапно раздался голос – озорной, но в то же время приказной: - Ты что медлишь? Плыви отсюда поскорее! Клеопатра развернулась от берега и помчалась в открытый океан, стараясь не оглядываться. Когда остров скрылся за горизонтом, она выпрыгнула из воды, пустив в воздух фонтан брызг, и снова погрузившись в океан, попыталась перевести дух. Но тут же увидела перед собой своего чёрного спасителя – оказывается, он неустанно следовал за ней! - Кто ты такой? – испуганно спросила Клеопатра, - и зачем преследуешь меня? Хочешь мною пообедать? - Не бойся, - ответил чёрный незнакомец, - я дельфинов не ем, хоть и предпочитаю держаться от них подальше. Но когда я увидел – точнее, услышал – что опять кто-то угодил в человеческую сеть, я посчитал своим долгом спасти этого бедолагу, имевшего глупость попасться в столь идиотскую ловушку. - Но почему ты так похож на косатку? - Потому что я и есть косатка. Точнее – малая косатка, это немножко другой вид. Мы тоже хищники, но других животных не едим – только рыб, кальмаров и осьминогов. А зовут меня Габриэль, но ты можешь называть меня просто Габи. - А я Клеопатра, - ответила дельфиниха, - но для друзей Клео. А тот, кто спас мою жизнь, определённо может считаться моим другом… если конечно он этого хочет. Габриэль задумался: - Знаешь, пожалуй всё-таки нет. Вы, дельфины, слишком уж гордые и самовлюблённые. Постоянно обзываетесь всякими нехорошими словами! С детства я натерпелся от вашего племени, и не хочу искать дружбы с кем-либо из его представителей… И немного подумав, добавил: - Даже когда они такие милые, как ты. Видимо, чем вы милее, тем глупее. Надо же было тебе так попасться! И чего ты вообще забыла у острова Фогу? Живущие здесь люди едят абсолютно всех, кого только могут выловить из океана! - Я искала других дельфинов, - ответила Клеопатра, - и приплыла издалека. Там, где я живу с раннего детства, нет ни одного дельфина… - Вот это да! А откуда же ты там вообще взялась? - Я точно не помню… - это была правда, потому что о своём раннем детстве в парижском океанариуме Клеопатра напрочь позабыла, - но я жила в уютном гроте с одной очень хорошей китовой акулой. Её звали Мальва… а потом она исчезла без следа, скорее всего, её уже нет в живых. У меня есть несколько друзей, но мне было очень одиноко без настоящего друга-дельфина. И вот однажды я встретила семью китов, которые сказали мне, где я могу встретить себе подобных. - Понятно, - ответил Габриэль, - ну что ж, они были правы: в этих водах живёт одна большая стая дельфинов, но несколько иного цвета, чем ты. Конечно же, они не настолько глупы, что бы подплывать к островам, и обитают около большого атолла километрах в пятидесяти отсюда. - А где этот атолл? Проводи меня, пожалуйста! - Ну уж нет. Я же сказал тебе, что предпочитаю держаться подальше от дельфинов. - Но ты так же сказал, что я… милая, не так ли? – смущенно прошептала Клеопатра. – Мне ещё никто не говорил таких слов… пусть даже одновременно назвав глупой. - Ну да, ты милая, - Габриэль в ответ улыбнулся, - но просто потому, что не считаешь себя лучше других. И даже захотела стать моим другом… но прости, я тебе не помогу. Разве что укажу направление. Плыви на юго-восток, всё время прямо – и примерно через час-полтора увидишь атолл. Ну а теперь прощай – уже полдень, а я до сих пор ничего не ел. Пора бы и поохотиться! С этими словами Габриэль умчался вдаль, а Клеопатра задумалась. Определенно, это была самая необычная встреча в её жизни! Сначала он её напугал, потом спас, потом снова напугал, потом назвал милой и глупой. О, как бы ей хотелось подружиться с этой чёрной косаткой, и отправиться на охоту вместе! Но Габриэль был непреклонен: дельфины ему явно не нравились. Клеопатра вынырнула из воды, выпустила фонтан брызг, и поплыла по направлению