I just feel like I can fall

Тихое холодное помещение с одиноко стоящей кроватью освещалась лишь тусклым светом ночника, находящегося на прикроватной тумбе из дуба. Два человека знавших друг о друге всё, сейчас тихо сидели в полумраке комнаты с надеждой сохранить крупицы самообладания и выкрасть последние минуты счастья на лучшее будущее у судьбы. Люди, которые недавно клялись друг другу в любви, в данное мгновение теряли оставшиеся нити контроля над ситуацией и своими чувствами. Мысли пробегали одна за другой, не давая ухватиться за что-то разумное и нормальное. Голова раскалывалась, к горлу подкатывал ком печали и боли, а сердце разваливалось на куски, прося пощады, прося смиловаться и отпустить, дать шанс на спасение, на возможность сбежать от неминуемого разрушения. Боль забралась в каждую клеточку тела, не оставив шансов на сохранения предыдущей структуры ни в одной Разговор изначально был ошибкой. Их разговор был неминуемой ошибкой, разрушивший каждого на куски. Держать себя в руках и не переходить грань дозволенного становилось неимоверно сложно. Хотелось поцеловать, хотелось вцепиться и заорать: " ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ, ЗАЧЕМ ТЫ ДЕЛАЕШЬ ЭТО? " Нельзя, нельзя, нельзя! Вы взрослые люди. Если вам тяжело вместе, значит, вам не по пути. Значит, надо отпустить. А отпускать не хотелось. Уткнуться и рыдать, Да, но точно не отпускать. В голове застрял вопрос: «зачем всё это начинать, зачем дарить любовь, а потом забирать, зачем делать больно, Что произошло не так? » В этой комнате было больно всем. Казалось, даже воздух сгущался от тягучего ощущения неизбежности и муки. Скрип кровати. Кажется, кто-то здесь всё ещё жив. Парень, пол часа назад радостно обсуждающие книгу Ремарка, сейчас пытался найти в себе силы не упасть в пучину отчаяния. Смотря в темноту однокомнатной квартиры, он старался ни выть, ни скулить от боли. Надеялся, что он сможет поддержать разговор, здраво мыслить. — Как ты думаешь, что будет менее болезненно: состоять в отношениях и делать друг другу больно или расстаться сейчас и пережить боль в одно мгновение? Смысл слов доходит до блондина не сразу. Выныривая из пучины своих мыслей, он ещё мгновение молчит. Мысли крутятся вокруг, но ухватиться за какую либо, не удаётся. Время словно замедляется. В попытках в очередной раз взять верх над эмоциями, парень оттягивает момент ответа на этот дурацкий вопрос: — Что? — Что ты выберешь? — А ты? — попытка удержать контроль над собой, попытка дать себе ещё больше времени подумать. «Молодец, Чонгук, в вопросах оттягивания разговора ты спец». Проблема в том, что Тэхёну потребовалось меньше секунды, чтобы растоптать последние частицы надежды блондина на иной исход событий. — Я боюсь отношений. Я не сомневаюсь в своих чувствах, я сомневаюсь в себе и в том, что ты станешь как она. Мне страшен тот факт, что я в отношениях. Я думаю, что без них будет лучше. Земля ушла из-под ног, так же быстро, как кровать, за которую так отчаянно держался Чонгук, заглотила его в бездну своих объятий, не давай возможности за что-то ухватиться. Сейчас парень падал в пучину страхов, боли и своих собственных мыслей. Омут утаскивал того на дно, не давая сделать вздох, забирая с каждым разом всё сильнее. Тьма была всё ближе, а голубое небо все дальше от блондина. В этот момент нужно что-то ответить. А что? В голове каша, из целостного только «Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня. Я не справлюсь, ты же знаешь сколько значишь для меня. Прошу, не покидай.» — Хорошо, но ты не сможешь вечно бегать от этого. Тебе нужно с этим что-то делать, мы говорили об этом не так давно. — Есть люди, которые не умеют