Жизнь фанатки

— Привет, Нурпери, как дела? — Привет, вроде нормально. — Представь, что я практиковала осознанные сны, в которых видела Бомгю. Потом я выяснила, что он все это время видел те же сны, что и я. Твоя реакция? — Ну, я бы спросила как ты узнала, что ваши сны взаимны. Во-вторых как вы там разговаривали? В-третьих попросила бы тебя встречаться во снах с другими людьми, чтобы можно было как-нибудь обогатиться на этом. — Ахаазазхах, обогатиться? — Да, может угрожала бы Илону Маску, чтобы он рассказал про свои релизы, а мы бы продали эту информацию. — Такое только ты смогла бы придумать. Спасибо, мне даже полегчало. — А ты правда практиковала? — Да. — Что тебе вообще в нём понравилось? Настолько сильно, чтобы пойти на такое. — Не скрою что сначала просто внешность. Но знаешь, чем больше я вижу его, он открывается с новой стороны. Бомгю невероятный человек. Сначала он кажется супер шумным, глупым и активным. Но если узнать получше — он очень чуткий, добрый и простой. И по-настоящему умный! В нем совмещается несовместимое и это так привлекает. У нас много похожего, но в то же время я могу сказать что он меня дополняет. — Хорошо, я поняла. — Ок ок. Я остановлюсь. А, допустим, если бы ему становилось хуже из-за этих снов. Что бы ты сделала? — Стала бы искать в интернете, как прекратить такие сны. Потом бы попрощалась и сказала: «пока, брат». — Понятно. Ты мне очень помогла, спасибо)

***

— Бомгю, давай устроим свидание? — выглядящий самоуверенно парень, готовый вот-вот заявить что-то вроде «Видела? Вышла же новость о нашем альбоме!» стоял уже обескураженно. — Знаешь, я всегда мечтала о романтичном парне. Чтобы мы вместе гуляли по парку, устраивали пикники, он пел на гитаре и ненароком дарил мне сорванные откуда-то цветы. Чтобы мы вместе смеялись, обсуждали все на свете и наслаждались этими мгновениями. Я хочу создать такие воспоминания. С тобой. Можно? — только мое гулкое сердце знало насколько тяжело дались мне эти слова. Возможность отказа пугала, но терять было уже нечего. — Хорошо, — он неожиданно легко согласился. — Какую песню ты хочешь услышать? — Что угодно с вашего репертуара! — Давай поконкретнее. — Тогда начни с «maze in the mirror». Бомгю в совершенстве играл мелодию, пел красиво, размеренно. Его спокойный низкий голос дарил особенную изюминку треку. Я не могла не злиться на Hybe Labels. Чхве Бомгю сам написал эту песню по большей части, но компания ему выдала всего две строчки! Ужасно обидно, когда твоего биаса так несправедливо ограничивают. — Please don't give up on me, — прозвучавшее в его исполнении, отзывалось внутри особенно сильно. — Очень красиво. Спасибо, — улыбнулась я ему, — твой голос дарит невероятное чувство уюта. — Какую следующей? — он выглядел счастливым. — «Farewell, Neverland», пожалуйста. — … Рай безответственных грёз, я прощаюсь с тобой в последний раз… Time to fall, it's time… Ooh-ooh-ooh, ooh-ooh. Falling, falling. Аннён Neverland, my love… больно — И напоследок «Skipping stones». — … Отбрось сожаления, которые образовались на кончиках пальцев. Как всегда, как всегда ты делал… — Спасибо, это было великолепно! — от души хлопала я в ладоши так громко, как только могла. Ты очень талантливый парень, Бомгю. Будь уверен, они скоро дадут тебе больше слов. Фанаты тоже ждут правосудия! — Ахах, спасибо тебе. Давненько я не проводил так безмятежно время. — Не хочу омрачать этот момент, но… — пока во мне еще тлели остатки уверенности, я должна была сказать это: — Я думаю, нам стоит разорвать связь. Ты все равно в реальности не помнишь обо мне и просто тупо не высыпаешься. У тебя из-за этого проблемы, Гю, — посмотрела я в его коричневые омуты. — Это ни к чему не приведет, и я того точно не стою. Ты целых 20 ночей провел со мной из-за своей безграничной доброты. Я очень благодарна, но не могу продолжать тебя мучать, — слезы градом покатились на мои щеки. — Прости меня. Он стоял всего в паре сантиметров. Его мерное дыхание легкой пеленой опускалось на мою макушку. Но он не касался. Он молчал.