к атоллу. Минут через сорок ей навстречу показалась компания из пяти дельфинов. Они тоже были из рода афалин, но в отличие от Клеопатры, не полностью серые, а с белыми животами. Клеопатра от радости так быстро поплыла им навстречу, что с разгона врезалась в одного из них, плывущего впереди всех. Дельфин отпрянул назад, и строго сказал: - Смотри, куда плывёшь! Слепая, что ли? - Нет-нет-нет, я не слепая, - скороговоркой заговорила Клеопатра, - я просто очень хотела поскорее встретиться с вами! Я – такой же дельфин, как и вы! Лидер компании презрительно посмотрел на дельфиниху: - Никогда тебя раньше не видел. Ты вообще откуда? - Я издалека, - ответила Клеопатра, - вот, послушайте… И она рассказала дельфинам историю своей жизни, умолчав лишь о происшествии с сетью и встрече с Габриэлем. Закончив словами: «Ну так мы будем дружить?» Лидер рассмеялся: - То есть тебя воспитывала китовая акула? И ты дружишь с морскими звёздами и с осьминогом? Ничего более глупого я в жизни не слышал! А вы, парни? – лидер обратился к своим спутникам, которые едва сдерживали смех. - И мы тоже, - хором ответили четыре дельфина, - она какая-то странная. Но может, возьмём её? Она нам пригодится – в нашей стае очень мало девчонок. - Ну хорошо, плыви за нами, - произнёс лидер, - мы тебе покажем, где мы живём, и где ты сможешь поселиться. И они поплыли к атоллу. Через десять минут Клеопатра увидела красивейший коралловый риф, окружающий огромную лагуну, в которой резвилось ещё примерно двенадцать дельфинов. Клеопатра уже хотела присоединиться к ним, но лидер преградил ей путь: - Ты это куда? Что бы жить вместе с нами, тебе сперва надо доказать свою полезность для нас. Клеопатра опешила: - А это как? - Ну, для начала накорми нас рыбой, - ответил лидер, - и побыстрее. Мы как раз плыли на охоту, но ты отвлекла нас. Вот теперь плыви отсюда, лови рыбу и приноси нам. И не смей попутно есть её, пока мы не насытимся. Клеопатре стало очень грустно, но она повиновалась. Развернувшись в противоположном от атолла направлении, она поплыла в океан. Рыбы здесь было очень мало, по большей части – маленькие яркие рыбёшки, на которых дельфины не охотятся. Но вот наконец Клео увидела крупного тунца. Она молнией метнулась к нему и ухватила зубами. Дельфиниха была очень голодной и чуть не проглотила добычу, но вовремя вспомнила о том, что должна вернуться с ней к атоллу. Так она и поступила: дельфины уже дожидались её. Лидер бесцеремонно вырвал тунца прямо изо рта Клео и мгновенно проглотил. После чего грубо крикнул: - Ну, чего ты ждёшь? Неси ещё! …До самого позднего вечера Клеопатра ловила рыбу и приносила её дельфинам, не получая в ответ ни слова благодарности. Когда же на небо взошла Луна, осветив своим светом водную гладь, дельфиниха наконец-то решилась признаться своим новым знакомым, что очень устала. На что услышала в ответ: - Ну ладно, на сегодня хватит. Мы очень хорошо поели, и теперь поплывём спать. Клеопатра обрадовалась и поплыла вслед за дельфинами, но лидер вновь преградил ей путь: - А ты будешь спать снаружи. - Но почему? Вы же обещали, что я буду жить вместе с вами! - Когда докажешь свою полезность, не раньше. А сегодня ты всего лишь ловила для нас рыбу. - Но что мне ещё нужно сделать для вас? - Я пока что не решил. Вот завтра снова половишь рыбы, потом решим. А не нравится – плыви отсюда на все четыре стороны! Клеопатра едва не заплакала от такой несправедливости. К тому же, она была очень голодной, потому что сдержала обещание и не съела ни одной рыбёшки, пойманной за целый день. Когда дельфинья компания скрылась в атолле, Клео задумалась. Она вспомнила об уютном гроте, в котором она жила последние шесть лет, о своих друзьях - таких маленьких, но весёлых и беззаботных. Как она могла променять их на