состоять в отношениях, мне кажется, я из их числа. Я думаю, отношения с работой у меня получается строить лучше, чем с людьми. — Тэхён, кажется, не понимает, насколько ранят его слова бедное сердце Чонгука. Не видит, как с каждым мгновением его близкий человек ломается всё сильнее. Но блондин не молчит. Слова обжигают сильнее огня, а злость подступает к горлу с новой силой. — Тебе просто не хочется прорабатывать самого себя. Ты знаешь это. Это слабо. Атмосфера в комнате сгущается, забирая воздух у обоих, не давая возможности передохнуть, сделать вдох и подумать над ситуацией. — Мы начали встречаться в неподходящий момент, всё пошло по пизде с самого начала. — Тэхён, перестань ранить, пе-ре-ста-нь делать больно. Закрой рот и молчи, ты делаешь только хуже. — Да, скорее всего, так и есть. Мы начали это, и всё сразу полетело вниз. И у тебя, и у меня, одновременно, мы просто выбрали не то время, если бы мы начали «это» раньше, возможно, у нас бы был шанс что-то проработать, — Ком в горле не дал договорить, слезы на щеках обжигали лицо. Брюнет этого не увидит, он сидит на кровати спиной к Чонгуку. Это к лучшему. Посмотри они сейчас друг на друга, станет только хуже, станет никак. Мгновение, которое они провели в молчание, казалось обоим вечностью, сказать хотелось так много, высказаться, отвоевать свой шанс на счастье. Но нет, нельзя. Дурацкое слово «нельзя», постоянно что-то нельзя. Нельзя плакать, нельзя поцеловать, нельзя быть вместе, в конце концов. — Я думал над тем, что отношения тяжело поддерживать, — подал голос блондин. «Но я не думал, что они так быстро и болезненно кончатся для меня» вторил внутренний голос, на подкорке сознания. - Твоё состояние слишком сильно влияет на моё. Это плохо. Мы разрушаем друг друга осознано. — Ага. Новое молчание. Снова огромное количество мыслей в голове. Тяжёлый омут тишины разрушался лишь звуками тиканья часов на противоположной стене и тихими всхлипами со стороны кровати. — Знаешь, я так хочу тебя поцеловать, смешно, с учётом положения, в котором мы оказались. — Тихие слова с грустным смешком режут затянувшееся молчание. Парню вовсе не весело, он хочет лезть на стену, вопя о несправедливость жизни и о том, что его снова оставляют разбираться со своими чувствами одного. — Не оставляй меня. — Мы же договорились, — повторяет в очередной раз Тэхён. Их уговор о том, что если они расстанутся, они не прекратят общения, не уйдут друг от друга, останутся просто друзьями и продолжат с того, момента, с которого начали, сейчас кажется ловушкой, в которую они сами себя загнали. Чонгук думает, что ему впервые делают так больно. Осознание, что они будут общаться так же, но прикасаться и любить нельзя, разбивает на куски, режет по живому, не давая сделать вздоха. — У нас же ничего не изменится, по сути, мы просто перестанем состоять в отношениях как таковых, — продолжает Ким, наверняка не догадываясь, что Чонгуку это не кажется чем-то простым, как говорит парень напротив него. — Мы разрушим друг друга, если продолжим. Я не хочу врать тебе и себе, что всё хорошо. — Блондин думает, что хочет, чтобы ему соврали, налили сладкой лжи в уши и оставили в неведении о проблемах. — Я разрушил так всё прошлые отношения, я обещал больше не делать этого. — Я знаю. — слова походили больше на бубнëж, чем на что-то внятное и различимое на слух. — Тебе нужно к психологу, проработать эту тему, если ты сам этого сделать не можешь. Это влияет на твою жизнь и на мою тоже. — Не здесь и не сейчас. Потом да, а сейчас мне нельзя. — Ты просто оправдываешь свои поступки прошлым. — Возможно. — Ты держишься за своё прошлое, не хотя строить будущее нормально — это глупо. — Возможно. Новый