Diary of a madman

Чувствую себя маленькой девочкой, лишенной права выбора, обреченной на обстоятельства и людей. Хочу кричать и нет голоса. Хочу плакать — нет слёз. Физически больно дышать, словно легкие медленно превращаются в пепел. Мне страшно. Однажды наступает последнее утро, и никто об этом не знает. Светит солнце, поют, щебечут птицы, дует легкий ветерок. Всё это следовало бы воспринимать как что-то исключительно важное, но до сих пор это продолжает оставаться приевшейся обыденностью. Следовало бы закричать, но я улыбаюсь, расчесываю перед зеркалом длинные волосы, долго заплетаю две косы, словно я невеста, суженая смерти. Моя кожа хрупкая как пергамент, бледная как свежевыпавший снег, мои глаза — две бездонные пропасти отчаяния, мой рот — кривая линия недоусмешки. Я не умею быть, лишь кажусь — веселой, грустной, виноватой. На деле меня нет. Есть немой крик, в котором раскрыт мой рот.  Я смеюсь но в моем смехе нету звонкости. Есть надлом, трещина на себялюбии изжившей себя гордости. Я дышу тяжело и хрипло, как загнанная лошадь.  Загнанных лошадей пристреливают, не так ли?..