неопределённое будущее, которое оказалось столь жестоко к ней? Зачем ей эти гордые и самовлюблённые дельфины, хоть и относящиеся к одному виду с ней, но презирающие всех, кого они прежде никогда не знали? Неужели она сама была бы такой же, как они, если бы родилась и выросла в их стае? Клео почувствовала себя совершенно чужой в этих водах, и больше не желала оставаться здесь. А ещё и голод давал о себе знать. И дельфиниха решила вернуться домой – пусть даже на это путешествие придётся потратить целый следующий месяц. Повернувшись к атоллу хвостом, Клеопатра поплыла в обратную сторону, попутно высматривая рыбу. Но ей никогда не доводилось охотиться по ночам, да и вся рыба наверняка уже спала. Чувство голода было невыносимым, а путь предстоял неблизкий. И вдруг дельфиниха услышала голос позади себя: - Ну что, не понравилась ты здешним гордецам? Не пришлась им ко двору? Такой знакомый голос: озорной, уверенный в себе, но в то же время мягкий. Клеопатра уже знала, кому он принадлежит. И не ошиблась, когда обернулась и увидела рядом Габриэля. - Я не знала, что они такие… Целый день я охотилась за рыбой для них, а они меня даже не пустили в атолл! Почему так произошло? - Потому что они не любят никого, кто отличается от них, - ответил Габриэль. – Даже других дельфинов, которые никогда не жили вместе с ними. Но у тебя ещё есть шанс им понравиться: если ты будешь настойчивой, то однажды они примут тебя в свою стаю. - Но я не хочу быть частью ТАКОЙ стаи! И не хочу неизвестно сколько времени таскать им рыбу, при этом умирая от голода! Я решила вернуться домой, к своим друзьям! Габриэль улыбнулся: - Ну что ж – морские звёздочки и морские коньки тебе больше подходят в качестве друзей. Но всё-таки тебе надо научиться и постоять за себя, знать себе цену. Всё-таки ты не рыба и не моллюск, ты – дельфин. Клеопатра слегка растерялась: - Что ты имеешь в виду? - Не стоит жить так, словно все в этом мире без исключения – твои друзья. Ну, кроме твоей добычи. Относись ко всем точно так же, как они относятся к тебе. Но сейчас я вижу, что ты сильно проголодалась. Подожди-ка немного… С этими словами Габриэль шустро нырнул в глубину, и Клеопатра потеряла его из виду. Но буквально через пару минут он вернулся, держа во рту огромную плоскую рыбину, каких Клеопатра прежде не видела никогда. Чёрная косатка протянула добычу дельфинихе. Рыбина была такой огромной, что Клеопатре приходилось откусывать от неё по кусочку, покуда Габриэль держал рыбину зубами. Этой добычи хватило для того, что бы к Клео вернулись силы, но она всё равно была очень голодной. - Спасибо тебе, - произнесла она, и после некоторой паузы смущенно добавила: - Габи. - Не за что, - беззаботно ответил Габриэль, - сейчас самое время поохотиться на морскую камбалу. Если тебе понравилась, можем сплавать за ней вместе. - Очень вкусно! Я хочу ещё! - Ну, тогда поплыли! Держись меня, я тебе покажу, где их особенно много, - и с этими словами чёрная косатка нырнула в глубокие воды ночного океана. Дельфиниха едва поспевала за ним, стараясь не потерять из виду в ночной мгле. И действительно – на самом дне океана, в песке лежали плоские рыбы! Габриэль схватил одну большую, указав Клеопатре на ту, что поменьше: которая как раз бы поместилась у неё во рту. Через полчаса дельфиниха была сытой и полной сил для долгого путешествия. Вот только ей очень не хотелось расставаться с чёрной косаткой… но она чувствовала, что Габриэль помогает ей лишь из жалости. - Мне пора отправляться домой, - сказала Клеопатра, - ещё раз спасибо тебе, что помог мне. Ты – самый лучший из всех, кого я повстречала в этом своём путешествии! Я никогда тебя не забуду! - Пожалуй, и мне будет сложно тебя забыть, - ответил Габриэль, - я никогда прежде не встречал таких дельфинов, как