приступ злости разрывает болезненные чувства Чонгука, оставляя там только раздражение и недоверие. Последнюю фразу блондин выплёвывает с чётким ощущение желчи во рту. — Ты поступаешь эгоистично по отношению к людям, которые тебя любят. По отношению ко мне. — Возможно. В данную секунду Чонгук боится, что его и не любили вовсе. Его так легко растоптали, плюнули в душу и наступили на горло. Сейчас Чонгук думает, что Тэхён — глупец, не разобравшийся в самом себе. Иначе как объяснить, почему с ним поступили так плохо. Он так старался улучшить их отношении, хотел помочь любимому человеку справиться с муками прошлого, спасти от самого себя. Оказалось зря, тому не надо. — Мне кажется, что только я работал над этими отношениями, только мне это было нужно. — Мысль, которая пугала своей очевидностью, ответ был известен изначально, подтверждения не нужно, но он всё равно хотел услышать правду. — Да, скорее всего, ты прав. Я не могу и не хочу вкладываться в отношении, потому что боюсь их. Вот они, вот они, слова, которые режут лучше ножа и ломают кости изнутри. В какой раз за последние полчаса блондин падает в бездну сознания. Он, кажется, уже сбился со счету. Чудовищный омут кружит вокруг него, предвкушая, когда тот потеряет бдительность, потеряет последние капли рассудка, упадёт окончательно, но Чонгук держится, пытается выплыть, ищет в себе силы на спасение. Парень думает, что прошла вечность, прежде чем он смог вымолвить хоть слова. — Это больно. Я долгое время не понимал, какие эмоции люди испытывают при расставании. Оказывается, это боль и непонимание. Чонгук думает, что он зря пришёл сегодня в эту квартиру. Если бы не его появления здесь, всё было бы нормально, его бы не бросали сейчас. Он бы не испытывал сейчас этих эмоций. Ему бы не было больно. Жаль, что время и слова вернуть назад нельзя, мы не в школе чародейства и волшебства, мы в реальном мире, а здесь магии нет. Здесь сладкие представления о хорошем будущем разбиваются о тяжёлую реальность жизни. Здесь разбить может тот, кто должен оберегать и давать ощущение безопасности. Здесь всё не так. Здесь действия не предугадать, а память не стереть Тэхён сидит не шевелясь, боясь сделать вдох, он знает, что сейчас, за его спиной по кускам разваливается дорогой ему человек. Ему и смотреть не надо на то, что происходит, Тэ понимал всё изначально. Он знал это раньше, представлял, что так будет. Сейчас кажется, что это и вправду было ошибкой, делать себе и ему больно не хотелось, но он тут, в этой комнате, наносит всё новый и новый удар ножом по сердцу беззащитного перед ним Чонгука. Ким, правда, не хотел, он знает, что тому больно, знает, что тот ломается, но Тэхён тоже человек, ему тоже тяжело. Он не железная кукла, которая может дать то, что не испытывает. Ему тоже страшно. Он тоже боится, понимает, что не выдерживает, что панический страх близости забирается под кожу с каждым разом всё сильнее и сильнее. Мысли о том, что это прошло, что всё изменилось, что проблема ушла и теперь он может выстроить с кем-то отношения, оказались ошибочными. Он проебался. Он это знает. Он понимает что испытывает Чонгук сейчас, по себе знает, как это больно. Брюнет думает, что так будет лучше, что так будет проще для него и для блондина. Но беда в том, что Чон не согласен, что он всё ещё любит карие глаза напротив, что он готов потерпеть, пережить это период вместе. Он не хочет оставаться один. — Я понимаю, это пройдёт. Дай себе время, всё наладится, и тебе станет легче, но сейчас так будет лучше. Опыт прошлых отношений не даёт мне спокойно жить, я испытываю перманентный страх, что я с кем-то, кого-то подпускаю так близко. Страшно от отношений и ситуации в