ты. Добрых, милых, и… Габриэль внезапно замолчал, но Клеопатра договорила за него: - Глупых, да? Теперь я понимаю, что ты прав – я во многом очень глупая. Потому что… потому что… Как же трудно было это произнести! - Потому что я очень хочу, что бы ты поплыл со мной. Ко мне домой, в мой грот, к моим друзьям! Но я знаю, что тебе этого не нужно. - Ну вот, значит ты не такая уж и глупая, - ответил Габриэль, - потому что ты совершенно права. Я привык жить один, не заводить ни с кем дружбы, и тем более ни от кого не зависеть. Счастливого тебе пути, Клео. Передавай привет своим морским звёздочкам! И с этими словами чёрная косатка словно растворилась в ночи. Клеопатра подумала о том, что могла бы попытаться найти Габриэля, и предложить ему остаться с ним здесь, хотя бы ещё на день – но вместе с этим она не хотела быть навязчивой. Он слишком хорош для того, что бы быть другом для такой глупой дельфинихи, как она… И с этими мыслями Клеопатра продолжила свой долгий путь домой. Теперь её уже не угнетали мысли о том, что в стае дельфинов ей не нашлось места: она действительно совсем не такая, как они. Дни сменяли друг друга, путешествие протекало так же легко, как и в самом его начале – тем более что сейчас Клеопатра уже знала, куда ей плыть, и теперь охотилась не только на сардин и тунцов, но и на глубоководных рыб, а так же на кальмаров. И вот уже показались знакомые места: коралловая гряда, несколько глубоких каменных расщелин, в одной из которых как раз и затонул тот самый корабль, когда-то перевозивший маленькую Клеопатру. Осталось совсем чуть-чуть – и можно будет отдохнуть в любимом гроте. Но едва дельфиниха достигла своего дома, как сразу же поняла, что её тут уже не ждут. Около входа в грот плавало десяток барракуд, шныряя то туда, то обратно. А сколько их еще может быть внутри грота – этих наглых морских хищниц, уже давно посягавших на жилище Клеопатры! На мгновение Клео растерялась. Что же делать? Разыскать своих друзей и пожаловаться им на то, что её выгнали из дома? Но что смогут сделать с барракудами беззащитные морские звёзды и коньки? А осьминог разве что способен выпустить чернила, но разве этим напугать злобных рыб? Но дельфиниха тотчас же вспомнила Габриэля, и подумала о том, что бы он сделал на её месте. Конечно же – он бы сам разобрался с захватчиками! И Клеопатра устремилась прямо к гроту. Барракуды увидели её, и наперебой закричали: - Эй ты! Убирайся отсюда! Это наш дом! - О нет, - ответила Клеопатра, - это мой дом, и вам хорошо известно об этом. Думали, что я больше никогда не вернусь? Но я вернулась, и требую от вас покинуть моё жилище! - Ты и не должна была возвращаться! – воскликнула самая крупная барракуда. – Здесь все думают, что тебя уже не должно быть на свете! - Кто это «все»? Вы, наглые захватчики, покушавшиеся на этот грот ещё при жизни Мальвы? Последний шанс даю вам – уплывайте отсюда сейчас же! - А если мы ответим «нет» - что ты сделаешь? Ты даже не представляешь себе, сколько нас здесь! - А вот сейчас и узнаю, сколько. С этими словами Клеопатра раскрыла рот и бросилась на самую крупную барракуду. Раньше она не охотилась на таких больших рыб, к тому же хищников, но то было два месяца назад, а теперь она неоднократно ловила глубоководных камбал, размеры которых были чуть меньше барракуд. Захватчики явно не ожидали нападения дельфинихи, и три рыбы попытались укусить Клеопатру за хвост и плавники, но Клео, перекусив пополам первую барракуду и проглотив ее (а рыба оказалась очень даже вкусной!), молниеносно бросилась на следующую. Она была поменьше первой, и дельфиниха проглотила её целиком. За второй барракудой последовала третья, четвёртая, пятая… За пятнадцать минут Клеопатра съела всех барракуд, плававших у входа, и заплыла в грот. Он буквально кишел барракудами: несмотря на то, что хищницы услышали звуки борьбы на входе, покидать грот они не собирались, надеясь на численное превосходство в замкнутом пространстве. Но Клеопатра молниеносно хватала барракуд: некоторых глотала целиком, некоторых перекусывала пополам. Менее чем через час в гроте не осталось ни одной барракуды – только дельфиниха с туго набитым животом. Она в изнеможении опустилась на каменистое дно и легла на спину, оглядывая свой раздувшийся живот. Никогда прежде Клеопатра не наедалась настолько сильно: ей казалось, что она вот-вот лопнет. Но при этом она испытывала приятное ощущение абсолютной сытости, а так же удовлетворения от мысли о том, что барракуды её больше никогда не побеспокоят. Дельфиниха осторожно перекатилась на правый бок (надеясь на то, что на дне грота нет острых камней!) и заснула. Ей снился Габриэль: вместе с ним они резвились в океанских волнах, ловили рыбу и играли в догонялки. Во сне Клео была невероятно счастливой, особенно когда Габи поддразнивал её своим озорным голосом, зовя за собой. Но с каждой минутой счастливые образы становились всё более размытыми, и лишь тихий шёпот чёрной косатки звучал в сознании дельфинихи. Шёпот, вновь и вновь зовущий её по имени: «Клео… Клео… Клео…» Клеопатра открыла глаза, увидев знакомые стены и потолок родного грота, куда она так стремилась вернуться… но в котором сейчас было так пусто, одиноко… а ещё довольно тесно. «Клео?» Опять этот шёпот! Но как такое может быть, ведь она уже полностью проснулась! Дельфиниха с трудом приподняла голову и глянула на вход в грот поверх своего раздутого живота. Из входа торчала знакомая округлая голова чёрного цвета. Пара озорных глаз весело смотрели на дельфиниху, а широкий рот расплывался в белозубой улыбке. - Габриэль? – удивлённо прошептала Клеопатра, - это правда ты? Или всего лишь плод моего воображения? - По правде говоря, я и сам не знаю, - ответила чёрная косатка, - потому что когда я видел Клеопатру в последний раз, она была… в несколько раз меньше. - Ах, это… - дельфиниха дотронулась плавником до своего живота, - ну, когда я вернулась домой, в нём было очень много незваных гостей, которые никак не хотели убираться по-хорошему. И мне пришлось избавиться от них. Правда, если бы их было хоть чуточку больше, то я бы наверняка лопнула. - Да уж, - произнёс Габриэль, - я никогда прежде не видел таких круглых дельфинов. Обычно вы не позволяете себе есть настолько много. А ты, как я посмотрю, действительно наелась до отвала, и даже больше! Клеопатра улыбнулась: - Это всё благодаря тебе. Ты научил меня охотиться на крупных рыб, а самое главное – научил уметь постоять за себя. Если бы не ты, я бы сразу же уплыла подальше от грота, едва увидев около него барракуд. Но я сразу же подумала о том, что бы сделал Габи, если бы оказался в такой же ситуации? - И ты подумала правильно, - ответил Габриэль. И добавил: - Ну что, мне можно к тебе в гости? - Конечно можно! – воскликнула Клеопатра. – Вот только… я тебе рассказывала, что жила здесь с китовой акулой, и нам было вполне просторно? А сейчас тут может быть немного тесновато. - Ничего страшного. Ты же не будешь возражать, если я до тебя нечаянно дотронусь? Вместо ответа Клеопатра нежно улыбнулась. Чёрная косатка медленно и осторожно заплыла в грот, прижимаясь вплотную к дельфинихе. Действительно, грот был тесен для двух морских животных, одно из которых едва не лопалось от поглощённой еды. Но это обстоятельство нисколько не смутило чёрного гостя. Габриэль нежно прильнул к тугому животу Клеопатры, и прошептал: - Ты всегда была очень милой дельфинихой. А сейчас ты стала ещё милее. - Неужели оттого, что я так сильно объелась? - Ты смогла отстоять свой дом, - ответил Габриэль, - и больше никогда никому не позволишь обижать