целом. Чонгук хочет думать, что он в здравом рассудке, что он готов принять эту информацию, что он может понять Кима. Он может его отпустить. Но мысли снова и снова возвращаются в любимые моменты, где всё было хорошо, где он не испытывал подобного. К горлу снова подступает тошнота и желание разрыдаться. Сейчас ничего не получится. В данный момент блондин не поймёт, он пытается держать себя в руках, а не здраво мыслить. Потом, через какое-то время он осознает, он примет и отпустит, разберётся в ситуации и простит себя за этот опыт, поймет позицию любимого человека и сможет жить спокойно, но пока боль рвёт сердце, он просто молчит. Молчит и плачет. Держаться сил нет, усталость подбирается к нему всё сильнее, хочется спрятаться и уснуть. Хочется быть нормальным. Молчание затягивается всё сильнее. Кажется, прошла вечность, каждый думает о своём, пытается разобраться в себе и в том, что сейчас происходит. Сумрак комнаты спасает, укрывает в себе, защищая от холода атмосферы, не даёт парням сойти с ума окончательно. — Я понимаю тебя, твоя правда — это твоя правда, но мне всё так же больно, настолько, что выть охота. Хочется на стену лезть от бессилия и несправедливости. Ощущение, будто мной воспользовались, поигрались и выбросили, как ненужную игрушку. Это сложно сказать, найти подходящие слова для того, чтобы описать то, что я чувствую, как тяжело отдавать часть своей души человеку, открыть себя и сломаться. — Я понимаю, что ты чувствуешь, и понимаю, что ты сейчас меня не поймёшь. Просто так получилось. Я плохо разобрался в себе и своей готовности. Я проебался, я знаю. Но я не пользовался тобой, если бы так было, я бы просто ушёл, ничего не сказав. Сидя на диване в тени ночника, Чонгуку кажется, что он готов простить этому человеку всё. Как бы ему не было больно, он знает, что всё наладится, что вопреки злости, растерянности и печали он сможет. Это травмирует, спорить с этим глупо, но всё будет хорошо. Они останутся друзьями, смогут выстроить понимание заново, усвоят этот опыт и пойдут дальше. На это просто нужно время. — Скорее всего, нам не стоило это начинать. Нужно время, и всё встанет на круги своя. — Да, наверное, да. Мне тяжело сейчас соображать, всё смешалось в одну кашу, разобраться, что вообще происходит очень трудно. И блондин замолкает, смотрит на красочную стену перед собой, надеется, что найдёт там правильный ответ на это задачу. Верит, что там есть что-то большее, что фотографии вытянут его из отчаяния. И он цепляется за яркие картинки, как за последнюю возможность выбраться, рассматривает их с неимоверным желанием, как в последний раз. В глаза бросается маленькая нарисованная картинка солнца — Давно нарисовал? — Что? — Тэхён поворачивается в стороны Чонгука. Заплаканное лицо младшего делает больно. Хочется убежать и забыть всё это. — Вон то солнце на стене, давно нарисовал? Не помню его, оно красивое, — тычет пальцем в сторону ярко-жёлтого пятна Чон. — Аа.. да недавно, краска оставалась, вот и решил, что это лучше, чем она засохнет где-нибудь в шкафу. — Правильно, так хоть глаз радует и своё собственное солнце есть, хах. Тэхён понимает, что им двоим нужно время, что диалог продолжать не стоит, они просто ни к чему не придут. Каждый должен обдумать всё и понять, что для них важно. Он понимает: пройдёт время, и они выкарабкаются, всё снова станет нормально, всегда так было и будет. Это больно. Больно для обоих. Это разбивает и калечит, но они всё ещё есть друг у друга. Они не одни. Поэтому сейчас он наконец-то поворачивается на Чонгука, забирается на кровать с ногами, берёт в руки ноутбук и открывает крышку. — Какой фильм ты хочешь посмотреть? — Давай “ Начало “, солнце.