себя. Даже если для этого тебе придётся съесть всех обидчиков. С этими словами Габриэль потёрся тупым носом о живот Клеопатры. Дельфиниха от удовольствия закрыла глаза. - Только не надо есть так много каждый день, - продолжил Габриэль, - а то однажды совершенно точно лопнешь. - Я думаю, что вообще ничего не буду есть целую неделю, а то и две, - ответила Клеопатра. – Но почему ты решил навестить меня? Когда это случилось, и как надолго ты собираешься оставаться? Чёрная косатка продолжала тереться о живот дельфинихи, одновременно рассказывая о своём путешествии: - По правде говоря… примерно через час после того, как мы с тобой расстались, я почувствовал, что был не прав, отказавшись от твоего приглашения. Я называл твоих соплеменников слишком гордыми и самовлюблёнными, не замечая, что сам уподобился им. И совершенно незаслуженно обидел тебя… при том, что очень сильно полюбил, но боялся себе в этом признаться. Представь себе, что я боялся целый месяц, когда плыл за тобой – так, что бы ты меня не замечала, потому что мне было очень стыдно. Я даже думал, что не решусь навестить тебя в твоём гроте, когда увижу, что ты снова счастлива со своими друзьями… - Но мои друзья даже не встретили меня, когда я вернулась, - сказала Клеопатра. - Зато тебя встретили враги. И надо сказать, ты замечательно расправилась с ними! Я всё видел, но не решился вмешиваться. Потому что знал, что у тебя непременно всё получится! - Так ты видел, как я ем этих вредных барракуд? - Да, видел. Ты вела себя очень храбро, и они получили по заслугам. Единственное, чего я не знал – сколько их оставалось в твоём гроте. Наверное, всё ж надо было тебе помочь, ибо окажись их хотя бы на две-три штуки больше – ты бы действительно лопнула. Клеопатра улыбнулась: - Но ведь всё же не лопнула, верно? И я не держу на тебя обиды. Я очень рада, что ты всё-таки решил последовать за мной. Да, я не замечала тебя, когда плыла домой целый месяц, но то и дело думала о тебе. Словно чувствовала, что ты рядом – но не могла поверить в это. Ведь ты такой хороший… - Клеопатра немного помолчала, а потом добавила: - А на сколько ты бы хотел остаться у меня в гостях? Габриэль улыбнулся в ответ: - Ну, если ты не против, то… может быть, навсегда? – и с этими словами лизнул дельфиниху в тугой живот. Клеопатра ничего не ответила. Лишь по её счастливой улыбке и искоркам в глазах Габриэль понял, что сейчас об этом они мечтают вдвоём. Он плотно прижался к Клеопатре всем своим чёрным телом, нежно приобняв плавниками за раздутые бока. На протяжении трёх следующих дней дельфиниха и чёрная косатка не покидали грота, а когда Габриэль наконец-то почувствовал сильный голод, он отправился на охоту, прежде пообещав Клеопатре, что не тронет ни одной морской звёздочки, ни одного морского конька и ни одного осьминога (хотя осьминоги были одной из любимых добыч Габриэля). Клеопатра же действительно не покидала грота целую неделю, потому что не чувствовала голода, но когда ей захотелось есть, она выплыла в океан вместе с Габриэлем. Познакомила его со своими друзьями, которые были очень рады возвращению дельфинихи, и поначалу немного испугались Габриэля, но он пообещал им, что никогда их не тронет, и будет защищать от барракуд, если они когда-нибудь вернутся. После чего Клео и Габи отправились на охоту, одновременно весело гоняясь друг за другом, выныривая на поверхность и пуская фонтаны брызг. Они были по-настоящему счастливы! А через год счастья стало ещё больше. У Клеопатры родилась дочка – очаровательный дельфинёнок чёрного цвета, с чуть более коротким носом, чем обычно бывает у афалин. Потому что новорождённая малышка лишь наполовину была дельфином: её папой была чёрная косатка. Имя для своей дочки Клео и Габи выбрали единодушно. Малышку назвали Мальва.